26 Октябрь, 2026, 15 Джумада аль-уля, 1448
26 Октябрь, 2026, 15 Джумада аль-уля, 1448
Полумесяц использовался в качестве символа в самых разных частях земного шара с глубокой древности. В Коране говорится: «Они спрашивают тебя о новолуниях. Скажи [, о Мухаммад]: «[Новолуния] определяют время для людей и для совершения Хаджа». Благочестие не в том, чтобы входить в дома с их задней стороны, благочестив тот, кто богобоязнен. Входите же в дома через двери, бойтесь Аллаха, — быть может, вы преуспеете» (Сура «аль-Бакара», 2/189).
Кроме того, в Коране сообщается, что Аллах установил лунные фазы, чтобы люди могли исчислять время: «Он — тот, кто даровал солнцу сияние, а луне — свет и установил для нее периоды, чтобы вы могли определять счет годов и счисление [времени]. Все это Аллах сотворил только по справедливости. Он разъясняет Свои знамения для тех, кто ведает [истину]» (Сура «Юнус», 10/5).
Также в Коране описывается, как движение Луны по орбите является знамением для людей: «Для луны Мы предопределили [разные] состояния, пока она не становится изогнутой, подобно высохшей пальмовой ветви. Солнцу не следует догонять луну, и ночь не опережает день, и каждый из них плывет по небосводу» (Сура «Йа Син», 36/39-40).
Полумесяц считается одним из доказательств существования Аллаха и Его могущества. Во многих аятах говорится, что Луна предназначена для служения людям, также Аллах несколько раз клянется ею.
В хадисах полумесяц в основном упоминается в связи с определением времени поста и паломничества. Ибн Хаджар аль-Аскалани передавал от Ибн Юнуса, что Посланник Аллаха (салляллаху алейхи ва саллям) вручил Сааду ибн Малику ибн Убайсиру аль-Азди, явившемуся в Медину в качестве посланца, черное знамя с изображением полумесяца, чтобы он передал его своему племени.
Всё это показывает, что, хотя в разных цивилизациях прошлого изображение полумесяца и несло в себе какие-то другие смыслы, использование его мусульманами в качестве символа счастья, радости и воскрешения не является чем-то предосудительным.
Как сообщает islamisemya.com, символ полумесяца появился в исламском мире уже с VII века При Омейядах, в соответствии с традицией, оставшейся со времен Сасанидов, чеканились монеты с изображением полумесяца и звезд. При Муавие, Хаджадже ибн Йусуфе, а после них – при наместнике Табаристана Умаре ибн Аля, их композицию менять не стали, только к полумесяцу со звездами добавлялись «слова свидетельства» и аяты. Этот символ был позже принят в государствах сельджуков, хорезмшахов, а также использовался на монетах Ильханидов.
Историк Мирхонд писал, что правитель Газневидов Сабук Тегин использовал полумесяц как символ в своей армии. В войске, направленном в 1082 году императором Генрихом IV против Папы Григория VII, были сицилийские солдаты-мусульмане, у которых на груди имелось изображение золотого полумесяца.
Когда крестоносцы захватили Иерусалим, то на Купол Скалы установили золотой крест. Салахуддин Айюб, отвоевав город в 1187 году, заменил его полумесяцем со сведенными концами. Однако еще раньше Алп-Арслан завоевал город Ани в 1064 году, велел убрать крест с собора, превращенного в мечеть и водрузить на его место полумесяц, привезенный из Ахлата. Таким образом, можно заявить, что с XI века полумесяц стал использоваться как знак или символ, противопоставлявшийся христианскому кресту. Это явление получило широкое распространение после завоевания Константинополя турками.
Полумесяц, а иногда даже два или три полумесяца, можно было увидеть на флагах разных мусульманских государств – от Андалусии до мамлюкского Египта. Вместе с мечом Зульфикаром он был основным мотивом на знаменах Османской империи. Османская империя, которая стала культурной наследницей предыдущих исламских государств, распространив свое влияние по обширной территории, сделала этот символ универсальным.
Сегодня он используется как символ такими организациями, как Красный Полумесяц, Зеленый Полумесяц (организация, борющаяся с распространением алкоголя и наркотиков), а также сам по себе или в композициях с одной или несколькими звездами украшает флаги таких стран, как Азербайджан, Алжир, Камерун, Турецкая Республика Кипр, Малайзия, Мавритания, Пакистан, Сингапур, Тунис и Туркменистан.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Последние публикации зарубежных журналистов и тревел-авторов показывают любопытную перемену в восприятии Узбекистана. Страна по-прежнему предоставляет миру свою тысячелетнюю историю, и это работает. Но впечатления самих путешественников всё чаще выходят далеко за пределы архитектуры Шёлкового пути.
Иностранец приезжает ради Самарканда, а рассказывает о Ташкенте. Едет смотреть древние города, а вспоминает людей, еду, сервис, современную культуру, горы и ощущение страны, которая меняется прямо на глазах. Так что же сегодня действительно привлекает туриста – прошлое или настоящее?
Для начала – Шёлковый путь
Начать путешествие по стране с древней истории практически неизбежно. Для западного туриста Самарканд, Бухара и Хива – не просто три города на карте. Это почти мифологические названия, связанные с Великим Шёлковым путем, Тимуром, караванами, учеными, купцами и восточной архитектурой. Именно этот образ десятилетиями формировал международное представление об Узбекистане.
Нидерландский журналист Willie van Rooijen свою поездку назвал путешествием «во времени». Его маршрут проходил через Самарканд, Бухару и Хиву, а внимание автора было приковано к памятникам, ремеслам, старым кварталам, мечетям, медресе и караванным маршрутам. Похожее впечатление производит Хива. Внутри Ичан-Калы турист оказывается в пространстве, где историческая архитектура не выглядит декорацией для туристического спектакля. Узкие улицы, минареты, мастерские и старые стены создают ощущение путешествия в другую эпоху. Именно поэтому история остаётся главным магнитом. Но есть важная деталь: иностранные авторы всё реже заканчивают свой рассказ на истории.
Приехал за прошлым, увидел настоящее
Один из наиболее показательных примеров – публикация британского журналиста Герда Грейга (Geordie Greig). Он описывает классический маршрут – Самарканд, Бухара, Хива, Ташкент. Первые три города дают именно то, чего ожидает человек, впервые приехавший в страну: грандиозную архитектуру, памятники имперского прошлого и атмосферу древних торговых центров. Но в его рассказе особое место занимает Ташкент. И это принципиально важно. Столица не пытается конкурировать с Самаркандом количеством средневековых памятников. Его привлекательность совершенно другого типа: метро, современная архитектура, музеи, галереи, концертные площадки, новые культурные пространства. Получается парадокс. История побуждает туриста купить билет в Узбекистан, а современная страна заставляет его пересмотреть первоначальное представление о стране. Это очень существенная разница.
Ташкент становится частью туристической истории
Долгое время Ташкент в международном туристическом нарративе воспринимался скорее как транзитная точка: прилетел, переночевал и отправился дальше в Самарканд или Бухару. Сегодня этот сценарий постепенно меняется. Зарубежные публикации всё чаще рассматривают столицу как самостоятельное направление. Причем интерес вызывают не только традиционные достопримечательности, но и городская жизнь. Это уже другая модель путешествия. Туристу становится интересно не только «что сохранилось с XV века?», но и «Как живёт эта страна сегодня?»
Именно здесь появляются современная гастрономия, искусство, дизайн, музеи, новые гостиницы, кофейни, культурные площадки и городские пространства. В международной туристической прессе Ташкент всё чаще оказывается в контексте современного искусства и культурных изменений. И это важный сигнал: страна перестает восприниматься исключительно как исторический объект.
Самарканд тоже становится современнее
Но было бы ошибкой противопоставлять современность историческим городам. Самарканд сам меняет туристический опыт. Иностранные авторы обращают внимание не только на Регистан и Гур-Эмир, но и на рестораны, гостиницы, сервис, новые пространства и общую инфраструктуру. Именно такой взгляд особенно хорошо проявляется у известного путешественника и писателя Пико Ийер (Pico Iyer). В материале “Financial Times”, посвященном его открытиям 2025 года, Узбекистан оказался среди мест, которые произвели на него особенно сильное впечатление. Причем удивляли его не только знаменитые памятники. Он отдельно отмечал гостиничный опыт, сервис и сочетание исторического окружения с современным уровнем комфорта. Это уже совсем иной образ страны. Не «древний Узбекистан, где можно переночевать», а современная страна, в которой древность стала частью повседневной среды. И именно такое сочетание сегодня может стать одним из главных конкурентных преимуществ нашего государства.
От куполов к людям
Есть еще один мотив, который повторяется в рассказах иностранцев, хотя его сложнее измерить статистикой. Это люди. Японский журналист Тошиказу Мураками (Toshikazu Murakami) в Узбекистане обращал внимание на гостеприимство, отношение к иностранцам, ощущение безопасности и спокойствия. На первый взгляд это кажется не таким важным фактором, но для современного туриста впечатление от страны формируется не только достопримечательностями. Памятник можно сфотографировать и забыть. А вот разговор с продавцом на базаре, ужин в семейном ресторане, случайное знакомство, помощь незнакомого человека или ощущение того, что тебе комфортно в городе, часто становятся частью личной истории путешествия. Именно поэтому рассказы иностранных журналистов постепенно уходят от формата «10 мест, которые нужно увидеть». Они становятся рассказами о том, как ощущается Узбекистан.
Любопытное наблюдение есть у Аканкша Сингх (Akanksha Singh) из “Lonely Planet”. Узбекистан обычно представляют через синий цвет: голубые купола, бирюзовую майолику, мозаики Самарканда и Хивы. Но во время путешествия автор обнаруживает другую палитру – золотую, песочную, янтарную. Это уже не архитектура, а пейзаж. Пустыня, поля, дороги, закаты, природные пространства возле древних крепостей. И здесь происходит ещё одна важная перемена в туристическом восприятии. Наша земля перестаёт быть страной трёх городов, а становится территорией, по которой интересно путешествовать. Нукус, Каракалпакстан, пустынные районы, древние крепости, горы, природные маршруты… всё это расширяет привычный образ страны.
Зачем туристу современный Узбекистан?
Возникает закономерный вопрос: если историческое наследие настолько мощное, зачем вообще пытаться конкурировать с ним современностью? Ответ, возможно, заключается не в конкуренции. Современность не должна вытеснять историю. Она должна делать её удобной для современного путешественника. Турист XXI века хочет увидеть Регистан, но ему нужен хороший отель. Он хочет пройти по древней Бухаре, но вечером ему интересны ресторан, концерт или выставка. Гость хочет попасть в Хиву и одновременно пользоваться современным транспортом, связью и сервисом. Хочет увидеть Шёлковый путь, но не обязательно жить так, как жили караванщики. В этом смысле развитие современной инфраструктуры не разрушает исторический туристический продукт. Напротив, оно позволяет ему работать на новую аудиторию.
Кроме того, показательно ещё то, что международные материалы 2026 года всё чаще обращают внимание на зимний туризм, горные направления и поездки за пределы классического маршрута. Это означает, что туристический образ страны становится более многослойным. И здесь возникает важный вопрос уже не о рекламе, а о восприятии. Когда человек приезжает в страну впервые, у него есть определённые ожидания. Он ожидает увидеть Восток из книг и фотографий. А затем обнаруживает город с современным метро, ресторанами, галереями, новыми отелями, молодежной культурой и быстро меняющейся городской средой. Именно контраст между ожиданием и реальностью может стать одним из самых сильных впечатлений.
Древняя история остается главным поводом для знакомства. Если раньше иностранцу показывали Узбекистан как уникальный памятник прошлого, то сегодня всё чаще ему показывают страну, где это прошлое продолжает жить внутри современности. Именно поэтому наиболее интересный вопрос сейчас звучит несколько иначе: Не что выбирает турист – древний или современный Узбекистан, а почему ему всё сложнее разделить эти два образа.
Возможно, главный туристический ресурс страны сегодня заключается именно в этом сочетании. Утром можно стоять на площади Регистан и смотреть на архитектуру XV века. Днем ехать по современному Ташкенту. Вечером ужинать в новом ресторане, идти на концерт или выставку. А на следующий день отправиться в горы или древнюю крепость. Для иностранца это уже не просто путешествие в прошлое. Это путешествие в страну, где прошлое стало частью современного настоящего. И судя по свежим рассказам зарубежных журналистов, именно этот контраст постепенно становится одним из самых сильных впечатлений от Узбекистана.
Автор: Азиза Алимова, УзА
Ўзбекистон мусулмонлари идораси Матбуот хизмати
Иман 
Молитва 
Голодание 
Закот 
Хадж 
Коран 
Уроки Ислама 
Контакт 