Сайт работает в тестовом режиме!
07 Ноябрь, 2026   |   27 Джумада аль-уля, 1448

город Ташкент
Фаджр
05:41
Шурук
07:01
Зухр
12:12
Аср
15:30
Магриб
17:15
Иша
18:30
Bismillah
07 Ноябрь, 2026, 27 Джумада аль-уля, 1448

Важность научного наследия бухарских ученых

30.11.2023   9681   7 min.
Важность научного наследия бухарских ученых

Мухетдинов Д.В.

Доктор теологии, профессор

Первый заместитель Председателя

Духовного управления мусульман Российской Федерации,

ректор Московского исламского института,

директор Центра исламских исследований

Санкт-Петербургского государственного университета

 

 

بسم الله الرحمن الرحيم

الحمد لله رب العالمين

والصلاة والسلام على رسول الله وعلى آله وصحبه اجمعين

 

 

Роль Бухары в становлении и развитии ислама России требует огромного, пристального внимания ученых. Достаточно сказать,        что к моменту приезда в 922 году делегации из Багдадского халифата в Волжскую Булгарию, с которой связывают принятие ислама булгарами, население этой страны уже прекрасно разбиралось              в тонкостях мусульманской религии, включая разницы в мазхабах, поскольку имело прочные связи с Хорезмом и Бухарой.                                 В дальнейшем бухарские алимы и шейхи повлияли на принятие ислама ордынскими ханами, что в итоге привело к установлению этой религии в качестве государственной на большей части территории современной России и стран СНГ. Мы знаем также,             что бухарские шейхи проповедовали ислам в отдаленных землях Сибири в XIV-XV веках. Впоследствии, в период становления Московского царства, бухарцы напрямую влились в состав татарской нации в Сибири и Астрахани, где до ХХ века сохранялись группы «бухарлык» среди сибирских и астраханских татар.

Интеллектуальное влияние ни одного из городов мусульманского мира не оказало такое влияние на российскую умму, как наследие улемов Бухара-и-шариф. Это ясно видно прежде всего по рукописям, которые переписывались в медресе как Европейской, так и Азиатской России.  С бухарской традицией были связаны труды по классическим мусульманским дисциплинам, таким как тафсир, хадисы, акида-калам и фикх и одновременно балагат и многочисленные поэтические сборники. 

Начиная с XVII века для российских мусульман именно медресе Бухары и основанные затем по этому образцу татарские медресе носили системообразующий характер в деле сохранения религиозной образовательной традиции.

Среди тех именитых российских мусульман, кто получал образование в Бухаре, следует упомянуть первого муфтия Мухаммаджана Хусаина, создателя концепции «иджтихада» у татар Абдуннасыра Курсави, крупнейшего татарского историографа             и великого теолога Шигабутдина Марджани, основателя джадидского медресе «Мухаммадия» в Казани и первого свободно избранного муфтия мусульман России Галимджана Баруди, прогрессиста Нового времени, знатока десяти кыраатов, выдающегося богослова Мусу Бигиева и множество других.                      У российских мусульман России той эпохи не было бы расцвета богословской и образовательной традиции без влияния научного наследия бухарских ученых.

Шейхи и мударрисы Средней Азии давали российским шакирдам навыки для обеспечения высокого статуса в современной мусульманской общине: Медресе не только воспроизводило образованную элиту, но и определенное восприятие ислама.                     Не случайно, что в конце XVIII – 1-й половине XIX веков именно бывшие шакирды Бухары сыграли ключевую роль в расцвете российских медресе, включая городские медресе от Касимова                   до Сибири. Татарская элита в лице крупных купцов                                            и промышленников приняла такие стороны бухарского образа жизни, как обычаи и мораль, религиозные и образовательные стандарты.

Сами выходцы из Бухары в имперский период играли огромную роль в развитии ислама в самих российских городах. Например, в Нижнем Новгороде они составляли основную группу восточных торговцев на знаменитой Макарьевской ярмарке.          Будучи состоятельными по финансовому статусу и при этом религиозными по своему характеру, бухарские купцы составляли ключевое ядро мусульманского религиозного прихода, вокруг которых выстраивались мечети. Такие ярмарочные мечети были возведены и в селе Макарьево, и в самом Нижнем Новгороде.                Эту традицию переняли бухарцы по всей России. Так, в 1823 году, ровно 200 лет тому назад, бухарский купец 1-й гильдии, миллионер Назарбай Алибаевич Хошалов выстроил первую каменную мечеть      в Москве – причем ее здание сохранилось до сих пор и сегодня обсуждается вопрос о ее реставрации. В начале ХХ века на средства бухарских эмиров Сеида Абдул-Ахад-хана и его сына Сеида         Мир-Алим-хана была построена самая красивая на тот момент мечеть в России – в имперской столице Санкт-Петербурге.

Следует назвать еще одну историческую личность,                   которая сыграла не меньшую, а то и большую роль в деле упрочения культурных контактов между мусульманами Внутренней России        и Бухары. Выдающимся теологом-востоковедом, тюркологом, муллой Хусаином Фаизхановым, который являлся лектором восточных языков Восточного факультета Санкт-Петербургского императорского университета, были переписаны такие фундаментальные работы как «Хидая» Маргинани, «Фатава баззазийа» Ибн Баззаза, поэтический сборник и диван Алишера Навои «Маджалис ан-нафаис». Фаизханов сыграл важную роль                в создании словаря чагатайского языка, который впоследствии был издан академиком Вельяминовым-Зерновым на основе рукописи муллы Хусаина.

В годы тотального гонения на религии и запреты религиозного культа мусульмане Советского Союза все равно продолжали придерживаться своих убеждений и в послевоенные годы до распада СССР. В позднесоветскую эпоху, когда контроль над религией значительно ослабел, целая плеяда студентов из России получила исламское образование в медресе Мир-и-Араб в Бухаре.                          Они выпустились из медресе как раз накануне обретения религиозной свободы и затем возглавили мусульманские приходы по всей стране, от Крыма на западе до сибирских городов на востоке. С целью соблюдения регламента не могу упомянуть всех их,                     но скажу о своем учителе Умаре Идрисове, который возглавил мусульманскую умму Нижнего Новгорода; муфтии Чеченской Республики Ахмаде-хаджи Кадырове, который возглавил борьбу                            с экстремистами и пал шахидом в этой борьбе; наконец, председателе Духовного управления мусульман Российской Федерации муфтии шейхе Равиле Гайнутдине, который до сих пор    с огромным трепетом и волнением вспоминает годы своей учебы       в Бухаре.

Уверен, что эти прочные связи между мусульманскими сообществами России и Бухары следует активно поддерживать, укреплять и преумножать.

 

У меня есть целый пакет проектов в этом направлении, и я готов поделиться своим видением с заинтересованными лицами и организациями, ин ша Аллах.

 

Спасибо за внимание! Мир вам, милость Аллаха

и Его благословение!  

Статьи
Другие посты
Статьи

Научный путь перевода Корана на болгарский язык: от Софии до Багдада, Каира и Москвы

09.10.2026   27189   8 min.
Научный путь перевода Корана на болгарский язык: от Софии до Багдада, Каира и Москвы

Перевод Корана на болгарский язык, выполненный профессором Софийского университета, спустя более двух десятилетий после первых попыток, стал одной из основ исламских исследований в Восточной Европе. Научный путь этого ученого, пролегавший через университеты Багдада, Каира и Москвы, в конечном итоге привел к глубокой связи между востоковедением и исламской верой.

Как сообщает IQNA со ссылкой на "Ар-Рая", болгарский язык является родным для как минимум восьми миллионов человек (включая более полумиллиона мусульман) и играет весьма примечательную роль в истории перевода Корана на Балканах. Поскольку Балканы издавна являются местом пересечения славянских культур с турецким влиянием, «болгаризация» Корана имела не только религиозное значение, но и влияла на националистический и политический дискурс региона.

Большинство мусульман Болгарии (которых в местном диалекте называют «турками») проживают на юге страны и по-прежнему используют турецкий язык как основной для общения и религиозных проповедей. В то же время «помаки» (болгароязычные мусульмане, проживающие в Болгарии, северо-восточной Греции и преимущественно в северо-западной Турции), «рома» (цыгане) и другие этнические группы в основном используют болгарский язык. По этой причине первые переводы Корана на болгарский язык, выполненные христианскими миссионерами в первой половине XX века на основе европейских переводов с немецкого, французского и английского языков, воспринимались местными тюркоязычными мусульманами как вызов их идентичности.

Это напряжение сохраняется до сих пор, и борьба за языковые права является важным вопросом для тюркоязычного населения страны. Именно в этом контексте в период с 1986 по 1989 годы был осуществлен первый перевод Корана на болгарский язык мусульманином Мухаммедом Шамсэддином, который в 1991 году был издан частным образом неформальным издателем-любителем. Позже, в 1993 году, был опубликован тафсир (толкователь), подготовленный комитетом под руководством муфтия Надима Гандзева, ограниченным тиражом.

Глубокое знание Цветана Теофанова в исламской культуре

Следующим переводом Корана на болгарский язык стала работа выдающегося болгарского исследователя арабских и исламских исследований Цветана Теофанова под названием «Prevod na Sveshtenia Koran» (Перевод Священного Корана), которая и является предметом данного репортажа.

Цветан Теофанов — профессор Софийского университета, чья деятельность в области арабских исследований в Болгарии ведется с начала 1960-х годов и занимает особое место.

Он является ученым, глубоко изучившим Коран, а также арабскую литературу и поэзию эпохи Аббасидов, преподавал и занимал административные посты в университетах своей страны. Он выступал с лекциями в ряде западных университетов, включая Оксфорд, и за эти годы опубликовал труды, посвященные арабскому литературному наследию.

Свой научный путь Теофанов начал в Софийском университете, после чего отправился в университеты Багдада и Каира. Его докторская диссертация (защищенная в 1987 году в Московском государственном университете) была посвящена творчеству Абу аль-Атахии, знаменитого поэта раннего ислама, а его завершающая работа для получения звания профессора (2001 г.) была посвящена классической арабской поэзии. В 1992 году Теофанов возглавил Центр восточной культуры и языков в Софийском университете.

Помимо перевода Корана, он известен своими монографиями и исследованиями по средневековому Ближнему Востоку, а также своими поэтическими произведениями. Кроме того, он, по всей видимости, является единственным болгарским исследователем, переведшим сборник хадисов — книгу «Рияд ас-Салихин» имама ан-Навави.

Приняв ислам в 1998 году в процессе перевода Корана на болгарский язык, он в том же году был избран руководителем кафедры при Высшем исламском институте Софии. В настоящее время он является членом Американского общества востоковедов и Британского общества ближневосточных исследований.

Этот исследователь и переводчик Корана, по просьбе болгарского издательства, в 1987 году впервые перевел концепции Священного Корана на болгарский язык. Однако, по его собственным словам, стремясь к изменениям в личных и общих обстоятельствах, Теофанов вновь взялся за перевод Священного Корана, и спустя 10 лет представил первый болгарский текст смыслов Корана, переведенный непосредственно с арабского оригинала.

Впервые это издание было опубликовано в 1997 году при поддержке саудовского фонда «Ат-Тайиба», а в 1999 году вышел его второй исправленный тираж. С тех пор этот перевод переиздавался по меньшей мере пять раз различными болгарскими издательствами, Управлением муфтия Болгарии и, наконец, Турецким управлением по делам религии (Диянет).

«Официальный» статус этого перевода принес ему огромную популярность, и сегодня он легко доступен не только в мечетях и библиотеках, но также на множестве веб-сайтов и в мобильных приложениях. Принятие Теофановым ислама после завершения работы над переводом также способствовало росту его известности и авторитета среди мусульманских и не мусульманских читателей.

Рассказывая о том, что побудило его взяться за перевод Священного Корана, и было ли это личным любопытством или просто предложением болгарского издательства, переводчик отметил: "Изначально я не планировал переводить Священный Коран, пока одно из болгарских издательств не пригласило меня заняться этим благородным трудом. Не думая о тех трудностях, с которыми придется столкнуться, я с легкостью принял это предложение. Я был удивлен этим предложением, поскольку коммунистические власти Болгарии в то время запрещали последователям любых религий — будь то христиане, иудеи или мусульмане — отправлять свои религиозные обряды".

Современный язык в сочетании с научной точностью

Во введении к своему переводу Корана Цветан Теофанов знакомит болгарских читателей с важнейшими кораническими понятиями, а также приводит краткую биографию Пророка ислама (с.а.с.) и историю раннего периода ислама. Кроме того, он затрагивает актуальные и дискуссионные темы современности, такие как религиозная толерантность в исламе, джихад и взаимосвязь между исламом и наукой.

Сам перевод отражает богатый научный и академический опыт его автора. По своему стилю он до некоторой степени перекликается с известным своей предельной точностью к оригиналу русским переводом Крачковского, однако представляет собой весьма удачный «грамматический перевод», лишенный сухого букваризма или вольных пересказов (парафраз).

При выборе лексики для перевода аятов была проявлена большая точность, а все пояснения и комментарии заключены в квадратные скобки. Перевод выполнен на современный болгарский язык, что позволило переводчику избежать использования устаревших и архаичных слов; он сохранил лишь небольшое число оригинальных арабских терминов, благодаря чему текст стал легко понятным как для мусульманской, так и для светской аудитории.

Любые дополнительные разъяснения оформлены в виде сносок к переводу. Они написаны простым языком и опираются на общепринятые суннитские тафсиры. Хотя в тексте книги не упоминаются классические толкователи по именам, в некоторых интервью Теофанов признавался, что использовал суннитские тафсиры, такие как труды ат-Табари, Ибн Касира и Сайида Кутба, а при объяснении «асбаб ан-нузуль» (причин и обстоятельств ниспослания аятов) опирался главным образом на «Сахих» аль-Бухари.

Перевод, подходящий как для широкого круга читателей, так и для специалистов

При столкновении с догматическими и вероучительными аятами он обычно дает буквальный перевод, но дополняет его пояснениями в соответствии с учением суннитов. Тот же подход применяется и к ряду аятов, касающихся религиозной практики и социальных вопросов: Цветан Теофанов разъясняет их сквозь призму суннитских взглядов, в том числе правовой статус отмены временного брака (мута) в примечании к 24-му аяту суры «Ан-Ниса». В целом его подход позволил создать труд, который одинаково хорошо подходит как для сплошного чтения, так и для цитирования в академических, религиозных или популярных работах.

Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

Новости мира