Иранская драма «В объятиях дерева» открыла Казанский кинофестиваль «Алтын Минбар»
Каждый год вот уже 20 лет подряд в Казани в сентябре собираются кинематографисты, режиссёры, актёры и искушенные любители кино, чтобы принять участие в Казанском международном фестивале мусульманского кино (теперь, правда, вернулось его первоначальное название – «Алтын Минбар»). Одной из главных интриг первых дней кинофестиваля становится выбор фильма-открытия. В этот раз такой чести удостоилась работа иранского режиссёра Бабак Хаджепашы «В объятиях дерева». Первыми картину увидели журналисты, для которых был организован закрытый показ, сообщает IslamNews.
Более 70% отобранных картин объединены темой семьи
Как отметила исполнительный директор кинофестиваля Миляуша Айтуганова, кинематографисты очень тонко улавливают настроение общества и основные темы, волнующие население их стран.
«В этом году основным направлением, над которым работают кинематографисты, – семейные ценности. И это связано не только с тем, что в России 2024 объявлен Годом семьи. Просто даже более 70% поданных фильмов семейных ценностей – отношения между мужем и женой, детский так или иначе связаны с темой семьи. Взгляд на взрослые проблемы, разводы, распад семьи – это лишь малая часть поднимаемых тем. Когда в мире неспокойно, люди видят главные ценности в близких людях, осознают, что семья – самое дорогое в жизни», – поделилась Айтуганова.
Что же касается непосредственно иранского кинематографа, который в последнее время особенно популярен как в Татарстане, так и в России в целом, то местные режиссёры очень тонко и чётко улавливают мировые тренды, при этом не боятся браться за очень сложные темы, не облегчают жизнь, не упрощают проблемы, а показывают на экране реальность. Символично, что каждый раз на казанском кинофестивале иранская картина брала либо главный приз, либо становилась лауреатом в одной из номинаций.
«Кинематограф Ирана – определённая философия жизни. Этим он отличается от других стран, где может превалировать жанровое кино. В Иране вдумчиво относятся к освещению реальности, показу реальности средствами кино», – добавила исполнительный директор кинофестиваля.
«В Иране перенимают положительный западный опыт, сохраняя свои традиции»
Своими мыслями поделился и консул Исламской Республики Иран в Казани Давуд Мирзахани. По его мнению, именно здоровая, крепкая семья закладывает хорошее общество.
«Конечно, в современном мире очень много проблем, которые, к сожалению, часто приводят даже к разводу. Разногласия между мужчинами и женщинами всегда были и будут, но невинными жертвами этих конфликтов становятся дети, которые не играют никакого значения в этих проблемах, но испытывают на себе самые сильные последствия», – отметил консул.
Генеральный консул Исламской Республики Иран Давуд Мирзахани
Конечно, иранский кинематограф, как и само общество, тоже попадают под влияние Запада, но, уверен господин Мирзахани, при этом охраняются традиционные иранские ценности.
«Мы видим, что под влиянием западных ценностей увеличивается количество разводов. Наши режиссёры тоже не обошли эту тему стороной и через свои фильмы стараются соорудить своеобразный культурный мост между модернизмом и теми ценностями, которые традиционны для Ирана, соблюсти баланс между западными ценностями и традициями своей страны», – резюмировал Давуд Мирзахани.
Сам режиссёр, Бабак Хаджепашы, – выходец из иранской провинции Восточный Азербайджан. А действие картины проходило в одном селе, что недалеко от города Урумия. Картина «В объятиях дерева» была выпущена в 2022 году и уже успела стать победителем Международного кинофестиваля Фаджр, что проходит в Иране с 1982 года. Помимо участия в «Алтын Минбаре», кинолента стала кандидатом на участие в кинофестивале в Шанхае. В России же фильм будет показан впервые.
«В объятиях дерева» – когда родители не могут жить вместе, а дети возвращают семью
Картина «В объятиях дерева» – это история о том, когда взрослые не могут уже вместе жить, отдаляются друг от друга, находятся на грани развода, становясь чужими, а дети помогают возродить их отношения и вернуть гармонию в семью. только большая любовь и крепкая дружба двух сыновей способна сохранить брак родителей и подарить им еще один шанс.
В фильме показаны главные герои – пока ещё муж и жена Фарид и Кимья, их магазин и рыбная ферма. Очень тонко и красиво режиссёр через всю картину, через все невзгоды и ссоры семьи показывает трепетную любовь и заботу братьев друг о друге: старший Таха и младший Алисан в буквальном смысле не могут находится порознь долгое время. И когда родители принимают окончательное решение о разводе, разделяя детей между собой, то для каждого это оказывается тяжёлым потрясением. Всё это приводит к тому, что детей прочь от родного дома уносит течение реки. И тут главные герои принимаются обвинять кого угодно – Фарид гневается на своего брата Резу, который позволил малышам одним отправиться на речку, муж и жена обвиняют друг друга в случившемся – вместо того, чтобы понять и признать, что именно их холодность друг к другу, неумение разговаривать и привела к такой потере…
А ведь причиной развода, как мы узнаём в момент отправки горе-родителей на поиски своих сыновей, стало одно таинственное событие, произошедшее с главной героиней ещё в пору её студенчества. Автор не говорит открыто о совершённом насилии, но через описание ситуации Кимьёй, нам становится понятно, что над молодой и наивной тогда девушкой недалеко от дома надругался водитель такси… Закрывшись после этого в себе, никому ничего не рассказывая, Кимья получает сильнейший стресс, и теперь психологический барьер не позволяет ей пересечь указатель с цифрой в 15 км, что делает невозможным и поездку к матери, и путешествия с мужем и сыновьями, о чём они так мечтают. И ведь только угроза гибели мальчиков заставляет женщину открыться мужу и рассказать, что она пережила.
Волнительные несколько дней, когда с утра до глубокой ночи без устали вся семья, спасательные службы, односельчане не покладая рук искали детей, ни к чему не привели… Но концовка киноленты заставляет нас надеяться, что в семье скоро вновь наступить гармония, а отношения между домочадцами станут крепче. Реза, брат главного героя, находит прибитый к берегу браслет одного из мальчиков, что позволяет их матери понять, что дети могут находится в Тутовом саду. Именно там и застают их безутешные родители. Последним кадром режиссёр показывает нам беззаботно спящих на земле мальчиков под сооружённой наскоро крышей и обнимающих их родителей. Камера отдаляется, позволяя нам, зрителям, самим додумать, какой будет дальнейшая жизнь этих четверых…
В процессе просмотра картины тяжело удержаться от эмоций: настолько реалистично происходящее на экране, настолько всё это близко и знакомо зрителю. Сколько семей сталкиваются с трудностями, какой процент справляется с препятствиями, пронося любовь и уважение друг к другу через года? А ведь именно дети больше и чаще всего страдают, когда взрослые не могут найти общий язык и взять на себя ответственность…
6 сентября в день открытия кинофестиваля фильм покажут в кинотеатрах «Мир» и «Родина». Сеансы также пройдут под открытым небом в Присутственных местах Казанского Кремля и на набережной озера Кабан.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Медресе «Мухаммадия»: татарский университет, Галимджан Баруди и колыбель джадидизма
Кандидат исторических наук Фирдаус Калимуллина из Института татарской энциклопедии и регионоведения им. Хасанова АН РТ рассказывает читателям «Миллиард.Татар» о знаменитом татарском медресе «Мухаммадия» в Казани.
В истории татарского просвещения казанское медресе «Мухаммадия» занимает особое место. Это учебное заведение было первым медресе в России, официально действовавшим на основах джадидизма. Оно стало подлинным символом перехода от схоластики к новометодному обучению, вобравшему в себя лучшие достижения светской науки. Его история – это история реформ, ярких личностей и целой плеяды выдающихся выпускников, определивших развитие татарской культуры, науки и общественной мысли на рубеже XIX–XX вв. Сегодня, когда вопросы баланса традиций и инноваций в образовании вновь выходят на первый план, опыт «Мухаммадии» оказывается неожиданно современным: в нём можно увидеть удачную модель интеграции религиозного и светского знания, которая искала ответ на главный вызов эпохи – как сохранить идентичность и при этом не остаться в стороне от прогресса.
Рождение и развитие из общинной солидарности
Медресе открыли в 1882 г. в Старо-Татарской слободе Казани. Инициатором выступил религиозный деятель и просветитель Галимджан Баруди (1857–1921) – выпускник медресе «Касимия» и бухарских духовных школ. Финансовую поддержку оказал его отец, купец Мухаммеджан Галеев, построивший в 1883 г. первое одноэтажное каменное здание. В честь отца учебное заведение и назвали «Мухаммадией» (второе название – «Галеевское»).
Показательно, что медресе не просто выросло из благотворительности одной семьи, а стало коллективным делом татарской общины. Купцы и меценаты видели в нём не только религиозную школу, но и опору национального просвещения. Впоследствии строительство, снабжение оборудованием и учебными пособиями обеспечивали Ахметзян Сайдашев, Мухаммадсадык Галикеев, Ахмед Хусаинов и др.
Архитектурная летопись
Комплекс зданий «Мухаммадии» является памятником архитектуры, выросший поэтапно: первое одноэтажное здание построили в 1883 г. по проекту архитектора М.Ермолаева, затем надстроили второй этаж (1885), третий (1886), а в 1901 г. появился трёхэтажный пристрой. На церемонии закладки нового корпуса присутствовал один из самых влиятельных татарских религиозных деятелей той эпохи (его даже называли «духовный король татар») Зайнулла Расулев. Его присутствие подчёркивало значение этого учебного заведения для всей мусульманской общины империи. В 1909 г. к «Мухаммадии» перешло одноэтажное здание Сагитовского медресе.
Как татарский язык впервые стал отдельным предметом в медресе
Ключевым поворотом к новому методу в обучении стала поездка Баруди в Турцию, Египет и Мекку (1886–1891). После неё учебный процесс полностью перестроили: «Мухаммадия» стала одним из первых в России медресе, работавших на принципах джадидизма.
Баруди взял у крымскотатарского просветителя, педагога, издателя, основоположника джадидизма – движения за обновление мусульманского образования и культуры в Российской империи Исмаила Гаспринского ядро реформы – звуковой метод, классно-урочную систему, светские предметы, родной язык преподавания, осмысленное отношение к религии, создание собственных учебников. Но он не остановился на уровне начальной школы, как Гаспринский, а расширил реформу до полноценного медресе с тремя ступенями обучения, написал систематический новометодный комплект учебников для всех ступеней и сделал «Мухаммадию» рабочей моделью, на которую ориентировались другие джадидистские медресе России. Среди его учебных пособий новометодная азбука «Савадхан» (1891), учебники по арифметике «Нэмунэи хисап» (1891), арабскому языку «Хоси-эл-мэшрэб...» (1891) и «Хосул-эл-ирэб...» (1892), татарско-арабско-персидский словарь «Люгат саляс» (1893). Многие из этих пособий выдержали более десяти переизданий.
В программу, помимо традиционных религиозных дисциплин (Коран, тафсир, хадисы, фикх, арабский и персидский языки), включили светские предметы: математику, географию, естествознание, медицину и гигиену, всеобщую историю, историю России и татарского народа, педагогику. Около половины учебного времени занимали именно светские науки. Впервые в российском медресе татарский язык стал отдельным предметом, при этом большое внимание уделяли и изучению русского языка, это было важно для интеграции в общероссийское культурное и профессиональное пространство.
Любопытный штрих: в 1913 г. была опубликована печатная программа преподавания всех предметов в «Мухаммадия» – документ, где раздел истории средних веков развёрнуто рассматривал историю арабов и турков, т.е. был сфокусирован на истории мусульманского мира с научной точки зрения: подробно разбирались Омейядский и Аббасидский халифаты, отдельное внимание уделялось Кордовскому халифату в Аль-Андалусе, а также становлению и развитию Османского государства. Подробно также изучалась история татарского народа, включая этапы Волжской Булгарии и Золотой Орды. Такой баланс между религиозным и светским образованием воспринимался современниками как смелый эксперимент, вызывавший одновременно и горячие споры, и искреннее восхищение.
От подъёма в шесть утра до десяти тысяч дохода: быт и бюджет медресе
Руководство медресе предоставляло определенный социальный пакет для своих шакирдов. При медресе имелся лазарет с приходящим врачом, вызовы которого оплачивались из фонда медресе. Также медресе имело общежитие на 150 человек. Было организовано питание шакирдов. Шакирды должны были соблюдать правила проживания в общежитии: не допускать порчи имущества, подчиняться распорядку дня, включая подъем в 6.00 утра и отход ко сну в 22.00. Важным проступком считалось нарушение чистоты медресе (лить воду, ставить обувь в неположенном месте и т.д.). Неоднократные опоздания на занятия также рассматривались как нарушение порядка медресе. Кроме того, шакирды имели летнюю и зимнюю форму одежды.
Медресе «Мухаммадия» отличалось высоким уровнем материального обеспечения, его собственность оценивалась более чем в 150 тысяч рублей. Финансирование учебного заведения складывалось из нескольких источников: доходов вакуфа (т.е. средств от использования недвижимости, земель и торговых помещений), взносов шакирдов и частных пожертвований.
В состав вакуфа входил, в частности, каменный дом в Казани – дар купца Шарафутдина Хисамутдинова. Наиболее значительным вкладом стал подарок купца 1‑й гильдии Ахмета Хусаинова из Оренбургской губернии: он передал медресе каменный корпус вместе со всеми доходами от расположенных в Нижнем Новгороде магазинов. Ежегодный доход от этого имущества достигал 10 тысяч рублей.
Ещё одной особенностью «Мухаммадии» была установленная плата за обучение, она варьировалась от 5 до 10 рублей в год. Для сравнения: в старометодных медресе плата за учёбу не взималась.
Межрегиональный очаг просвещения в центре Казани
К началу XX в. сложилась многоступенчатая система: ибтидаия (начальная школа, 6 лет), рушдия (средняя ступень, 4 года), игдадия (старшая ступень, 3 года), галия (высший курс, около 3 лет). В 1913 г. обучение стало 14-летним: 5 лет начальное образование, 6 лет среднее, 3 года высший курс, а также подготовительные курсы. В начальных классах учились в основном мальчики из татарских слобод Казани, а в старшие приезжали юноши из других регионов: башкиры, казахи и представители других тюркских народов. Это делало «Мухаммадию» настоящей межрегиональной просветительской площадкой. В начале XX в. число учащихся превышало 800 человек. При этом нужно отметить тот факт, что в высших курсах обучалось меньше шакирдов, к этому уровню доходили лишь особо целеустремлённые. Такое же явление наблюдалось и в других медресе.
В 1907 г. при медресе открыли педагогические курсы для подготовки мугаллимов. Идея была в том, чтобы выпускники не просто получали знания, а могли сами обучать по новой методике. Таким образом опыт «Мухаммадии» масштабировался по всему Волго-Уральскому региону и за его пределами.
В 1906–1908 и 1913–1917 гг. при «Мухаммадия» издавался педагогический журнал «ад-Дин ва аль-Адаб». С 1903 г. действовал литературный кружок под руководством Фатиха Амирхана, выпускались рукописные журналы, ставились пьесы.
Педагоги и ученики: их имена торжественно звучат до сих пор
Педагогический состав был сильным. Среди преподавателей – Г.Губайдуллин, Б.Шараф, Ш.Шараф, З.Султан, А.Мустафин, К.Тарджемани, З.Шакиров. Специализированные дисциплины вели профильные специалисты: медицину преподавал А.Терегулов, право – С.Алкин, политическую историю – Ю.Акчура.
Среди воспитанников – целая плеяда выдающихся деятелей: писатель и драматург Фатих Амирхан, классик татарской и башкирской литературы Мажит Гафури, драматург Галиаскар Камал, филолог и фольклорист Наки Исанбет, композитор Салих Сайдашев, художник Бакый Урманче, историк Сеид Вахиди, общественный деятель Хусаин Ямашев, драматург Карим Тинчурин, поэт и драматург Фатхи Бурнаш, литературный деятель Гали Рахим, общественный деятель Хусаин Ямашев, государственный и общественный деятель Китая Бурхан Шахиди, просветители братья Шарафы и многие другие.
Многие выпускники становились имам-хатибами и мугаллимами, внедряя новометодное образование в других медресе и мектебах. Высокий уровень подготовки позволял сдавать экзамены за курс гимназии и поступать в вузы. В советское время диплом «Мухаммадии» приравнивался к диплому среднего специального педагогического учебного заведения. Показательно, что выпускники, даже выбравшие светские профессии, сохраняли связь с просветительскими идеями медресе, они видели образование как инструмент национального развития.
Шакирдское движение: «аль-Ислах» и «Берек»
«Мухаммадия» стала эпицентром мощного общественно-политического движения татарской молодёжи начала XX в., охватившего всю страну. В конце 1904 г. в стенах медресе возникла нелегальная организация «аль-Ислах» («Реформа»). Её возглавил будущий классик татарской литературы Фатих Амирхан. Цели организации были амбициозны: реформа системы обучения в медресе на основе единой программы, увеличение числа светских предметов, обновление богословского образования на основе современных исследований, демократизация всей школьной системы. Организация находилась под влиянием идей российской социал-демократической партии и имела филиалы в Касимове, Оренбурге, Троицке, Уфе, Чистополе и других городах.
С 29 ноября 1905 г. члены организации начали выпускать нелегальную газету «аль-Ислах»: сначала гектографированным способом, а с октября 1907 г. официально, тиражом 700–1000 экземпляров. Газета выходила под лозунгом: «Знание и образование – залог счастья для всего народа!». На её страницах печатались Габдулла Тукай, Фатих Амирхан, Галиаскар Камал, Гаяз Исхаки и другие корифеи татарской литературы.
По инициативе комитета организации были созваны два нелегальных Всероссийских съезда татарских шакирдов (в мае 1906 и 1907 гг.). На последнем съезде приняли программу кардинального реформирования образования: преобразование начальных школ в новометодные национальные, объединение медресе одного города в единые учебные заведения, создание единой программы с преподаванием научных дисциплин, русского и арабского языков.
Параллельно с «аль-Ислах» в 1905–1906 гг. действовало тайное общество «Берек» («Союз»), также возникшее в среде шакирдов «Мухаммадии». Его организаторами выступили татарские эсеры, группировавшиеся вокруг газеты «Тан юлдузы». Среди членов: Ф.Туктаров, Г.Исхаки, Ш.Мухаммадьяров, Х.Ямашев. В отличие от «аль-Ислах», «Берек» выдвигала радикальные политические требования: свержение самодержавия и введение конституционного строя в России. Общество занималось пропагандой революционных идей среди шакирдов и полемизировало с более умеренной «аль-Ислах». По вопросам национального просвещения члены «Берек» поддерживали программу мусульманской фракции в Государственной думе – «Иттифак аль-муслимин». Организация самораспустилась в 1906 г.
Так «Мухаммадия» превратилась в центр интеллектуального и общественного поиска: здесь в напряжённом диалоге разных идей исторически сформировались подходы к обновлению национального образования и складывались основы будущей татарской интеллигенции.
Неформальная связь с народным поэтом
Стены «Мухаммадии» не знали Габдуллу Тукая в качестве шакирда – поэт учился в уральском медресе «Мутыгия». Однако, оказавшись в Казани уже сложившимся литератором, Тукай часто бывал в чайной при гостинице «Амур». Это заведение превратилось в неформальный клуб татарской интеллигенции. Сюда специально приходили шакирды из «Мухаммадии», чтобы увидеть своего кумира, послушать его острые стихи и поучаствовать в жарких спорах о судьбах нации. Более того, Тукай активно публиковался в газете «аль-Ислах», печатном органе одноимённой шакирдской организации. Так медресе, даже не будучи альма-матер поэта, стало местом его незримого присутствия и духовного влияния на молодое поколение. Сегодня улица, на которой стоит «Мухаммадия», носит имя Габдуллы Тукая, навсегда связав два символа татарского возрождения.
Библиотека Баруди как интеллектуальное наследие
Важный факт, подчёркивающий масштаб личности Баруди: в 1920 г. он передал в дар Татарской республике свою личную библиотеку, насчитывавшую 4288 томов, которую начал собирать ещё его отец в середине XIX в. Это собрание составило основу восточного фонда Научной библиотеки Казанского университета.
В 1908–1912 гг. (во время ссылки в Вологодскую губернию и заграничной поездки) и с 1918 г. медресе руководил брат Баруди – Габдрахман. Занятия продолжались до 1921 г., после чего учебное заведение закрыли. В том же году Галимджан Баруди ушёл из жизни и был похоронен на Ново-Татарском кладбище Казани.
Возрождение и современность
Новый этап «Мухаммадии» начался в 1993 г.: историческое здание вернули верующим, и обучение возобновилось под эгидой Духовного управления мусульман Республики Татарстан. В 1995 г. в состав медресе вошла Галеевская мечеть, а в 1998 г. здание медресе было официально возвращено учебному заведению.
Сегодня в медресе обучаются более 1000 шакирдов на очном, очно-заочном и заочном отделениях, а учебный процесс ведут более 25 преподавателей. Медресе готовит имам-хатыбов, преподавателей основ ислама и переводчиков арабского языка. Среди его выпускников – муфтий Татарстана Камиль хазрат Самигуллин.
Таким образом, опыт медресе «Мухаммадия», созданного Баруди, – это не просто страница прошлого, а работающая модель образования, доказавшая свою жизнеспособность: соединение глубоких религиозных знаний с широким светским кругозором, уважение к традиции с открытостью к новому, национальная идентичность с интеграцией в общероссийский и мировой контекст. Его история наглядно показывает, как сочетание религиозных традиций и светских знаний, общественной активности и педагогических инноваций формирует национальную интеллигенцию и определяет культурный облик эпохи.
Источники и литература
Айнутдинова Л.М. Баруди Галимджан // Татарская энциклопедия. Казань, 2002. Т. 1. С.306–307.
Айнутдинова Л.М. Шакирдское движение // Татарская энциклопедия. Казань, 2014. Т. 6. С.361–362.
Амирханов Р.У. «аль-Ислах» // Татарская энциклопедия. Казань, 2005. Т. 2. С.609–610.
Амирханов Р.У. «Иттихад» // Татарская энциклопедия. Казань, 2005. Т. 2. С.633.
«Берек» // Татарская энциклопедия. Казань, 2002. Т. 1. С.355.
«Мухаммадия», медресе// Татарская энциклопедия. Казань, 2008. Т. 4. С.313–314.
Султангалиева Г. С. Казахские шакирды в медресе г. Казани в конце XIX – начале XX в. (по материалам архивных документов Республики Татарстан) // SHYGYS = Шығыс = Orient: научный журнал. Алматы, 2021. № 1. С. 38–44.
Хамматов Ш.С. Изучение и преподавание медиевистики в учебных заведениях Казани (XIX – начало XX вв.): автореферат диссертации на соискание учёной степени кандидата исторических наук: специальность 07.00.09; [Казанский гос. ун-т]. Казань, 2003. 26 с.
Автор: Фирдаус Калимуллина, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Института татарской энциклопедии и регионоведения им.М.Хасанова АН РТ, milliard.tatar.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана