Сайт работает в тестовом режиме!
11 Сентябрь, 2026   |   29 Раби аль-авваль, 1448

город Ташкент
Фаджр
04:38
Шурук
05:59
Зухр
12:20
Аср
16:48
Магриб
18:44
Иша
20:00
Bismillah
11 Сентябрь, 2026, 29 Раби аль-авваль, 1448
Статьи

Ташкент – город, ставший образцом толерантности 

14.11.2024   11460   9 min.
Ташкент – город, ставший образцом толерантности 

Идеи толерантности имеют большое значение в условиях проживания на одной территории и тесных социальных взаимосвязей людей различных национальных культур и верований. Следует отметить, что межрелигиозная толерантность и межнациональное согласие в Узбекистане имеют глубокие исторические корни. С древних времен на этой земле наравне с исламом развивались и другие религии и культы, которые вносили и по сей день вносят определенный вклад в духовное развитие населения региона.
На протяжении всей истории Ташкентский оазис был крупным центром культуры. Жители городов и селений были знакомы с христианством, буддизмом, манихейством – религиями, принесенными по маршрутам Великого шелкового пути. Толерантность и мирное сосуществование различных верований были характерны для населения оазиса.
Бассейн реки Чирчик – колыбель одной из древнейших земледельческих и городских цивилизаций Центральной Азии. В его пределах был основан столичный центр оазиса, который в разные исторические периоды носил названия Шаш, Чач и наконец Ташкент.
В условиях глобализации, в период, когда все больше увеличивается интерес к изучению истории и культуры городов, собиравших представителей различных религий и культур, возрастает значение социального сотрудничества. Мировое сообщество признает Ташкент в качестве мирного, дружественного, гостеприимного и толерантного города, который называют «Воротами Востока», «Столицей исламской культуры». 
Сегодня, когда наша столица превращается в одну из крупных метрополий в регионе и мире, актуальной темой становится исследование и изучение его культуры, истории в средние века. 
Ташкентский оазис – Родина множества всемирно известных ученых. Древний Ташкент предстает одним из благословленных мест, где покоятся великие и благочестивые ученые, мухаддисы и праведники. Именно здесь обрели вечный покой Абу Бакр Каффал Шаши (Хазрат Имам), Зангиота, Шейх Хаванд Тахура и другие.
В мусульманском мире наряду с аль-Бухари, аль-Термизи, аль-Матуриди и другими многочисленными учеными, которые удостоились звания имама, особое место занимает Абу Бакр Каффал Шаши. Современники с уважением называли его «Хазрат Имам», полное его имя – Абу Бакр Мухаммад ибн Али ибн Исмаил Каффал Шаши. В арабских источниках в знак уважения и почета к его имени добавляется слово «кабир», означающее «большой», «великий». Первоначально он был искусным ремесленником, изготовлявшим замки, и впоследствии профессия стала приставкой к его имени – «каффал», т.е. «изготовитель замков». 
Имам Каффал Шаши – автор многих произведений, посвященных вопросам исламского права (фикх), диалектики, истории ислама и хадисоведения. Следует отметить книгу «Жавамиъ ал-калим», имеющую дидактико-просветительский характер. В этом труде Каффал Шаши лаконично и кратко описал хадисы (сахих), использовав не только заповеди ислама, но и изречения, касающиеся воспитания, обучения, просвещения, поведения людей и т.д. Хадисы пророка приведены в данной книге в краткой форме. Вот наиболее известные из них: 
«Религия – призыв к доброте»; «Намерение важнее, чем деяние»; «Боязнь Аллаха – начало каждой мудрости»; «Терпеливое ожидание радости есть богослужение»; «Прелюбодеяние ведет к нищете»; «Рай под ногами матерей»; «Стремление к знаниям обязательно для каждого мусульманина». 
Как видно из приведенных примеров, книга «Жавамиъ ал-калим» является собранием уникальных рекомендаций, которые может использовать в повседневной жизни каждый независимо от религии, нации и социального статуса.  
Известно, что монгольское нашествие привело к кризису социально-культурной жизни народов Центральной Азии, однако национально-освободительная борьба подкреплялась духовно-религиозными принципами, в частности, исламской религией. В это время сформировались такие суфийские ордена (тарикаты), как Кубравия и Накшбандия.

Суфизм в этот период стал объединяющей духовной силой народов Средней Азии. Одним из представителей суфийских предводителей (шейхов) был Зангиота. Его настоящее имя Ойхуджа ибн Ташхуджа. Зангиота родился в махалле Самарканд Дарвоза в городе Ташкенте, из-за цвета кожи и щедрости его прозвали «Зангиота Химмати» («Щедрый Зангиота»). .
На надгробии Зангиоты высечены следующие слова: «Во имя Аллаха милостивого, милосердного! Каждое живое существо смертно, слова Аллаха истинны… Здесь покоится удостоенный милости Аллаха, которому прощены все грехи, счастливый от богоугодных дел последователь истинного пути, благочестивый, усердствующий в служении Аллаху Шейх Зангиота».
Обычно большую часть надписей историко-архитектурных памятников, встречающихся в нашей стране, составляют коранические аяты и хадисы, а в комплексе Зангиота мы можем увидеть дополнительно следующие рифмованные строки на арабском языке: 
Мудрость наставника – ключ, бьющий счастьем, 
Цени, люби его – это путь к счастью.
* * *
В душе моей трепет, горюя тобой,
Наполнены веки чашей водопада.
Мои горькие слезы, мой мир и покой
Наполняют душу счастьем, чистотой.
Жизненный путь Зангиоты совпал с периодом нестабильности и насилия в Мавераннахре, вызванным нашествием монголов. В эти тяжелые времена Зангиота и около десяти его учеников своими усилиями и стараниями духовно поддерживали народ, подпитывали его благородными общечеловеческими ценностями, такими как отважность, патриотизм, трудолюбие, честность, справедливость, бескорыстие, доброта, праведный образ жизни и милосердие.
Одним из представителей суфизма был Шейх Умар Вали Багистани. Он родился в селе Багистан Ташкентской области. Дата его рождения неизвестна, а умер он в 691/1291 году. Он вел скромный образ жизни, честно зарабатывая на жизнь земледелием и садоводством, показывая этим пример окружающим. Будучи одним из видных суфиев, не гонялся за славой, стремился быть простым, но при этом настоящим человеком, что можно понять из его наставлений своему сыну Шейху Хаванд Тахуру. 
Эти наставления приведены в книге Фахруддина Али Сафи «Рашахат»: «Тахур, не будь муллой (богослов), не будь суфием, не будь этим, не будь тем, а будь мусульманином». Данное наставление Багистани не утратило свою актуальность и в наши дни. 
Шейх Хаванди Тахур (ум. 1359), сын Шейха Умара Багистани, пользовавшегося уважением самого Бахауддина Накшбанди, родившийся в кишлаке Багистан Ташкентской области, благодаря своим знаниям пользовался большим авторитетом в мусульманском мире.
Мавзолей Шейха Хаванди Тахура стал священным местом для мусульман. Во второй половине XV века его правнук Ходжа Ахрар велел построить усыпальницу над его гробом, которая ныне находится на территории Международной исламской академии Узбекистана.
Ходжа Убайдулла Ахрар был одним из авторитетнейших исламских деятелей мусульманского Востока. Он тоже был родом из кишлака Багистан Ташкентской области, где родился в месяц Рамадан (март 1404 г). Его отец Ходжа Махмуд и дед были просвещенными людьми, занимались земледелием и торговлей, мать была дочерью Ходжи Давуда – сына Шейха Хаванди Тахура.
Ходжа Убайдулла Ахрар был крупнейшим представителем тариката Накшбандия. Он снискал к себе уважение во всем исламском мире. Широко пропагандируя известное изречение Бахауддина Накшбанди «Дил ба ёру, даст ба кор» («Пусть душа твоя будет с Аллахом, а руки в труде»), своей миротворческой и религиозной деятельностью он снискал высокий авторитет в народе, за что ему присвоили звание «валий» (авлия, святой).

До нас дошли только три труда Ходжи Ахрара, а также несколько его писем (рукъанамэ), написанных современникам, которые были собраны Алишером Навои и названы «Мажмуаи мурасалат». В них он призывал к таким благим делам, как забота о народе и оказание помощи обычным людям. Однажды, когда Алишер Навои решил отречься от дворцовой службы, он написал ему письмо следующего содержания: «Моя просьба – не отрекайтесь от службы во дворце, так как этим вы поможете мусульманам и, возможно, рассеете горе какого-то бедняка. Сегодня, когда никто уже не думает о немощных, оказание им помощи является самым благим деянием…».
Поэтому Ходжа Ахрар чтился как «кутб праведных», «шейх всех шейхов», «предводитель всех последователей тариката», «валий мира». 
Подводя итог следует сказать, что всех ученых Ташкентского оазиса объединяли такие высокие качества, как почитание человека и уважительное отношение к старшим независимо от их национальности и религиозных взглядов. Эти качества и образуют духовно-просветительские основы толерантности и гуманизма.
 
Автор: Неъматулло Мухамедов, доктор исторических наук, профессор Международной исламской академии Узбекистана

Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

Другие посты
Статьи

Как европейская наука перепутала передовую арабскую робототехнику с астральной магией

27.08.2026   14429   5 min.
Как европейская наука перепутала передовую арабскую робототехнику с астральной магией

В истории востоковедения немало курьезов, но этот случай уникален. Из-за трудностей перевода и культурных стереотипов европейские ученые XIX века совершили системную ошибку: они классифицировали передовую средневековую арабскую прикладную механику как раздел оккультных наук, посвященный созданию астрологических талисманов и астральной магии, передает Исламосфера.

Загадочный термин Ибн Халдуна

В 1377 году великий арабский философ и историк Ибн Халдун написал свой фундаментальный труд «Мукаддима» («Введение»). В нем он классифицировал все известные человечеству науки. В разделе геометрических и инженерных дисциплин ученый упомянул дисциплину под названием ’ильм ат-тамасиль аль-гариба ва-ль-хаякиль ан-надира, что переводится как «наука о диковинных фигурах и редких конструкциях». Поэтичное, но непривычное для европейского уха название породило в науке ошибку, растянувшуюся на столетия.

Корни заблуждения: от Средневековья к Новому времени

История путаницы началась еще в XII–XIII веках, когда в Европу через Испанию и Сицилию хлынули труды из исламского мира. Среди них, наряду с работами по математике и медицине, встречались оккультные книги, где фигурировали «статуи» и «фигуры» (тамасиль) для магических ритуалов.

Одновременно переводились и труды по механике. Описываемые там вещи казались европейцам невозможными: металлические хлопающие крыльями птицы, фигуры в виде людей, подающие воду для омовения, и другие чудеса. В арабских текстах внешние корпуса этих автоматов тоже назывались словом «тамасиль» (фигуры, образы). Уверовав, что имеют дело с мистикой, переводчики исказили и другой термин механики — аль-хаякиль «инженерные каркасы и крупные строительные механизмы». Его перевели как «храмы» или «астральные каркасы», окончательно уводя мысль в мистическую плоскость.

Миф закрепили ученые Нового времени. Когда барон де Слан в XIX веке переводил Ибн Халдуна на французский язык, он наследовал эту ошибочную терминологию. Ученый взял ключевое слово ат-тамасиль и перевел название науки буквально: «l’art de fabriquer des statues…» («искусство изготовления статуй»).

Само по себе слово «статуи» не несет мистики, но востоковеды истолковали его в мистическом контексте. Зная о строгом запрете на скульптуры в исламе, они решили: раз существует целая «наука о статуях», значит, речь идет не об искусстве, а о тайных ритуалах. В итоге востоковеды объявили эту дисциплину практической магией, изучающей «астральные образы» и талисманы, способные удерживать духовную энергию звезд. Сложнейшие гидравлические приборы инженеров Аль-Джазари и братьев Бану Муса официально списали в архивы оккультизма.

Роботы вместо магии: что скрывалось внутри

Пока европейские переводчики искали в текстах каббалистические формулы, арабские инженеры использовали строгую математику. Ибн Халдун прямо связывал науку о «диковинных фигурах» с «Книгой хитрых устройств», созданной еще в IX веке братьями Бану Муса в Багдаде.

Внутри этих механизмов не было никакой магии, а их движение обеспечивалось исключительно за счет законов физики. Сложные алгоритмы работы металлических птиц и человеческих фигур запускались с помощью гидравлики и пневматики через тонкие системы сообщающихся сосудов, поплавков и клапанов. Физическая подвижность элементов достигалась методами классической механики с использованием рычагов, противовесов и водяных колес. Главным же прорывом мусульманских инженеров стало создание основ автоматического управления, где механическая «память» устройств программировалась с помощью первых в мире распределительных валов. Ярким примером служили антропоморфные автоматы Исмаила аль-Джазари — те самые металлические слуги, которые самостоятельно подавали воду, мыло и полотенце для ритуального омовения.

Как развеялся миф

Долгое время в Европе арабские манускрипты переводили обычные филологи, которые отлично знали язык, но ничего не понимали в физике и механике. Научный прорыв произошел в XX веке, когда рукописи попали в руки немецкого физика Эйльхарда Видемана, который также обладал феноменальными лингвистическими способностями и самостоятельно выучил арабский язык. В соавторстве с инженером Францем Хаузером они доказали, что движение «оживших» фигур обеспечивалось исключительно законами гидродинамики и пневматики.

Окончательную точку в этой истории поставил британский инженер и историк науки Дональд Хилл, который исследовал оригинальные труды и чертежи самих арабских механиков — братьев Бану Муса и Аль-Джазари. Изучив эти рукописи сквозь призму технического образования, ученые сопоставили их с классификацией Ибн Халдуна. Мистический туман мгновенно рассеялся: исследователи поняли, что арабский мыслитель в своем трактате описывал не ритуалы, а сухой инженерный язык проектирования автоматических систем и термин ’ильм ат-тамасиль («наука о фигурах») на самом деле означал науку об автоматических приборах.

Заключение

Наука о диковинных фигурах и редких конструкциях представляет собой свидетельство высокого уровня развития инженерной мысли в исламском мире. Возвращение этого термина в его истинное, научно-техническое русло позволило по-новому взглянуть на интеллектуальное наследие средневекового Востока, где точный геометрический расчет служил основой для создания первых в истории человечества программируемых автоматов. А история названия этой дисциплины дает нам яркий пример того, как языковой барьер и культурные стереотипы могут превратить передовую науку своего времени в «запретное колдовство» в глазах людей несведущих.

Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

Новости мира