Сайт работает в тестовом режиме!
18 Сентябрь, 2026   |   7 Раби ас-сани, 1448

город Ташкент
Фаджр
04:47
Шурук
06:06
Зухр
12:17
Аср
16:38
Магриб
18:32
Иша
19:47
Bismillah
18 Сентябрь, 2026, 7 Раби ас-сани, 1448

Глава ИСМИ: Межафганские переговоры не должны стать упущенным шансом на мир

22.10.2020   7149   15 min.
Глава ИСМИ: Межафганские переговоры не должны стать упущенным шансом на мир

Узбекистан поддерживает мирный процесс в Афганистане и готов предоставить площадку в Самарканде для проведения прямых межафганских переговоров. В Ташкенте рассматривают Афганистан как страну возможностей. Начавшийся мирный процесс позволяет говорить о восстановлении Афганистана как моста между Южной и Центральной Азией. О новом узбекском подходе к афганской проблематике рассказал порталу «Афганистан.Ру» директор Института стратегических и межрегиональных исследований при президенте Республики Узбекистан Элдор Арипов.
Афганистан.Ру: Наблюдатели считают, что после избрания Шавката Мирзиеёва президентом Узбекистана, политика Ташкента в отношение Афганистана кардинально изменилась. В чем заключается новая афганская линия Ташкента?
Э.А.: Новая афганская политика Ташкента напрямую связана с курсом президента Шавката Мирзиёева по трансформации Центральной Азии в «зону стабильности и устойчивого развития». Важным элементом обозначенной стратегии стал новый взгляд на Афганистан. Узбекистан теперь не отгораживается от него, как прежде, а рассматривает эту страну как органическую, неотъемлемую часть всей Центральной Азии.
При этом, мы исходим из позиции, что безопасность неделима и ее можно обеспечить лишь совместными усилиями. В этой связи, Мирзиёев справедливо отмечал, «безопасность Афганистана – это безопасность Узбекистана».
Суть нового подхода также очень четко отражает призыв узбекского президента перестать воспринимать эту страну исключительно как источник угрозы, а начать смотреть на Афганистан с точки зрения возможностей. Этот призыв получил широкую международную поддержку, и позволил по-новому взглянуть на Афганистан. Теперь имеется общее понимание важности вовлечения этой страны в региональные экономические процессы.
Особенность политики Шавката Мирзиёева также в том, что он не просто фокусируется на вопросах войны и мира, а смотрит вперед, на долгосрочную перспективу. При этом, он ориентируется на стратегические возможности, которые открываются сегодня с движением Афганистана к миру.
Поэтому сегодня Ташкент активно развивает политические, торгово-экономические и культурно-гуманитарные связи с Кабулом. Мы воспринимаем стабильность Афганистана как безопасность нашей страны, залог стабильности и процветания всего обширного региона.
Афганистан.Ру: О каких позитивных моментах за последнее время в рамках узбекско-афганских отношений можно говорить?
Э.А.: В узбекско-афганских связях действительно был совершен «системный рывок» вперед по многим направлениям.
В первую очередь, в деле урегулирования афганского конфликта была открыта принципиально новая страница. Пример этому – Ташкентская конференция по Афганистану, проведенная по инициативе главы Узбекистана. Именно она позволила придать «мощный толчок» активизации усилий всего мирового сообщества по скорейшему достижению мира и стабильности в Афганистане. Конференция также заложила основу для организации прямых переговоров с Движением «Талибан» (запрещено в РФ), а в последующем и межафганского диалога.
Колоссальный прорыв сделан в торгово-экономической сфере. Положительная динамика взаимной торговли Узбекистана с Кабулом наблюдается даже в условиях пандемии. Мы не стали закрываться, и граница с Афганистаном в этом году оставалась открытой для всех транспортных грузовых перевозок. Благодаря этому, за первое полугодие 2020 г. уровень товарооборота с Афганистаном вырос на 24%. На 51% увеличились ж/д перевозки.
При этом наблюдается не только активизация динамики двусторонней торговли, но и значительное расширение ее структуры за счет включения совершенно новой номенклатуры товаров. Примечательно, что растет не только экспорт узбекских товаров, но и афганский импорт. В прошлом году он вырос в 5 раз по сравнению с 2015 годом. Это, несомненно, является важным подспорьем для афганской экономики.

Важный вклад в расширение торговли внес Международный логистический центр «Термез-Карго». Этот крупный логистический терминал, расположенный в Сурхандарьинской области в непосредственной близости с афганской границей, облегчает проведение экспортно-импортных и транзитных грузопотоков между двумя странами.
Наращивается взаимодействие в энергетической сфере, что является ключевым фактором в деле социально-экономического восстановления Афганистана. По сравнению с 2002 г. объем поставок электроэнергии в эту страну увеличился в 30 раз.
Начато строительство ЛЭП «Сурхан – Пули-Хумри». Запуск этой ЛЭП внесет вклад в решение острейшей проблемы Афганистана – дефицита энергии. Ее пропускная способность в день составит 24 млн. кВТ/ч (в год – до 6 млрд. кВт/ч), что позволит увеличить поставки электроэнергии в Афганистан на 4 млрд. кВт/ч и обслуживать 10 млн. домохозяйств в день.
На качественно новый уровень вышло сотрудничество в сфере образования. В январе 2018 г. в Термезе был открыт Образовательный центр, где афганская молодежь может получить знания по 17 направлениям высшего и 16 – среднего специального, профессионального образования.
С сентября 2019 г. в Центре обучаются 172 студента, еще около 100 афганских студентов уже окончили обучение в 2019 г. Сегодня некоторые из них работают в парламенте, министерствах Афганистана, ведут самостоятельный бизнес.
Афганистан.Ру: Какие перспективы открываются для Узбекистана и Центральной Азии, после установления мира в Афганистане?
Э.А.: Несомненно, урегулирование ситуации в Афганистане окажет огромное влияние на центральноазиатский регион. Мирный Афганистан открывает для всех новые, уникальные перспективы сотрудничества, которые принесут выгоду для всех.
Афганистан.Ру: В чем выгода от сотрудничества с Афганистаном?
Э.А.: Прежде всего в новых стратегических возможностях. Объективно, Афганистан – это связующий мост для Центральной Азии и Южной Азии. Так было на протяжении многих столетий, через эту территорию непрерывно шли потоки людей, товаров.
К сожалению, в ХХ вв. Афганистан, по-сути, был превращен в буферное государство, оставленное за пределами регионального транспортного и энергетического развития. Сегодня имеются все предпосылки для того, чтобы реанимировать историческую роль этой страны в регионе.
Афганистан открывает прямой и кратчайший путь странам Центральной Азии к портам Индийского океана и Персидского залива, Индии и Пакистану. В свою очередь, через Афганистан государства Южной Азии получают доступ к рынкам СНГ, Европы и Китая.
Очевидно, что с укреплением региональной взаимосвязанности также будут формироваться благоприятные внутренние и внешние предпосылки для развития трансрегиональных торговых связей.
Стоит признать, что пока торговля на этом направлении далека от своего потенциала. Например, из-за отсутствия прямых транспортных коридоров, товарооборот Узбекистана с Индией и Пакистаном составляет лишь около 500 млн. долл. В то же время, рынок стран Южной Азии один из самых перспективных для Узбекистана и других стран Центральной Азии.
С совокупным населением в 1,9 млрд чел. (1/4 часть мирового) и ВВП 3,5 трлн. долл. Южная Азия – это самый быстро растущий регион мира (до 7,5% в год). К 2030 году по объему рынка потребления Индия может выйти на 3-е место в мире после США и КНР.
С учётом экспортного потенциала, у центральноазиатских производителей имеются все возможности успешно конкурировать на индийском и пакистанском рынках. Открытие дороги через Афганистан сможет сделать эту торговлю коммерчески выгодной.
К примеру, строительство железнодорожной линии от Мазари-Шарифа до Пешавара снизит в разы стоимость перевозки грузов. При этом выгоду получит не только Узбекистан. Это выгодно всем странам Центральной и Южной Азии, Ближнего и Среднего Востока.
Афганистан.Ру: В рамках ООН существует постоянно действующий орган, занимающийся Афганистаном и возглавляемый спецпредставителем генсека организации — UNAMA. Как Вы можете оценить деятельность данного органа, в полной ли мере он справляется со своими функциями?

Э.А.: UNAMA, конечно, внесла свой важный вклад в поддержку Афганистана на его пути к стабильности и миру. Миссия была образована в один из переломных моментов в истории Афганистана. Первоначальный мандат Миссии заключался в основном в поддержке Боннского соглашения, затем мандат продлевался и изменялся с учетом потребностей страны. Это говорит о ее востребованности.
Немаловажную роль UNAMA сыграла в демократических завоеваниях Афганистана последних лет. Прежде всего, имею ввиду активизацию гражданского общества, укрепление институтов государственной власти, продвижении основополагающих прав и свобод человека, особенно права женщин на образование.
В сентябре большинством голосов Совет Безопасности ООН продлил мандат UNAMA на следующий год.
Афганистан.Ру: В каких сферах Россия и Узбекистан могли бы сотрудничать по Афганистану?
Э.А.: Вопрос Афганистана традиционно в центре внимания Ташкента и Москвы, всегда присутствует в двусторонней повестке, в том числе в рамках межмидовских консультаций. Происходит регулярный обмен мнениями по вопросам поддержки мирного процесса, обеспечения безопасности, содействия восстановлению экономики Афганистана.
Интересы Узбекистана и России на афганском направлении совпадают. Ташкент также поддерживает «Московский формат» консультаций по Афганистану и приветствует усилия Российской Федерации по продвижению мирного процесса.
В свою очередь, Россия поддержала инициативу проведения Ташкентской конференции по Афганистану, российскую делегацию на этом Форуме возглавил глава МИД Сергей Лавров.
Важно сотрудничество в плане наполнения конкретным содержанием дорожной карты ШОС – Афганистан, принятой в июне 2019 г. Центральная и Южная Азия – это пространство ШОС. Активизация участия Контактной группы «ШОС–Афганистан» в решении афганской проблемы безусловно окажет позитивное влияние на мирный процесс.
Вопросы взаимодействия на афганском направлении также регулярно поднимаются на площадке СНГ.
Афганистан.Ру: Есть ли совместные росийско-узбекские проекты реализуемые в Афганистане?
Э.А.: Мы рассчитываем на активное сотрудничество с нашими российскими партнерами в реализации проектов по вовлечению Кабула в региональные экономические, транспортно-коммуникационные связи. Перспективным в этом плане может быть участие России в строительстве ж/д линий от Мазари-Шарифа к портам Индийского океана. Как уже отмечалось указанные коридоры открывают широкие возможности по расширению трансрегиональных связей в сфере торговли и экономики. Эти возможности могут быть также интересны и России, которая, несомненно, также заинтересована в наращивании сотрудничества на южноазиатском направлении.
Афганистан.Ру: Каковы Ваши оценки и прогнозы в отношении переговоров, начатых 12 сентября 2020 г. в Дохе между официальным Кабулом и «Талибаном»?
Э.А.: Начавшийся межафганский диалог – это реальный шаг вперед в решении затянувшегося на несколько поколений афганского конфликта. Впервые за 40 лет в Афганистане появился уникальный шанс положить конец многолетнему кровопролитию, предотвратить новые невинные жертвы. Самое главное, сейчас у миллионов афганских граждан появляется возможность вернуться к мирной жизни, наладить нормальный быт.
Конечно, в афганском вопросе еще не поставлена окончательная точка. Несомненно, впереди предстоит еще много работы, поскольку начавшиеся прямые переговоры – это не конец, а только начало пути к миру.
Сегодня как никогда важно, чтобы внутриафганский диалог завершился достижением действительно устойчивого и прочного мира, а не тактическим перемирием сторон.
Важно не допустить, чтобы начавшиеся инклюзивные межафганские переговоры стали очередным упущенным шансом на мир, примеров чего история Афганистана знает множество. Внимание к Исламской республике не должно снижаться, даже несмотря на возможный вывод иностранных войск.
Решающую роль в этом как раз может сыграть предложенное Шавкатом Мирзиёевым создание постояннодействующего Комитета ООН по Афганистану. На текущем этапе не может быть ничего важнее консолидации усилий мирового сообщества по всесторонней поддержке мирного процесса на общей площадке.

Очевидно, что в ситуации, когда более 75% госрасходов покрывается за счет доноров, а иностранная помощь составляет почти 50% госбюджета, оказание дальнейшей консолидированной международной поддержки Афганистана имеет ключевое значение для стабилизации ситуации и устойчивости всех мирных договоренностей.
Афганистан.Ру: Что это даст на практике?
Э.А.: Создание данного Комитета в качестве единой платформы в вопросах содействия Афганистану позволит:
– гарантировать, что проблема Афганистана будет оставаться в центре внимания мирового сообщества, в центре внимания ООН;
– выступать в роли площадки, на которой великие державы, и региональные игроки смогут вести диалог, необходимый для поддержания мира, недопущения интенсификации противостояния между внутриафганскими фракциями;
– обеспечивать обмен информацией по вопросам борьбы с терроризмом, поддержания региональной безопасности и стабильности;
– мобилизовать международные усилия по реализации крайне востребованных инфраструктурных и социально-экономических проектов развития в Афганистане. Принцип «от нестабильности и разрушений к миру и созиданию» должен стать действенной основой продвижения и достижения долгосрочного мира в этой стране.
Причем это площадка не призвана заменить или перечеркнуть уже имеющиеся платформы, например UNAMA. Наоборот она будет дополнять и восполнять деятельность Миссии для повышения эффективности международных усилий по содействию перехода Афганистана на мирные рельсы развития.
Афганистан.Ру: Существуют ли договоренности относительно проведения одного из раундов переговоров в Самарканде?
Э.А.: О готовности провести на территории Узбекистана прямые переговоры между правительством Афганистана и «Талибан» (движение запрещено в РФ) на любом этапе их развития президент Шавкат Мирзиёев заявлял еще на Ташкентской конференции. Позиция не изменилась, о чем недавно говорил и глава МИД Абдулазиз Камилов.
Идея организовать в Самарканде один из раундов межафганских переговоров о будущем страны кажется довольно перспективной, учитывая доверительные отношения Узбекистана со всеми представителями афганского общества.
Ташкенту доверяют. Доверяет и правительство Афганистана, и оппозиция. Потому что у Узбекистана нет камня за пазухой. Узбекистан не преследует узкокорыстные интересы. Наша главная цель – это мир. Наша главная цель – это безопасность и стабильность нашего общего региона.
Проведение подобной встречи в Самарканде могло бы также стать весьма символичным, поскольку речь идет о «священном для каждого мусульманина городе», где захоронен почитаемый во всем исламском мире ученый и богослов Имам аль-Бухари. Это может привнести «особый дух», укрепить благие намерения и помыслы сторон в процессе мирных переговоров.
Афганистан.Ру: Элдор Тахирович, Спасибо.
Беседовала Виктория Памфилова

Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

Статьи
Другие посты
Статьи

Американское исследование: молодёжь ищет ответы о вере на экранах Голливуда

07.09.2026   7540   10 min.
Американское исследование: молодёжь ищет ответы о вере на экранах Голливуда

Новое американское исследование показывает: погружение молодых людей в цифровой мир вовсе не означает их отказа от веры или разрыва с религиозными общинами. Напротив, происходит более глубокая трансформация — цифровые технологии всё теснее переплетаются с повседневными духовными практиками, но при этом не заменяют семью, места богослужения и непосредственное общение, передает ИА IslamNews.

Исследование под названием «Будущее веры: молодые люди, медиа и духовность» (The Future of Faith: Young People, Media, & Spirituality) показало, что подростки и молодые люди используют музыку, видео, приложения и социальные сети для изучения своих убеждений, получения психологической и духовной поддержки, а также общения со сверстниками. Однако когда перед ними возникают глубокие экзистенциальные вопросы или серьёзные кризисы веры, они чаще обращаются к религиозным лидерам.

Более двух тысяч молодых участников

Исследование провёл независимый научный центр Center for Scholars & Storytellers, связанный с Калифорнийским университетом в Лос-Анджелесе через его основательницу, профессора кафедры психологии Ялду Улс. Проект получил поддержку благотворительного фонда Templeton World Charity Foundation.

Исследователи объединили качественные и количественные методы. В период с февраля по апрель 2026 года они провели около 24 онлайн-фокус-групп с участием 86 подростков и молодых людей в возрасте от 14 до 24 лет, представлявших девять различных религиозных традиций и конфессий.

Затем был проведён общенациональный опрос в США, в котором приняли участие 2001 человек в возрасте от 16 до 24 лет. Участники представляли различные религиозные, духовные и нерелигиозные группы.

Такой подход позволил исследователям не только выявить общие тенденции, но и услышать, как сами молодые люди описывают свой опыт и опасения. В центре внимания находилась связь между религиозной идентичностью и различными видами медиа — фильмами, сериалами, музыкой, подкастами, социальными сетями, приложениями для чтения священных текстов, молитвы и медитации.

Экраны дают утешение и вдохновение

Более 97% верующих участников и 80% нерелигиозных заявили, что хотя бы раз испытывали духовное воздействие, утешение или вдохновение благодаря медиа-контенту или цифровым материалам.

Причём речь идёт не только о религиозных фильмах и сериалах. Существенную роль играют музыка, подкасты и истории, посвящённые утрате, надежде, смыслу жизни и чувству принадлежности.

Участники также рассказали, что обращаются к священным текстам своей религии, чтобы справиться с тревогой, стрессом и одиночеством, особенно в трудные моменты, когда необходима быстрая и доступная поддержка.

Телефон позволяет мгновенно получить доступ к нужному тексту или аудиозаписи, не дожидаясь религиозного собрания или возможности поговорить с другим человеком.

При этом 67% верующей молодёжи и 78% нерелигиозных участников заявили, что медиа помогли им познакомиться с новыми религиозными или духовными идеями и практиками. Более высокий показатель среди нерелигиозных молодых людей говорит о том, что интерес к духовным вопросам не обязательно исчезает вместе с отсутствием принадлежности к определённой религии или организации.

Духовные разговоры — преимущественно в закрытом пространстве

Около 68% верующей молодёжи обсуждают религиозный или духовный контент с друзьями в интернете. Однако чаще это происходит не в публичных постах и открытых комментариях, а в личной переписке, закрытых группах и кругах близких друзей.

Исследователи связывают это с чувствительностью религиозных вопросов и опасениями молодых людей столкнуться с насмешками, непониманием или осуждением со стороны своего окружения.

Личные разговоры позволяют поделиться религиозным видео, задать вопрос или рассказать о собственном опыте, не превращая это в публичное заявление о своей позиции или идентичности.

Цифровые медиа также дают молодым людям возможность знакомиться с опытом представителей других религий и конфессий и сравнивать его с тем, что они получают в семье и религиозных учреждениях. Для предыдущих поколений такой доступ к разнообразию взглядов был значительно сложнее.

При этом исследование не представляет молодёжь пассивным потребителем контента, которым управляют алгоритмы. Напротив, молодые люди сами выбирают материалы, оценивают их и используют для формирования собственного понимания веры, идентичности и принадлежности.

Традиционные религиозные институты не утратили своего значения

Результаты исследования противоречат представлению о том, что виртуальное пространство вытеснило традиционные религиозные институты.

Более 60% верующей молодёжи заявили, что их религиозные практики по-прежнему связаны с традиционными пространствами — церквями, мечетями, храмами и семейными собраниями — либо сочетают непосредственное участие с использованием цифровых технологий.

Около 80% участников используют приложения религиозного или духовного характера, хотя бы время от времени. Это могут быть приложения для чтения священных текстов, ежедневных молитв, медитации, напоминаний о времени богослужений, прослушивания чтений и проповедей.

Однако приложения остаются вспомогательным инструментом. Они помогают соблюдать регулярность и быстро получать доступ к необходимому контенту, но не способны в полной мере заменить человеческие отношения и чувство принадлежности, которые даёт реальная община.

Когда молодые люди сталкиваются с глубокими вопросами о вере, морали или смысле жизни, религиозные лидеры оказываются для них наиболее предпочтительным источником. За ними следуют родители и другие близкие взрослые, а затем друзья и родственники.

Инструменты искусственного интеллекта и обычные поисковые системы оказались в нижней части рейтинга доверия. Это показывает, что молодёжь различает использование технологий для получения информации или выполнения повседневной религиозной практики и обращение к ним в момент духовного кризиса, когда важны личный контекст и доверительные отношения.

Кризис религиозного представительства в медиа

Одновременно исследование выявило серьёзный разрыв между реальным опытом молодых людей и образами, которые они видят на экране.

Лишь около 40% участников считают, что медиа точно изображают людей, чьи религиозные убеждения или мировоззрение близки их собственным.

Около 70% верующих участников и более половины нерелигиозных заявили, что-то, как их вера и духовность представлены в медиа и художественных произведениях, влияет на отношение к ним окружающих в повседневной жизни.

Таким образом, проблема репрезентации связана не только с желанием увидеть на экране персонажа, похожего на себя. Она может напрямую влиять на чувство безопасности и принадлежности, а также на то, как коллеги, друзья и соседи воспринимают религиозные убеждения и практики человека.

Более 60% участников заявили, что некоторые материалы в медиа заставляли их чувствовать себя некомфортно или менее безопасно при публичном выражении своей веры или духовной идентичности.

Более 55% опрошенных в большинстве религиозных групп отметили, что религиозный контент в интернете иногда становится причиной острых дискуссий, семейных конфликтов или напряжённости между друзьями и сверстниками.

Таким образом, цифровая среда выполняет две противоположные функции. С одной стороны, она предоставляет утешение, знания и возможность общения. С другой — способна усиливать поляризацию и социальное давление, особенно когда вера превращается в инструмент оценки или сомнения в религиозности других людей.

Хрупкие цифровые сообщества

Менее трети верующей молодёжи сообщили о наличии сильных и поддерживающих цифровых сообществ, связанных с их верой.

Среди представителей религиозных меньшинств этот показатель составил 29%, а среди последователей доминирующих религий — 23%.

Разрыв между огромным количеством доступного контента и слабостью самих сообществ показывает: просмотр проповедей, коротких видео или материалов религиозных блогеров автоматически не создаёт настоящих отношений.

У молодого человека могут быть сотни религиозных источников в телефоне, но при этом ему может не хватать безопасного пространства, где можно открыто обсуждать свои вопросы, не опасаясь травли, осуждения или исключения из сообщества.

58% молодых представителей религиозных меньшинств и 55% последователей доминирующих религий считают, что блогеры и создатели контента должны больше работать над созданием безопасной цифровой среды, способствующей человеческому общению и честному диалогу, а не ограничиваться односторонней передачей сообщений.

 Какой молодёжь хочет видеть религию в кино?

Отдельная часть исследования была посвящена религиозному представительству в фильмах и сериалах. Молодые люди сформулировали конкретные требования к сценаристам, режиссёрам и продюсерам.

Главное из них — представители разных религий должны быть не только перед камерой, но и участвовать в принятии творческих решений.

Недостаточно пригласить актёра, принадлежащего к религиозному меньшинству, если его персонаж и сюжет создаются без участия людей, знакомых с соответствующим опытом.

Молодые люди также хотят видеть обычную повседневную религиозную жизнь, а не только наиболее необычные или экстремальные формы религиозности.

Один из буддийских участников привёл пример: он хотел бы видеть героя, который просто выполняет религиозные обряды у себя дома, а не постоянно изображается человеком, который уезжает в горы и годами обучается у монаха.

Иными словами, персонаж может молиться, поститься, посещать место поклонения или разговаривать с семьёй о своих убеждениях — и всё это не обязательно должно становиться драматическим событием.

Для миллионов людей религия является частью повседневной жизни, а не отдельным драматическим эпизодом.

Религия — это не единый монолит

Участники исследования призвали создателей фильмов и сериалов показывать внутреннее разнообразие религиозных общин, а не представлять их как однородные группы с одинаковыми взглядами и позициями.

Опыт мусульман, христиан, иудеев, буддистов, индуистов, сикхов и представителей других религий может существенно различаться в зависимости от конфессии, семьи, места проживания, возраста, культуры и степени личной религиозности.

Даже два человека, принадлежащих к одной религии, могут по-разному понимать священные тексты, повседневные практики и отношения с религиозными институтами.

Признание такого разнообразия, считают участники, расширяет возможности драматургии. Вместо поверхностного конфликта между «верующим» и «неверующим» появляются более сложные вопросы — о смысле веры, границах сообщества, личной совести и отношении к унаследованным традициям.

Настоящие, а не декоративные персонажи

Молодые люди не хотят видеть религиозных персонажей в эпизодических ролях, созданных лишь для демонстрации разнообразия.

Они хотят видеть главных героев с собственными желаниями, недостатками, отношениями и внутренними конфликтами — людей, чья личность не сводится к хиджабу, кресту или посещению места поклонения.

Участники-мусульмане, например, призвали глубже раскрывать внутренний мир верующего: показывать, как его убеждения влияют на решения, страхи, отношения с семьёй и обществом, а не ограничиваться внешним обликом и сценами религиозных обрядов.

По мнению молодых людей, настоящая вера проявляется прежде всего в нравственном выборе, ответственности перед другими, отношении к несправедливости, утрате и власти — а не только в визуальных символах.

При этом они не требуют изображать религиозных людей безупречными. Напротив, им интересны персонажи, которые сталкиваются с сомнениями и внутренними противоречиями, могут не соглашаться с семьёй или религиозными институтами, но при этом сохраняют важную часть своей духовной идентичности.

Исследование показывает: для молодого поколения экран становится не заменой веры и религиозной общины, а одним из пространств, где вера осмысливается, обсуждается и получает новое выражение. Но именно живые отношения, доверие и принадлежность к сообществу по-прежнему остаются для молодых людей ключевыми.

Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

Новости мира