«Первая мечеть в Семипалатинске была построена ташкентскими купцами (сартами) в 1798 году. Количество «иностранных и ташкентских бухарцев» в начале 19 века превышало татарское население почти в 10 раз. Большая часть данных о хронологии строительства мечетей в Семипалатинске были взяты из книги Семипалатинского краеведа Виктора Николаевича Кашляка «Храмы Семипалатинска: прошлое и настоящее», которая собрала в себе полную информационную картину обо всех городских религиозных сооружениях царского и дореволюционного периода.
Согласно источникам, первая мечеть в хронологическом плане в городе появилась в 1790-е годы. Она была построена из дерева на средства первых жителей – мусульман города, активную поддержку возведению первой мечети оказала интернациональная команда – узбек Бадал Айуб бай, казах Ишимкан бай и татарин Акмурат бай. Из-за своего небольшого размера и отсутствия минаретов среди жителей города данная мечеть стала известна как Токал-мечеть. Сартские мечети, а их было построено в Семипалатинске три, не входили в систему Оренбургского магометанского духовного собрания, и не подчинялись центральному Муфтияту в отличие от всех других мечетей Семея .
Первая татарская мечеть за №1 была построена в период с 1800 по 1810 годы на средства Шафибая Ишим оглы, который был родом из деревни Мазарбаши Казанской губернии. Деревянная мечеть простояла совсем не долго, не больше двадцати лет. Её разобрали, перенесли на окраину города, возвели заново, оставив за ней первый номер. А на её месте построили «деревянную, более солидную мечеть №2 для богатых мусульман» (между 1820 и 1826 годами). В 1949 году мечеть №2 сгорела при пожаре».
Автор: Альбина Хузина, журналист, член Общественного объединения «Краеведческое общество «Прииртышье» (Семей, Республика Казахстан), milliard.tatar
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Китайский каллиграф, участвующий в Биеннале каллиграфии в Шардже, подчеркнул важность арабской каллиграфии как моста, соединяющего различные культуры, и как средства служения Корану.
По сообщению IQNA со ссылкой на "Voice of Emirates", он также отметил, что его творческий путь отражает взаимодействие китайского культурного наследия и эстетики арабской каллиграфии, происходящее в контексте служения Корану и повышения статуса арабского письма.
Хадж Нур-ад-Дин пояснил, что его опыт работы с арабской каллиграфией демонстрирует подход, сочетающий китайскую культурную самобытность с арабскими и исламскими художественными традициями.
Китайский художник успешно использовал свое мастерство и знания для создания произведений, вдохновленных духом арабской каллиграфии, сохраняя при этом уникальный характер своих работ — качество, возникшее на стыке двух самобытных культур.
Он отметил, что арабская каллиграфия — это не просто инструмент для письма, а вид изобразительного искусства, глубоко наполненный духовным и эстетическим содержанием.
Хадж Нур-ад-Дин подчеркнул, что это особенно верно в отношении переписывания Корана: эта практика обеспечила данному виду искусства особый статус в исламской цивилизации и побудила художников из разных культур проявить к нему интерес и выработать собственные уникальные стили.
Биеннале каллиграфии в Шардже, проходящая с 7 по 15 октября, служит площадкой, объединяющей каллиграфов и художников со всего мира для чествования искусства арабской каллиграфии. Цель мероприятия — продемонстрировать разнообразие стилей и школ арабской каллиграфии, а также способствовать культурному диалогу между людьми посредством изобразительного искусства.
Участие Хаджа Нур-ад-Дин в этой биеннале демонстрирует способность искусства преодолевать географические и языковые границы. Оно также подчеркивает роль искусства в создании основы для взаимопонимания и культурного сближения, подтверждая, что арабская каллиграфия остается одной из самых значимых форм художественного самовыражения.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана