Музей Ислама в Московской Соборной мечети – излюбленное место постоянных прихожан и магнит для туристов, посещающих главный мусульманский храм страны. Наряду с духовно-нравственным наполнением Соборная мечеть является выражением многих видов исламского искусства – от искусства профессионального чтения Благородного Корана до орнаментальной росписи.
А музей в стенах мечети – это пространство, которое объединяет науку, эстетику и духовность. О концепции Музея Ислама и о том, какие значимые задачи он выполняет, нам рассказала накануне Всемирного дня исламского искусства руководитель экскурсионного бюро Музея Наиля Дианова-Вильперт.
– Наиля-ханум, как создавался Музей Ислама и какие задачи перед ним стоят?
– Наверное, правильнее будет назвать нашу экспозицию – музейно-выставочное пространство. Музейное пространство для экспонирования значимых для мусульман религиозных святынь и предметов предполагалось изначально в проекте реконструкции и расширения комплекса Московской Соборной мечети. 23 сентября 2015 года Московская Соборная мечеть была торжественно открыта, сюда пошел поток посетителей, и из их многочисленных просьб стало ясно, что мечети необходима своя полноценная экскурсионная служба со штатом экскурсоводов. Муфтий шейх Равиль Гайнутдин благословил это начинание и поручил заняться задачей заместителю председателя ДУМ РФ управляющему делами Рафику Фаттахетдинову.
Непосредственным исполнителем стал предприниматель и общественный деятель Рустем Сабитов. Была разработана концепция, создана программа работы, подобраны кадры, утвержден график экскурсионной деятельности. Огромную помощь в подготовке методических материалов для экскурсии оказал известный историк, краевед, исследователь мусульманской общины Марат Сафаров. Нельзя не отметить важную роль председателя ДУМ города Москвы муфтия Ильдара-хазрата Аляутдинова в создании музея на начальном этапе. Затем к работе над выставочным пространством подключилось руководство Фонда поддержки и развития научных и культурных программ имени Ш. Марджани и непосредственно искусствовед, специалист по исламскому и персидскому искусству, куратор коллекции Фонда Марджани Галина Ласикова.
– Для тех, кто еще не посещал Музей Ислама, расскажите, что представляет собой экспозиция?
– В основу экспозиции легли Кораны из личного собрания главного муфтия шейха Равиля Гайнутдина. В нашей экспозиции представлены факсимильные копии древнейших списков Корана, которые сами по себе являются библиографической редкостью. Широко известны во всем мире несколько эталонных, созданных специально для последующего переписывания списков Корана. И хотя современная наука доказала, что они не были созданы в VII веке, а появились в более поздний период, в популярной литературе они возводятся к третьему праведному халифу Усману бин Аффану. Такие эталонные списки хранятся сегодня в Каире, в музее Дворца Топкапы в Стамбуле, а один много лет хранился в Самарканде, а затем, проделав путешествие в Санкт-Петербург и Уфу, разместился в Ташкенте. С этого последнего списка в 1905 году в Российской империи была издана небольшим тиражом факсимильная копия. Она сегодня занимает центральное место в экспозиции.
Уже в начале XXI века была издана и факсимильная копия «Мусхафа из Топкапы». Это издание также представлено в нашей экспозиции – его преподнес в дар муфтию Гайнутдину главный меценат строительства Московской Соборной мечети Сулейман Керимов.
Большой интерес представляет так называемый «Серебряный Коран» – выполненный из серебра список Корана Усмана, известный в науке как Катта-Лангарский Коран, – по месту его обнаружения в Узбекистане. Серебряный Коран изготовлен на Московском монетном дворе Гознака по заказу матери известного мецената сенатора Сулеймана Керимова Кунчи Керимовой и передан ею в дар Московской Соборной мечети. А оригинал (81 лист), который в науке признан одним из древнейших из известных списков, хранится сегодня в Институте восточных рукописей Российской академии наук в Санкт-Петербурге.
Вы также можете увидеть два рукописных Корана XIX века из личной коллекции муфтия шейха Равиля Гайнутдина.
Наиболее «поздний» по времени подарок – Коран, переданный в дар музею заслуженным работником культуры Республики Татарстан Альфией Рахматуллиной. Это первый печатный Коран, изданный на финском языке в 1942 году в городе Темпере.
В одной из витрин можно увидеть листки Корана, принадлежавшего бойцу РККА, павшему в битве на Курской дуге. Листки мусульманского Священного Писания, скорее всего, дореволюционного издания, боец, хранил ближе к сердцу – в нагрудном кармане гимнастерки. Это наглядно показывает, как важна была вера на фронте, на войне. Близкие отдали воину-защитнику самое дорогое – Коран, который в те годы купить было невозможно. Коран, доставшийся от родителей, дедушек, бабушек, хранили как величайшую ценность.
Это дар членов поискового отряда «Застава святого Ильи Муромца», который они передали в Московскую Соборную мечеть через имама Марата Аршабаева, активно сотрудничающего с поисковиками. Этот экспонат привлекает наибольшее внимание школьников и молодежи.
В экспозиции можно увидеть фрагмент Кисвы – покрывала Каабы – дар муфтию шейху Равилю Гайнутдину от короля Саудовской Аравии Салмана ибн Абд аль-Азиза Аль Сауда в бытность его наследным принцем, министром обороны КСА. Это фрагмент Кисвы помогает представить масштаб Каабы – рядом находится фото Святыни Ислама. Именно с этого экспоната начинается рассказ о пяти столпах ислама, одним из которых является хадж.
Особое место в музее отведено экспонированию хранящейся в нашей мечети реликвии – это волос пророка Мухаммада (мир ему), переданный на хранение главой Чеченской Республики Рамзаном Кадыровым.
В витрине при входе в музейное пространство представлен макет Московской Соборной мечети, выполненный из тех же материалов, что и оригинал. Этот экспонат позволяет подробно рассмотреть уникальную архитектуру нового здания и представлен в экспозиции связи с многочисленными просьбами посетителей, интересовавшихся историей и архитектурой Московской Соборной мечети.
– Расскажите о темах, освещаемых во время экскурсий, о ваших посетителях-мусульманах и представителях иных конфессий.
– Мы рассказываем об истории ислама в целом и истории ислама в России, об основах религии и столпах веры, о Коране, о пророке Мухаммаде (мир ему), о морально-нравственных ценностях мусульман, истории развития Московской Соборной мечети, ее архитектурных особенностях. Естественно, экскурсии для учебных групп (школьники и студенты) адаптированы под возраст экскурсантов и их учебную программу.
Восприятие экспозиции мусульманами и немусульманами, естественно отличается. Но отмечу интересный момент. Некоторые мусульмане, войдя на территорию экспозиции, говорят: «Мы об исламе все сами знаем. Нам расскажите только об истории Московской Соборной мечети». Но, когда экскурсоводы рассказывают об основополагающих принципах ислама, некоторые посетители делают для себя настоящие «открытия». Оказывается, у некоторых наших посетителей были очень поверхностные познания своей религии. Их суждения об исламе переплетаются с адатами – народными обычаями разных регионов, основанными на религиозных представлениях. Например, были вопросы о том, можно ли вообще женщине находиться в мечети. Мы говорим, что у женщин, в отличие от мужчин, нет обязанности посещать мечеть, но нет и запрета на ее посещение. Большой интерес вызывает вопрос закята. Есть те, кто думает, что выплата закята – обязанность только для «супербогачей». Много вопросов по посту во время месяца рамадан и о хадже. Получая ликбез по основам ислама, экскурсанты спрашивают и о том, где можно получить более полные знания. В таких случаях мы направляем их в медресе при Московской Соборной мечети, рекомендуем официальную мусульманскую литературу, которую можно приобрести в книжном магазине при мечети. Всем туристам рассказываем о мероприятиях, проходящих в нашей мечети. Рекомендуем курсы лекций по исламу. В том числе даем ссылки на записи лекций и выступлений первого заместителя председателя ДУМ РФ доктора теологии Дамира Мухетдинова. Он очень интересно и понятно рассказывает о достаточно непростых вещах – живым и актуальным языком. Поэтому для наших посетителей-мусульман мы являемся своеобразной ступенькой к получению более глубоких знаний, мостиком к дальнейшему познанию ислама.
А для посетителей-немусульман мы становимся проводниками в мир ислама. Иногда на лицах наших экскурсантов, впервые попавших в мечеть, ясно читается настороженность. Оказывается, они представляли себе мусульман «дремучими», малообразованными и даже несколько агрессивными людьми, живущими по средневековым канонам. Их удивляет красивая грамотная речь наших экскурсоводов, внимание и доброжелательность. Мы рассказываем о связи трех авраамических религий – ислама, христианства, иудаизма. Разговор о сходстве и различиях мировых религий начинается с витрины «Древо пророков (мир им)», где можно увидеть взаимосвязь пророков трех мировых религий. Рассказываем о пророке Исе (Иисусе), Марьям (Деве Марии). Их почитание в исламе тоже становится для многих откровением и открытием. Проводим параллели, сравниваем. Рассказывая о столпах мусульманской веры, об обрядах ислама, объясняем причины их возникновения. Наши экскурсанты восхищаются логичностью, основательностью и одновременно простотой и понятностью ислама, который является жизненным руководством для многих миллионов людей на нашей планете. Посетители-немусульмане покидают наш музей и мечеть с совсем иным представлением об исламе и другим отношением к мусульманам по сравнению с тем, что у них было раньше. И, так же как и мусульмане, задают вопрос, где можно получить больше информации об исламе. Нас часто «укоряют», что экскурсия длится всего час. К сожалению, технически увеличить время экскурсии невозможно: экскурсионных групп достаточно много, а мечеть – прежде всего место для молитвы. Кроме того, цель экскурсии, в отличие от, например, лекции, – дать общее представление и, возможно, пробудить интерес к дальнейшему исследованию, чему действующая продолжительность экскурсии вполне отвечает.
– У вас бывает много школьных экскурсий?
– Посещение мечети, как и храмов иных религий, сейчас включено в обязательную учебную программу предмета для начальной школы «Основы религиозных культур и светской этики (ОРКСЭ)». У учеников более старших классов есть предмет «Традиционная культура народов России». Вначале было некоторое недоверие, «холод», который нам удалось растопить. Некоторые родители считали, что тут «всех начнут обращать в ислам и ставить на намаз». Но мы не занимаемся прозелитизмом, мы просвещаем. Вот что интересно. Обычно к нам детей привозят уже после посещения других религиозных объектов. Они уже несколько уставшие. Но атмосфера в мечети иная. Здесь царит покой и тишина. Дети садятся на наши прекрасные ковры, удивляясь их красоте и чистоте. И сразу начинаются вопросы: «А почему у вас ковры, почему у них такой узор и рисунок?» И начинается наш рассказ об исламе и его традициях, культуре. Конечно, как я уже говорила, экскурсии для детей адаптированы под их возраст. Мы верим, что, побывав в нашем музее, дети по-другому будут относиться к своей однокласснице в хиджабе и к однокласснику с непривычным «нерусским» именем.
Могу сказать, что 95 процентов посетителей – и детей, и взрослых – с удивлением узнают, что ислам в России появился раньше, чем христианство. Вспоминаем Волжскую Булгарию и дагестанский Дербент – ворота ислама.
Ислам становится понятнее. Дети вообще бывают более открыты к познанию, у них нет предвзятости.
– У вас есть «сезонность» посещений?
– В каникулы наши основные посетители – школьники. А весной, когда нет льда и снега, не скользко, наши частые гости – люди старшего поколения. Мы тесно сотрудничаем с органами соцзащиты, с Советом ветеранов, благотворительными фондами. Мы активно участвуем в приеме делегаций, в том числе и иностранных. Они приходят на экскурсию в рамках официальной программы визита и довольно часто по собственному желанию – вне программы. После Чемпионата мира по футболу 2018 года у нас был просто шквал посещений иностранными туристами с разных континентов. Многих представителей исламского мира удивляло, что в России есть мусульмане, что они свои, «местные», живущие на территории России сотни веков.
– Кого вы принимаете на должность экскурсовода?
– У нас высочайшие требования к экскурсоводам. Ведь для посетителей это – «лицо» Соборной мечети и Духовного управления мусульман Российской Федерации. Для соискания этой должности требуется высокий уровень познаний в исламе, интеллект. Обязательно знание иностранных языков. Английский – основной иностранный язык, а сейчас у нас появился и арабский. Одна из наших сотрудниц в этом году по собственной инициативе ездила на стажировку в Марокко. Инициативность и стремление к познанию у нас приветствуются. Наши экскурсоводы постоянно пополняют багаж знаний, ведь мир не стоит на месте. У экскурсантов появляются новые вопросы в соответствии с реалиями нашего времени.
– В эти дни настоящий фурор произвела выставка «Мир Корана». В чем ее особенность?
– Да, интерактивная выставка «Мир Корана» подготовлена Департаментом культуры ДУМ РФ совместно с Министерством вакуфов и исламских дел Государства Катар. Она проходит в рамках XXII Московского международного конкурса чтецов Корана. Основная экспозиция предлагает проследить историю фиксации Священного Корана с момента ниспослания Богооткровения до наших дней. Выставка дает возможность погружения в виртуальную реальность с помощью специального гаджета – VR-очков – и позволяет «увидеть» Священные Мекку и Медину такими, какими они были в эпоху пророка Мухаммада (мир ему) Мастерская арабской каллиграфии позволяет познакомиться с процессом творчества двух современных каллиграфов. Будут демонстрироваться катарские документальные фильмы – «Аль-Хорезми: отец математики» и «Аль-Захрави: тот, кто изобрел хирургию».
– Что вы считаете главным в вашей деятельности?
– Мы раскрываем людям мир ислама. Этнические мусульмане укрепляются в своей вере, становятся соблюдающими, стремятся к получению новых знаний о своей религии. Представители иных конфессий начинают воспринимать ислам как неотъемлемую часть культуры и духовности России, важную составляющую нашего гражданского согласия и единства.
Беседовала Нина Зотова, dumrf.ru
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
В исламской культуре сновидения всегда считались чем-то большим, чем просто игрой воображения, превратившись в предмет серьезного изучения. Это способствовало появлению табир-наме – самобытного литературного жанра, посвященного искусству толкования снов.
Название «табир-наме» объединяет в себе арабские и персидские корни: первая часть слова, «табир», переводится как «толкование», а вторая, «наме», означает «книга» или «послание». Буквальное значение арабского корня слова «табир» — «переход с одного берега на другой», что в контексте сновидений символизирует мост между миром образов и их скрытым смыслом в реальности. В исламской интеллектуальной традиции эти труды были известны под самыми разными названиями: их именовали «руйа-наме» (книга видений), «вакиа-наме» (книга событий), «гузариш-наме» (книга разъяснений) или «табират аль-вукуат».
Тому, кто не владеет темой достаточно глубоко, табир-наме могут показаться лишь восточным аналогом привычных европейских сонников, однако на деле между ними лежит глубокая смысловая пропасть. Если западная традиция зачастую сводит толкование снов к бытовому любопытству или психологическим играм подсознания, то в мусульманской культуре это — строгая духовная дисциплина. Табир-наме не просто предлагают значения образов, а выстраивают целую методологию, основанную на Коране и сунне, где личность сновидца, его благочестие и даже время сна имеют решающее значение для понимания того, является ли увиденное божественным посланием или пустой игрой воображения, передает Исламосфера.
В исламе важность толкования снов подтверждается сведениями из Корана и хадисов. В Священном Коране упоминается, что пророку Юсуфу было даровано знание толкования, а пророки Ибрахим, Якуб и Юсуф толковали свои сны и действовали в соответствии с ними. Также сообщается о том, как отец Якуб истолковал сон Юсуфа, и как сам Юсуф, находясь в темнице, толковал сны двух юношей, а позже — сон царя Египта. Тот факт, что первое откровение пришло Посланнику Аллаха в виде «благого сна» (ар-ру’я ас-салиха), послужил поводом для включения темы снов и их толкования в своды хадисов. В этой области особо выделяются имена Абу Бакра и его дочери Асмы, Са‘ида ибн аль-Мусайяба и Ибн Сирина.
Литература исламского мира в области толкования снов чрезвычайно богата. Фундаментальное значение имеет наследие Мухаммада ибн Сирина, чей труд «Китаб аль-Джавами‘» заложил основы классической традиции. Не менее важен вклад имама Джафара ас-Садика, чей «Китаб фи та‘бир ар-ру’я» стал связующим звеном между духовным знанием и практикой толкования. В период между XI и XIV веками число специалистов значительно возросло: Хасан ибн Хусейн аль-Халлал в «Табакат аль-му‘аббирин» («Биографии поколений толкователей снов») упоминает уже 7500 толкователей.
Особое значение толкованию снов придавалось в суфизме, в таких тарикатах, как халватия. Поэтому большинство табир-наме имеют суфийский характер. Особое место в истории жанра занимает Абдул-Гани ан-Наблуси, который был шейхом сразу в двух тарикатах — накшбандия и кадирия. Его фундаментальный труд, алфавитный справочник «Та‘тир аль-анам», стал вершиной литературы табир-наме, объединив многовековой опыт предшественников в удобную для читателя форму. Если обычные сонники фокусируются на бытовых событиях (богатство, брак, здоровье), то суфийские авторы рассматривают сон как инструмент воспитания души (нафс) и получения прямого божественного руководства. Среди подобных трудов встречаются дневники сновидений и сборники ответов шейхов на письма дервишей. Любопытным примером является переписка Асие Хатун из Скопье (1641–1643): в письмах своему наставнику она подробно фиксировала сны, превращая процесс толкования в инструмент духовного анализа.
В тюркской культуре сны и их толкование имели огромное значение как в доисламский, так и в исламский периоды. Сон является важным элементом в эпосах о происхождении уйгуров, Огуз-кагане и Деде Коркуте. В «Кутадгу билиг» толкованию снов посвящен отдельный раздел. Большинство та‘бир-наме в тюркской литературе являются переводами с арабского, первыми были переведены труды Ибн Сирина и Джафара ас-Садика. Существуют также книги на турецком, татарском, узбекском, и других центральноазиатских языках. Написанные простым языком, эти труды являются богатыми источниками с точки зрения лексики и народных верований. Большинство из них написаны прозой, хотя встречаются и поэтические формы.
Табир-наме существовали как самостоятельные книги, так и в виде разделов или заметок на полях в трудах по физиогномике (кыяфат-наме) или суфизму. Сюжеты со снами также встречаются в сборниках (джонк, маджму‘а), трактатах, в «Тути-наме» и сказках «Тысячи и одной ночи».
Структурно такие труды обычно состоят из двух частей. В первой приводится вводная информация: место сна в исламе, виды снов, условия толкования; всё это подкрепляется притчами. Во второй части разъясняются значения образов. В завершающей части книг часто встречаются разделы сегир-наме или ихтилядж-наме. Эти жанры, которые можно отнести к разновидности народных гаданий, посвящены толкованию примет и непроизвольных движений тела — например, подергивания глаза или конечностей. В кратких версиях, включенных в сборники, как правило, переходят непосредственно к толкованию символов.
Жанр табир-наме — это не просто памятник литературы, а живое воплощение многовековой исламской традиции. Для мусульманской культуры толкование снов всегда оставалось серьезной дисциплиной, имеющей прочную основу в Коране и сунне. Будь то суфийские дневники, направленные на внутреннее совершенствование, или популярные народные сонники, этот жанр на протяжении веков служил важным инструментом поиска смыслов в повседневной жизни, напоминая о том, что даже самые мимолетные образы сна могут нести в себе важное послание.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана