В Саудовской Аравии живет миллиардер без денег
Пальмовая роща в Саудовской Аравии в городе Аль-Кассим насчитывает более 200 000 пальм и расходуется на пути Аллаха. В этом саду 45 сортов фиников, годовой объем производства составляет 10000 тонн фиников.
Этот сад - самый большой вакф на земле. Доход от этого сада используется для строительства мечетей в разных странах мира, для благотворительной деятельности и организации ифтара в двух священных мечетях (Мекке и Медине).
По данным Ummamag.kg, этот сад был посвящен Аллаху самым богатым человеком Саудовской Аравии «Сулейман Аль Раджхи».
Сулейман аль-Раджхи открыл глаза в бедности. Он учился в школе. Однажды администрация школы организовала развлекательный тур и попросила каждого ученика дать один риал.
Он пошел домой, но у его родителей не было ни одного риала. Он много плакал, когда приближалась дата тура. Затем приходит результат его ежеквартальных экзаменов, он занял первое место в своем классе, и палестинский учитель дал ему 1 риал в качестве награды.
Он побежал к главе развлекательной программы и отдал свой 1 риал.
Со временем он получил образование и начал работать. Называя комнату в Джидде банком, он начал свою жизнь молодого предпринимателя с самоотдачей и усердной работой. Аллах благословил его работу.
За короткий промежуток времени сеть банков под названием «Аль-Раджхи» распространилась по всей Саудовской Аравии.
Сулейман аль-Раджхи отправляется на поиски своего палестинского учителя, встречает учителя, он на пенсии, экономическая ситуация такова, что трудно зажечь печь в доме, Раджхи сажает своего палестинского учителя в машину и говорит ему: «Я у тебя в долгу." Далее учитель говорит, что ты мне должен?
Раджхи напоминает своему учителю, что много лет назад вы дали мне награду в 1 риал, учитель улыбается, что теперь вы хотите вернуть мне этот риал? Раджхи паркуется перед бунгало и говорит своему учителю, что бунгало и машина теперь ваши, мы будем нести ответственность за все ваши расходы.
На глазах у палестинского учителя слезы, и он говорит, что это великолепное бунгало, эта дорогая машина - это слишком много. Раджхи говорит, что мое счастье было больше, чем ваше счастье, когда вы дали мне награду в 1 риал в тот день.
В настоящее время стоимость вакфа Сулеймана Аль-Раджхи составляет более 60 миллиардов риалов.
Он владеет саудовской компанией и банком Аль-Раджхи, который пожертвовал 170 миллионов риалов на борьбу с вирусом короны и передал министерству здравоохранения две гостиницы в Мекке.
Журнал Forbes назвал его одним из 20 величайших благотворителей в мире. Его биография стоит того, чтобы ее прочитать.
В дополнение к основанию крупнейшего в мире исламского банка он основал крупнейшую на всем Ближнем Востоке птицефабрику Al-Watania Poultry.
Вероятно, вы не найдете города в Саудовской Аравии, где мечети не построены семьёй Раджхи.
И самое главное, они платят своим 1,5 миллионам сотрудникам.
Он говорит: «Мне за восемьдесят! Что мне может понадобиться? Фонд оплачивает мои счета, обеспечивает меня жильем, едой, медицинскими услугами и транспортом, которых я стараюсь держать как минимум. Я хорошо обеспечен!»
Его спросили: Миллиардер без денег! "Каково это?"
Он снова улыбнулся, его глаза засверкали, и сказал:
«Я чувствую легкость! Я чувствую себя свободным! Я чувствую себя птицей ... и когда Аллах зовет меня, я могу ответить на Его призыв без каких-либо условий! Какое облегчение!»
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Табир-наме: история и эволюция исламского жанра сонников
В исламской культуре сновидения всегда считались чем-то большим, чем просто игрой воображения, превратившись в предмет серьезного изучения. Это способствовало появлению табир-наме – самобытного литературного жанра, посвященного искусству толкования снов.
Название «табир-наме» объединяет в себе арабские и персидские корни: первая часть слова, «табир», переводится как «толкование», а вторая, «наме», означает «книга» или «послание». Буквальное значение арабского корня слова «табир» — «переход с одного берега на другой», что в контексте сновидений символизирует мост между миром образов и их скрытым смыслом в реальности. В исламской интеллектуальной традиции эти труды были известны под самыми разными названиями: их именовали «руйа-наме» (книга видений), «вакиа-наме» (книга событий), «гузариш-наме» (книга разъяснений) или «табират аль-вукуат».
Тому, кто не владеет темой достаточно глубоко, табир-наме могут показаться лишь восточным аналогом привычных европейских сонников, однако на деле между ними лежит глубокая смысловая пропасть. Если западная традиция зачастую сводит толкование снов к бытовому любопытству или психологическим играм подсознания, то в мусульманской культуре это — строгая духовная дисциплина. Табир-наме не просто предлагают значения образов, а выстраивают целую методологию, основанную на Коране и сунне, где личность сновидца, его благочестие и даже время сна имеют решающее значение для понимания того, является ли увиденное божественным посланием или пустой игрой воображения, передает Исламосфера.
В исламе важность толкования снов подтверждается сведениями из Корана и хадисов. В Священном Коране упоминается, что пророку Юсуфу было даровано знание толкования, а пророки Ибрахим, Якуб и Юсуф толковали свои сны и действовали в соответствии с ними. Также сообщается о том, как отец Якуб истолковал сон Юсуфа, и как сам Юсуф, находясь в темнице, толковал сны двух юношей, а позже — сон царя Египта. Тот факт, что первое откровение пришло Посланнику Аллаха в виде «благого сна» (ар-ру’я ас-салиха), послужил поводом для включения темы снов и их толкования в своды хадисов. В этой области особо выделяются имена Абу Бакра и его дочери Асмы, Са‘ида ибн аль-Мусайяба и Ибн Сирина.
Литература исламского мира в области толкования снов чрезвычайно богата. Фундаментальное значение имеет наследие Мухаммада ибн Сирина, чей труд «Китаб аль-Джавами‘» заложил основы классической традиции. Не менее важен вклад имама Джафара ас-Садика, чей «Китаб фи та‘бир ар-ру’я» стал связующим звеном между духовным знанием и практикой толкования. В период между XI и XIV веками число специалистов значительно возросло: Хасан ибн Хусейн аль-Халлал в «Табакат аль-му‘аббирин» («Биографии поколений толкователей снов») упоминает уже 7500 толкователей.
Особое значение толкованию снов придавалось в суфизме, в таких тарикатах, как халватия. Поэтому большинство табир-наме имеют суфийский характер. Особое место в истории жанра занимает Абдул-Гани ан-Наблуси, который был шейхом сразу в двух тарикатах — накшбандия и кадирия. Его фундаментальный труд, алфавитный справочник «Та‘тир аль-анам», стал вершиной литературы табир-наме, объединив многовековой опыт предшественников в удобную для читателя форму. Если обычные сонники фокусируются на бытовых событиях (богатство, брак, здоровье), то суфийские авторы рассматривают сон как инструмент воспитания души (нафс) и получения прямого божественного руководства. Среди подобных трудов встречаются дневники сновидений и сборники ответов шейхов на письма дервишей. Любопытным примером является переписка Асие Хатун из Скопье (1641–1643): в письмах своему наставнику она подробно фиксировала сны, превращая процесс толкования в инструмент духовного анализа.
В тюркской культуре сны и их толкование имели огромное значение как в доисламский, так и в исламский периоды. Сон является важным элементом в эпосах о происхождении уйгуров, Огуз-кагане и Деде Коркуте. В «Кутадгу билиг» толкованию снов посвящен отдельный раздел. Большинство та‘бир-наме в тюркской литературе являются переводами с арабского, первыми были переведены труды Ибн Сирина и Джафара ас-Садика. Существуют также книги на турецком, татарском, узбекском, и других центральноазиатских языках. Написанные простым языком, эти труды являются богатыми источниками с точки зрения лексики и народных верований. Большинство из них написаны прозой, хотя встречаются и поэтические формы.
Табир-наме существовали как самостоятельные книги, так и в виде разделов или заметок на полях в трудах по физиогномике (кыяфат-наме) или суфизму. Сюжеты со снами также встречаются в сборниках (джонк, маджму‘а), трактатах, в «Тути-наме» и сказках «Тысячи и одной ночи».
Структурно такие труды обычно состоят из двух частей. В первой приводится вводная информация: место сна в исламе, виды снов, условия толкования; всё это подкрепляется притчами. Во второй части разъясняются значения образов. В завершающей части книг часто встречаются разделы сегир-наме или ихтилядж-наме. Эти жанры, которые можно отнести к разновидности народных гаданий, посвящены толкованию примет и непроизвольных движений тела — например, подергивания глаза или конечностей. В кратких версиях, включенных в сборники, как правило, переходят непосредственно к толкованию символов.
Жанр табир-наме — это не просто памятник литературы, а живое воплощение многовековой исламской традиции. Для мусульманской культуры толкование снов всегда оставалось серьезной дисциплиной, имеющей прочную основу в Коране и сунне. Будь то суфийские дневники, направленные на внутреннее совершенствование, или популярные народные сонники, этот жанр на протяжении веков служил важным инструментом поиска смыслов в повседневной жизни, напоминая о том, что даже самые мимолетные образы сна могут нести в себе важное послание.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
