Сайт работает в тестовом режиме!
29 Январь, 2026   |   10 Шабан, 1447

город Ташкент
Фаджр
06:16
Шурук
07:37
Зухр
12:41
Аср
15:54
Магриб
17:39
Иша
18:54
Bismillah
29 Январь, 2026, 10 Шабан, 1447

В Синьцзяне действует почти 25 тысяч мечетей

13.08.2018   2905   5 min.
В Синьцзяне действует почти 25 тысяч мечетей

Корреспондент газеты «Народное слово» Руслан Кенджаев принял участие в международном семинаре в КНР По его словам, представители Франции, Германии, России, Индии, Пакистана, Казахстана, Кыргызстана, Канады, Египта, Узбекистана и других по приглашению пресс-канцелярии Госсовета КНР смогли узнать, как и чем живет северо-запад Китая, послушать экспертов, поговорить с местными жителями. Ниже публикуется часть путевых заметок Руслана Кенджаева.
Зачем священнику читать газеты?
В Синьцзяне не покидает ощущение того, что родной Узбекистан рядом, по соседству. Через одного звучит уйгурская, казахская речь, нередко встретишь говорящих по-русски. Привычны организму погода, а взору — местные пейзажи. Тем крепче нити параллелей с Узбекистаном, что невольно проводишь. Схожие преимущества — ресурсы, география и транспортный потенциал. И схожие проблемы, над решением которых предстоит работать.
Месторасположение по умолчанию ставит ребром угрозу наркотрафика. Здесь ей противостоят всеми силами. И у местных борцов с ядовитым зельем есть свой идейный вдохновитель.
В одном из людных мест Урумчи возвышается памятник Линь Цзэсюю. Прославился этот сановник во время опиумных войн середины XIX века, когда Китай оказался на пороге деградации. Процветающая империя, родина великих изобретений десятилетиями погружалась в наркотический хаос. Жители вырождались, уже не надеясь на своих лидеров. Тогда занимавший высокий пост Линь Цзэсюй с полутысячей соратников провели бескомпромиссную кампанию против опиума. Ее результатом стало уничтожение, по разным данным, более миллиона тонн зелья. Горы опиума смешали с солью и известью и выбросили в море. Операция закончилась 26 июня 1839 года. В память о событиях почти двухсотлетней давности эту дату весь мир отмечает как Международный день борьбы со злоупотреблением наркотическими средствами и их незаконным оборотом.
Как и в Узбекистане, здесь также осознают важность стабильности, без которой грош цена экономическому росту. У наших стран общие взгляды по вопросам обеспечения мира и безопасности. Одна из важных тем двусторонней повестки — борьба с силами «трех зол»: терроризмом, экстремизмом и сепаратизмом.
По словам замначальника отдела пропаганды парткома КПК в СУАР Сю Гуйсяня, в Синьцзяне живет более 25 миллионов человек 55 национальностей, 13 из которых считаются основными. Это уйгуры и ханьцы — то есть китайцы, а также казахи, дунгане, маньчжуры, кыргызы, таджики, русские и узбеки (по разным данным это около 12 тысяч человек), другие.
Самая распространенная религия здесь — ислам. Как рассказал научный сотрудник Института религии Академии общественных наук СУАР Ма Пиньяр, выдавая собственные цели за постулаты веры, радикалы неоднократно совершали на этой территории террористические акты, в которых гибли люди. Религиозный экстремизм, по его мнению, — реальная опасность и угроза для государства, социальной гармонии и межнационального согласия. В автономном районе борются с радикализацией, подстрекательством к насилию, на основании закона противодействуют пропаганде терроризма. Эта работа немыслима без повышения уровня жизни, соцобеспечения. Тем самым можно искоренить почву, в которой зарождаются идеи экстремизма. При этом эксперт называет уважение и защиту свобод вероисповедания граждан основой государственной политики.
В подтверждение сказанному представители администрации Синьцзяна приводят данные о том, что здесь действует почти 25 тысяч мечетей. В среднем это одно культовое сооружение на каждую тысячу человек. Предоставлены возможности для получения религиозного образования.
Одно из восьми таких учреждений — Институт исламской теологии Синьцзяна. Вуз готовит священнослужителей для мечетей региона, сейчас это около 700 студентов, среди них немало этнических узбеков — их легко узнать по национальным тюбетейкам. Учиться, держать регулярные экзамены довольно сложно из-за строгих требований, признаются ребята. Однако студентам, кроме учебы, больше беспокоиться не о чем. Их бесплатно кормят, предоставляют общежитие. Минимальная стипендия — в пересчете около ста долларов, за отличные оценки можно получать до 500 долларов в месяц. В аудиториях и лекционных залах обстановка почти спартанская, ничего лишнего. Из яркого разве что стенды с 10—12 наименованиями свежих газет. Преподаватели пояснили: хоть обучают в основном религиозным канонам, от мирских новостей отрываться ни в коем случае нельзя. Священник не может жить вне общества, он обязан знать, что заботит прихожан, что происходит в государстве и мире.


Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

Статьи
Другие посты
Новости

Виктор Гюго и Коран

28.01.2026   1079   1 min.
Виктор Гюго и Коран

В истории западной литературы ислам чаще изображался через страх, искажение или поверхностный экзотизм. Однако французский классик Виктор Гюго стал редким исключением: он увидел в исламе не «чужого», а глубокий духовный и гуманистический опыт, передает IslamNews.
Автор «Отверженных» и «Собора Парижской Богоматери» не писал богословских трактатов об исламе и не принимал религию, но включил ислам и образ пророка Мухаммада ﷺ в свою поэзию как источник нравственной силы, справедливости и милосердия.
Переломным моментом стала прочитанная Гюго в 44 года французская версия Корана. Он был поражён языком, образностью и моральной мощью текста, увидев в нём не только религиозное, но и уникальное литературное и философское произведение.
В поэме «Девятый год хиджры» Гюго изобразил пророка Мухаммада ﷺ не как миф или врага, а как человека, несущего тяжесть послания с достоинством и человечностью — редкий пример для западной литературы XIX века.
В отличие от многих современников, писавших об исламе с подозрением или высокомерием, Гюго говорил о нём с уважением и глубиной, рассматривая ислам как путь к размышлениям о смысле жизни, ответственности человека и связи с Абсолютом.
Эти идеи подробно анализирует французский исследователь Луи Блан в книге «Виктор Гюго и ислам», где подчёркивается: влияние ислама на Гюго было культурным и духовным, а не догматическим.
Для Гюго ислам стал мостом между цивилизациями, а его поэзия — доказательством того, что литература способна вести диалог там, где политика и предрассудки терпят поражение.

Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

Новости мира