В последнее время в вопросе афганского урегулирования появляются новые, позитивные тенденции.
Как сообщает «Правда Востока», заключено историческое мирное соглашение между США и движением «Талибан». Второй раз за прошедшие 20 лет по случаю священного праздника Рамазан было объявлено о трехдневном прекращении огня. Продолжается взаимное освобождение пленных властями в Кабуле и талибами.
После долгого периода неопределенности в Афганистане преодолен политический кризис, достигнуто соглашение о разделе власти между Ашрафом Гани и Абдуллой Абдуллой.
Еще рано говорить об окончательном урегулировании продолжающегося несколько десятилетий конфликта, но основания для осторожного оптимизма все же есть. Для миллионов афганцев после четырех десятилетий войн и междоусобиц появился шанс на мирную жизнь.
Международное сообщество предпринимало немало попыток положить конец войне в Афганистане. Но почему именно сейчас появилась реальная возможность привнести мир в эту многострадальную страну? Что этому предшествовало? Что сыграло решающую роль?
Думаю, не будет преувеличением также сказать, что решающую роль в «перезагрузке» мирных усилий на афганском направлении сыграла и состоявшаяся в марте 2018 года Ташкентская международная конференция по Афганистану. Этот форум, инициированный лично Президентом Узбекистана, тогда вновь вернул утраченное внимание международного сообщества к продолжающемуся кровопролитию в Исламской Республике Афганистан.
На площадке в Ташкенте тогда собрались Ашраф Гани, министры иностранных дел, высокопоставленные дипломаты практически всех стран, кому была небезразлична судьба Афганистана. Принята Ташкентская декларация, которая заложила ключевые принципы мирного урегулирования. Фактически достигнут консенсус в отношении стратегии дальнейшего строительства мира в стране.
По сути, все пришли к пониманию основополагающего факта: достичь мира в Афганистане можно только сложив оружие, начав широкий межафганский диалог.
Кроме того, именно после встречи на узбекской земле сформировалось широкое понимание того, что Афганистан должен трансформироваться в площадку регионального сотрудничества, а не восприниматься как аван¬сцена геополитического соперничества.
В подтверждение факта об особой значимости как самой конференции, так и усилий руководства Узбекистана по мирному урегулированию афганского кризиса хотелось бы привести слова Президента Афганистана Ашрафа Гани, который в конце марта этого года отметил: «Ташкентская международная конференция по Афганистану, проведенная два года назад по инициативе Президента Республики Узбекистан, стала ключевым событием - «отправной точкой» в процессе запуска политического процесса по мирному урегулированию афганской проблемы, поиска взаимоприемлемых форм и механизмов диалога заинтересованных сторон».
Следующим важным этапом стало подписание 29 февраля 2020 года в столице Катара городе Дохе Соглашения между США и движением «Талибан». В нем были обозначены практически все важные условия достижения мира в стране - снижение насилия, вывод иностранных войск, освобождение пленных и как итог - запуск инклюзивных межафганских пере¬говоров.
Самое главное, впервые ранее непримиримые противники - США и талибы - пришли к единому мнению о необходимости положить конец этой войне.
Подписанты этого важного Соглашения, в том числе глава политического офиса движения «Талибан» в Катаре мулла Бародар, выразили Узбекистану, наряду с другими ключевыми странами, искреннюю благодарность за оказанное содействие в продвижении мирного процесса.
Конечно, в афганском вопросе еще не поставлена точка. Несомненно, впереди предстоит еще много работы, поскольку Соглашение - это не конец, а только начало пути к миру.
Не менее важным шагом вперед, навстречу миру стало подписание Президентом Ашрафом Гани и бывшим главой Исполнительной власти, кандидатом на пост президента Абдуллой Абдуллой в середине мая текущего года в Кабуле Соглашения о создании инклюзивного правительства и Высшего Совета национального примирения.
Этим документом политические лидеры страны положили конец двоевластию в стране, согласившись на формирование инклюзивного правительства на основе паритета.
Теперь Абдулла Абдулла является главой Высшего совета национального примирения. По сути, он возглавит мирный межафганский процесс, т.е. прямые переговоры с движением «Талибан».
К тому же представители его команды будут назначаться на должности в ключевые министерства на основе 50-процентного представительства. Фактически вновь созданный Высший совет национального примирения становится официальным государственным органом, а его глава - вторым лицом в стране.
Подобное объединение вокруг общенациональных интересов вселяет оптимизм и укрепляет надежду на скорейшее завершение афганского кризиса.
Теперь наступает следующая, пожалуй, наиболее сложная фаза разрешения конфликта - это прямые переговоры противоборствующих сторон. Все ожидают объявления режима всеобъемлющего прекращения огня, согласованной работы всех внутриафганских сил над актуальными проблемами мирного развития страны.
В связи с этим на текущем этапе не может быть ничего важнее консолидации усилий мирового сообщества, чтобы не только запустить мирные межафганские переговоры, но и содействовать реализации всех пунктов достигнутых договоренностей.
Узбекистан в сотрудничестве с партнерами, разделяющими данную точку зрения, уже активно действует в этом направлении. Пример подобного конструктивного международного взаимодействия - подписанное 24 мая Совместное заявление Узбекистана, Германии, Индонезии, Норвегии и Катара. Приветствуя перемирие и выражая поддержку мирному процессу в Афганистане, страны-единомышленники заверили, что «готовы оказать в деле межафганского примирения любую помощь, какую запросят стороны».
В пятистороннем обращении также озвучен призыв предпринять в ближайшие дни и недели дальнейшие шаги по безотлагательному началу внутриафганского диалога.
Подписанное Совместное заявление стало еще одним наглядным подтверждением системности и последовательности подхода Ташкента в вопросе стабилизации Афганистана. Как неоднократно подчеркивал Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев, наша страна готова всесторонне поддерживать мирный процесс, содействовать полному прекращению огня и тем самым дать старт началу новой эры как в истории Афганистана, так и всего региона.
Выступая с трибуны Ташкентского форума, Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев четко определил основные принципы своей афганской политики, а именно:
- Афганистан является дружественной страной, с его народом нас связывают тесные узы дружбы и братства;
- война - это не выбор афганцев, необходимо поддерживать процесс мира и примирения, возглавляемый и принадлежащий самим афганцам;
- мы не преследуем в этой стране каких-либо целей, кроме обеспечения мирного будущего афганского народа.
Очевидно, что стабилизация Афганистана способна принципиально изменить архитектуру регионального взаимодействия, создать кардинально новые условия для углубления связей на обширном пространстве Центральной и Южной Азии.
Тем более что сегодня ситуация в Центральной Азии принципиально изменилась. Здесь формируется абсолютно новая политическая атмосфера. Благодаря открытому и последовательному внешнеполитическому курсу Президента Узбекистана в регионе создаются благоприятные условия для укрепления взаимного доверия, решения проблем безопасности и стабильности, развития экономического и культурно-гуманитарного сотрудничества.
Все это может дать мощный толчок практической реализации трансрегиональных транспортно-коммуникационных проектов, которые позволят обеспечить наикратчайший выход государств Центральной Азии к портам Индийского океана и Персидского залива, соединить Южную Азию с рынками Европы и Китая.
С укреплением взаимосвязанности также будут формироваться благоприятные внутренние и внешние предпосылки для запуска и реализации масштабных региональных проектов в области энергетики, торговли и экономики, которые могут стать перспективными «драйверами» устойчивого развития в Центральной и Южной Азии.
Более того, программы экономического развития могут сами выступать объединяющим началом для достижения межафганского национального примирения.
Узбекистан - настоящий друг Афганистана, никогда не оставлявший его в тяжелые годы испытаний и невзгод.
В то время как другие страны закрыли свои границы с Афганистаном в связи с пандемией, Узбекистан вновь показал истинно братское отношение к афганскому народу. Благодаря принципиальной позиции Президента страны наша граница оставалась всегда открытой для всех транспортных грузовых перевозок. Грузы с продовольствием, товарами первой необходимости, сырьем и топливом не прекращаясь шли в Афганистан, обеспечивая нормальную жизнедеятельность страны в это трудное время.
Кроме того, в период пандемии, в апреле этого года Президент Шавкат Мирзиёев в очередной раз принял решение оказать гуманитарную помощь афганскому народу. В город Мазари-Шариф, что на севере Афганистана, доставлены тонны муки, риса, растительного масла, сахара, детской одежды, средств медицинской защиты и гигиены и многого другого.
В заключение хотелось бы вновь подчеркнуть, что, определив свои ясные приоритеты в Центральной Азии, составной частью которой является и Афганистан, Узбекистан намерен обеспечить их последовательную реализацию, внося свой посильный вклад в укрепление мира и стабильности, устойчивого развития и процветания региона.
Элдор Арипов, директор Института стратегических и межрегиональных исследований при Президенте Республики Узбекистан.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
На Западе арабские выражения «иншаАллах» («если пожелает Аллах») и «валЛахи» («клянусь Аллахом») давно вышли за рамки сугубо религиозного контекста. Сегодня эти слова уверенно закрепились в светском лексиконе молодежи, став неотъемлемой частью интернет-культуры, поп-индустрии и повседневного городского сленга в Европе и США. Особенно активно их используют подростки в мультикультурных мегаполисах, причем независимо от их собственного этнического происхождения или вероисповедания, передает Исламосфера.
От иммигрантских кварталов до национальных словарей
Первым и главным катализатором распространения арабской лексики стала миграция и формирование уникальных городских социолектов в крупных европейских странах. В Германии в молодежной среде крупных городов, таких как Берлин и Франкфурт, активно используется так называемый Kiezdeutsch — этнолект, сформировавшийся под влиянием турецкого и арабского языков. Слово «wallah» здесь превратилось в универсальный маркер подтверждения слов. Подростки используют его как синоним немецкого «Ich schwöre» («клянусь», «честное слово») или для выражения сильного удивления. В шведском молодежном сленге, который получил название förortssvenska или «пригородный шведский», слово «wallah» используется в аналогичном значении — для подкрепления истинности своих слов в повседневном диалоге. Во Франции в парижском и лионском уличном сленге арабские заимствования укоренились благодаря североафриканской диаспоре. Здесь фраза «wallah» выполняет роль междометия «я серьезно» или «правда».
Лингвистическая статистика и тренды
Сдвиг в сторону глобальной легитимизации этих слов подтверждается объективными цифровыми данными. По данным анализа глобальной новостной базы GDELT, отслеживающей мировые медиа, количество упоминаний слова «иншаАллах» в англоязычной прессе выросло в три раза за последние годы. При этом журналисты все чаще используют его без перевода и дополнительных пояснений, рассчитывая на понимание англоязычного читателя. Статистика Google Trends фиксирует долгосрочный рост интереса к значению этих фраз. Число запросов «meaning inshallah» («значение иншаАллах») увеличилось более чем на 130%, а запросы на прямой перевод этого слова с арабского выросли в несколько раз.
Влияние медиа, политики и музыки
Проникновению исламских терминов в массовое сознание западного обывателя способствовали громкие прецеденты с участием публичных фигур, в первую очередь, шоу-индустрии. Например, британский исполнитель Стинг выпустил трек под названием «Inshallah», а популярный канадский рэпер Дрейк также периодически использует арабские сленговые выражения в своих треках, что мгновенно подхватывается миллионами его слушателей по всему миру. Последним нашумевшим случаем такого рода стало, когда в апреле 2026 года в интервью People актриса Энн Хэтэуэй на вопрос о старении ответила: «Я хочу прожить долгую, здоровую жизнь, иншаАллах». Позднее растроганные фанаты мусульманского происхождения официально подарили голливудской звезде Коран прямо на ковровой дорожке, а актриса с улыбкой и благодарностью приняла священную книгу.
В 2019 году после избрания первых мусульманок Ильхан Омар и Рашиды Тлаиб в Конгресс США исламские термины стали чаще звучать в политических новостях. В 2020 году Джо Байден использовал слово «иншаАллах» в ироничном контексте во время предвыборных теледебатов, комментируя обещание Трампа опубликовать налоговую декларацию. Это вызвало мощную волну обсуждений в американских СМИ.
Свой вклад вносят и спортсмены. Звезды мирового футбола и бокса немусульманского происхождения, такие как Эрлинг Холанд или Тайсон Фьюри, регулярно используют фразы «иншаАллах» и «машаАллах» в своих социальных сетях и интервью при общении с коллегами-мусульманами.
Семантический сдвиг и мем-культура
Попадая в светскую интернет-среду (TikTok, X, Reddit), религиозные термины неизбежно претерпевают десакрализацию и меняют свое первоначальное значение. «ВалЛахи» на Западе окончательно трансформировалось в аналог английских разговорных фраз «really?» («Правда?», «Реально?», «Да ладно?», «Серьёзно?», «В натуре?»), «seriously» («Серьёзно», «Без шуток», «Я серьёзно», «Честное слово») или «not gonna lie» (сокращенно ngl — «не буду врать»). Его используют просто для усиления эмоциональной окраски предложения. «ИншаАллах» молодые люди часто используют как светский аналог фразы «постучи по дереву» (knock on wood), т.е. в значении «чтобы не сглазить», «тьфу-тьфу», или как обозначение процесса «манифестации» (визуализации желаемого будущего). В то же время в интернет-пространстве за словом закрепился ироничный оттенок крайнего скепсиса — его пишут тогда, когда выражают сильное сомнение в том, что загаданное событие вообще когда-либо произойдет.
Ярким примером такой десакрализации и интеграции в поп-культуру стал знаменитый интернет-мем «Inshallah they find him» («ИншаАллах, они найдут его»), зародившийся примерно в 2021 году. В его основе лежала фотография реального рукописного объявления на доске извещений, приглашавшего мусульманские семьи на «халяльный кинопросмотр» мультфильма «В поисках Немо». Из-за простого любительского дизайна и трогательной, абсолютно серьезной подписи к картинке с рыбкой — «ИншаАллах, они найдут его» — изображение мгновенно разлетелось по сети. Сегодня светские пользователи на Западе используют эту фразу как самостоятельный текстовый мем, когда иронично комментируют поиски потерянных бытовых вещей – ключей, наушников или пульта и т.п.
Реакция мусульманского сообщества
Среди мусульманских мыслителей и блогеров на Западе нет единого мнения относительно этого феномена. С одной стороны, многие представители диаспор видят в этом позитивный сдвиг: нормализация арабских слов в речи мировых знаменитостей и блогеров помогает снизить уровень исламофобии, делая культуру Востока ближе и понятнее для западного человека. С другой стороны, звучит и обоснованная критика: религиозные авторитеты призывают не забывать о сакральном значении слов, напоминая, что упоминание имени Всевышнего («валЛахи») требует осознанности и недопустимо в контексте обсуждения вещей, порицаемых исламом.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана