17 Сентябрь, 2026, 6 Раби ас-сани, 1448
17 Сентябрь, 2026, 6 Раби ас-сани, 1448
Ацуко Хошино, говоря о самой красивой идее ислама, сказала: "о самом прекрасном учении Ислама: «Самое прекрасное, что я видел в Исламе, — это достижение правильного самопознания, и это то, чему нас учит Ислам."
По сообщению IQNA, в честь недели Корана и Ахль аль Байта состоялась дружеская встреча с новообращенной японкой Ацуко Хошино, а также празднование автограф-сессии книги "Рождение в Токио", которое прошло во вторник, 10 ноября, в Медицинском университете Джандишапура в Ахвазе.
Эта новообращенная мусульманка в начале своих слов сказала: "Девятнадцать лет назад я узнала о Коране и исламе, а четырнадцать лет назад мне выпала величайшая удача в жизни — иммиграция в Иран. Я родилась в семье из пяти человек. Религия большинства японцев — синтоизм и буддизм, а также немного христианства. В Японии около двадцати двух тысяч мусульман, из которых восемьдесят процентов не являются японцами по происхождению, и большинство из них — сунниты.
В Японии есть сто десять суннитских мечетей, но нет шиитских. В Японии есть одно удивительное явление, которого нет в других местах. В этой стране некоторые люди исповедуют две религии, то есть одновременно являются синтоистами и буддистами. Я выросла в такой среде. Я тоже немного знала о христианстве, потому что мой дядя был проповедником и учителем Библии. Я была любопытной и задавала много вопросов о этом мире; откуда я пришла и куда иду, это занимало мои мысли.
По телевизору я слышала имя ислама, и все называли его террористической религией. События 11 сентября и сожжение Корана, которое последовало за этим, привлекло моё внимание к исламу. Я увидела, что враги ислама тратят много средств, чтобы стереть эту религию. У меня возник вопрос: почему у них столько проблем с исламом? Что есть в религии ислама, чего нет в других религиях?
К сожалению, о религии ислама очень мало информации, однако ислам — это мировая религия. Религия ислама — это не религия войны, а совершенно мирная. Я не знала, что мусульмане во многом уважают всех пророков до пророка ислама.
Когда я прочитала, то увидела, что все совсем наоборот, и согласно этой религии девушка является одной из дверей рая, а когда женщина выходит замуж, она выполняет половину религии мужа. Есть хадис, согласно которому рай находится под ногами матерей, тогда как в буддизме женщины нечисты в любых ситуациях и им не разрешается входить в святые места. В традиционной японской культуре, хотя уважение к родителям и важно, существует абсолютный патриархат.
Говорили, что ислам не обращает внимания на науку, но когда я изучила Коран, я увидела, что он очень призывает к разумию и размышлению, в то время как в христианстве нам говорили, что не обязательно что-то понимать, достаточно лишь принять. В исламе разум и рациональность важны, и естественно, что на протяжении истории ислама воспитывалось много ученых. Священной Коран за последние 1400 лет упомянул о науках, которые сегодня открываются.
Еще одной красивой темой является взгляд Корана на различия между людьми. Согласно аятам Корана, факты того, что ты женщина или мужчина, белый или черный, не являются критерием превосходства. Это очень красиво. Поскольку у меня не было первоначального знакомства с исламом, это было для меня прекрасно.
Это то, что все мусульмане мира молятся в одном направлении и совершают одно богослужение, было для меня интересным и красивым, и это объединяет всех мусульман. Я изучала все секты, но не нашла убедительного ответа на вопрос о цели жизни. Одна из проблем Японии - высокий уровень самоубийств, одной из причин которых является ощущение пустоты. Я пришла к выводу, что место для нашей цели не в этом мире, а в том мире, и после этого у меня решилось много проблем.
У меня также был духовный опыт. Я полюбила Коран, хотя не умела его читать и читала его перевод. Однажды, когда я читала Коран, я дошла до суры Ясин и почувствовал, как вокруг меня стало светло, и я услышала голос изнутри, который говорил: "Не волнуйся и приходи к нам". Я ощутила себя хорошо. Затем я поняла, что Ясин - сердце Корана, после этого я связалась с крупнейшим исламским центром там и приняла ислам. После этого я познакомилась с шиитом и Ахл аль-Байтом (мир им). Когда я исследовала их, я наткнулась на молитвенные тексты.
В продолжение этой встречи студенты и сотрудники университета задавали свои вопросы Ацуко Хошино. В ответ на вопрос о самом красивом учении Ислама она сказала: "Самое прекрасное, что я увидела в Исламе, это достижение правильного самопознания".
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Али Реза Сафа, турецкий переводчик Корана, в своей работе стремится максимально заменить традиционную терминологию арабскими эквивалентами на турецкие аналоги. Это вызвало протесты со стороны ряда ученых-богословов страны.
Как сообщает IQNA, в период Османского халифата процесс перевода Корана на турецкий язык столкнулся с застоем из-за религиозных фетв и законодательных запретов на перевод священного текста. Однако после распада халифата этот процесс начал стремительно развиваться.
За последние сто лет в Турции было опубликовано более 150 переводов Корана на турецкий язык. В связи с этим маловероятно, что новые работы могут содержать нечто принципиально новое. Тем не менее, ежегодно появляются новые переводы: как подробные издания с научными комментариями, подготовленные группами академиков, так и частные интерпретации текста.
Жалобы турецких ученых на «искажающий» перевод Корана
Одним из относительно недавних примеров является перевод под названием «Kur’an Gerçek» («Истинный Коран»), автором которого является Али Реза Сафа (Ali Rıza Safa).
Впервые опубликованный в 2014 году издательством İlker в Стамбуле, этот труд подвергся резкой критике. С тех пор вышло несколько изданий: одно — с подробным введением и комментариями (2014 и 2018 гг.), другое — только с самим текстом перевода (в различных редакциях, последняя из которых датируется 2021 годом). Все издания выпущены одним и тем же издателем, а название последних версий было изменено на «Kur’an-i Kerim Gerçek» («Истинный Священный Коран»).
Новые редакции также претерпели некоторые изменения в самом тексте. В 2016 году первый выпуск в городе Кайсери вызвал скандал. Группа местных мусульманских ученых подала жалобу в региональные власти, утверждая, что данное издание содержит искажения священного текста, и потребовала прекратить его распространение. Тем не менее, это не привело к юридическим последствиям для автора или запрету на распространение перевода. Однако возникает вопрос: что именно в этом переводе вызывает столько споров?
Во-первых, практически нет информации об академическом бэкграунде Али Резы Сафы. Он также публиковал книги на религиозные темы, например, «Истинная религия в свете истины» (Стамбул, 2021). Судя по всему, он не имеет связей с официальными научными кругами и институтами исламского богословия Турции. В Турции принято, что религиозные труды публикуют преимущественно выпускники факультетов теологии (Ilahiyat).
В изданиях отсутствует информация об авторе, однако на обложке содержится политически окрашенное утверждение: «Если бы не Мустафа Кемаль Ататюрк, турецкий народ не смог бы читать Коран на турецком языке». В предисловии к версии 2021 года имя Ататюрка упоминается дважды: сначала в посвящении великому деятелю истории Турции, а затем в тезисе автора о том, что именно Ататюрк сделал Коран доступным для чтения на турецком языке после «тысячелетнего запрета».
Это высказывание вызывает ряд вопросов. Безусловно, Ататюрк оказал влияние на процесс, так как современное понимание перевода Корана как самостоятельного текста (а не просто комментария) сформировалось именно в период национальных реформ Республики. Однако многие традиционные мусульманские ученые Турции связывают политику кемализма с секуляризацией и часто рассматривают попытки «тюркизации» ислама, предпринятые в ту эпоху, как нечто спорное, граничащее с ересью.
Перевод: духовный эквивалент или «деарабизация» Корана?
Если проанализировать лексику перевода, можно заметить признаки «секулярного кемализма». В то время как большинство современных турецких переводчиков используют термины, заимствованные из арабского (которые уже стали частью турецкого религиозного языка), Сафа стремится к их полной замене.
Например, при переводе первой суры Аль-Фатиха большинство переводчиков пишут: *«Hamd, âlemlerin Rabbi Allah’adır»* (Хвала Аллаху, Господу миров), сохраняя слово «Rab» (Господь). В то же время Сафа использует конструкцию «Evrenlerin Efendisi Allah’a övgüler olsun»* («Хвала да будет Аллаху, Владыке вселенных»). Здесь ключевым отличием является использование слова «Efendi» (Владыка/Господин) вместо традиционного для исламского контекста «Rab», что является попыткой полностью перестроить религиозный язык на светские турецкие рельсы.
Вместо этого Али Реза Сафа выбирает формулировку «Evrenlerin Efendisi Allah’a övgüler olsun». Здесь стоит отметить его необычный выбор для перевода слова «Rab» (Господь). В то время как почти все турецкие переводчики используют само слово «Rab» (которое также присутствует в турецком языке), Сафа выбирает слово «Efendi», которое носит более светский и обыденный оттенок обращения к уважаемому лицу.
Похожий путь ранее прокладывал Эдип Юксель (Edip Yüksel) — одна из неоднозначных фигур «реформистского ислама». Судя по всему, Али Реза Сафа в своей критике традиционализма следует по стопам Юкселя. В издании 2018 года, комментируя 79-й аят суры «Аль-Бакара», он отвергает концепцию «хадиса кудси» в мусульманской традиции, утверждая, что единственным откровением, полученным Пророком от Бога, является сам Коран.
В переводе религиозной терминологии автор продолжает придерживаться стратегии «локализации».
Например, в переводе 144-го аята суры «Аль-Бакара» он заменяет термин «Аль-Масджид аль-Харам» на «Kutsal yakarış evi» («Священный дом молитвы»).
Похоже, что для Али Резы Сафы эта «туркизация» текста — не только лингвистический вопрос, но и вопрос религиозной практики. В предисловии к изданию 2018 года он открыто высказывает мнение, что во время обязательных молитв (намазов) Коран следует читать на турецком языке, поскольку считает, что понимание смысла слов может «углубить духовность молитвы».
Таким образом, как отмечается в исследовании Байрама Кёсеоглу (Bayram Köseoğlu), опубликованном в 2021 году под названием «Являются ли переводы Корана тем же самым Кораном?», Сафа рассматривает перевод как «духовный эквивалент» арабского оригинала. Это объясняет и скандал, разразившийся вокруг его книги на книжной ярмарке в Кайсери в 2016 году.
Благодаря стратегии намеренной «деарабизации», данный перевод, безусловно, будет вызывать споры в традиционных религиозных кругах. Именно поэтому «Kur’an Gerçek» остается маргинальным трудом, хотя он представляет интерес как объект для изучения сложных процессов взаимодействия секуляризма и традиционализма в современной Турции.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Иман 
Молитва 
Голодание 
Закот 
Хадж 
Коран 
Уроки Ислама 
Контакт 