Мирзиёев: «Пришло время принять следующие шаги к поэтапному снятию карантина»
Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев на видеоселекторном совещании 29 апреля выступил с очередным обращением к общественности, передает «Газета.uz (http://%D0%93%D0%B0%D0%B7%D0%B5%D1%82%D0%B0.uz)» .
Он подчеркнул, что «благодаря своевременному установлению карантинных ограничений и тому, что наш народ терпеливо соблюдает их, мы смогли не допустить распространения инфекции во многих районах и городах».
«Вот уже больше полутора месяцев наш народ, следуя призыву „Оставайтесь дома“, проявляя высокую отвагу, живет в условиях всеобщего карантина. Нашим людям, не привыкшим сидеть без дела, ставящим семью, детей превыше всего, денно и нощно трудящимся ради их блага, эта вынужденная изоляция, конечно же, дается нелегко», — сказал он.
«Учитывая, что санитарно-эпидемиологическая ситуация в нашей стране постепенно стабилизируется, а также посоветовавшись со специалистами, мы пришли к выводу, что пришло время принять следующие шаги к поэтапному снятию карантина. Ведь жизнь продолжается. Мы ни на минуту не должны забывать о завтрашнем дне, будущем нашего народа», — отметил президент.
С учетом положительной динамики развития санитарно-эпидемиологической обстановки, погодных условий и многочисленных обращений граждан Шавкат Мирзиёев поручил разрешить прогулки родителей с детьми только во внутренних дворах многоквартирных домов и прилегающих территориях. При этом требуется строгое соблюдение мер безопасности.
Следить за исполнением этого поручения будут Министерство внутренних дел и Национальная гвардия. «В этом плане город Ташкент должен быть примером», — сказал президент.
В целях предотвращения потери поспевшей сельскохозяйственной продукции, а также в ответ на запросы населения будет разрешено осуществление межобластных и междугородних перевозок для доставки и продажи выращенной фермерами и дехканами плодоовощной и бахчевой продукции.
«Прежде в столицу и другие области большой объем сельскохозяйственной продукции доставлялся из Ферганской долины через перевал Камчик. Ныне этот путь закрыт. Или же Самаркандская область поставляла многие продукты в Республику Каракалпакстан, город Зарафшан и другие регионы. Сейчас эти пути перекрыты. В связи с этим комиссии по обеспечению продовольственной безопасности во главе с генеральным прокурором поручается организовать систему круглосуточной доставки сельхозпродукции на места», — сказал глава государства.
«Принимая во внимание снижение динамики заражения среди населения, считаю целесообразным постепенно смягчить ограничения по использованию личного автотранспорта». — продолжил президент.
Он поручил Специальной республиканской комиссии «ввести порядок, в соответствии с которым в регионах, в которых введены соответствующие ограничения, гражданам разрешается пользоваться личным транспортом с 7:00 до 10:00 утра и с 17:00 до 20:00 вечера».
Использование личного автотранспорта будет разрешено в первую очередь для поездок граждан на работу, в медицинские учреждения и возвращение домой, в целях покупки потребительских товаров, лекарств и изделий медицинского назначения. Граждане, имеющие специальные разрешения (стикеры) и оказывающие услуги доставки, могут пользоваться личным автотранспортом без каких-либо ограничений.
Вместе с тем «представляется возможным разрешить нашим уважаемым ученым, сотрудникам научно-исследовательских институтов, профессорам и преподавателям продолжить деятельность в своих лабораториях и кафедрах с соблюдением санитарно-гигиенических норм. Мы должны предоставить им возможность постепенно готовиться к организации дальнейшего научного и учебного процесса», — отметил руководитель страны.
«Конечно, по мере улучшения ситуации мы еще более уверенно продолжим работу по поэтапному смягчению карантинного режима после 10 мая. Однако повторю: повсеместное соблюдение санитарных требований должно быть первостепенной задачей», — сказал президент.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Американский исследователь: Определяющая роль Хадиджы (мир ей) в истории ислама
Декан факультета изящных искусств Техасского университета в Тарлтоне (Tarleton State University), в своей книге исследовавший роль и влияние Хадиджы (мир ей), супруги Пророка ислама (с.а.с.), в становлении раннего ислама, заявил: "Именно Хадиджа (мир ей), а не его дядя Абу Талиб, сыграла более важную роль в поддержке и защите Пророка (с.а.с.)».
10-е число месяца Раби аль-авваль — это не просто дата в календаре, а точка отсчета одного из самых важных союзов в истории человечества. В этот день связь между Пророком (с.а.с.) и Хадиджей (мир ей) стала не просто браком, а стратегическим союзом, заложившим первые основы исламской цивилизации в суровых условиях Мекки.
Этот союз, в котором богатство и статус Хадиджи (мир ей) стали опорой для миссии Пророка (с.а.с.), позволил нести тяжкое бремя откровения в годы одиночества и изгнания ислама, становясь исцелением для сердец верующих.
Имран Икбал аль-Бадави, декан факультета изящных искусств Техасского университета в Тарлтоне, в своей книге *«Королевы и пророки: как знатные арабские женщины и святые мужи формировали язычество, христианство и ислам»*, бросает вызов традиционным нарративам о Хадидже (мир ей), представляя ее как ключевую фигуру в религиозных и культурных преобразованиях Аравии VI–VII веков.
В главе под названием «Хадиджа, Мухаммад и противостояние христианства и язычества» он описывает Хадиджу (мир ей) не просто как жену Пророка, а как могущественную аристократку Мекки, чье экономическое влияние и смелое противостояние патриархальным нормам сыграли решающую роль в формировании послания раннего ислама. Эта глава также исследует, как поддержка Хадиджи (мир ей) позволила Пророку (с.а.с.) противостоять господствующей в Мекке политеистической системе.
Ниже представлен перевод интервью Имрана Икбала аль-Бадави Международному кораническому информационному агентству (IQNA):
IQNA: В вашей книге Хадиджа (мир ей) представлена не просто как поддерживающая супруга, а как историческая фигура, изменившая ход событий. Как этот образ дополняет или оспаривает традиционные исламские нарративы о ее роли?
Представляя Хадиджу (мир ей) в таком ключе, я преследую две основные цели.
Во-первых, она принадлежит к древнему ряду знатных женщин, которые формировали историю, культуру и религию Аравии и Ближнего Востока. К ним относятся королевы, прорицательницы, воительницы, главы племен и другие выдающиеся личности. Некоторые из этих женщин были связаны с прототипами божественности, которые позже были использованы и переосмыслены авраамическими религиями.
Во-вторых, арабские источники, включая повествования сиры (жизнеописания), не отдают должного Хадидже (мир ей). В профессиональных и личных отношениях с Мухаммадом (с.а.с.), как до начала миссии, так и в начале пророческого периода, она была более доминирующим партнером. Кроме того, эти источники страдают от дисбаланса: они приуменьшают христианское и «правоверное» происхождение семьи Хадиджи (мир ей), одновременно идеализируя семью Мухаммада (с.а.с.), которая была языческой. Я убежден, что Хадиджа (мир ей) сыграла куда большую роль в защите Пророка, чем его дядя Абу Талиб.
IQNA: Учитывая, что ранние исламские источники представляют собой смесь биографий, агиографий (святых преданий) и устных рассказов, как вы при изучении таких фигур, как Хадиджа (мир ей), проводите границу между историческим фактом и интерпретативными слоями?
Чтобы поставить Хадиджу (мир ей) в центр повествования и при этом предложить более историчный взгляд, я учел несколько критериев. Моя книга разъясняет, что средневековые отчеты сиры и хадисов по сути больше связаны с формированием идентичности, чем с фиксацией исторических фактов.
В сообщениях о Хадидже (мир ей) много литературных приемов и противоречий, включая использование полемических доводов, преувеличений, анахронизмов, символизма и поздних вставок. Из-за нехватки документальных свидетельств о самой Хадидже (мир ей), мой портрет основан на существующих моделях поведения знатных арабских женщин той эпохи, о которой у нас имеются доказательства.
IQNA: Вы делаете акцент на экономическом и социальном могуществе Хадиджи (мир ей). Как ее статус помог Пророку в продвижении ислама в патриархальном обществе Мекки?
Бесспорно, это так. Согласно источникам, Абу Талиб, дядя Пророка, уже не был в состоянии поддерживать его и даже поощрял его искать работу в другом месте. Хадиджа (мир ей) спасла его от перспективы нищеты и нестабильности — особенно в то время, когда Мухаммад (с.а.с.) был молодым человеком, пережившим сиротство.
Она также была его лучшим спутником и, весьма вероятно, играла для него роль, близкую к материнской. Источники также показывают, что Хадиджа обладала смелым и решительным духом: она уверенно действовала в противостоянии с мужчинами Курайша. Одним из примеров такой конфронтации была ситуация с дядями Мухаммада, которые были против их брака, но она одержала верх в этом противостоянии.
IQNA: В этой версии повествования важное место занимает Варака ибн Науфаль. Как вы считаете, свидетельствует ли его роль о некоторой богословской преемственности между христианством и ранним исламом или же она носит преимущественно символический характер?
Исследованию связи между христианством поздней античности и возникновением ислама и Корана посвящено множество работ.
В Аравии обнаруживается всё больше эпиграфических и археологических свидетельств того, что христианство было широко распространено в этом регионе еще до появления ислама.
Даже в арабских источниках встречается множество признаков и упоминаний христианских персонажей, мест и символов в обществе эпохи Пророка Мухаммада (с.а.с.).
Однако трудно с уверенностью сказать, насколько сильно Варака повлиял на Мухаммада (с.а.с.). Этому вопросу посвящены отдельные исследования.
Вместе с тем сира Пророка ясно свидетельствует о присутствии христианских святых и духовных лиц в окружении Мухаммада (с.а.с.). Это вновь связывает данную тему с Хадиджей (мир ей), поскольку Варака ибн Науфаль был ее двоюродным братом.
IQNA: Вы помещаете свое повествование в более широкий контекст религиозных преобразований поздней античности. Как история Хадиджи (мир ей) отражает более масштабные изменения на Аравийском полуострове в вопросах власти, религиозных убеждений и гендерных ролей?
Как я показываю в своей книге, в Аравии существовала длительная и непрерывная традиция «знатных женщин» — женщин, обладавших широкими полномочиями и значительным влиянием в обществе.
Они могли самостоятельно править, участвовать в войнах и заниматься торговлей.
Я утверждаю, что завоевание римлянами этих территорий примерно в 106 году н. э., а также распространение христианства и иудаизма в III–IV веках усилили патриархальные модели поведения в Аравии, в том числе в военной сфере.
На протяжении всего периода, известного как поздняя античность, власть знатных арабских женщин постепенно ослабевала. Более того, они всё чаще передавали свои полномочия мужчинам, которым доверяли, особенно святым мужам и религиозным деятелям.
Три главных примера, которые я рассматриваю для демонстрации этого исторического процесса, — Зенобия, царица Пальмиры, умершая в 274 году н. э.; Мавия, царица танухов, умершая примерно в 425 году; и Хадиджа (мир ей), знатная женщина из племени Курайш, умершая в 619 году.
IQNA: Учитывая ваш большой интерес к переосмыслению роли женщин в истории религий, какой вывод, по вашему мнению, должны сделать читатели вашей книги, особенно мусульмане, из вашего нового взгляда на Хадиджу (мир ей)?
В заключительной части книги я представил многочисленные выводы и уроки, касающиеся чрезвычайно важной роли знатных арабских женщин в формировании истории.
Однако в отношении Хадиджи (мир ей) необходимо напомнить о нескольких важных моментах.
Во-первых, самые продолжительные близкие отношения и деловое партнерство основателя ислама были связаны именно с женщиной — Хадиджей (мир ей).
Люди забывают, что Мухаммад (с.а.с.) был ближе к Хадидже (мир ей), чем к Абу Талибу, Абу Бакру или Умару. Кроме того, значительную часть своей жизни он провел с ней — дольше, чем с Аишей или другими своими супругами.
И, наконец, что важнее всего, гендерные отношения в современном исламе не были чем-то неизбежным или заранее предопределенным. Где сегодня в исламе место традиции брака по образцу Хадиджи? Разумеется, шиитская брачная традиция в большей степени, чем суннитская, сохраняет сходство с этой древней моделью.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
