Что делал Пророк ﷺ, услышав азан?
Ежедневно пять раз в день мы слышим азан – призыв на молитву. Голос муэдзина уже стал привычным в нашей жизни. Может этим и объясняется некоторое не совсем ответственное отношение к этому обряду у части верующих. Посему предлагаем читателям материал, в котором описывается, как поступал Пророк ﷺ, когда слышал азан.
Азан в Исламе имеет особую роль, и велика его цена. Провозглашение азана – это признак того, что в данной местности проживают мусульмане. Всевышний хвалит читающих азан: «Чья речь прекраснее, чем речь того, кто призывает к Аллаху ﷻ и поступает праведно!..» (смысл 33 аята суры «Фуссилят»).
Пророк Мухаммад ﷺ рассказал нам о величии этого дела, и, конечно же, мусульманину рекомендуется к этому стремиться. Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Если бы люди знали, какая награда ожидает за призыв и нахождение в первом ряду во время молитвы, и не было бы иного выхода, кроме как тянуть жребий, то они тянули бы для этого жребий» (имам Муслим).
Людям следует проникнуться величием и достоинством азана. Пророк ﷺ сказал Абу Саиду аль-Худри (да будет доволен им Аллах): «Я вижу что, ты любишь овец и пустыню. Если ты находишься со своими овцами или в пустыне, то повышай свой голос при совершении азана к молитве, так как любой джинн, человек, или вещь, в пределах слышимости твоего голоса, будет твоим свидетелем в День Воскресения» (имам аль-Бухари). Поэтому человеку желательно читать азан у себя дома, если даже дома никого нет. Если даже вы в пустыне, читайте азан, дабы заслужить награду за азан, достичь того, за что Аллах ﷻпохвалил сподвижников.
Самые важные этические моменты, которые нужно соблюдать муэдзину, это богобоязненность, честность, обращение в сторону Каабы, нахождение в омовении во время азана.
Желательно, чтобы муэдзин обладал сильным голосом; сунной является повышать голос при чтении азана, подниматься на высокое место, ведь раньше не было микрофонов; закрывать указательными пальцами ушные раковины в момент чтения азана и читать его в известной распространённой форме: «Аллаhу Акбар, Аллаhу Акбар…» – и так до конца. Желательно поворачиваться при чтении слов «Ẍайя ‘аля-ĉ-ĉаляh», «Ẍайя ‘аля-ль-фаляẍ» в правую и в левую стороны.
Также муэдзину желательно сделать «тарджи’», то есть после чтения такбиров про себя два раза прочитать «Ашhаду алля иляhа илля ллаh» и два раза «Ашhаду анна Муẍаммада расулюллаh», затем то же самое прочитать громким голосом, – в общем четыре раза.
В призыве на утреннюю молитву желательно сделать «тасвиб», то есть сказать: «Ассаляту хайру мина навм» («Намаз лучше сна»). Это важная сунна, которая осуществляется во время чтения азана.
Желательно, чтобы муэдзин также читал икамат, в азане растягивал голос, а читая икамат, чуть быстрей его прочитал.
Что касается женщин, то им дозволено читать икамат в обществе женщин, где нет мужчин, а что касается чтения азана женщине, то для неё это не сунна ни при каких обстоятельствах.
По свидетельству госпожи Айши (да будет доволен ею Аллах), Пророк ﷺ, когда слышал азан, преображался в поведении: «Посланник Аллаха ﷺ разговаривал с нами и мы разговаривали с ним, но когда наступало время молитвы, то он становился таким, будто не знал нас, а мы не знали его» (Аль-Азди). То есть он оставлял все дела и готовился к молитве.
Когда мы слышим муэдзина, нам нужно приготовиться к намазу и оставить все наши дела, будь это разговор, работа и даже чтение Корана, – следует оставить все занятия, поскольку это призыв самого Аллаха ﷻ посредством муэдзина. Затем желательно повторять то, что говорит муэдзин.
‘Абдуллах бин ‘Амр бин аль-’Ас передал, что он слышал, как Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Когда услышите призыв (к молитве), говорите то же, что говорит (муэдзин), а потом призовите на меня благословение Аллаха, ибо, поистине, сделавшего это один раз, Аллах благословит за это десять раз. Потом обратитесь к Аллаху с просьбой (привести) меня к "аль-василе", являющейся таким положением в Раю, которое подобает занимать только одному из рабов Аллаха, и я надеюсь, что этим рабом буду я, а для того, кто станет просить об "аль-василе" для меня, (моё) заступничество станет обязательным»(имам Муслим).
Передается от Джабира бин ‘Абдуллаха, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «В День воскресения моё заступничество станет обязательным для того, кто, услышав слова азана, скажет:
للَّهُمَّ رَبَّ هَذِهِ الدَّعْوَةِ التَّامَّةِ وَالصَّلاَةِ الْقَائِمَةِ آتِ مُحَمَّدًا الْوَسِيلَةَ وَالْفَضِيلَةَ وَابْعَثْهُ مَقَامًا مَحْمُودًا الَّذِى وَعَدْتَهُ
«Аллаhумма, Рабба hазиhи-д-да’вати-т-таммати ва-ĉ-ĉаляти-ль-ḱаимаh, ати Муẍаммадани-ль-василятава-ль-фаḓыляh, ваб’аҫhу маḱаман маẍмудани-л-ляҙи ва’адтаh!».
Смысл: «О Аллах, Господь этого совершенного призыва и этой совершающейся молитвы, приведи Мухаммада к "аль-василе" и высокому положению и направь его к месту достохвальному, которое Ты обещал ему!» (имам аль-Бухари)
Желательно, повторяя за муэдзином во время чтения слов «Ашhаду анна Муẍаммаду расулюллаh», сказать (смысл): «Я тоже свидетельствую, что Мухаммад – Посланник Аллаха, я доволен Аллахом как Господом, Исламом как религией, Мухаммадом как Пророком».
Пророк ﷺ нам рассказал, что мольба между азаном и икамой не отвергаема – это важное время, которое использует верующий для обращения ко Всевышнему Аллаху (Свят Он и Велик).
Пророк ﷺ сказал: «Поистине, когда шайтан слышит призыв к молитве, он убегает, с шумом испуская кишечные газы, чтобы не слышать голос (муэдзина), а когда он умолкает, он возвращается и начинает наущения. Когда он слышит икъаму, он (опять) уходит, чтобы не слышать его голос, а когда он умолкает, он возвращается и (снова) начинает наущения» (имам Муслим)
Азан – это милость нам от Аллаха ﷻ. Когда человек слышит призыв на молитву, который звучит в разных уголках из минаретов мусульман, то он чувствует спокойствие и уходят от него многие беды. Азан связан с признаками Ислама, в том числе с самым великим признаком в Исламе – с Пророком Мухаммадом ﷺ. Когда слышите азан, старайтесь чувствовать, как вёл себя Пророк ﷺ, когда слышал азан, как он обращался к Аллаху ﷻ, чтобы наше вступление в намаз было как у Посланника Божьего ﷺ. Так мы будем совершенными в следовании достойным деяниям лучшего творения – Любимца Всевышнего ﷺ– и будем соответствовать смыслу слов Создателя ﷻ: «Скажи (о Мухаммад): “Если вы любите Аллаха ﷻ, то следуйте за мной, и тогда Аллах ﷻ возлюбит вас”» (смысл 31 аята суры «Алю Имран»).
Американский исследователь: Определяющая роль Хадиджы (мир ей) в истории ислама
Декан факультета изящных искусств Техасского университета в Тарлтоне (Tarleton State University), в своей книге исследовавший роль и влияние Хадиджы (мир ей), супруги Пророка ислама (с.а.с.), в становлении раннего ислама, заявил: "Именно Хадиджа (мир ей), а не его дядя Абу Талиб, сыграла более важную роль в поддержке и защите Пророка (с.а.с.)».
10-е число месяца Раби аль-авваль — это не просто дата в календаре, а точка отсчета одного из самых важных союзов в истории человечества. В этот день связь между Пророком (с.а.с.) и Хадиджей (мир ей) стала не просто браком, а стратегическим союзом, заложившим первые основы исламской цивилизации в суровых условиях Мекки.
Этот союз, в котором богатство и статус Хадиджи (мир ей) стали опорой для миссии Пророка (с.а.с.), позволил нести тяжкое бремя откровения в годы одиночества и изгнания ислама, становясь исцелением для сердец верующих.
Имран Икбал аль-Бадави, декан факультета изящных искусств Техасского университета в Тарлтоне, в своей книге *«Королевы и пророки: как знатные арабские женщины и святые мужи формировали язычество, христианство и ислам»*, бросает вызов традиционным нарративам о Хадидже (мир ей), представляя ее как ключевую фигуру в религиозных и культурных преобразованиях Аравии VI–VII веков.
В главе под названием «Хадиджа, Мухаммад и противостояние христианства и язычества» он описывает Хадиджу (мир ей) не просто как жену Пророка, а как могущественную аристократку Мекки, чье экономическое влияние и смелое противостояние патриархальным нормам сыграли решающую роль в формировании послания раннего ислама. Эта глава также исследует, как поддержка Хадиджи (мир ей) позволила Пророку (с.а.с.) противостоять господствующей в Мекке политеистической системе.
Ниже представлен перевод интервью Имрана Икбала аль-Бадави Международному кораническому информационному агентству (IQNA):
IQNA: В вашей книге Хадиджа (мир ей) представлена не просто как поддерживающая супруга, а как историческая фигура, изменившая ход событий. Как этот образ дополняет или оспаривает традиционные исламские нарративы о ее роли?
Представляя Хадиджу (мир ей) в таком ключе, я преследую две основные цели.
Во-первых, она принадлежит к древнему ряду знатных женщин, которые формировали историю, культуру и религию Аравии и Ближнего Востока. К ним относятся королевы, прорицательницы, воительницы, главы племен и другие выдающиеся личности. Некоторые из этих женщин были связаны с прототипами божественности, которые позже были использованы и переосмыслены авраамическими религиями.
Во-вторых, арабские источники, включая повествования сиры (жизнеописания), не отдают должного Хадидже (мир ей). В профессиональных и личных отношениях с Мухаммадом (с.а.с.), как до начала миссии, так и в начале пророческого периода, она была более доминирующим партнером. Кроме того, эти источники страдают от дисбаланса: они приуменьшают христианское и «правоверное» происхождение семьи Хадиджи (мир ей), одновременно идеализируя семью Мухаммада (с.а.с.), которая была языческой. Я убежден, что Хадиджа (мир ей) сыграла куда большую роль в защите Пророка, чем его дядя Абу Талиб.
IQNA: Учитывая, что ранние исламские источники представляют собой смесь биографий, агиографий (святых преданий) и устных рассказов, как вы при изучении таких фигур, как Хадиджа (мир ей), проводите границу между историческим фактом и интерпретативными слоями?
Чтобы поставить Хадиджу (мир ей) в центр повествования и при этом предложить более историчный взгляд, я учел несколько критериев. Моя книга разъясняет, что средневековые отчеты сиры и хадисов по сути больше связаны с формированием идентичности, чем с фиксацией исторических фактов.
В сообщениях о Хадидже (мир ей) много литературных приемов и противоречий, включая использование полемических доводов, преувеличений, анахронизмов, символизма и поздних вставок. Из-за нехватки документальных свидетельств о самой Хадидже (мир ей), мой портрет основан на существующих моделях поведения знатных арабских женщин той эпохи, о которой у нас имеются доказательства.
IQNA: Вы делаете акцент на экономическом и социальном могуществе Хадиджи (мир ей). Как ее статус помог Пророку в продвижении ислама в патриархальном обществе Мекки?
Бесспорно, это так. Согласно источникам, Абу Талиб, дядя Пророка, уже не был в состоянии поддерживать его и даже поощрял его искать работу в другом месте. Хадиджа (мир ей) спасла его от перспективы нищеты и нестабильности — особенно в то время, когда Мухаммад (с.а.с.) был молодым человеком, пережившим сиротство.
Она также была его лучшим спутником и, весьма вероятно, играла для него роль, близкую к материнской. Источники также показывают, что Хадиджа обладала смелым и решительным духом: она уверенно действовала в противостоянии с мужчинами Курайша. Одним из примеров такой конфронтации была ситуация с дядями Мухаммада, которые были против их брака, но она одержала верх в этом противостоянии.
IQNA: В этой версии повествования важное место занимает Варака ибн Науфаль. Как вы считаете, свидетельствует ли его роль о некоторой богословской преемственности между христианством и ранним исламом или же она носит преимущественно символический характер?
Исследованию связи между христианством поздней античности и возникновением ислама и Корана посвящено множество работ.
В Аравии обнаруживается всё больше эпиграфических и археологических свидетельств того, что христианство было широко распространено в этом регионе еще до появления ислама.
Даже в арабских источниках встречается множество признаков и упоминаний христианских персонажей, мест и символов в обществе эпохи Пророка Мухаммада (с.а.с.).
Однако трудно с уверенностью сказать, насколько сильно Варака повлиял на Мухаммада (с.а.с.). Этому вопросу посвящены отдельные исследования.
Вместе с тем сира Пророка ясно свидетельствует о присутствии христианских святых и духовных лиц в окружении Мухаммада (с.а.с.). Это вновь связывает данную тему с Хадиджей (мир ей), поскольку Варака ибн Науфаль был ее двоюродным братом.
IQNA: Вы помещаете свое повествование в более широкий контекст религиозных преобразований поздней античности. Как история Хадиджи (мир ей) отражает более масштабные изменения на Аравийском полуострове в вопросах власти, религиозных убеждений и гендерных ролей?
Как я показываю в своей книге, в Аравии существовала длительная и непрерывная традиция «знатных женщин» — женщин, обладавших широкими полномочиями и значительным влиянием в обществе.
Они могли самостоятельно править, участвовать в войнах и заниматься торговлей.
Я утверждаю, что завоевание римлянами этих территорий примерно в 106 году н. э., а также распространение христианства и иудаизма в III–IV веках усилили патриархальные модели поведения в Аравии, в том числе в военной сфере.
На протяжении всего периода, известного как поздняя античность, власть знатных арабских женщин постепенно ослабевала. Более того, они всё чаще передавали свои полномочия мужчинам, которым доверяли, особенно святым мужам и религиозным деятелям.
Три главных примера, которые я рассматриваю для демонстрации этого исторического процесса, — Зенобия, царица Пальмиры, умершая в 274 году н. э.; Мавия, царица танухов, умершая примерно в 425 году; и Хадиджа (мир ей), знатная женщина из племени Курайш, умершая в 619 году.
IQNA: Учитывая ваш большой интерес к переосмыслению роли женщин в истории религий, какой вывод, по вашему мнению, должны сделать читатели вашей книги, особенно мусульмане, из вашего нового взгляда на Хадиджу (мир ей)?
В заключительной части книги я представил многочисленные выводы и уроки, касающиеся чрезвычайно важной роли знатных арабских женщин в формировании истории.
Однако в отношении Хадиджи (мир ей) необходимо напомнить о нескольких важных моментах.
Во-первых, самые продолжительные близкие отношения и деловое партнерство основателя ислама были связаны именно с женщиной — Хадиджей (мир ей).
Люди забывают, что Мухаммад (с.а.с.) был ближе к Хадидже (мир ей), чем к Абу Талибу, Абу Бакру или Умару. Кроме того, значительную часть своей жизни он провел с ней — дольше, чем с Аишей или другими своими супругами.
И, наконец, что важнее всего, гендерные отношения в современном исламе не были чем-то неизбежным или заранее предопределенным. Где сегодня в исламе место традиции брака по образцу Хадиджи? Разумеется, шиитская брачная традиция в большей степени, чем суннитская, сохраняет сходство с этой древней моделью.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
