16 Сентябрь, 2026, 5 Раби ас-сани, 1448
16 Сентябрь, 2026, 5 Раби ас-сани, 1448
В казанском кинотеатре «Мир» прошел пресс-показ фильма открытия Казанского международного фестиваля мусульманского кино. Журналистам и деятелям искусства представили картину узбекского режиссера Абдухалила Мигнарова «Имам Абу Иса Мухаммад Термизий».
Каждый год оргкомитет фестиваля и члены жюри встают перед непростым выбором – какой фильм заслуживает чести стать фильмом-открытия Казанского международного фестиваля мусульманского кино?!
На этот раз, по словам члена отборочной комиссии Сергея Анашкина, выбор был очень лёгкий – фильмом открытием КМФМК стала лента узбекского режиссёра Абдухалила Мигнарова «Имам Абу Исо Мухаммад Термизий», повествующая о детстве, юности и зрелости одного из выдающихся знатоков хадисов, прославленного мыслителя и автора книги хадисов «Ас Сунан».
Фильмом открытия КМФМК стала лента о выдающимся знатоке хадисов - Имаме Тирмизи Ат-Термизи родился в 824 году (209 год хиджры) на территории современного Узбекистана, в деревне Буг или в городе Термез, который был связующим звеном между Самаркандом и Бухарой, с одной стороны, и Балхом, старинным центром просвещения, с другой.
Уже с первых кадров фильма мы отмечаем, что юный Абу Исо отличался от своих сверстников и обучающихся в школе мальчиков отличной памятью и знал наизусть десятки тысяч хадисов Пророка Мухаммада (мир ему и благословение Всевышнего), чем вызывал насмешки и злость преподавателя, когда уже мог цитировать наизусть много уроков вперёд. С малых лет на долю Термизи выпало немало испытаний: во время возвращения домой караваном отец будущего учёного сильно заболевает и умирает в дороге, оставляя семью без кормильца. Впервые перед юношей встаёт непростой выбор – продолжить своё обучение и провести большую часть своей жизни в странствиях по миру или остаться с матерью и взять на себя заботу о ней. Естественно, мальчик склоняется к последнему варианту, но тут на помощь его душевным смятениям приходит первый учитель, обязуясь взять на себя все заботы о благополучии матери: «Мир не может лишиться такого гения. Иди, я позабочусь о твоей матери, она ни в чём не будет нуждаться». Здесь и начинается долгий путь, опасный, полный предательств и веры, признаний и клеветы. В разное время учителями Термизи стали выдающиеся исламские богословы того времени. Абу Исо Термизи встречался с такими учёными, как Абдаллах ибн Муавия аль-Джумахи, Али ибн Худжр аль-Марвази, Сувайд ибн Наср ибн Сувайд аль-Марвази, Мухаммад ибн Абдуль-Малик ибн Абу Аш-Шавариб, Исмаил ибн Муса аль-Фазари ас-Судди. Фильмом открытия КМФМК стала лента о выдающимся знатоке хадисов - Имаме Тирмизи Имам целых двадцать лет собирал хадисы за пределами своей родины. В двадцать лет Тирмизи обучался у шейха Исхака ибн Рахувайхи Марвази и у многих других учёных. А когда ему исполнилось двадцать пять лет (по другой версии, двадцать шесть) он поехал в Ирак, в город Басру, и стал брать уроки у выдающихся учёных тех краев, после чего отправился в Шам, а оттуда – в Хиджаз. За эти двадцать лет странствий и обучения Абу Исо Термизи запоминал и записывал все хадисы, которые ему доводилось слышать от учёных, участвовал во всевозможных дебатах. Третье столетие хиджры известно как «золотой» век для науки хадисоведения. Имамы, авторы шести знаменитых сводов хадисов, известных как «Кутуб ас-ситта», жили и творили именно в этом веке. То была золотая эпоха, эпоха повсеместного изучения хадисов, особенно в Мавераннахре. Очень часто среди устазов и учеников загорались споры о том, что лучше: запоминать или записывать хадисы. Ведь запись на бумаге ведёт к ухудшению памяти, поскольку она бездействует, опираясь на написанное. «Бумага – худшая кладезь науки». Однако Термизи, несмотря на свою молодость и тогда ещё малую известность, обратился устазу, встав на сторону ученика и добавив, что одного заучивания хадисов мало. Это была не первая его победа в полемике.
Намного раньше, когда он был ещё совсем мальчиком, наставник, желая дать мальчику максимально лучшее образование, повёл того в медресе, где он не смог повторить вслед за устазом один из хадисов. Однако позже, в доверительной беседе Термизи признался: «Устаз перепутал имена и забыл половину хадиса». А на вопрос, почему он там промолчал, ответ был очень прост и лаконичен: «Папа учил меня не гордиться своими знаниями, а бояться, что не смогу понять большего. К тому же я не мог не проявить уважения к своему учителю».
Уже в столь юном возрасте будущий хадисовед отличался благим нравом, в котором начисто отсутствовало любое проявление тщеславия. На протяжении всей своей жизни имам пронёс одну простую истину, гласящую, что познание наук – обязанность каждого мусульманина.
Наш рассказ о личности Абу Исо Термизи был бы неполным, если бы не упоминание о том, с каким достоинством он выходил из дебрей козней, строившихся ему на протяжении всей его жизни. Расскажем вам об одном из таких случаев, нашедших отражение в полнометражной картине. Его бывший одноклассник, говоря современным языком, Джафарбек Мирзо, подначиваемый наущениями своего эго, нанимает людей, чтобы те напали на караван путников и лишили жизни Термизи. Но в момент истины, оказавшись лицом к лицу с главой нападавших, Абу Исо начинает повторять шахаду, желая умереть с именем Всевышнего на устах. Такая преданность религии и богобоязненность повергли в ступор и отвратили смерть от имама. Впереди ему предстояли долгие дни скитаний по пустыне, проверка на выдержку и верность своим идеалам. Много лет спустя, будучи старцем, Джафар найдёт Абу Исо и признается ему в том, что это он строил козни, посягавшие на его жизнь и честь, из зависти, будет просить прощения. Ответ Термизи оказался довольно прост: «Проси прощения у Всевышнего. Он милосердный и прощающий». Некоторое время спустя имама Термизи ждёт ещё одна проверка – обманным путём его запирают в доме со служанкой и зовут казыя, дабы тот наказал прелюбодея, скрывающегося под маской нравственности. Даже в этой ситуации, когда, казалось бы, нет лишних глаз, герой картины демонстрирует зрителям свою набожность и чистоту – едва завидя женщину в доме, он уходит в другие апартаменты и начинает читать намаз. Именно за этим действием его и застают лицемерный хозяин дома, местные жители и казый, пришедшие на расправу с совершившим зина (прелюбодеяние). Но хозяин дома не принимает во внимание, что женщина-служанка больше всего боится не своего начальника, но гнева Всевышнего Создателя. И эта ситуация разрешается благополучно: честь Абу Исо Термизи остаётся чиста, а служанке за её честность и неподкупность даруется свобода.
Говоря о жизни и творчестве Термизи, мы не можем не остановится более подробно на его сборнике хадисов «Ас Сунан». Сам автор так выразился об этом сборнике: «Закончив эту книгу, я предложил её вниманию учёных Хиджаза, Хорасана, Ирака. Они приняли её и дали своё одобрение. У того, кто хранит эту книгу, в доме как будто бы говорит сам Пророк (мир ему и благословение Всевышнего)». Так чем же так поразительна и драгоценна эта книга? Во-первых, Абу Исо Термизи после приведения текста хадиса перечисляет по именам всех передатчиков. Передаваемые хадисы могут подходить по смыслу друг к другу, а могут быть и прямо противоположными. Независимо от этого Термизи упоминает имена передатчиков, если они имеют к этому разделу близкое или даже отдалённое отношение. Такой принцип поднимает его книгу на несопоставимо высокий уровень. Эта характерная черта трудов имама Термизи является для более поздних времён редчайшим сокровищем, философским камнем. Именно такой необычный для того времени подход сделал популярными его книги. Эта особенность стала тем более важной, что учёные – знатоки хадисов – становились редкостью, поскольку на постижение этой науки требовалась вся человеческая земная жизнь. Во-вторых, Термизи многократно упоминает мнения учёных по разбираемым им проблемам права, опираясь на убедительные доказательства, разъясняет противоположные по смыслу хадисы. И в-третьих, составитель сборника хадисов обращает своё пристальное внимание на степень достоверности хадиса, на мотивировку отнесения хадиса к какой-либо категории, рассматривая каждый хадис с точки зрения его правильности и слабости. Даёт информацию о передатчиках, указывает на допущенные при передаче того или иного хадиса ошибки. Как отмечают учёные, подобная особенность изложения материала у Термизи является признаком практического применения правил хадисоведения, в частности, науки о недостатках хадисов. Путешествия Термизи затянулись вплоть до 250 года по хиджре.
По приезду домой учёный много беседовал с главным своим устазом – имамом аль-Бухари, с которым пересматривал записанные в ходе скитаний хадисы. Именно от него он удостоился высшей похвалы: «Не столько я учусь у вас, сколько вы у меня».
После смерти своего главного устаза, имама Бухари, если верить преданиям, Абу Исо ослеп. В одной из поездок Термизи, будучи уже незрячим, идя по дороге со своими сопровождающими, вдруг остановился. Когда у него спросили, что произошло, он ответил, что именно там, где он остановился, должно было находиться дерево, корни которого мешали путникам. Но его сопровождающие ответили, что вокруг нет такого дерева, и тогда Тирмизи, взволновавшись, сказал: «Спросите у местных жителей об этом дереве, и если будет установлено, что никакого дерева не существовало, то я прекращу рассказывать хадисы из-за моей ослабшей памяти». Жители этой деревни подтвердили, что когда-то там росло дерево, но его убрали из-за того, что оно мешало проходящим там путникам.
Он перестал записывать хадисы из уважения к религии и стремления не запятнать своё имя: «Если память изменяет мне, зрение отказывает, то пора перестать записывать хадисы, чтобы не погрязть перед Всевышним». 13 раджаба 279 г. (по хиджре) достопочтимый исламский богослов и известный учёный-хадисовед покинул этот бренный мир.
Для мусульманского мира Мухаммад ибн Исо ибн Саура ибн ад-Даххак ас-Сулами аль-Буги ат-Тирмизи сыграл особую роль, став первым человеком, кто разделил хадисы на три части и ввёл понятие «хадис-хасан» (хороший хадис). Термизи считал важным не просто заучивать хадисы, переданные от Пророка (мир ему и благословение Всевышнего), но и понимать их текст, значение философии. Этому он научился у одного из своих учителей – имама Бухари, который сыграл решающую роль в становлении Термизи как учёного-хадисоведа. Именно Абу Исо Термизи научил людей отличать достоверные и лживые хадисы: «Моя цель – классификация хадисов, чтобы люди осознали разницу между достоверными и лживыми хадисами». Согласитесь, такая личность заслуживает увековечения не только в истории и умах членов мусульманской общины, но и в кинематографе.
Как отметил Сергей Анашкин, «религиозное кино – очень сложное и может иметь разные трактовки»:
- В этом году мы выбирали фильм открытия не из тех работ, которые были присланы – эта работа была замечена благодаря случаю. Можно сказать, что в Казани состоится её мировая премьера (к слову, фильм выпущен в этом году). В Узбекистане впервые на экраны фильм выйдет примерно в это же самое время. Так как премьера фильма ещё не состоялась, было непросто договориться о предоставлении её Казанскому фестивалю. Это довольно качественная картина – первый за многие годы религиозный фильм в Узбекистане. Режиссёр и сценарист опирались на советскую традицию фильмов о поэтах. В картине присутствует и любовная история (речь идёт о том, что, влюбившись в девушку, Абу Исо отправляет устаза свататься к ней, но, по воле Всевышнего, девушке оказывается уже засватана), но мы понимаем, что главный герой посвящает всего себя духовной жизни. Также здесь есть злодей, который противостоит главному герою. Имам выглядит благородным великим человеком и полностью отдаётся своему призванию. А его оппонентом движет зависть. Он не только отравляет жизнь окружающим, он разрушает самого себя. Главный герой мыслит рационально, в фильме нет чудес: Абу Исо Мухаммад Термизи никого не излечивает, не превращает. Он только служит сбору и сохранению знаний. Режиссёр долгое время очень боялся показывать снятую картину религиозным деятелям в стране, боясь вызвать шквал негодования и критики. Но реакция была абсолютно обратной, и по сей день представители исламского духовенства в Узбекистане положительно отзываются о работе.
Автор: Ильмира Гафиятуллина, islam-today.ru
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Новое американское исследование показывает: погружение молодых людей в цифровой мир вовсе не означает их отказа от веры или разрыва с религиозными общинами. Напротив, происходит более глубокая трансформация — цифровые технологии всё теснее переплетаются с повседневными духовными практиками, но при этом не заменяют семью, места богослужения и непосредственное общение, передает ИА IslamNews.
Исследование под названием «Будущее веры: молодые люди, медиа и духовность» (The Future of Faith: Young People, Media, & Spirituality) показало, что подростки и молодые люди используют музыку, видео, приложения и социальные сети для изучения своих убеждений, получения психологической и духовной поддержки, а также общения со сверстниками. Однако когда перед ними возникают глубокие экзистенциальные вопросы или серьёзные кризисы веры, они чаще обращаются к религиозным лидерам.
Более двух тысяч молодых участников
Исследование провёл независимый научный центр Center for Scholars & Storytellers, связанный с Калифорнийским университетом в Лос-Анджелесе через его основательницу, профессора кафедры психологии Ялду Улс. Проект получил поддержку благотворительного фонда Templeton World Charity Foundation.
Исследователи объединили качественные и количественные методы. В период с февраля по апрель 2026 года они провели около 24 онлайн-фокус-групп с участием 86 подростков и молодых людей в возрасте от 14 до 24 лет, представлявших девять различных религиозных традиций и конфессий.
Затем был проведён общенациональный опрос в США, в котором приняли участие 2001 человек в возрасте от 16 до 24 лет. Участники представляли различные религиозные, духовные и нерелигиозные группы.
Такой подход позволил исследователям не только выявить общие тенденции, но и услышать, как сами молодые люди описывают свой опыт и опасения. В центре внимания находилась связь между религиозной идентичностью и различными видами медиа — фильмами, сериалами, музыкой, подкастами, социальными сетями, приложениями для чтения священных текстов, молитвы и медитации.
Экраны дают утешение и вдохновение
Более 97% верующих участников и 80% нерелигиозных заявили, что хотя бы раз испытывали духовное воздействие, утешение или вдохновение благодаря медиа-контенту или цифровым материалам.
Причём речь идёт не только о религиозных фильмах и сериалах. Существенную роль играют музыка, подкасты и истории, посвящённые утрате, надежде, смыслу жизни и чувству принадлежности.
Участники также рассказали, что обращаются к священным текстам своей религии, чтобы справиться с тревогой, стрессом и одиночеством, особенно в трудные моменты, когда необходима быстрая и доступная поддержка.
Телефон позволяет мгновенно получить доступ к нужному тексту или аудиозаписи, не дожидаясь религиозного собрания или возможности поговорить с другим человеком.
При этом 67% верующей молодёжи и 78% нерелигиозных участников заявили, что медиа помогли им познакомиться с новыми религиозными или духовными идеями и практиками. Более высокий показатель среди нерелигиозных молодых людей говорит о том, что интерес к духовным вопросам не обязательно исчезает вместе с отсутствием принадлежности к определённой религии или организации.
Духовные разговоры — преимущественно в закрытом пространстве
Около 68% верующей молодёжи обсуждают религиозный или духовный контент с друзьями в интернете. Однако чаще это происходит не в публичных постах и открытых комментариях, а в личной переписке, закрытых группах и кругах близких друзей.
Исследователи связывают это с чувствительностью религиозных вопросов и опасениями молодых людей столкнуться с насмешками, непониманием или осуждением со стороны своего окружения.
Личные разговоры позволяют поделиться религиозным видео, задать вопрос или рассказать о собственном опыте, не превращая это в публичное заявление о своей позиции или идентичности.
Цифровые медиа также дают молодым людям возможность знакомиться с опытом представителей других религий и конфессий и сравнивать его с тем, что они получают в семье и религиозных учреждениях. Для предыдущих поколений такой доступ к разнообразию взглядов был значительно сложнее.
При этом исследование не представляет молодёжь пассивным потребителем контента, которым управляют алгоритмы. Напротив, молодые люди сами выбирают материалы, оценивают их и используют для формирования собственного понимания веры, идентичности и принадлежности.
Традиционные религиозные институты не утратили своего значения
Результаты исследования противоречат представлению о том, что виртуальное пространство вытеснило традиционные религиозные институты.
Более 60% верующей молодёжи заявили, что их религиозные практики по-прежнему связаны с традиционными пространствами — церквями, мечетями, храмами и семейными собраниями — либо сочетают непосредственное участие с использованием цифровых технологий.
Около 80% участников используют приложения религиозного или духовного характера, хотя бы время от времени. Это могут быть приложения для чтения священных текстов, ежедневных молитв, медитации, напоминаний о времени богослужений, прослушивания чтений и проповедей.
Однако приложения остаются вспомогательным инструментом. Они помогают соблюдать регулярность и быстро получать доступ к необходимому контенту, но не способны в полной мере заменить человеческие отношения и чувство принадлежности, которые даёт реальная община.
Когда молодые люди сталкиваются с глубокими вопросами о вере, морали или смысле жизни, религиозные лидеры оказываются для них наиболее предпочтительным источником. За ними следуют родители и другие близкие взрослые, а затем друзья и родственники.
Инструменты искусственного интеллекта и обычные поисковые системы оказались в нижней части рейтинга доверия. Это показывает, что молодёжь различает использование технологий для получения информации или выполнения повседневной религиозной практики и обращение к ним в момент духовного кризиса, когда важны личный контекст и доверительные отношения.
Кризис религиозного представительства в медиа
Одновременно исследование выявило серьёзный разрыв между реальным опытом молодых людей и образами, которые они видят на экране.
Лишь около 40% участников считают, что медиа точно изображают людей, чьи религиозные убеждения или мировоззрение близки их собственным.
Около 70% верующих участников и более половины нерелигиозных заявили, что-то, как их вера и духовность представлены в медиа и художественных произведениях, влияет на отношение к ним окружающих в повседневной жизни.
Таким образом, проблема репрезентации связана не только с желанием увидеть на экране персонажа, похожего на себя. Она может напрямую влиять на чувство безопасности и принадлежности, а также на то, как коллеги, друзья и соседи воспринимают религиозные убеждения и практики человека.
Более 60% участников заявили, что некоторые материалы в медиа заставляли их чувствовать себя некомфортно или менее безопасно при публичном выражении своей веры или духовной идентичности.
Более 55% опрошенных в большинстве религиозных групп отметили, что религиозный контент в интернете иногда становится причиной острых дискуссий, семейных конфликтов или напряжённости между друзьями и сверстниками.
Таким образом, цифровая среда выполняет две противоположные функции. С одной стороны, она предоставляет утешение, знания и возможность общения. С другой — способна усиливать поляризацию и социальное давление, особенно когда вера превращается в инструмент оценки или сомнения в религиозности других людей.
Хрупкие цифровые сообщества
Менее трети верующей молодёжи сообщили о наличии сильных и поддерживающих цифровых сообществ, связанных с их верой.
Среди представителей религиозных меньшинств этот показатель составил 29%, а среди последователей доминирующих религий — 23%.
Разрыв между огромным количеством доступного контента и слабостью самих сообществ показывает: просмотр проповедей, коротких видео или материалов религиозных блогеров автоматически не создаёт настоящих отношений.
У молодого человека могут быть сотни религиозных источников в телефоне, но при этом ему может не хватать безопасного пространства, где можно открыто обсуждать свои вопросы, не опасаясь травли, осуждения или исключения из сообщества.
58% молодых представителей религиозных меньшинств и 55% последователей доминирующих религий считают, что блогеры и создатели контента должны больше работать над созданием безопасной цифровой среды, способствующей человеческому общению и честному диалогу, а не ограничиваться односторонней передачей сообщений.
Какой молодёжь хочет видеть религию в кино?
Отдельная часть исследования была посвящена религиозному представительству в фильмах и сериалах. Молодые люди сформулировали конкретные требования к сценаристам, режиссёрам и продюсерам.
Главное из них — представители разных религий должны быть не только перед камерой, но и участвовать в принятии творческих решений.
Недостаточно пригласить актёра, принадлежащего к религиозному меньшинству, если его персонаж и сюжет создаются без участия людей, знакомых с соответствующим опытом.
Молодые люди также хотят видеть обычную повседневную религиозную жизнь, а не только наиболее необычные или экстремальные формы религиозности.
Один из буддийских участников привёл пример: он хотел бы видеть героя, который просто выполняет религиозные обряды у себя дома, а не постоянно изображается человеком, который уезжает в горы и годами обучается у монаха.
Иными словами, персонаж может молиться, поститься, посещать место поклонения или разговаривать с семьёй о своих убеждениях — и всё это не обязательно должно становиться драматическим событием.
Для миллионов людей религия является частью повседневной жизни, а не отдельным драматическим эпизодом.
Религия — это не единый монолит
Участники исследования призвали создателей фильмов и сериалов показывать внутреннее разнообразие религиозных общин, а не представлять их как однородные группы с одинаковыми взглядами и позициями.
Опыт мусульман, христиан, иудеев, буддистов, индуистов, сикхов и представителей других религий может существенно различаться в зависимости от конфессии, семьи, места проживания, возраста, культуры и степени личной религиозности.
Даже два человека, принадлежащих к одной религии, могут по-разному понимать священные тексты, повседневные практики и отношения с религиозными институтами.
Признание такого разнообразия, считают участники, расширяет возможности драматургии. Вместо поверхностного конфликта между «верующим» и «неверующим» появляются более сложные вопросы — о смысле веры, границах сообщества, личной совести и отношении к унаследованным традициям.
Настоящие, а не декоративные персонажи
Молодые люди не хотят видеть религиозных персонажей в эпизодических ролях, созданных лишь для демонстрации разнообразия.
Они хотят видеть главных героев с собственными желаниями, недостатками, отношениями и внутренними конфликтами — людей, чья личность не сводится к хиджабу, кресту или посещению места поклонения.
Участники-мусульмане, например, призвали глубже раскрывать внутренний мир верующего: показывать, как его убеждения влияют на решения, страхи, отношения с семьёй и обществом, а не ограничиваться внешним обликом и сценами религиозных обрядов.
По мнению молодых людей, настоящая вера проявляется прежде всего в нравственном выборе, ответственности перед другими, отношении к несправедливости, утрате и власти — а не только в визуальных символах.
При этом они не требуют изображать религиозных людей безупречными. Напротив, им интересны персонажи, которые сталкиваются с сомнениями и внутренними противоречиями, могут не соглашаться с семьёй или религиозными институтами, но при этом сохраняют важную часть своей духовной идентичности.
Исследование показывает: для молодого поколения экран становится не заменой веры и религиозной общины, а одним из пространств, где вера осмысливается, обсуждается и получает новое выражение. Но именно живые отношения, доверие и принадлежность к сообществу по-прежнему остаются для молодых людей ключевыми.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Иман 
Молитва 
Голодание 
Закот 
Хадж 
Коран 
Уроки Ислама 
Контакт 