В телеграм-канале «Мулла из-за угла» разгорелась горячая дискуссия о языке пятничных проповедей в мечетях Татарстана. Все началось с того, что блогер, общественный деятель и благотворитель Расул Тавдиряков запустил рейтинг мастерства имамов в чтении проповедей. Делясь своими впечатлениями и замечаниями к пятничной проповеди, достаточно быстро читатели начали дискуссию о том, должна ли проповедь быть «татарской»? Корреспондент «Миллиард.Татар» сделала обзор основных комментариев по теме «какое место должен занимать татарский язык в мечети».
Часть неофитов, русскоязычных татар и переехавших в Татарстан предлагают перейти в проповеди на русский язык, предпочтя дело призыва национальной идентичности. Татароязычные мусульмане считают, что такое отношение к родному языку – это неуважение к народу национальной республики и памяти предкам. Кто прав?
«Насильно научить людей языку или дать умме знания?»
Как правило, религиозная деятельность на территориях национальных республик в России ведётся на языке местного населения. Так, в большинстве мечетей в Татарстане проповеди ведутся на местном татарском языке с дублированием на русский. Однако, последнее соблюдается не везде, так как и необходимости в дублировании где-то может не быть.
Одним из первых опубликованных писем стало сообщение с негодованием по этому поводу. Ведь в мечеть на пятничную проповедь приходит не исключительно татароязычное население, среди джамаата есть обрусевшие татары, русские, а также представители других национальностей.
«Да, татарский язык исчезает, но является ли это поводом для религиозных деятелей лишать людей напоминания? Нет ли менее травматичных способов его популяризации? Я очень хочу, чтобы мои дети научились своему родному языку без носителей в семье (эхо советской моды), но школьная программа для этого слаба, а другого общедоступного способа нет. И хутбы на татарском этому не помогают, а только лишают их исламских знаний, которые могут дать имамы» - восклицает читатель.
По словам автора, хутба и имам в мечети не должны выполнять лингвистические задачи, которые спустили «сверху». Поскольку основная задача мечети, как дома Аллаха, заключается в распространении знаний об Исламе и помощи мусульманам в религии.
Данный тезис поддержали и другие читатели:
«Татарскому языку только слушая проповеди не научиться», - считает один из пользователей.
Кто же ответственен за утрату языка?
Против аргументов за неэффективность татарских проповедей выступила другая сторона:
«Никто не должен придумывать способы возврата тебе того языка, который ты потерял. Ты обвиняешь неэффективную политику в отношении языка, но что ты сам сделал, чтобы вернуть язык себе и своей семье? Ты в первую очередь должен научиться языку (найти учителя или читать книги), научить своих детей. И придумать новые более эффективные методы его продвижения», - пишет другой пользователь.
Несмотря на полярность взглядов пользователей относительно языка проповедования ислама в мечетях на территории республики, большинство всё-таки подразумевает необходимость в дублировании татарской части пятничного наставления на русский язык. Однако стоит учитывать, что имам каждой мечети обычно имеет представление о своих прихожанах. Потому что делать переводы проповеди на русский язык в деревенской или сельской мечети на русский язык иногда может быть незачем.
Пользу из обязательного татарского в мечетях и религиозных учебных заведениях Татарстана многие всё же извлекают:
«А если ты хочешь упростить себе жизнь тем, чтобы и имамы татары под тебя подстроились и говорили на русском языке, то такими темпами мы придем к тому куда идем - мы потеряем наш язык. В настоящее время в большей части именно в мечетях идет работа для сохранения языка. Я улучшила свой татарский благодаря тому, что в «Мухаммадие» все устазы говорили на татарском, все книги были на татарском и никто не подстроился под меня. И огромная благодарность им за это. Я вижу в этой «неэффективной» политике результат», - делится читательница телеграм-канала «Мулла из-за угла».
Стоит ли делить мечети на русские и татарские?
Одним из возможных решений языковой проблемы, предложенных читателями канала, стало разделение мечетей на русские и татарские в зависимости от языка проповедования. Но насколько это может быть эффективным мы можем только гадать. Станут ли татары сознательно ходить в «татарскую» мечеть, ведь там может быть сложно или непонятно? А как делить эти мечети на эти категории, если прихожане неоднородны по языковому признаку?
«Один брат сегодня предложил в одних мечетях применять татарский язык, а в других - русский. Это мне кажется правильным и интересным. Можно разделить не только по мечетям, а по дням. Та золотая середина, которой учит наша религия для избежания фитны», - поделился один из участников дискуссии.
Так или иначе, единственно верным кажется билингвальное проповедование. При этом можно придерживаться местной традиции говорить вагаз сначала на татарском, а только после – на русском. Так слова имама будут понятны и полезны для всех участников поклонения. Иначе обвинения в национализме продолжат литься в адрес мечетей и проповедников.
«У вас какие приоритеты: насильно научить людей языку или дать умме знания и благой настрой? Подобные меры пошли бы так называемой русской общине. Мы, обвиняя их в национальном радикализме, который разрушает общество, сами им в этом уподобляемся и им потворствуем!» - делится один из пользователей, по ряду причин утративший татарский язык, но переживающий за будущее местного джамаата.
«Нужно перейти на арабский алфавит»
В ходе горячей дискуссии появлялись и нестандартные инициативы и варианты решения местных лингвистических проблем. Один из читателей и вовсе предложил перейти татарам на арабский алфавит, чтобы добавить интереса и мотивации к изучению родного языка:
«Сугубо моё личное мнение, но, чтобы сохранить татарский язык, нужно перейти на арабский алфавит. И в школе представителям других национальностей будет интересней изучать татарский язык, и дети будут уметь читать Коран. И я считаю, что хутбы должны проходить так, чтобы их содержание понимали все в аудитории», - делится пользователь.
Несколько человек всё же выступило и в защиту имамов мечетей – им тоже приходится подстраиваться под свою аудиторию, поскольку на них пишут жалобы и приходят штрафы:
«Тут ведь как, бывало, начинаешь основную мысль проповеди и на русском говорить, обязательно найдется бабай "коммунист-татарин", который потом напишет везде жалобы, до муфтията дойдет, потом такие мечети проверяют и штрафуют на несколько тысяч, а это весомые деньги для мечети. Понятное дело, что проповедь должны понимать все, но вот из-за таких людей-доносчиков имам подумает, что лучше, чтобы люди поняли урок 10 минутный или заплатить 30к из собственного кармана!»
Утрата одного из компонентов грозит татарам полным исчезновением
Часть пользователей призвала участников дискуссии обратиться к истории татарского народа – насильственное крещение и другие попытки лишить татар национальной идентичности стали большой травмой, след которой тянется сквозь века и виден до сих пор. Поэтому сейчас они так держатся за возможность как можно больше использовать язык в жизни, в том числе в проповеднической деятельности, так как религия стала одним из важнейших компонентов сохранения народа:
«В татарском народе нет племен и родов, потому что ислам, язык и обычаи стали в этот период (16-18 века) важнее родоплеменных отношений и сословий. Так мы сохранились, и утрата одного из этих компонентов грозит нам полным исчезновением вообще. Это аманат от наших героических предков».
Кто-то даже сравнил ситуацию татарского народа с мордвинами: христианизация мокши и эрзи повлекла утрату имён, а потом и языка. Согласно мнению читателя, на родных языках теперь более-менее говорят только в сёлах:
«Ещё хуже дела татар в больших городах России вне Татарстана. Из татарского у сотен и тысяч людей остались только фамилии и в лучшем случае отчества. Религию своей не считают, имена дают такие, какие приняты там, где живут, язык учить не собираются. Результат - обрусение и ассимиляция, растворение в более крупном народе. Эти примеры показывают нам наше будущее, если мы оставим нашу религию и язык. Учиться нужно на этих примерах и включать голову. Быть мусульманами и татарами. Только так сохранимся».
Татарам нужна осознанность
Одним из популярных мнений, согласно опубликованным в телеграм-канале сообщениям, является воспитание понимания ценности языка у местного населения. Однако сказать это намного проще, чем сделать.
«В первую очередь, у татар сама должна быть осознанность в этом вопросе. Я до сих пор не понимаю, почему в Казани за пределами центра, почти нет дубляжа даже табличек на татарский... Очень часто есть какой-то комплекс, что ли, когда татарским зачем-то пишут уменьшенным шрифтом... А ведь надписи, вроде "Закрывайте дверь", "Наденьте маску" и т.д. – это тоже жизнь языка, стимуляция его использования», - пишет пользователь.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
В центре Зала Корана Исламского цивилизационного центра в Узбекистане, построенного по инициативе Президента Республики Узбекистан, экспонируется древняя рукопись Корана – Мусхаф Усмана.
Однако путь этой уникальной рукописи до её нынешнего местонахождения охватывает почти четырнадцать веков истории Корана, а также сложные исторические процессы, связанные с Самаркандом, Санкт-Петербургом, Уфой и Ташкентом. Чтобы понять эту историю, прежде всего следует обратиться к процессу первоначального составления Корана в форме мусхафа, передает iccu.uz.
VII век: составление Корана в форме мусхафа
Составление Корана в форме мусхафа прошло два важных этапа.
При жизни пророка Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует, аяты Корана заучивались сподвижниками, а писцы откровения записывали их на различных письменных материалах. Однако в то время они ещё не были объединены в единый мусхаф.
После смерти пророка, во время правления халифа Абу Бакра ас-Сиддика, необходимость собрать текст Корана в одном месте стала особенно очевидной после битвы при Ямаме, в которой погибло большое количество знатоков Корана.
Согласно хадису, переданному имамом аль-Бухари со слов Зайда ибн Сабита, Умар ибн аль-Хаттаб предложил Абу Бакру собрать Коран воедино. Эта задача была поручена Зайду ибн Сабиту.
Зайд сопоставлял аяты Корана с письменными источниками и сведениями, сохранившимися в памяти сподвижников, и собирал их воедино. В результате Коран был оформлен в виде сухуф – собрания страниц.
Сначала эти страницы хранились у Абу Бакра, затем у Умара ибн аль-Хаттаба, а после него – у Хафсы бинт Умар.
Период Усмана ибн Аффана: официальные экземпляры мусхафа
Во время правления халифа Усмана ибн Аффана территория исламского государства значительно расширилась, и среди мусульман в разных регионах начали проявляться различия в чтении Корана.
Согласно хадису, переданному имамом аль-Бухари со слов Анаса ибн Малика, Хузайфа ибн аль-Яман во время походов в Армению и Азербайджан заметил различия в чтении Корана среди воинов из Шама и Ирака и сообщил об этом Усману ибн Аффану.
После этого халиф распорядился доставить страницы, находившиеся у Хафсы бинт Умар, и поручил Зайду ибн Сабиту, Абдуллаху ибн аз-Зубайру, Саиду ибн аль-Асу и Абдуррахману ибн аль-Харису ибн Хишаму подготовить официальные экземпляры мусхафа.
Подготовленные экземпляры были направлены в крупные центры мусульманского мира.
Таким образом, если во времена Абу Бакра Коран был собран в одном месте, то во времена Усмана ибн Аффана на основе этого текста были подготовлены официальные экземпляры мусхафа и распространены по мусульманским землям.
История появления Мусхафа Усмана в Центральной Азии
Вопрос о том, когда именно и каким путём Мусхаф Усмана прибыл в Центральную Азию, до сих пор остаётся предметом научных исследований.
Согласно одной из распространённых исторических версий, в начале XV века рукопись оказалась в Самарканде. В Самарканде она хранилась в одном из медресе. О дальнейших перемещениях рукописи существуют различные версии.
1868–1869 годы: из Самарканда в Санкт-Петербург
Период истории Мусхафа Усмана, который можно более подробно проследить по документальным свидетельствам, начинается во второй половине XIX века.
В 1868–1869 годах рукопись была вывезена из Самарканда в Санкт-Петербург и передана Императорской публичной библиотеке, ныне Российской национальной библиотеке.
1905 год: факсимильные копии Мусхафа
В Санкт-Петербурге Мусхаф Усмана не только хранился, но и изучался с научной и издательской точки зрения.
В 1905 году было изготовлено 50 факсимильных копий рукописи. Часть этих копий была передана в различные страны и учреждения.
Это издание стало важным источником для исследователей, которые не имели возможности непосредственно увидеть древнюю рукопись.
После 1917 года: возвращение Мусхафа
После политических событий 1917 года мусульманские богословы начали добиваться возвращения древней рукописи.
В результате Мусхаф Усмана был вывезен из Санкт-Петербурга и сначала доставлен в Уфу, после чего его путь продолжился в Центральную Азию.
1924 год: возвращение в Ташкент
В 1924 году Мусхаф Усмана был доставлен из Уфы в Ташкент специальным поездом в сопровождении представителей духовенства Татарстана, Башкортостана и Туркестана.
После прибытия в Ташкент рукопись некоторое время хранилась в одной из городских мечетей. Позднее, для обеспечения её сохранности, Мусхаф был передан в Государственный музей истории Узбекистана.
В последующие годы рукопись вновь оказалась в Самарканде. В 1941 году она была передана Музею истории народов Узбекистана в Ташкенте.
1989 год: передача в распоряжение мусульман
В течение нескольких десятилетий Мусхаф Усмана хранился в музейных фондах.
14 марта 1989 года на IV съезде мусульман, состоявшемся в Ташкенте, было объявлено о возвращении Мусхафа Усмана в распоряжение мусульман по решению правительства Узбекистана.
Впоследствии рукопись была передана Управлению мусульман Узбекистана. Некоторое время Мусхаф хранился в медресе «Муйи Муборак» комплекса Хазрати Имам.
1996–1997 годы: признание ЮНЕСКО
Мусхаф Усмана имеет и международное культурно-историческое значение.
В 1996 году Узбекистан представил рукопись для включения в международный реестр ЮНЕСКО «Память мира» (Memory of the World).
В 1997 году Мусхаф Усмана был включён в международный реестр «Память мира». В официальной базе ЮНЕСКО он зарегистрирован под названием Holy Koran Mushaf of Othman. Страной-заявителем указан Узбекистан.
Таким образом, рукопись получила международное признание как значимый объект документального наследия.
2007 год: специальная система хранения
В целях обеспечения сохранности древней рукописи в соответствии с современными требованиями 8 июня 2007 года было принято постановление Кабинета Министров Республики Узбекистан № 115.
Для Мусхафа было установлено специальное защитное оборудование, позволяющее поддерживать необходимые условия температуры и влажности.
Это стало одним из важных этапов в обеспечении долгосрочной сохранности рукописи.
13 ноября 2025 года: новое место хранения
Следующая важная дата в истории Мусхафа Усмана – 13 ноября 2025 года.
В этот день уникальная рукопись была передана из медресе «Муйи Муборак» комплекса Хазрати Имам в Центр исламской цивилизации в Узбекистане.
Сегодня Мусхаф Усмана занимает особое место среди главных экспонатов Зала Корана и представлен как уникальный памятник многовекового религиозного, научного и культурного наследия.
Мусхаф из сотен пергаментных листов
Мусхаф Усмана написан на крупных пергаментных листах древним хиджазским письмом. В тексте отсутствуют точки и диакритические знаки, характерные для современного арабского письма.
В отношении количества сохранившихся листов в источниках приводятся разные сведения.
По одним данным, рукопись насчитывает 338 листов, по другим – 353. Некоторые утраченные пергаментные листы впоследствии были заменены бумажными.
Именно поэтому при описании рукописи корректнее указывать количество листов со ссылкой на конкретный источник, а не представлять цифру 338 как бесспорно установленную.
Сегодня: Мусхаф Усмана под 65-метровым куполом
Посетитель, входящий в Зал Корана Исламского цивилизационного центра в Узбекистане, прежде всего ощущает масштаб пространства.
В центре зала находится Мусхаф Усмана – древняя рукопись, история которой насчитывает многие столетия.
Над центральной экспозицией возвышается 65-метровый купол. Пространство зала объединяет историческое наследие, архитектуру, каллиграфию и современные мультимедийные технологии.
В зале также демонстрируется специальное мэппинг-шоу, посвящённое Корану. С помощью света, изображения и звука процесс ниспослания Корана представлен в выразительной художественной форме.
В центре этого величественного пространства находится Мусхаф Усмана.
Рукописи Корана разных исторических эпох
Экспозиция Зала Корана не ограничивается только Мусхафом Усмана.
В Центре представлены рукописные экземпляры Корана, переписанные в разные исторические периоды, в том числе относящиеся к эпохам Саманидов, Караханидов, Хорезмшахов и Тимуридов.
Таким образом, посетитель может увидеть не только одну древнюю рукопись, но и проследить развитие культуры переписывания Корана, каллиграфии и рукописного искусства в Центральной Азии.
Шёлковые ковры и шамсы
Ещё одной важной художественной частью Зала Корана являются большие шёлковые ковры с нанесёнными на них аятами Корана.
В архитектурном пространстве зала сочетаются каллиграфические композиции, рукописное наследие и современные музейные технологии.
Кроме того, в оформлении зала используются шамсы – декоративные элементы, выполненные в форме солнца. На них размещены специальные молитвы.
Таким образом, архитектура, каллиграфия, рукописное наследие и современные технологии объединены в едином пространстве, центральное место в котором занимает Мусхаф Усмана.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана