«Куллиёт» (полное собрание сочинений) выдающегося персидско-таджикского поэта, представителя суфизма Джалаледдина Руми было включено в реестр ЮНЕСКО «Память мира. Эта новость порадовала и самаркандских поклонников творчества поэта, ведь Руми некоторое время жил в нашем древнем городе.
Самаркандцы по праву могут гордиться тем, что наш древний город воспитал поэта и мыслителя мирового масштаба Мавлана Джалаледдина Руми (1207-1273). Именно здесь, в городе, который считался политическим и культурным центром Мавераннахра, он провел свои детство и раннюю юность.
Долгое время исследователи и биографы Джалаледдина Руми почти ничего не знали о важном периоде жизни поэта в Самарканде. Их сведения, основанные на некоторых источниках, сводились лишь к тому, что Руми был пятилетним мальчиком во время завоевания Самарканда Хорезмшахом Мухаммедом (1211 г.). А его отец, известный проповедник и ученый Баховаддин Валад Балхи накануне монгольского нашествия со своей семьей отправился в г. Конья (Малая Азия).
Самаркандский поэт и ученый Хаёт Негмат в предисловии к своей книге «Словарь народных выражений в произведениях Мевлеви» подробно остановился на периоде детства поэта, проведенного в Самарканде. Ученый рассказал о безграничной любви поэта к этому очаровательному городу, который он неоднократно с радостью вспоминал в своем известном произведении «Маснави». В целом, из упомянутого исследования можно составить представление о юном периоде жизни поэта в Самарканде, но каких-либо решающих доказательств в подтверждение этого исследователь не приводил.
Недавно нам стал доступен документ, который не только удлиняет период детства и юношества, проведенный Джалаладдином Руми в Самарканде, но и показывает его связь с этим центральным городом Мавераннахра шире, чем это представлялось в известных науке источниках.
Речь идет о произведении Зайниддина Махмуда Васифи под названием «Бадоеъ-ул-вакоеъ» (первая половина XVI в.), написанном в жанре мемуаров. Документ не был широко известен в научных кругах, так как был написан в Мавераннахре, редко копировался и не публиковался за пределами нашего края. Поэтому до недавнего времени о нем не знали исследователи творчества Джалаледдина Руми в Иране, Турции и Европе.
Можно предположить, что автор упомянутых воспоминаний слышал о годах, проведенных Руми в Самарканде, во время своего в нем пребывания или в родном Герате. Позднее он упомянул своего современника – поэта Мавлана Ахмади Самарканди, переселившегося из родного Самарканда и обосновавшегося в Герате. Поэтому можно не сомневаться в достоверности информации данного источника.
Согласно источнику, Руми гулял по Самарканду, в махалле «Хоки нарм» (буквально «Мягкая земля») и, когда проходил мимо молодого человека, тот пошутил над ним, сказав: «Зачем пришел сюда этот хорасанский осел?» Руми совсем не растерялся и мгновенно ответил: «Потому что он хочет попасть на «мягкую землю». Из этой истории становится ясно, что гузар «Хоки нарм» существовал в Самарканде до монгольского завоевания.
По-видимому, Руми под влиянием этой словесной перепалки посвятил стихи, неполный текст которых включен в рассказ Васифи. Рассказ Васифи свидетельствует о том, что событие приходится на годы юности Руми, а сам он имел связи с группой повес, известной под названием «тарикати лаванди» («путь ленивцев»). Такие группы молодых людей были известны в средневековых городах Мавераннахра, Хорасана, Ирана и других странах Востока под разными названиями, такими как «риндон» (свободомыслящие), «каллошон» (гуляки, кутилы), «олуфтагон» (франты) «ятимон» (сироты) и др. Из рассказа Васифи видно, что молодого Руми больше интересовали шутки и розыгрыши, но он не разделял все жизненные ценности таких повес.
Следует добавить, что соприкосновение Руми со свободолюбивой самаркандской молодежью в годы юности, по нашему мнению, не прошло бесследно и отразилось в «Маснави» поэта. В нем многие рассказы и легенды, несмотря на серьезное внутреннее содержание, наполнены уличным юмором. Это чем-то напоминает шуточные стихи не менее известного поэта-сатирика, жившего в Самарканде за полвека до Руми – Сузани Самарканди.
Кстати, увлечение Руми поэзией говорит о том, что он жил в Самарканде достаточно долго. Это противоречит мнению исследователей, считающих, что свою поэтическую деятельность он начал гораздо позже, в период зрелости (в Малой Азии) и под глубоким впечатлением от знакомства и особенно разлуки со своим другом Шамс-ад-дином Тебризи.
Все это дает нам основание полагать, что Руми жил в Самарканде с детства и до юного возраста. Поэт покинул Самарканд с семьей тогда, когда ему было не менее 14-15 лет, переехав в Малую Азию.
Автор: Садри СААДИЕВ, доктор филологических наук, профессор СамГУ, «Самаркандский вестник».
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Сегодня в Южной Корее проживают около 45 000 корейцев-мусульман. Люди приходят в ислам по разным причинам, кто-то ищет путь к Богу, кому-то импонируют исламские нормы морали. 30-летний Юсуф, который принял ислам в 2014 году после знакомства с верующими в клубе английского языка, рассказал, что мужчины часто делают это для того, чтобы им было проще жениться. По его словам, многие разочарованы современной культурой свободных внебрачных связей между мужчинами и женщинами, которая особенно распространена в Сеуле, передает IslamNews.
В центральной мечети столичного района Итэвон около 25 новообратившихся мусульман записываются на курсы об основах ислама каждый месяц. Приходят туда и представители других конфессий, которые по окончании нередко решают произнести шахаду.
Кореянки приходят к вере не ради замужества. Но, как и мужчин, в исламе их привлекает простота. Новообратившаяся мусульманка Ареум рассказала, что ей понравилась идея единобожия и уважительное отношение к старшим, которое играет важную роль и в традиционной корейской культуре.
И Юсуф, и Ареум отметили, что негативное освещение ислама в некоторых СМИ имеет обратный эффект и побуждает многих корейцев узнать больше информации об этой религии.
Корея никогда не имела значительного мусульманского населения. Большинство мусульман в стране были приезжими торговцами и предпринимателями с Ближнего Востока, которые уже к 10 веку сформировали тут свою общину. Но это не были постоянные жители - одни мусульмане приезжали в Корею, другие покидали ее.
Корейцы стали принимать ислам в 1990-е. С распространением соцсетей большой вклад в распространение ислама внесли корейские мусульманские инфлюенсеры, важную роль среди них сыграли представители корейской общины в Индонезии.
Одна из таких блогеров - кореянка Айна Джихье Мун. Девушка приняла ислам в подростковом возрасте. Религией она заинтересовалась, слушая в новостях о войне в Ираке. Высшее образование она поехала получать в Индонезию, где в последствие стала вести блог о моде.
Корейские мусульмане говорят, что ислам подарил им чувство принадлежности. Религия помогла им обрести круг близких друзей и единомышленников. Ареум, которая всю жизнь провела в Корее, рассказала, что только придя в мечеть Сеула, она почувствовала, что вернулась домой.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана