В районе улицы Бухарская в современном Самарканде находится квартал (махалля) Махдуми Хорезми. Сложно поверить, но ей уже более 500 лет.
Имя Махдуми Хорезми в свое время было широко известно жителям Хорасана и Мавераннахра, Индии и Персии. Чем же знаменит этот человек?
Уроженец Хорезма по имени Камал ад-дин Хусейн появился на свет в 1465 Хотя родиной его предков была Ферганская долина, Андижан.
После завершения учебы в мактабе (с 1493 по 1504 год) молодой человек осваивал в Хорезме исламскую теологию под руководством своего духовного наставника Ходжи Мухаммада Кабушони. За это время он накопил большой опыт и знания, создав себе имя и авторитет в мусульманском обществе: тридцатилетний священнослужитель шейх Хусейн стал именоваться отныне Махдуми Хорезми.
Стоит вспомнить, что в Средней Азии в XV-XVI веках ведущую роль играли два суфийских тариката – Йасавийа и Накшбандийа. Несколько в стороне от них развивалось еще одно учение под названием Кубравийа. Основоположником его считают хорезмского богослова Наджмаддина Кубра. Академик Е.Э. Бертельс называл его одной из самых ярких личностей среди суфиев XII-XIII века и полагал, что «он является своего рода центром, от которого линии расходятся по всей периферии мусульманского мира». Именно представители тариката Кубравийа сыграли важную роль в процессе обращения монгольских завоевателей Средней Азии в ислам.
В истории этого тариката выделяются три личности, объединенные одним именем – Хусейн Хорезми, прославившихся в нашем регионе в XV, XVI и XVII веках. Деятельность их проходила на разных территориях: ранний Хусейн Хорезми в тимуридский период действовал в Хорасане, средний прославился в Мавераннахре и Хорезме, младший из них жил и действовал лишь в пределах Хорезма. Естественно, что нас интересует, прежде всего, «средний» Хусейн.
Этот кубравийский шейх Хусейн Хорезми, более известный под именем Махдуми Хорезми, переселился в Самарканд в 1517 году и прожил здесь три последующих десятилетия. Он был большим любителем путешествий, часто выезжая в Бухару и Чарджуй, на Мангышлак и в Хорасан. История сохранила несколько источников о биографии этого шейха, главным из которых считается труд его шогирда Джани Махмуда Гиждувани «Мифтах ат-талибин».
Шейх Хусейн купил небольшой участок земли неподалеку от медресе Улугбека (два других учебных заведения – Шер-Дор и Тилля-кори в то время еще не существовали) и приступил к строительству филиала знаменитой академии Мамуна. Махдуми Хорезми возвел также тут мечеть, хонако, медресе, худжры для служащих и помещения для приема больных. Был разбит и фруктовый сад с хаузом.
Нелишним будет вспомнить, что шейх был женат на сестре известного муллы, ведущего свой род от самого Пророка Мухаммада. Она родила ему двух сыновей: старшего назвали Шахобидин, а младшего — Шарофитдин.
Несколько позже на этом участке возникло небольшое кладбище, на котором были захоронены родственники богослова и близкие ему люди.
В тот период в Средней Азии не было учебных заведений для обучения детей-инвалидов, однако при некоторых медресе существовали приюты для слепых детей, в которых они получали религиозное образование, заучивая суры Корана. Махдуми Хорезми первым создал такой приют в Самарканде.
Кубравийский шейх обладал поэтическим талантом, свидетельством чему являются его рубаи, хранящиеся в архиве Института востоковедения АН Узбекистана. Широко известен был в Средневековье и его научный труд «Жодат-ул-Ошикон».
Кстати, приют для несчастных функционировал вплоть до XX века. Опеку над ним взяло на себя российское правительство. В документе 1908 года, сохранившемся в одном из российских архивов, речь идет «о назначении ежегодного пособия из Госказначейства слепцам, проживающим в мадрасе Махдуми Хорезми в Самарканде».
Шейх скончался во время одной из своих многочисленных «командировок». Он похоронен в местечке Шом на Ближнем Востоке…
Волей судеб, в Самарканде и сегодня живут его потомки. Они открыли фонд его имени, занимаются благотворительностью, продолжая гуманные традиции Махдуми Хорезми.
Автор: Р. Назарьян, vesti.uz
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
В эпоху стремительного развития технологий искусственный интеллект перестал быть просто прикладным инструментом. Сегодня нейросети генерируют тексты, ведут осмысленные диалоги и симулируют человеческие эмоции, заставляя исламских мыслителей взглянуть на цифровизацию сквозь призму классической духовной этики и науки о воспитании души (тарбия), передает Исламосфера.
Современные богословы бьют тревогу: за удобством персонализированных алгоритмов скрывается тонкая угроза для человеческого сердца (кальб). ИИ превращается в идеальное зеркало для человеческого эго (нафс), потакая его слабостям, подпитывая скрытую гордыню и уводя верующего от реальной духовной ответственности.
Алгоритмы персонализации как инструмент потакания нафсу
В исламской психологии человеческий нафс на своей низшей ступени (нафс аль-аммара) стремится к абсолютному комфорту, эгоцентризму и мгновенному удовлетворению желаний. Традиционный процесс духовного очищения (тазкия ан-нафс) всегда сопряжен с преодолением трудностей, самокритикой и выходом из зоны комфорта.
Современные генеративные модели и алгоритмы социальных сетей работают по принципу максимизации вовлечения. Изучая цифровой след пользователя, они создают для него индивидуальный «кокон» из контента и ответов, которые идеально соответствуют его ожиданиям.
Такой подход полностью исключает элемент здорового ментального и духовного сопротивления. Нафс пользователя не сталкивается с критикой или призывом к самоограничению. В результате блокируется развитие нафс аль-ляввама — «упрекающей души», способной к трезвому самоанализу, раскаянию (тауба) и духовному росту.
Симулированная эмпатия и взращивание гордыни (кибр)
Одной из главных ловушек при общении с ИИ-ассистентами становится их неизменно комплиментарный, услужливый и поддерживающий тон. Безотказное согласие алгоритма со всеми тезисами пользователя создает ложное ощущение собственной исключительности и непогрешимости.
С точки зрения воспитания души (тарбии), этот феномен напрямую взращивает две опаснейшие болезни сердца: кибр (гордыню, высокомерие и превозношение над другими) и уджб (самолюбование и тщеславие).
Искусственный интеллект симулирует поддержку и признание без каких-либо условий, усыпляя духовную бдительность. Живой мир требует от верующего проявления терпения, смирения перед предопределением и постоянного труда над своим характером. В то же время цифровая среда предлагает суррогат безусловного одобрения, маскируя духовные изъяны человека под видом его «уникальности».
Иллюзия сухбы: замена живого наставничества цифровым зеркалом
Исторически передача духовного знания и воспитание нравственности в исламе неразрывно связаны с концепцией сухбы — праведного общения и совместного пребывания с шейхами, алимами и благочестивыми единоверцами. Живой наставник обладает духовной проницательностью (басира) и искренностью. Его совет (насиха) может быть горьким для нафса, но он исцеляет душу.
Когда человек обращается к чат-боту за решением глубоких экзистенциальных, этических или духовных вопросов, происходит подмена. Алгоритм лишен души (рух), намерения (нийя) и богобоязненности (таква). Он лишь комбинирует статистически вероятные массивы данных. Кроме того, ИИ отражает запросы самого пользователя. Человек неосознанно формулирует вопросы так, чтобы получить наиболее комфортный и безболезненный для своего нафса ответ.
Вместо авторитетного мнения ученых и праведников, требующего внутренней перестройки, верующий выбирает легкий ответ машины, впадая в опасную иллюзию получения «духовного руководства».
Суррогат отношений и исраф социальной ответственности
Появление ИИ-компаньонов и виртуальных друзей открыло путь к формированию эмоциональной привязанности к коду. Для эгоистической природы нафса такие отношения кажутся идеальными, так как от них можно отключиться в любой момент, просто закрыв вкладку браузера, и они не требуют взаимных обязательств, финансовой поддержки, терпения к чужим недостаткам или самопожертвования.
Такой суррогат близости уводит мусульманина от выполнения его прямых обязанностей перед семьей, родителями, детьми и уммой. Время, вверенное человеку как аманат (благо на хранение), растрачивается в пустых беседах с алгоритмом. Это порождает исраф времени — расточительство жизни на виртуальные симуляции ради эгоистического комфорта.
Методы цифровой тарбии: рекомендации современных алимов
Чтобы защитить разум и душу от деградации в цифровой среде, современные исламские ученые предлагают адаптировать классические инструменты очищения души к реалиям XXI века:
Цифровой пост
Практика осознанного и регулярного отказа от гаджетов, соцсетей и чат-ботов на определенное время (например, в выходные дни или вечерние часы поклонения). Это возвращает душу в реальный мир и освобождает пространство для тишины и молитвы.
Мухасаба (самоотчет)
Ежедневный критический анализ своего цифрового поведения. Перед каждым запросом к ИИ верующему следует спросить себя: «Каково мое намерение (нийя)? Не ищу ли я в ответах машины легкого оправдания своим слабостям вместо обращения к истинным знаниям?»
Муракаба (осознание присутствия Творца)
Понимание того, что Всевышний Аллах видит каждый поисковый запрос, каждое сообщение в чат-боте и каждое скрытое намерение сердца. Постоянное памятование об этом отрезвляет нафс быстрее любых технологических ограничений.
Искоренение расточительства (исрафа) времени
Жесткий хронометраж и лимитирование работы с искусственным интеллектом. Использование ИИ строго как технического, рабочего или исследовательского инструмента, исключая его из сферы эмоционального досуга.
Возвращение к живому общению (сухбе)
Приоритет реального посещения мечетей, уроков исламских ученых, маджлисов и живого общения с праведными людьми над любыми текстовыми симуляциями в сети.
Заключение
Искусственный интеллект — это мощный инструмент, который может принести пользу умме при правильном использовании. Однако без должного уровня духовной гигиены он легко превращается в капкан для нафса, изолируя человека от реальности и усыпляя его сердце. Истинное руководство и очищение души невозможно оцифровать — они обретаются только через искреннюю веру, живое общение и упорный труд над собой.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана