Заведующий отделом исламских исследований Института стран СНГ Ильдар Сафаргалеев в своем выступлении на IV Евразийских чтениях в Общественной палате Российской Федерации по теме: «Новые формы и инструменты международного сотрудничества по предупреждению псевдорелигиозного экстремизма и этноконфликтов» (2 октября 2018 года) сделал акцент на интернет исламском образовании.
Ниже размещается полный текст его выступления:
Уважаемые коллеги!
Почему я делаю акцент именно на интернет исламском образовании?
Во-первых, в связи с тем, что чрезвычайно актуальна проблема распространения псевдорелигиозной экстремистской идеологии через Всемирную Сеть и необходима этому поистине чудовищному явлению действенная онлайн альтернатива.
Во-вторых, в связи с тем, что дистанционное обучение, как показала экспертная проработка этого вопроса, позволяет с минимальными затратами и главное что называется без особой раскачки, «с ходу» начать учебный процесс.
Да, очень здорово, что заработала Исламская Академия в Болгаре. Мусульманские университеты и медресе готовят «правильных» имамов и распространяют истинное понимание ислама. Однако практика показывает, что этого крайне мало в наш цифровой век и это абсолютно, на мой взгляд, не соответствует масштабам угроз от экстремистской пропаганды в Сети. Необходим больший интенсив для альтернативы ей в виде распространения пророческой традиции, несущей свет (нур) истинного знания (ильма).
Почти весь мир, если взять образовательную деятельность открылся для дистанционного получения знаний в самых различных областях. Лучшие университеты, обучение в которых было уделом элиты и состоятельных людей, открыли свои онлайн программы и трансляцию ведущих ученых и специалистов для широкой массы людей. Та же самая тенденция коснулась и религиозного образования. В сети можно увидеть и услышать лекции ведущих алимов лучших мусульманских университетов на арабском, английском и других языках. Заработали и отдельные Интернет-университеты и медресе.
А что же конкретно в этом плане имеем мы у себя? Увы наши русскоязычные Интернет-ресурсы не так многочисленны. Интернет-медресе «Дом мудрости» («Бейт уль-хикма») – исламский образовательный портал Духовного управления мусульман Республики Татарстан, который является сетевым ресурсом по традиционному мазхабическому исламу широкого профиля. Однако полноценные дистанционные занятия в нем не проводятся – только видеоуроки.
При Российском исламском институте в Казани также есть возможность обучения на курсах повышения квалификации в онлайн режиме, однако она, к сожалению, не используется для обучения широких масс верующих.
Пятигорский государственный университет – единственный в России государственный ВУЗ, реализующий полноценное дистанционное обучение по направлению подготовки как бакалавров, так и магистров теологии. Однако обучение в нем платное и стоит немалых денег.
При Московской исторической мечети действует веб-ресурс, заявленный как он-лайн медресе «Masjid.ru» (www.masjid.ru), которое предлагает стандартный набор предметов обучения исламу, в том числе фикху ханафитского и шафиитского мазхабов, а также цикл видеолекций по ашаритской акиде. К сожалению, здесь нет материалов по акиде имама Аль-Матуриди и системы проверки усвоения получаемых знаний, а также наличествует полная самостоятельность обучающихся без какой-либо обратной связи с ними.
В сети имеется также электронное медресе на портале www.madrasah2.ru, которое, несмотря на то, что фактически с 2013 года не действует, в то же время содержит весьма обширный и ценный материал с уроками по ханафитскому и шафиитскому фикху, тасаввуфу, а также библиотеку с электронными вариантами мусульманской литературы на самые разные темы, в т.ч. и изданий для детей. Кстати, на главной страничке ресурса имеется информация о том, что сайт пережил нападение (по сути рейдерский захват) со стороны сторонников хабашитской секты, в связи с чем вынужден был поменять свой электронный адрес. Возможно, негативным последствием этого и является то, что данное медресе полноценно не функционирует.
Под научным руководством муфтия Чечни Салаха-хаджи Межиева в 2014 году открылось он-лайн медресе (http://islam95.ru/), которое на своем сайте заявляет о себе как первое такого рода. «Полностью бесплатное, интерактивное образование по гибкому графику – то чего не хватало работающим мусульманам, а также молодежи, днем занятой учебой в светских ВУЗах. Тексты, видео-уроки, аудио-лекции, тесты, интерактивные доски, чаты с учителями, медиатека и библиотека – вот основные инструменты этого интернет-медресе».
Существует и еще одна вэб-платформа – интернет-медресе начального уровня религиозного образования «imedrese» (www.imedrese.ru), ориентированная на ханафитский фикх, с тестовой системой проверки знаний, и обратной связью со слушателями по электронной почте. Минусом ее является отсутствие он-лайн «живой» непосредственной связи с обучающимися во время уроков. Помимо этого данная платформа, несмотря на наличие зарубежных слушателей, все же не так многочисленна по охвату аудитории.
Еще один довольно уникальный русско- и казахскоязычный веб-портал – исламская он-лайн школа «Иснад» (www.isnad.me) обучения суннитскому исламу (ханафитского и шафиитского толка), ориентированный в основном пока на Казахстан, имеющие хорошее как светское так и мусульманское образование. Преподавание ведется с использованием программы Zoom (аналог Skype).
Относительно недавно открылась онлайн школа исламского образования «Медина», директором которой является экс-муфтий РСО-Алания Али Евтеев. На сегодняшний день, это, наверное, единственный, полноценный русскоязычный мусульманский образовательный ресурс, где даются начальные знания по Исламу в соответствии с ханафитским, шафиитским и ханбалитским мазхабом.
Вот пожалуй и все, если не считать русскоязычные ресурсы Интернета, которые предлагают как начальное так и высшее исламское образование, кардинальным образом разнящееся с традиционным исламом, определяемым в соответствии с Грозненской фетвой. Мне встречался один такой сайт, но возможно, что их значительно больше с учетом запретной «ниши», которую они занимают в России.
Однако самое печальное, то, что как наши ведущие исламские университеты, включая Болгарскую Исламскую Академию, так и медресе достаточно высокого уровня не транслируют уроки, дающиеся в их стенах в широкий эфир, в Сеть, которая в это самое время переполнена экстремистскими материалами. Что мешает этому – трудно сказать. На мой взгляд, инерция мышления и «трусость» чиновников, когда муллы опасливо оглядываются на светских «смотрящих», от которых зависят, а те, в свою очередь панически боятся всего, что связано с Интернетом, и безуспешно пытаются запретить все и вся. А дело страдает.
С учетом того факта, что в наших братских государствах СНГ, особенно центрально-азиатских есть немало алимов-ученых, знания которых могли бы в случае их достояния широкой аудитории послужить щитом на пути экстремистской идеологии, необходимо сотрудничество и совместные проекты в данной области, а не только обмен «выездными бригадами» преподавателей и подписание договоров о сотрудничестве в качестве очередной отчетной палки для различных курирующих ведомств.
В этом плане следует отдать должное сетевым ресурсам Казахстана, в частности, обучающему сайту www.azan.kz, на базе которого уже создан и заполняется аналогичный ресурс в российском домене.
Полагаю, что с учетом многовековой образовательной традиции медресе Узбекистана и Таджикистана, а также Киргизии, которая в этом отношении очень продвинулась за последние три десятилетия, алимы учебных заведений этих государств, знающие русский язык могли бы транслировать свое традиционное понимание Ислама в Сеть. Тем более, что с Россией, мусульманами Поволжья и Урала их объединяет один общий ханафитский мазхаб.
Я уже не говорю о великой духовной традиции Тасаввуфа, колыбелью которой является Средняя Азия, а если брать Россию, то наш Дагестан. Знания о ней могли бы так же, в случае ее популяризации через Интернет, послужить для предупреждения псевдорелигиозного экстремизма и этноконфликтов.
Полагаю, что имеет смысл воспользоваться вышеприведенной положительно зарекомендовавшей себя за рубежом практикой. Тем более, что пример ее уходит корнями в отечественное прошлое татарских богословов. Так, выдающийся татарский мыслитель Абу-н-Наср Курсави считал, что подлинная ученость невозможна без внутреннего просветления, которое дает суфизм. «Ибо если факих не занимается тасаввуфом, не проникает знание в его сердце и не управляет им, то становится он нечестивцем вопреки своему знанию. Что же касается невежественного суфия, который исповедует что-либо помимо веры Аллаха из недозволенных нововведений и страстей, распространенных среди людей, то становится он многобожником (зиндик), вводящим новшества, и не является настоящим суфием».
В настоящее время в России сложилась критическая ситуация с подготовкой квалифицированных мусульманских кадров для религиозных организаций. По оценке самих мусульманских лидеров в мусульманских приходах страны ощущается нехватка кадров, почти 70% имамов – люди пожилого возраста, и им срочно требуется достойная смена.
Однако существующие высшие и средние мусульманские учебные заведения при нынешнем «темпе» ежегодного выпуска имамов вряд ли успешно решат задачу подготовки достойной смены. С учетом этого обстоятельства требуется внедрение методов онлайн обучения в ведущих российских мусульманских учебных заведениях, таких как Болгарская Исламская Академия и Российский Исламский Университет ЦДУМ России, где сосредоточены лучшие преподавательские кадры. Например, несмотря на наличие заочного отделения в РИУ ЦДУМ России, не многие потенциальные, особенно молодые, мусульманские духовные наставники могут себе позволить в течение пяти лет два месяца в год, отрываясь от работы приезжать в Уфу из разных концов обширной территории Российской Федерации и находится вдали от своих семей и близких. И интернет здесь мог бы оказаться необходимым подспорьем. Он бы также был бы очень эффективным дополнением к обучению в период между установочными сессиями, длящийся полгода, и позволял бы мотивировать шакирдов и не давать им расхолаживаться.
То же самое касается и возродившегося в этом году в г. Троицке знаменитого медресе «Расулия», которое было основано «духовным королем» мусульман Российской Империи, шейхом Накшбандийского тариката Зейнулой ишаном Расулевым. Здесь, как говориться «сам Бог велел» возобновить обучение шакирдов с преподаванием наряду с традиционными исламскими дисциплинами знаний по тасаввуфу, которые и давал своим муридам-ученикам великий суфийский наставник. И в этом плане, представляется весьма перспективным онлайн дистанционный курс, который бы мог позволить шакирдам получить на месте и дистанционно начальные знания по различным дисциплинам, в т.ч. и тасаввуфу.
А довод, услышанный несколько лет назад от одного руководителя исламского вуза о возможности использования экстремистами канала онлайн образования для получения дипломов и легализации своей проповеднической деятельности, на мой взгляд, совершенно не обоснован. И, если уж на то пошло, то не обязательно и дипломы выдавать. Ведь целью искреннего верующего должно быть не приобретение престижной «корочки», либо обучение ради занятия должности имама общины, а получение религиозных знаний для снискания довольства Всевышнего. И в этом плане обучение по Интернету с привлечением как можно более широкого круга мусульман через распространение знаний истинного ислама позволяет противостоять росту псевдорелигиозного экстремизма в обществе.
Поэтому именно с учетом актуальности проблемы проникновения радикальной экстремистской религиозной идеологии в сеть Интернет существует острая потребность в аналогичных зарубежным российских сетевых ресурсах обучения традиционному исламу на базе российских исламских учебных заведений всех уровней.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Декан факультета изящных искусств Техасского университета в Тарлтоне (Tarleton State University), в своей книге исследовавший роль и влияние Хадиджы (мир ей), супруги Пророка ислама (с.а.с.), в становлении раннего ислама, заявил: "Именно Хадиджа (мир ей), а не его дядя Абу Талиб, сыграла более важную роль в поддержке и защите Пророка (с.а.с.)».
10-е число месяца Раби аль-авваль — это не просто дата в календаре, а точка отсчета одного из самых важных союзов в истории человечества. В этот день связь между Пророком (с.а.с.) и Хадиджей (мир ей) стала не просто браком, а стратегическим союзом, заложившим первые основы исламской цивилизации в суровых условиях Мекки.
Этот союз, в котором богатство и статус Хадиджи (мир ей) стали опорой для миссии Пророка (с.а.с.), позволил нести тяжкое бремя откровения в годы одиночества и изгнания ислама, становясь исцелением для сердец верующих.
Имран Икбал аль-Бадави, декан факультета изящных искусств Техасского университета в Тарлтоне, в своей книге *«Королевы и пророки: как знатные арабские женщины и святые мужи формировали язычество, христианство и ислам»*, бросает вызов традиционным нарративам о Хадидже (мир ей), представляя ее как ключевую фигуру в религиозных и культурных преобразованиях Аравии VI–VII веков.
В главе под названием «Хадиджа, Мухаммад и противостояние христианства и язычества» он описывает Хадиджу (мир ей) не просто как жену Пророка, а как могущественную аристократку Мекки, чье экономическое влияние и смелое противостояние патриархальным нормам сыграли решающую роль в формировании послания раннего ислама. Эта глава также исследует, как поддержка Хадиджи (мир ей) позволила Пророку (с.а.с.) противостоять господствующей в Мекке политеистической системе.
Ниже представлен перевод интервью Имрана Икбала аль-Бадави Международному кораническому информационному агентству (IQNA):
IQNA: В вашей книге Хадиджа (мир ей) представлена не просто как поддерживающая супруга, а как историческая фигура, изменившая ход событий. Как этот образ дополняет или оспаривает традиционные исламские нарративы о ее роли?
Представляя Хадиджу (мир ей) в таком ключе, я преследую две основные цели.
Во-первых, она принадлежит к древнему ряду знатных женщин, которые формировали историю, культуру и религию Аравии и Ближнего Востока. К ним относятся королевы, прорицательницы, воительницы, главы племен и другие выдающиеся личности. Некоторые из этих женщин были связаны с прототипами божественности, которые позже были использованы и переосмыслены авраамическими религиями.
Во-вторых, арабские источники, включая повествования сиры (жизнеописания), не отдают должного Хадидже (мир ей). В профессиональных и личных отношениях с Мухаммадом (с.а.с.), как до начала миссии, так и в начале пророческого периода, она была более доминирующим партнером. Кроме того, эти источники страдают от дисбаланса: они приуменьшают христианское и «правоверное» происхождение семьи Хадиджи (мир ей), одновременно идеализируя семью Мухаммада (с.а.с.), которая была языческой. Я убежден, что Хадиджа (мир ей) сыграла куда большую роль в защите Пророка, чем его дядя Абу Талиб.
IQNA: Учитывая, что ранние исламские источники представляют собой смесь биографий, агиографий (святых преданий) и устных рассказов, как вы при изучении таких фигур, как Хадиджа (мир ей), проводите границу между историческим фактом и интерпретативными слоями?
Чтобы поставить Хадиджу (мир ей) в центр повествования и при этом предложить более историчный взгляд, я учел несколько критериев. Моя книга разъясняет, что средневековые отчеты сиры и хадисов по сути больше связаны с формированием идентичности, чем с фиксацией исторических фактов.
В сообщениях о Хадидже (мир ей) много литературных приемов и противоречий, включая использование полемических доводов, преувеличений, анахронизмов, символизма и поздних вставок. Из-за нехватки документальных свидетельств о самой Хадидже (мир ей), мой портрет основан на существующих моделях поведения знатных арабских женщин той эпохи, о которой у нас имеются доказательства.
IQNA: Вы делаете акцент на экономическом и социальном могуществе Хадиджи (мир ей). Как ее статус помог Пророку в продвижении ислама в патриархальном обществе Мекки?
Бесспорно, это так. Согласно источникам, Абу Талиб, дядя Пророка, уже не был в состоянии поддерживать его и даже поощрял его искать работу в другом месте. Хадиджа (мир ей) спасла его от перспективы нищеты и нестабильности — особенно в то время, когда Мухаммад (с.а.с.) был молодым человеком, пережившим сиротство.
Она также была его лучшим спутником и, весьма вероятно, играла для него роль, близкую к материнской. Источники также показывают, что Хадиджа обладала смелым и решительным духом: она уверенно действовала в противостоянии с мужчинами Курайша. Одним из примеров такой конфронтации была ситуация с дядями Мухаммада, которые были против их брака, но она одержала верх в этом противостоянии.
IQNA: В этой версии повествования важное место занимает Варака ибн Науфаль. Как вы считаете, свидетельствует ли его роль о некоторой богословской преемственности между христианством и ранним исламом или же она носит преимущественно символический характер?
Исследованию связи между христианством поздней античности и возникновением ислама и Корана посвящено множество работ.
В Аравии обнаруживается всё больше эпиграфических и археологических свидетельств того, что христианство было широко распространено в этом регионе еще до появления ислама.
Даже в арабских источниках встречается множество признаков и упоминаний христианских персонажей, мест и символов в обществе эпохи Пророка Мухаммада (с.а.с.).
Однако трудно с уверенностью сказать, насколько сильно Варака повлиял на Мухаммада (с.а.с.). Этому вопросу посвящены отдельные исследования.
Вместе с тем сира Пророка ясно свидетельствует о присутствии христианских святых и духовных лиц в окружении Мухаммада (с.а.с.). Это вновь связывает данную тему с Хадиджей (мир ей), поскольку Варака ибн Науфаль был ее двоюродным братом.
IQNA: Вы помещаете свое повествование в более широкий контекст религиозных преобразований поздней античности. Как история Хадиджи (мир ей) отражает более масштабные изменения на Аравийском полуострове в вопросах власти, религиозных убеждений и гендерных ролей?
Как я показываю в своей книге, в Аравии существовала длительная и непрерывная традиция «знатных женщин» — женщин, обладавших широкими полномочиями и значительным влиянием в обществе.
Они могли самостоятельно править, участвовать в войнах и заниматься торговлей.
Я утверждаю, что завоевание римлянами этих территорий примерно в 106 году н. э., а также распространение христианства и иудаизма в III–IV веках усилили патриархальные модели поведения в Аравии, в том числе в военной сфере.
На протяжении всего периода, известного как поздняя античность, власть знатных арабских женщин постепенно ослабевала. Более того, они всё чаще передавали свои полномочия мужчинам, которым доверяли, особенно святым мужам и религиозным деятелям.
Три главных примера, которые я рассматриваю для демонстрации этого исторического процесса, — Зенобия, царица Пальмиры, умершая в 274 году н. э.; Мавия, царица танухов, умершая примерно в 425 году; и Хадиджа (мир ей), знатная женщина из племени Курайш, умершая в 619 году.
IQNA: Учитывая ваш большой интерес к переосмыслению роли женщин в истории религий, какой вывод, по вашему мнению, должны сделать читатели вашей книги, особенно мусульмане, из вашего нового взгляда на Хадиджу (мир ей)?
В заключительной части книги я представил многочисленные выводы и уроки, касающиеся чрезвычайно важной роли знатных арабских женщин в формировании истории.
Однако в отношении Хадиджи (мир ей) необходимо напомнить о нескольких важных моментах.
Во-первых, самые продолжительные близкие отношения и деловое партнерство основателя ислама были связаны именно с женщиной — Хадиджей (мир ей).
Люди забывают, что Мухаммад (с.а.с.) был ближе к Хадидже (мир ей), чем к Абу Талибу, Абу Бакру или Умару. Кроме того, значительную часть своей жизни он провел с ней — дольше, чем с Аишей или другими своими супругами.
И, наконец, что важнее всего, гендерные отношения в современном исламе не были чем-то неизбежным или заранее предопределенным. Где сегодня в исламе место традиции брака по образцу Хадиджи? Разумеется, шиитская брачная традиция в большей степени, чем суннитская, сохраняет сходство с этой древней моделью.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана