В кувейтской англоязычной газете «The Times Kuwait» опубликовано под заголовком «Узбекистан укрепляет мир и процветание, обновляя внешнюю политику» эксклюзивное интервью министра иностранных дел Абдулазиза Камилова главному редактору издания Ривену Д’Сузе, сообщает ИА «Дунё».
Представляем вниманию полный текст указанного интервью.
«Узбекистан сегодня является центром дипломатической активности, его региональная дипломатия и обновленный внешнеполитический курс способствуют продвижению мира и активному диалогу. Укрепление мира в Центральной Азии было приоритетом для Узбекистана и это уже дает свои плоды, так как большинство стран региона видят реальный прогресс и развитие, которые являются своего рода дивидендом узбекской миролюбивой внешней политики.
Эксклюзивное интервью министра иностранных дел Узбекистана Абдулазиза Камилова главному редактору “The Times Kuwait” Ривену Д’Сузе затронуло широкий круг вопросов – от внешней политики Узбекистана до региональной безопасности и отношений с Кувейтом, министр также рассказал о зарождающемся Новом Узбекистане.
Министр Камилов, опытный дипломат с почти 50-летним опытом, поделился своими глубоким видениям в своем первом интервью англоязычному изданию Кувейта.
• Обеспечение мирного урегулирования афганского конфликта, стабилизация Афганистана и выстраивание прагматичных отношений с южным соседом относятся к числу важнейших задач внешнеполитической деятельности Узбекистана.
• Узбекистан и Кувейт регулярно выступают с взаимной поддержкой инициатив сторон в рамках международных организаций. В последние годы наши отношения приобрели особую динамику. Ташкент и Эль-Кувейт поддерживают активный политический диалог.
• Стремление к диалогу и готовность идти на разумные компромиссы при решении любых проблемных вопросов – это важные принципы внешней политики Узбекистана.
Мы начали с того, что спросили уважаемого министра о том, что последние несколько лет заметно возрос интерес мирового сообщества к Узбекистану и региону Центральной Азии. Мы являемся свидетелями больших демократических перемен.
- Очевидно, что стратегические реформы, инициированные Президентом Шавкатом Мирзиёевым, повлияли и на внешнеполитические приоритеты Узбекистана. Не могли бы Вы раскрыть для нас эти приоритеты?
Министр Камилов: - Прежде всего, хотел бы отметить, что мне доставляет искреннее удовольствие общение с кувейтскими СМИ и вашей аудиторией.
Вы правы в том, что глубокие структурные реформы, начатые Президентом Шавкатом Мирзиёевым пять лет назад, серьёзно повлияли на внешнюю политику и международное положение страны.
Во внешней политике Республика Узбекистан сегодня открыта для внешнего мира и демонстрирует ясный политический реализм и прагматизм. Мы твёрдо намерены выстраивать дружественные и взаимовыгодные отношения со всеми государствами на основе уважения интересов друг друга, поиска общих или совпадающих интересов.
Стремление к диалогу и готовность идти на разумные компромиссы при решении любых проблемных вопросов – это важные принципы внешней политики Узбекистана.
В первую очередь, эти принципы позитивно повлияли на региональную политику Ташкента. Центральная Азия – одно из главных направлений внешней политики нашей страны, поскольку с окружающим нас регионом напрямую связаны безопасность и устойчивое развитие Узбекистана. Говоря словами Президента Шавката Мирзиёева, «мы хорошо понимаем, что Центральная Азия - это единый организм, который на протяжении веков имел общее географическое, экономическое и культурное пространство».
Итак, первым приоритетом внешней политики Узбекистана определено укрепление связей с соседними странами для решения вопросов делимитации и демаркации государственных границ, рационального использования водных ресурсов.
Ещё одним приоритетом Узбекистана является поступательное развитие стратегических отношений со всеми крупными державами и широким кругом государств мира. Мы проводим многовекторную внешнюю политику, направленную на создание стабильной региональной системы и устойчивых международных отношений на основе общепризнанных принципов и норм международного права.
Важное значение мы придаём развитию взаимовыгодного, многопланового стратегического партнёрства с Россией, США, Китаем и другими странами Азиатско-Тихоокеанского региона, с Европейским союзом и, конечно же, с близкими нам по истории, религии и традициям государствами арабо-мусульманского мира.
Важным направлением экономической дипломатии стала активизация контактов с мировыми деловыми кругами.
В наши дни в мировом сообществе укрепилось выражение «Новый Узбекистан». Это – признание того, что определив приоритеты обновленной внешней политики, наша страна вышла на новый этап развития.
Мы спросили министра о его видении динамичных, можно сказать кардинальных изменений, происходящих в центральноазиатском регионе, который арабо-мусульманский мир с древних времен рассматривал как важный аспект системы международного развития.
Министр Камилов: - Действительно, в Центральной Азии, начиная с 2016 года, произошли значительные изменения. В результате сближения с соседними государствами, а также совместного поиска решений общерегиональных проблем удалось сформировать абсолютно новую позитивную политическую среду. Она характеризуется укреплением сотрудничества Узбекистана со всеми странами Центральной Азии.
Возрос товарооборот Узбекистана со странами Центральной Азии. Увеличилось количество совместных предприятий со странами региона.
Существенные изменения наблюдаются не только в статистике экономического сотрудничества, но и в повседневной жизни. Открыты границы, решены визовые вопросы. Граждане сопредельных с нами стран начали свободно перемещаться из одной страны в другую, восстанавливая разорванные ранее связи со своими соседями, родственниками. Восстановлены культурные и гуманитарные связи.
Еще один совершенно новый процесс - это начало совместного взаимодействия центральноазиатских государств на международной арене.
Одним из важных индикаторов новой ситуации в регионе является созданный по инициативе Узбекистана механизм Консультативных встреч лидеров стран Центральной Азии.
Следует отметить, что Президент Шавкат Мирзиёев сыграл главную роль в формировании новой политической философии сотрудничества и добрососедства в Центральной Азии. Выдвинутая главой Узбекистана идея о единой истории и общем будущем стран Центральной Азии может стать актуальной темой для изучения в научно-академических кругах.
В целом же, могу сказать, что политическая воля и инициативы руководства пяти стран региона стали основной движущей силой исторически значимого поворота в развитии обстановки в нашем регионе. Это исторический факт.
Пользуясь случаем, хочу отметить, что Ташкент и далее будет укреплять политическую атмосферу взаимопонимания и уважения, добрососедства и стратегического партнерства в центральноазиатском регионе. На наш взгляд, достижения последних пяти лет в Центральной Азии, какими бы важными они ни были, являются только началом непростого, но жизненно необходимого пути, который должен вывести наш регион на передовой уровень развития, превратить его в единое пространство безопасности, взаимовыгодного сотрудничества и совместного процветания.
Как отмечалось в речи Президента Шавката Мирзиёева на третьей Консультативной встрече глав государств Центральной Азии в Туркменистане 6 августа этого года, «только вместе, сообща, поддерживая друг друга, мы можем добиться эффективного решения стоящих перед нами задач, обеспечить устойчивое развитие региона и повышение благосостояния наших народов. Альтернативы этому нет!»
По поводу недавних событий в соседнем Афганистане и особой роли Ташкента, а также исходя из его личного участия в процессах, связанных с афганским урегулированием, мы спросили министра о позиции Узбекистана по решению проблемы Афганистана и его мнении о складывающейся обстановке в этой стране.
Министр Камилов: - Обеспечение мирного урегулирования афганского конфликта, стабилизация Афганистана и выстраивание прагматичных отношений с южным соседом относятся к числу важнейших задач внешнеполитической деятельности Узбекистана. В данном процессе мы накопили большой практический опыт.
Мы одними из первых установили рабочие контакты с Движением «Талибан» еще в 1990-е годы, а также внесли практический вклад в инициирование мирного процесса в Дохе. Все это обеспечило Узбекистану особую роль в афганском урегулировании.
Не буду подробно останавливаться на том, какая ситуация складывается в Афганистане в настоящее время – всему международному сообществу известно, насколько сложные процессы происходят сегодня в этой стране.
Хочу лишь отметить, что безопасность и устойчивое развитие нашего региона во многом зависят от ситуации в Афганистане. Эта страна исторически является неотъемлемой частью Центральной Азии во многих отношениях. С афганским народом мы веками жили бок обок в едином обширном культурно-цивилизационном пространстве.
Результаты Международной конференции высокого уровня о взаимосвязанности между Центральной и Южной Азией, состоявшейся в Ташкенте 15-16 июля этого года, показали, насколько мы все заинтересованы в том, чтобы Афганистан стал не препятствием, а мостом между двумя регионами.
Поэтому нам нельзя в нынешнее непростое время изолировать Афганистан и оставить наедине афганский народ с его сложнейшими проблемами.
В этой связи Узбекистан обращает внимание международного сообщества на целесообразность разработки стратегии постконфликтного восстановления Афганистана, необходимость «размораживания» активов данной страны за рубежом и недопущение сокращения гуманитарной помощи афганскому народу в нынешний трудный период.
Международное сообщество должно поддержать и поощрять новое правительство, а не изолировать и объявлять санкции.
В свою очередь, Узбекистан оказывает посильную гуманитарную и иную помощь афганцам. Мы открыли узбекско-афганскую границу и возобновили поставки основных продуктов питания, нефтепродуктов и электроэнергии.
16 октября в городе Термезе на юге Узбекистана прошли полномасштабные узбекско-афганские межправительственные переговоры по развитию торгово-экономических связей.
Установленные ранее контакты, а также взвешенная, продуманная дипломатия позволяют нам вести ровный и полезный диалог с руководством «Талибан». Мы ведем переговоры о постепенном и полном возобновлении взаимодействия между Узбекистаном и Афганистаном, в том числе о перспективах инфраструктурных проектов, включая строительство линии электропередачи Сурхан-Пули-Хумри.
Помимо линий электропередач, мы также заинтересованы в строительстве железной дороги Мазари-Шариф–Кабул–Пешавар при участии международных партнёров. Также планируем активно развивать в будущем торгово-экономические и культурно-гуманитарные связи с Афганистаном.
Указывая на отношения Узбекистана с государствами исламского мира, особенно с учетом того, что Узбекистан является страной с богатой историей мусульманских традиций, имеющей давние тесные связи с арабскими странами, мы спросили министра о его оценке места и роли Узбекистана в исламском мире, а также современных отношениях его страны с арабскими государствами.
Министр Камилов: - Исламская религия пришла в Центральную Азию в VII-VIII веках вместе с арабскими походами. Ислам прочно вошёл в культуру и менталитет населения нашего региона. Более 90% населения нашей страны исповедует ислам.
Узбекистан является полноправным членом Организации исламского сотрудничества.
Узбекистан внес огромный вклад в развитие исламской цивилизации. Территория современного Узбекистана признана колыбелью науки, культуры и искусства. На этой земле жили и творили великие ученые и мыслители, такие как Имам Термизи, Махмуд Замахшари, Абу Мансур аль-Матуриди, труды которых по праву считаются сокровищами научной мысли и достоянием человечества.
Наиболее авторитетный сборник хадисов был составлен выходцем из Мавераннахра - Имамом аль-Бухари, оставившем огромное количество очень важных исламских трудов, в их числе «Аль-Джами ас-сахих». Миллионы мусульман мира стремятся побывать на родине Имама в священной Бухаре и почтить его могилу в Самарканде.
Бессмертные имена великих учёных и гениев, живших на нашей земле, таких как Ахмад Фергани, Абу Райхан Беруни, Абу Али ибн Сина, Мирзо Улугбек, Алишер Навои и многих других, золотыми буквами вписаны в историю не только исламской, но и всей мировой цивилизации.
В целях всестороннего изучения богатого и научного наследия в Ташкенте создан Центр исламской цивилизации и Международный научно-исследовательский центр Имама Бухари в Самарканде.
Активизировалось сотрудничество с ОИС. В октябре 2016 года Узбекистан принял у себя 43-ю сессию Совета министров иностранных дел ОИС. 1-4 сентября 2021 года в Ташкенте состоялось 46-е ежегодное заседание Совета управляющих Исламского банка развития.
Развитие отношений и установление многопланового сотрудничества со странами арабского мира входит в число безусловных приоритетов внешней политики Узбекистана.
С момента обретения независимости мы установили дипломатические отношения со всеми арабскими странами.
Расширяется торгово-экономическое и инвестиционное сотрудничество с арабскими странами. Заявленный портфель инвестпроектов превышает 6 миллиардов долларов.
Вместе с тем, не только экономические интересы объединяют нас с арабским миром. Процессы глобализации выявили на свет множество общих вызовов и задач, которые мы, мусульманские страны, должны и можем решать только совместными усилиями.
Среди таких задач – борьба с невежеством, продвижение идей толерантности и просвещения, мирного урегулирования конфликтов, решение насущных проблем молодёжи, особенно в сфере образования.
Обращаясь к узбекско-кувейтским отношениям, мы спросили министра, как они развиваются, тем более хорошо известно, что он лично придает особое значение отношениям с Кувейтом, и учитывая, что Посольство Узбекистана в Кувейте часто играет роль региональной дипломатической миссии.
Министр Камилов: - В последние годы наши отношения приобрели особую динамику. Ташкент и Эль-Кувейт поддерживают активный политический диалог, между странами заложена прочная основа для расширения сотрудничества в торгово-экономической и инвестиционной сферах, интенсивно расширяются культурно-гуманитарные связи.
Важным событием в двусторонних отношениях стал визит в Узбекистан в июле сего года делегации Государства Кувейт во главе с министром иностранных дел, министром по делам Кабинета Министров шейхом Насером аль-Мухаммедом ас-Сабахом для участия в работе Международной конференции «Центральная и Южная Азия: региональная взаимосвязанность. Вызовы и возможности». В ходе пребывания в Ташкенте Шейх Насер ас-Сабах был принят Президентом Шавкатом Мирзиёевым. По итогам принята «дорожная карта» по реализации практических мер, согласованных в ходе встречи на высшем уровне.
В августе этого года Ташкент посетила еще одна кувейтская делегация во главе с министром финансов, государственным министром по экономическим связям и инвестициям Халифой Мусаидом Халафом, которая приняла участие в работе очередного ежегодного заседания Совета управляющих ИБР.
Как вы, наверное, знаете, в эти дни в нашей стране находится делегация из Кувейта во главе с председателем Конституционного и апелляционного суда Мухаммедом Аль-Кинаи, члены которой прибыли для участия в качестве международных наблюдателей в главном политическим событии в Узбекистане – выборах Президента.
Узбекистан и Кувейт регулярно выступают со взаимной поддержкой инициатив сторон в рамках международных организаций.
Успешно осуществляется финансово-техническое сотрудничество Узбекистана с Кувейтским фондом арабского экономического развития.
Значительным шагом в дальнейшем развитии двустороннего многопланового сотрудничества стало налаживание с 27 июня 2021 года регулярных рейсов авиакомпании «Jazeera Airways» по маршруту «Эль-Кувейт–Ташкент–Эль-Кувейт». Это безусловно будет способствовать углублению и расширению торгово-экономических и культурно-гуманитарных связей между нашими странами.
Должен отметить, что в целях создания благоприятных условий для поездок, узбекской стороной с марта 2021 года для граждан Кувейта введен 10-дневный безвизовый режим пребывания в Узбекистане.
Пользуясь случаем, хотел бы пригласить кувейтские торгово-экономические компании и инвесторов к более активному участию в реализации проектов в различных отраслях экономики Узбекистана, включая топливно-энергетическую, электротехническую, химическую, фармацевтическую отрасли, производство стройматериалов, машиностроение, текстильную и пищевую промышленность, сельское хозяйство и другие.
В заключение интервью мы обратились к недавним президентским выборам в Узбекистане и попросили министра подробно рассказать об этом очень успешном процессе.
Министр Камилов: - В стране были предприняты все необходимые меры для обеспечения демократических и открытых выборов в соответствии с высокими международными стандартами.
Все выдвинутые от политических партий кандидаты активно участвовали в предвыборной политической борьбе.
В целях обеспечения прозрачности выборов мы пригласили международных наблюдателей от Бюро по демократическим институтам и правам человека (БДИПЧ) и Парламентской Ассамблеи Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), Содружества Независимых Государств (СНГ), Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), Организации исламского сотрудничества (ОИС), Всемирной ассоциации избирательных органов (ВАИО), Тюркского совета, Парламентской Ассамблеи Тюркских государств (ТюркПА) и представителей из более 50 стран мира.
Наблюдатели от политических партий и гражданского общества также участвовали в мониторинге всей деятельности, связанной с подготовкой и проведением выборов.
Президентские выборы в Узбекистане прошли в полном соответствии с требованиями законодательства, в условиях углубления процессов демократизации общества, возросшей политической, общественной активности.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Декан факультета изящных искусств Техасского университета в Тарлтоне (Tarleton State University), в своей книге исследовавший роль и влияние Хадиджы (мир ей), супруги Пророка ислама (с.а.с.), в становлении раннего ислама, заявил: "Именно Хадиджа (мир ей), а не его дядя Абу Талиб, сыграла более важную роль в поддержке и защите Пророка (с.а.с.)».
10-е число месяца Раби аль-авваль — это не просто дата в календаре, а точка отсчета одного из самых важных союзов в истории человечества. В этот день связь между Пророком (с.а.с.) и Хадиджей (мир ей) стала не просто браком, а стратегическим союзом, заложившим первые основы исламской цивилизации в суровых условиях Мекки.
Этот союз, в котором богатство и статус Хадиджи (мир ей) стали опорой для миссии Пророка (с.а.с.), позволил нести тяжкое бремя откровения в годы одиночества и изгнания ислама, становясь исцелением для сердец верующих.
Имран Икбал аль-Бадави, декан факультета изящных искусств Техасского университета в Тарлтоне, в своей книге *«Королевы и пророки: как знатные арабские женщины и святые мужи формировали язычество, христианство и ислам»*, бросает вызов традиционным нарративам о Хадидже (мир ей), представляя ее как ключевую фигуру в религиозных и культурных преобразованиях Аравии VI–VII веков.
В главе под названием «Хадиджа, Мухаммад и противостояние христианства и язычества» он описывает Хадиджу (мир ей) не просто как жену Пророка, а как могущественную аристократку Мекки, чье экономическое влияние и смелое противостояние патриархальным нормам сыграли решающую роль в формировании послания раннего ислама. Эта глава также исследует, как поддержка Хадиджи (мир ей) позволила Пророку (с.а.с.) противостоять господствующей в Мекке политеистической системе.
Ниже представлен перевод интервью Имрана Икбала аль-Бадави Международному кораническому информационному агентству (IQNA):
IQNA: В вашей книге Хадиджа (мир ей) представлена не просто как поддерживающая супруга, а как историческая фигура, изменившая ход событий. Как этот образ дополняет или оспаривает традиционные исламские нарративы о ее роли?
Представляя Хадиджу (мир ей) в таком ключе, я преследую две основные цели.
Во-первых, она принадлежит к древнему ряду знатных женщин, которые формировали историю, культуру и религию Аравии и Ближнего Востока. К ним относятся королевы, прорицательницы, воительницы, главы племен и другие выдающиеся личности. Некоторые из этих женщин были связаны с прототипами божественности, которые позже были использованы и переосмыслены авраамическими религиями.
Во-вторых, арабские источники, включая повествования сиры (жизнеописания), не отдают должного Хадидже (мир ей). В профессиональных и личных отношениях с Мухаммадом (с.а.с.), как до начала миссии, так и в начале пророческого периода, она была более доминирующим партнером. Кроме того, эти источники страдают от дисбаланса: они приуменьшают христианское и «правоверное» происхождение семьи Хадиджи (мир ей), одновременно идеализируя семью Мухаммада (с.а.с.), которая была языческой. Я убежден, что Хадиджа (мир ей) сыграла куда большую роль в защите Пророка, чем его дядя Абу Талиб.
IQNA: Учитывая, что ранние исламские источники представляют собой смесь биографий, агиографий (святых преданий) и устных рассказов, как вы при изучении таких фигур, как Хадиджа (мир ей), проводите границу между историческим фактом и интерпретативными слоями?
Чтобы поставить Хадиджу (мир ей) в центр повествования и при этом предложить более историчный взгляд, я учел несколько критериев. Моя книга разъясняет, что средневековые отчеты сиры и хадисов по сути больше связаны с формированием идентичности, чем с фиксацией исторических фактов.
В сообщениях о Хадидже (мир ей) много литературных приемов и противоречий, включая использование полемических доводов, преувеличений, анахронизмов, символизма и поздних вставок. Из-за нехватки документальных свидетельств о самой Хадидже (мир ей), мой портрет основан на существующих моделях поведения знатных арабских женщин той эпохи, о которой у нас имеются доказательства.
IQNA: Вы делаете акцент на экономическом и социальном могуществе Хадиджи (мир ей). Как ее статус помог Пророку в продвижении ислама в патриархальном обществе Мекки?
Бесспорно, это так. Согласно источникам, Абу Талиб, дядя Пророка, уже не был в состоянии поддерживать его и даже поощрял его искать работу в другом месте. Хадиджа (мир ей) спасла его от перспективы нищеты и нестабильности — особенно в то время, когда Мухаммад (с.а.с.) был молодым человеком, пережившим сиротство.
Она также была его лучшим спутником и, весьма вероятно, играла для него роль, близкую к материнской. Источники также показывают, что Хадиджа обладала смелым и решительным духом: она уверенно действовала в противостоянии с мужчинами Курайша. Одним из примеров такой конфронтации была ситуация с дядями Мухаммада, которые были против их брака, но она одержала верх в этом противостоянии.
IQNA: В этой версии повествования важное место занимает Варака ибн Науфаль. Как вы считаете, свидетельствует ли его роль о некоторой богословской преемственности между христианством и ранним исламом или же она носит преимущественно символический характер?
Исследованию связи между христианством поздней античности и возникновением ислама и Корана посвящено множество работ.
В Аравии обнаруживается всё больше эпиграфических и археологических свидетельств того, что христианство было широко распространено в этом регионе еще до появления ислама.
Даже в арабских источниках встречается множество признаков и упоминаний христианских персонажей, мест и символов в обществе эпохи Пророка Мухаммада (с.а.с.).
Однако трудно с уверенностью сказать, насколько сильно Варака повлиял на Мухаммада (с.а.с.). Этому вопросу посвящены отдельные исследования.
Вместе с тем сира Пророка ясно свидетельствует о присутствии христианских святых и духовных лиц в окружении Мухаммада (с.а.с.). Это вновь связывает данную тему с Хадиджей (мир ей), поскольку Варака ибн Науфаль был ее двоюродным братом.
IQNA: Вы помещаете свое повествование в более широкий контекст религиозных преобразований поздней античности. Как история Хадиджи (мир ей) отражает более масштабные изменения на Аравийском полуострове в вопросах власти, религиозных убеждений и гендерных ролей?
Как я показываю в своей книге, в Аравии существовала длительная и непрерывная традиция «знатных женщин» — женщин, обладавших широкими полномочиями и значительным влиянием в обществе.
Они могли самостоятельно править, участвовать в войнах и заниматься торговлей.
Я утверждаю, что завоевание римлянами этих территорий примерно в 106 году н. э., а также распространение христианства и иудаизма в III–IV веках усилили патриархальные модели поведения в Аравии, в том числе в военной сфере.
На протяжении всего периода, известного как поздняя античность, власть знатных арабских женщин постепенно ослабевала. Более того, они всё чаще передавали свои полномочия мужчинам, которым доверяли, особенно святым мужам и религиозным деятелям.
Три главных примера, которые я рассматриваю для демонстрации этого исторического процесса, — Зенобия, царица Пальмиры, умершая в 274 году н. э.; Мавия, царица танухов, умершая примерно в 425 году; и Хадиджа (мир ей), знатная женщина из племени Курайш, умершая в 619 году.
IQNA: Учитывая ваш большой интерес к переосмыслению роли женщин в истории религий, какой вывод, по вашему мнению, должны сделать читатели вашей книги, особенно мусульмане, из вашего нового взгляда на Хадиджу (мир ей)?
В заключительной части книги я представил многочисленные выводы и уроки, касающиеся чрезвычайно важной роли знатных арабских женщин в формировании истории.
Однако в отношении Хадиджи (мир ей) необходимо напомнить о нескольких важных моментах.
Во-первых, самые продолжительные близкие отношения и деловое партнерство основателя ислама были связаны именно с женщиной — Хадиджей (мир ей).
Люди забывают, что Мухаммад (с.а.с.) был ближе к Хадидже (мир ей), чем к Абу Талибу, Абу Бакру или Умару. Кроме того, значительную часть своей жизни он провел с ней — дольше, чем с Аишей или другими своими супругами.
И, наконец, что важнее всего, гендерные отношения в современном исламе не были чем-то неизбежным или заранее предопределенным. Где сегодня в исламе место традиции брака по образцу Хадиджи? Разумеется, шиитская брачная традиция в большей степени, чем суннитская, сохраняет сходство с этой древней моделью.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана