Идем, значит, по Регистану. Красота, и говорить нечего, но я рассказываю, как, когда, с чьего повеления и кем строились эти прекрасные медресе, про искусство мозаики и майолики, откуда наименование площади взялось. Не забываю о периодах вражеской осады, запустения, разрушения и восстановления упоминать. Слушают туристы раскрыв рты, охают, любуются, сэлфятся, сувениры в бывших хиджрах скупают…
Кто полюбознательней, с тыла решили зайти. Ну, думаю, там ведь не всегда порядочек. Ан нет. Вокруг погребения Шейбанихана аккуратненько, на аллеях не валяются метлы и ведра. Художники тут сидят с мольбертами, портреты, пейзажи рисуют. То-то раздолье публике понаехавшей!
На подходе к памятнику Первого Президента и у Чорсу вдруг исчезли торговцы подозрительной снедью, не носятся наперегонки кавалькады электровелосипедов многоместных. Лишь призывно стоят в ожидании седоков чистенькие ослики с разукрашенной арбой, да парочка породистых лошадок. Что б, значит, доставить жаждущих экзотики к Биби-ханум.
У стен мечети Биби-ханум язык мой так и пел: посмотрите налево, взгляните направо, а прямо перед вами подставка для корана, ляух называется… Тут неожиданно струны зазвучали на волнующей ноте, народ оглядывается, что, мол, почему? Неожиданно по дворику легкая, стройная женская тень промелькнула, сверкнув в солнечных лучах пестрым атласом, ворсистым бархатом. Вот чудеса - дивится радостно публика. И я радуюсь усердию, фантазии туристического нашего сервиса.
Зарядившись вдохновением, в комплексе Шахи-зинда не только историческими фактами сыпал, ступеньки сообща считал, еще курьезный случай из жизни. Старожилы, наверное, наслышаны про то, как некий любознательный иностранец решил ночью около мавзолеев царственных подежурить в ожидании сенсационной съемки. В итоге по голове получил и видеокамеры лишился. Сказывали, грабителей тогда, хоть и не было в помине туристической милиции, нашли...
Гур-Эмир, архитектурный шедевр, наполненный духом величия значимых в летописи мира персон. Визуальный обзор в сопровождении моего рассказа имел грандиозный успех, даже похлопали благодарные гости. Хотя, если честно, аплодисменты не в мой адрес, а тем самым грандиозным именам и судьбам, чей земной путь завершен под этими сводами, а также искусным старинным мастерам, возводившим их. Ну и мужественным темуридским воинам, что встречали и провожали у главного портала, облаченные в исторические одежды. Блестяще, поистине блестяще справились актеры со своими бессловесными ролями!
Обсуждая увиденное, заглянули в ближайшую махаллю и дружненько отобедали вкуснейшим пловом в ближайшей чайхане, усевшись за ярким дастарханом, разглядывая вышитые нарядные сюзане и улыбаясь персоналу в полосатых национальных халатах и тюбетейках, над челом же солидного завзалом возвышалась затейливая чалма. Все это, однозначно, сработало на положительные эмоции и радужные впечатления. Пришлось нижайше просить не расплескивать чувства, экономить на завтра…
А завтра идем мы уже по бульвару. Навстречу - дамы, пышными подолами дорожки подметают, шляпки на них с вуалетками, в руках кружевные парасольки, рядом вышагивают кавалеры - купцы да офицеры - и вальсы оркестр духовой играет. Хочешь, фоткайся рядом, хочешь – сядь на скамейку витиеватую и наблюдай. А в определенное время подкатывает пролетка с кучером в картузе…
Ох, вижу, нравится представление и туристам, и местному люду. Последним-то и невдомек, что группы экскурсантов заранее за эту стилизацию заплатили, пополнили городской ридикюль. Как и за трапезу в ресторане «Кауфман» за белоснежными крахмальными скатертями с растегаями, фаршированными осетрами и пожарскими котлетами. По залу половые, с причесочками на прямой пробор и перекинутыми через руку полотенцами, снуют. Уверен, надолго сия картинка из далекой Азии в памяти останется.
Далее по плану посещение еврейской махалли, прежние точки компактного проживания самаркандских армян, корейцев, крымских татар, турок, поляков… С увлекательным повествованием, конечно же, как, когда, почему попали и прижились. Обязательны к просмотру в каждом таком уголке - где дома, где комнаты, обустроенные в национальных традициях быта этих народов, - бережно собранные костюмы. Тут же желающие угощаются из рук красавиц в народных одеяниях присущими этим диаспорам блюдами. Угощаются, не скупясь, чебуреками, печеньем мазурка, мшоше из сазана и так далее. И везде у гостей удивление, восторг и уважение. Будет, чем необычным поделиться по приезду домой.
Раз уж про еду, можно и про туалеты, а они везде по последнему слову сантехники, гигиены и кондиционирования воздуха, оснащены даже гуталином и щетками для чистки обуви.
А я опять радуюсь: не успел Глава государства нашего выступить, чтоб как можно подольше гостей привлекать и задерживать, а у меня уже расписание на неделю вперед готово! Столько посмотрели, но еще больше осталось. В музеях пока не были, а их у нас теперь ого-го…
На третий день отправились в Хазрат-Хызр, а оттуда пешим ходом через Афрасиаб к Ходже Дониёру и на поклон великому Улугбеку. Путь не близок, но интересен. Фоткались, конечно, по пути. Фоном, в том числе, караван верблюдов облюбовали для съемки, и так, и этак… Ну, думаю, сейчас начнут потешаться, читая надписи. А у скульптурных фигур, представьте, бока оказались чистые - ни буковки, ни сердечка не начерякано, будто готовились к нашему вояжу.
Только об этом подумал, как взял и проснулся. НЕ, ну надо же, а… Привидится вдруг в ночи такое инженеру в третьем поколении! Хорошо хоть не с четверга на пятницу…
Тарас НАСМЕШКИН, “Самаркандский вестник”.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
В Самарканде, на территории комплекса Регистан, находится большая мраморная платформа – склеп. Многие туристы интересуются тем, кто похоронен там. Тем более, что на склепе установлено несколько надгробных камней.
Дахма Шейбанидов – средневековый памятник архитектуры, внесенный в Национальный перечень объектов недвижимого имущества и находится под охраной государства. Построен в XVI веке, а ныне расположен на территории комплекса Регистан.
Длина каждой стороны склепа составляет 6,15-6,15 метра, сверху находятся 36 надгробий. Изначально, по указанию Мехр Султан ханум, могилы, расположенные посреди двора медресе Шейбани-хана, были преобразованы в отдельную семейную дахму - высокую мраморную суфу (платформу). Когда была открыта дорога, ведущая к соборной мечети Биби-ханым, мавзолей был перенесен на 70-80 метров на юго-восток. Занимаемая им площадь значительно сократилась. Во время реконструкции города в 1960-1962 годах мавзолей был перенесен во второй раз - на территорию комплекса Регистан.
Сначала в усыпальнице был похоронен Махмуд Султан, погибший мученической смертью в 1504 году. В 1509 году из Бухары было эвакуировано тело матери Мухаммеда Шейбани - Ак Кузи бегим. В 1510 году был похоронен сам Мухаммед Шейбани, в 1511 году - Махди, Хамза и Абулхайр султаны, в 1514 году - Мухаммед Темур султан, в 1526 году - Ёдгор султан, в 1530 году - Шах Султан ханум, в 1535 году - Шахрибану ханум, в 1545 году - Кутлуг Мухаммед султан, в 1586 году - Суюнч Мухаммед султан и другие шейбанидские султаны и царицы.
В Самарканде, который некоторое время был столицей государства Шейбанидов, во время правления этой династии бурно развивалась культурная жизнь.
Шейбаниды также уделяли внимание архитектуре и построили ряд памятников в этот период. В этом отношении не остались в стороне не только представители династии, но и люди, обладавшие значительными материальными возможностями. Например, в Самарканде были построены медресе, связанные с именами Мухаммеда Шейбани, таких как Хания, Абу Саид Калбаба, Кукельдаш и Мехр Султанхоним. В этот период в городе был возведен и мраморный минбар в мечети Алайки Кукельдаш (1528 г.), баня Джувонмарда Алихана (1574 г.), медресе Кази Саки. Представители этой династии сыграли значительную роль в развитии науки и культуры в период правления Шейбанидов. Прежде всего, они сами были чрезвычайно образованными людьми.
Шейбаниды, такие как Мухаммед Шейбани-хан, Кучкунчи-хан, Убайдулла-хан, Абдулла-хан II, Абдулазиз-хан, писали стихи на тюркском и персидском языках. Они обладали достаточным потенциалом в религиозных и светских науках. В короткие перерывы между военными походами и государственными делами Шайбани-хан занимался изучением различных наук и ислама, писал исторические и поэтические произведения. Он привлек во дворец множество историков, поэтов и ученых. В его дворце нашли убежище и создали свои произведения такие любимые народом поэты, как Камолиддин Бинойи, Мухаммад Солих, Мулла Шоди, Фазлуллох ибн Рузбекхон.
Портрет Мухаммеда Шейбани-хана, написанный Камолиддином Бехзодом после захвата Герата, сохранился до наших дней.
Автор: Аслиддин САФАРОВ, заведующий отделом гидов ансамбля Регистан, газета “Самаркандский вестник”.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана