Известный русский историк-востоковед В. В. Бартольд в книге «Туркестан в эпоху монгольского нашествия» описал состояние оборонительных стен и ворот города Самарканда. Он, опираясь на произведения историков Истахри и Ибн ал-Факих, в частности, писал, что Самарканд вместе с окрестностями, подобно Балху и Бухаре, был окружен стеной в 12 фарсахов (72 километра) с 12 воротами.
Как сообщает «Самаркандский вестник», городские ворота были сооружены из дерева и состояли из двух половинок. За каждыми воротами стояли другие, двойные ворота. Между ними располагались жилища привратников.
Историк Табари приписывает Абу Муслиму постройку стен города. Глава проаббасидского движения в Хорасане Абу Муслим действительно долгое время находился в Самарканде. Он приказал укрепить цитадель и восстановить внешние и внутренние стены города. По его приказу, над крепостной стеной длиной 7,5 фарсахов были сделаны зубцы, а стена разделена на 360 участков. Через каждые 200 гязов на стене были построены боевые сторожевые башни.
Источники не упоминают о воротах, но, естественно, что со временем ветхие ворота были заменены на крепкие, из твердых сортов дерева. Однако где находились все 12 врат Самарканда и как их называли, определить по сей день трудно, так как в источниках информации нет.
То, что цитадель имела двое ворот, установлено точно. А что касается старого города (на Афрасиабе), то там было четверо ворот: Китайские - в сторону Чупан-аты, Навбахорские на западной стороне Афрасиаба (нынешнее кладбище «Санграсон» находилось вблизи этих ворот), Бухарские на севере и Кешские на южной стороне. Мечеть Хизр находится как раз рядом с местом, где стояли Кешские ворота.
Через Кешские ворота поверх арочных галерей по свинцовому желобу питьевая вода подавалось в старый город Афрасиаб. Истахри писал, что видел на этих воротах железную плиту с непонятными письменами. Утверждали, что в письменах на химьяритском языке определяется расстояние до города Сана - столицы Йемена.
Кроме внутренних стен, окружавших шахристан (городские кварталы), Самарканд имел внешние стены окруживший рабадную часть. Истахри ворота внешних стен описывает в такой последовательности: Кухак (на Чупан-ате), Варснин (на Пенджикентской дороге), Фенек, Ривдад (Ак-мечеть), Фаррухшид (Ходжа Абду Берун) и Гадавад.
Историк Макдиси называет восемь ворот: Гадавад, Исбиск, Сухашин, Афшина, Варснин, Кухак, Ривдад и Фаррухшид. Ворота Фенек не упоминаются, значит, одни из ворот - Исбиск или Сухашин - назывались Фенеком. Так как в трех километрах от города было село с названием Фенек, ворота называли по названию этой местности. Село Исбискет находилось в 2 фарсахах (12 километров) от Самарканда. Месторасположение селения Варснин до сих пор неизвестно.
В. Вяткин в своей работе «Материалы к исторической географии Самаркандского вилаята» пишет, что в городской стене (шахристане) Самарканда было шесть ворот. На север вели двое ворот – Шейх-аде (второе название – Пойкабок) и Оханин, что в переводе означает «железные», близ мазара Шахи-Зинда. На восток, в сторону Пенджикента, выходили ворота Фируза. Вяткин перевёл буквально: Бирюзовые. Здесь же был чарбаг Фируза, названный по имени его хозяина Амира Фируза. У мечети Ходжа Нисбатдор находились ворота Сузангарон, а недалеко, в метрах триста, ворота Коризгох, названные впоследствии Ходжа-ахрарскими.
Коризом таджики называют систему получения воды внутри объединённых подземных родников. Действительно, в этом районе много родников, поэтому другое название местности - Чашмаи Чукур (глубокий родник). Вяткин писал, что эти ворота до того назывались Намозгох, так как вели в городскую намозгох (место мусульманских молитв). От ворот Намозгох до мазаров Ходжа Кафшир и Ходжа Ахрар был построен Хиябан (бульвар). Такой же хиябан был построен от ворот Фируза (ныне Каландархона) до темуровского чарбага Булды. Ворота Чорсу находились там, где ныне начинается Университетский бульвар и стоит памятник Амиру Темуру.

Далее В. Вяткин пишет, что стена Кундаланг (и сегодня это название сохранилось) в 1466 году была известна под этим именем. Здесь же были ворота Форун, ведущие в пригородный квартал Форундиза (ныне Ходжа Ахрар). За воротами Форун начинались земли древнего Маймурга, где размещались цитадели согдийских царей. Центром Маймурга считался – Ривдад. Маймург как отдельное государство в 451 году отправляло послов в Китай, что говорит о многом. Сейчас на территории Маймурга расположены Самаркандский, Тайлякский и Ургутские районы. А из ворот Ривдада (Ак–мечеть) можно было попасть в Фагдизу (нынешний Кавчинон) и в Ривдад – центр Маймургского района.
В «Кандии малой», когда речь идёт о завоевании арабами Самарканда, ворота Коризгох названы – Коризистан. Так как «гох» и «истан» на таджикском языке одинаково означают местность. Тут правильны оба названия.
Местом селения Избаск Вяткин называет селение Суфи, значит, можно предполагать, на какой стороне находились эти ворота. Название ворот менялись. Например, раньше Намозгох города находился в местности Коризгох, поблизости ворот Шайхзаде (Пойкабок). Поэтому эти ворота раньше называли Намозгох.
Городские ворота Самарканда считались священными. В «Кандии малой» рассказывается: «Пророк (Мухаммад) сказал: «Есть город (шахристан) за рекою Джейхуном, который называют Самаркандом, а также именуют хранимым городом». Услышав это, Анас спросил Пророка: по какой причине он называется хранимым? Пророк ответил: «Вестник чертога Господня, ангел Гавриил старший (из ангелов) передавал, что за рекою Джейхуном находится город с большим количеством зелени и проточной воды, который называется городом хранимым. Он имеет врата и у каждых врат по пяти тысяч ангелов с распростертыми крыльями, оберегающих жителей этого города. Самый главный ангел имеет тысячу голов, в каждой их которых по тысяче языков, славящих громогласно Господа, ни в чём не нуждающегося: «О, крепкий, о, вечный, о, единый, о, Боже, храни сей город спасаемый». Пророку приписывается и следующее изречение: «В Самарканде откроются врата из врат райских…».
Надписи над воротами Самарканда напоминали путнику, прибывшему в Самарканд, что это мусульманский город и надо уважать религию проживающего здесь народа. Надписи были из Корана короткими и лаконичными типа:
«О, открывающий все ворота!»
Или такое двустишие было написано по приказу Темура (подстрочный перевод):
«На ладони людей всего мира только ветер желания,
А дела совершает только Хозяин Мира».

Адаш ИСТАД.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана