За год реализации эксперимента по внедрению инструментов исламского финансирования в Татарстане сертифицировано уже 17 исламских финансовых продуктов. По данным Islam-Today, об этом сообщил доктор исламских наук, директор РЦИЭФ, ученый секретарь Совета улемов ДУМ РТ Рустам хазрат Нургалеев на площадке круглого стола «Партнерские финансы в современной России: теория и практика», который прошел в Российском исламском институте.
«За год проделано большое количество работы. От нас ожидали в первый год, когда мы раскачаемся, когда мы определим, что делать. Но мы раскачались достаточно быстро. Успели за один год просертифицировать уже 17 исламских финансовых продуктов в Татарстане. Успели сформировать несколько научно-богословских площадок, достичь понимания не только на республиканском, но и на российском уровне. И, более того, вопросы реализации проекта исламских финансов в России стали заметны и слышны нашими коллегами за рубежом. И это только за один год. Я думаю, что темпы развития достаточно хорошие. Понимание и поддержка имеется. Здесь нужно отдать должное основным критериям, которые помогают так качественно и энергично двигаться в сторону развития исламских финансовых институтов. Это, в первую очередь, наличие богословского сообщества в лице Российского исламского института, Духовного управления мусульман Татарстана. И, конечно же, грамотная и качественная поддержка руководства Республики Татарстан в лице министерства экономики и лично министра экономики. Говоря о перспективах, можно сказать, что, если мы хотя бы этот темп сохраним, то уже за года 2-3, я надеюсь, мы достигнем того, на что некоторые наши коллеги потратили десятилетия», – сообщил спикер.
Говоря о проблемных вопросах внедрения инструментов исламского финансирования, Рустам хазрат Нургалеев прежде всего отметил слабую осведомленность населения.
«Мы всегда говорим о том, что финансовая грамотность населения не на самом высоком уровне. Когда на это еще накладываются определенные теологические особенности – «исламскость» – то в этом еще сложнее. Но мы работаем. У нас есть определенные площадки донесения информации. Это не только телевидение и радио, это, например, и определенные религиозные круги: медресе, приходы, мечети. Более 1,5 тыс. мечетей в Республике Татарстан являются замечательной площадкой для разговоров и продвижения информации об исламских финансах. Это, наверное, самая большая проблема. Потому что, как только у нас уровень осведомленности и восприятия этого продукта у населения появится, появится запрос, а как только появится запрос, начнут формироваться сделки и начнется торговля. Потому что технически, инструментарно уже сделано больше, чем есть на данный момент потребителей», – констатировал эксперт.
Напомним, круглый стол «Партнерские финансы в современной России: теория и практика» завершил курсы повышения квалификации, которые проходили в РИИ в последние несколько дней. Курсы для религиозных деятелей, специалистов в области исламских финансов, преподавателей организованы при содействии Фонда поддержки исламской культуры, науки и образования. В ходе курсов рассматривался широкий спектр актуальных вопросов, в том числе Шариатский надзор в исламских финансовых институтах: российский и международный опыт; Особенности внедрения исламского финансового продукта «дебетовая карта»; Система шариатского надзора как составная часть исламских финансов; Анализ деятельности исламских окон в российских банках; Финансирование услуг согласно принципам шариата; Исламские финансы в Республике Татарстан: тренды и особенности; Подготовка специалистов в области партнерских финансов сообразно исламским принципам; Опыт Республики Дагестан в развитии и реализации исламских финансов и т.д.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Перевод Корана на болгарский язык, выполненный профессором Софийского университета, спустя более двух десятилетий после первых попыток, стал одной из основ исламских исследований в Восточной Европе. Научный путь этого ученого, пролегавший через университеты Багдада, Каира и Москвы, в конечном итоге привел к глубокой связи между востоковедением и исламской верой.
Как сообщает IQNA со ссылкой на "Ар-Рая", болгарский язык является родным для как минимум восьми миллионов человек (включая более полумиллиона мусульман) и играет весьма примечательную роль в истории перевода Корана на Балканах. Поскольку Балканы издавна являются местом пересечения славянских культур с турецким влиянием, «болгаризация» Корана имела не только религиозное значение, но и влияла на националистический и политический дискурс региона.
Большинство мусульман Болгарии (которых в местном диалекте называют «турками») проживают на юге страны и по-прежнему используют турецкий язык как основной для общения и религиозных проповедей. В то же время «помаки» (болгароязычные мусульмане, проживающие в Болгарии, северо-восточной Греции и преимущественно в северо-западной Турции), «рома» (цыгане) и другие этнические группы в основном используют болгарский язык. По этой причине первые переводы Корана на болгарский язык, выполненные христианскими миссионерами в первой половине XX века на основе европейских переводов с немецкого, французского и английского языков, воспринимались местными тюркоязычными мусульманами как вызов их идентичности.
Это напряжение сохраняется до сих пор, и борьба за языковые права является важным вопросом для тюркоязычного населения страны. Именно в этом контексте в период с 1986 по 1989 годы был осуществлен первый перевод Корана на болгарский язык мусульманином Мухаммедом Шамсэддином, который в 1991 году был издан частным образом неформальным издателем-любителем. Позже, в 1993 году, был опубликован тафсир (толкователь), подготовленный комитетом под руководством муфтия Надима Гандзева, ограниченным тиражом.
Глубокое знание Цветана Теофанова в исламской культуре
Следующим переводом Корана на болгарский язык стала работа выдающегося болгарского исследователя арабских и исламских исследований Цветана Теофанова под названием «Prevod na Sveshtenia Koran» (Перевод Священного Корана), которая и является предметом данного репортажа.
Цветан Теофанов — профессор Софийского университета, чья деятельность в области арабских исследований в Болгарии ведется с начала 1960-х годов и занимает особое место.
Он является ученым, глубоко изучившим Коран, а также арабскую литературу и поэзию эпохи Аббасидов, преподавал и занимал административные посты в университетах своей страны. Он выступал с лекциями в ряде западных университетов, включая Оксфорд, и за эти годы опубликовал труды, посвященные арабскому литературному наследию.
Свой научный путь Теофанов начал в Софийском университете, после чего отправился в университеты Багдада и Каира. Его докторская диссертация (защищенная в 1987 году в Московском государственном университете) была посвящена творчеству Абу аль-Атахии, знаменитого поэта раннего ислама, а его завершающая работа для получения звания профессора (2001 г.) была посвящена классической арабской поэзии. В 1992 году Теофанов возглавил Центр восточной культуры и языков в Софийском университете.
Помимо перевода Корана, он известен своими монографиями и исследованиями по средневековому Ближнему Востоку, а также своими поэтическими произведениями. Кроме того, он, по всей видимости, является единственным болгарским исследователем, переведшим сборник хадисов — книгу «Рияд ас-Салихин» имама ан-Навави.
Приняв ислам в 1998 году в процессе перевода Корана на болгарский язык, он в том же году был избран руководителем кафедры при Высшем исламском институте Софии. В настоящее время он является членом Американского общества востоковедов и Британского общества ближневосточных исследований.
Этот исследователь и переводчик Корана, по просьбе болгарского издательства, в 1987 году впервые перевел концепции Священного Корана на болгарский язык. Однако, по его собственным словам, стремясь к изменениям в личных и общих обстоятельствах, Теофанов вновь взялся за перевод Священного Корана, и спустя 10 лет представил первый болгарский текст смыслов Корана, переведенный непосредственно с арабского оригинала.
Впервые это издание было опубликовано в 1997 году при поддержке саудовского фонда «Ат-Тайиба», а в 1999 году вышел его второй исправленный тираж. С тех пор этот перевод переиздавался по меньшей мере пять раз различными болгарскими издательствами, Управлением муфтия Болгарии и, наконец, Турецким управлением по делам религии (Диянет).
«Официальный» статус этого перевода принес ему огромную популярность, и сегодня он легко доступен не только в мечетях и библиотеках, но также на множестве веб-сайтов и в мобильных приложениях. Принятие Теофановым ислама после завершения работы над переводом также способствовало росту его известности и авторитета среди мусульманских и не мусульманских читателей.
Рассказывая о том, что побудило его взяться за перевод Священного Корана, и было ли это личным любопытством или просто предложением болгарского издательства, переводчик отметил: "Изначально я не планировал переводить Священный Коран, пока одно из болгарских издательств не пригласило меня заняться этим благородным трудом. Не думая о тех трудностях, с которыми придется столкнуться, я с легкостью принял это предложение. Я был удивлен этим предложением, поскольку коммунистические власти Болгарии в то время запрещали последователям любых религий — будь то христиане, иудеи или мусульмане — отправлять свои религиозные обряды".
Современный язык в сочетании с научной точностью
Во введении к своему переводу Корана Цветан Теофанов знакомит болгарских читателей с важнейшими кораническими понятиями, а также приводит краткую биографию Пророка ислама (с.а.с.) и историю раннего периода ислама. Кроме того, он затрагивает актуальные и дискуссионные темы современности, такие как религиозная толерантность в исламе, джихад и взаимосвязь между исламом и наукой.
Сам перевод отражает богатый научный и академический опыт его автора. По своему стилю он до некоторой степени перекликается с известным своей предельной точностью к оригиналу русским переводом Крачковского, однако представляет собой весьма удачный «грамматический перевод», лишенный сухого букваризма или вольных пересказов (парафраз).
При выборе лексики для перевода аятов была проявлена большая точность, а все пояснения и комментарии заключены в квадратные скобки. Перевод выполнен на современный болгарский язык, что позволило переводчику избежать использования устаревших и архаичных слов; он сохранил лишь небольшое число оригинальных арабских терминов, благодаря чему текст стал легко понятным как для мусульманской, так и для светской аудитории.
Любые дополнительные разъяснения оформлены в виде сносок к переводу. Они написаны простым языком и опираются на общепринятые суннитские тафсиры. Хотя в тексте книги не упоминаются классические толкователи по именам, в некоторых интервью Теофанов признавался, что использовал суннитские тафсиры, такие как труды ат-Табари, Ибн Касира и Сайида Кутба, а при объяснении «асбаб ан-нузуль» (причин и обстоятельств ниспослания аятов) опирался главным образом на «Сахих» аль-Бухари.
Перевод, подходящий как для широкого круга читателей, так и для специалистов
При столкновении с догматическими и вероучительными аятами он обычно дает буквальный перевод, но дополняет его пояснениями в соответствии с учением суннитов. Тот же подход применяется и к ряду аятов, касающихся религиозной практики и социальных вопросов: Цветан Теофанов разъясняет их сквозь призму суннитских взглядов, в том числе правовой статус отмены временного брака (мута) в примечании к 24-му аяту суры «Ан-Ниса». В целом его подход позволил создать труд, который одинаково хорошо подходит как для сплошного чтения, так и для цитирования в академических, религиозных или популярных работах.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана