У Гиждувана (в 46 км от Бухары) богатая древняя история. Его территория была заселена еще до прихода в эти земли арабских племен, передает Asia-Plus. Местность была частью государства Саманидов. В Средние века на этой территории образовались города Гиждуван и Тававис, которые долгое время соперничали друг с другом за право называться лучшим, но со временем Тававис потерял свое влияние, а Гиждуван превратился в городской центр.
Точная дата основания Гиждувана не известна, но уже с X века он постепенно обретает известность как один из наиболее развитых торговых центров региона. Мировое значение ему принес суфий Абдулхалик Гиждувани. Он является духовным звеном в золотой цепи преемственности шейхов тариката Накшбанди. Аль Гиждувани жил во времена правления династии Караханидов, принял духовное посвящение от Юсуфа Хамадани и выдвинул одиннадцать принципов тариката.
Ставшее фундаментом ордену суфиев «Накшбандия», учение принесло широкую известность не только ее создателю, но и месту его захоронения, коим и является Гиждуван. Спустя много недалеко от усыпальницы богослова было возведено медресе. Теперь это комплекс Ходжи Гиждувани - место, ежегодно привлекающее сюда сотни паломников и туристов со всего мира.
Мемориальный комплекс Абдулхалик Гиждувани
Бухара – родина семи великих суфиев Братства Накшбанди. Здесь жили, вели религиозную и общественную жизнь великие представители суфизма, которые способствовали становлению и процветанию Бухары, воспитанию духовности, поднятию эмоционального духа. Здесь сохранились пиры – мусульманские святилища, места захоронения святых суфистов.
А большинство паломников начинают свой путь с посещения мавзолея Ходжи Абдулхалика аль Гиждувани.
В его времена мавзолей был чилляхоной, куда во время сорокадневной изнуряющей жары приходили помолиться. Святое место для мольбы затем становится заветным местом поклонения.
В недавнем прошлом святыня была заброшена. Для того чтобы мавзолей приобрел сегодняшний образцовый вид, пришлось пережить несколько поколений. Теперь мавзолей аль Гиждувани, как часть древнего Востока, являет связь земли и неба.
Частью мемориала является медресе Улугбека. Трудно передать словами все великолепие этого архитектурного памятника. Получившееся в итоге строение вобрало в себя традиции зодчества многих народов, причем их совершеннейшие стороны.
Изящная отделка фасада, четкие линии дверных и оконных проемов медресе радуют глаз и прекрасно оправдывают свое назначение, ведь медресе - это духовная школа, в которой ученикам следовало не только познавать различные науки, но и учиться видеть божественное начало в окружающем мире.
Святыня «Ходжа Порсо»
С XV века учение Накшбанда превратилось в самое распространенное духовное братство и в этом также есть заслуга Ходжи Мухаммада Порсо.
После смерти Бахоуддина Накшбанда его преемником стал Ходжа Мухаммад Порсо. Он сыграл основную роль в консолидации ордена, расширении его влияния и укрепления организационной структуры, сделал решающие шаги к его мировому успеху. Мухаммад Порсо оставил после себя ценные рукописи, в которых затрагивает все основные категории духовного воспитания человека, призывает людей к честному и общественно-полезному труду.
Мухаммад Ходжа Порсо сумел связать хаджаган с трудами великих суфийских шайхов домонгольского периода особенно хорасанской школы, чего не удалось сделать ранее его предшественникам.
Он автор многочисленных научных и богословских трудов. В настоящее время по всему миру, в том числе Ташкенте, Бухаре и других городах страны, хранятся его работы. Он автор 10 томов комментариев, в которых даются пояснения словам, фразам, суфийским терминам. Его произведения посвящены истории и вопросам ат-тассавуфа (суфизма), научному урегулированию, своеобразным особенностям тариката (метод мистического познания мира).
По инициативе Ходжи Порсо был возведен одноименный архитектурный комплекс, состоящий из мечети, медресе, мавзолея, где похоронены его мать и родные. Кроме того, он построил в Бухаре базар, баню, библиотеку, которые также были названы его именем и почитались жителями.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Шри-Ланка, являясь одним из крупнейших островов Индийского океана, отличается поразительным этническим и религиозным разнообразием. Большинство ее населения представлено сингалами, исповедующими буддизм, и тамилами, преимущественно индуистами. Третью по численности населения группу составляют ланкийские мавры (самоназвание — ларакалла), на долю которых приходится около 9,3% жителей страны. Обладая уникальным этногенезом, этот народ на протяжении веков балансировал между южноазиатскими традициями и исламской верой, передает Исламосфера.
Происхождение и формирование этноса
Формирование общины ларакалла началось в VIII–XV веках. Арабские и персидские купцы активно осваивали торговые пути Индийского океана, используя Шри-Ланку как ключевой перевалочный пункт. Оседая в прибрежных городах, они вступали в браки с местными сингалками и тамилками. В этногенезе ланкийских мавров также участвовали мусульманские торговые касты из Южной Индии, такие как маппила и мараккар, прибывшие позже.
Островной исламский синкретизм
Оказавшись в изоляции от арабского мира, потомки ближневосточных купцов не ассимилировались, а создали свою уникальную культуру. Они продолжили занятия торговлей, монополизировав рынок пряностей.
Несмотря на арабские корни, родным языком ларакалла стал тамильский. Однако их диалект специфичен: он насыщен арабской, персидской и сингальской лексикой. До середины XX века они использовали уникальную письменность арви — записывали тамильские слова арабской графикой. Сегодня этот язык находится на грани исчезновения.
Матриархальные традиции
Также вразрез с классическими патриархальными традициями Ближнего Востока, мавры восточного побережья переняли у местных тамилов матрилинейный уклад. Каждый член общины от рождения принадлежит к клану матери, имущество и дома наследуются дочерьми, а после свадьбы муж обязательно переходит жить в дом жены.
Одежда и кулинария
В одежде и быту у ларакалла наблюдается синтез исламских и южноазиатских традиций. Мужской костюм состоит из традиционного южноазиатского саронга, который обязательно дополняется мусульманской шапочкой (топи) или узорчатой феской. Женщины носят классическое индийское сари, но драпируют его особым способом: свободный край ткани не перебрасывается через плечо, а оборачивается вокруг головы на манер хиджаба.
Кухня мавров знаменита на весь остров. Известнейшими блюдами являются цейлонский бирьяни (пряный рис с мясом по старинным рецептам арабских моряков) и десерт ватталаппам — нежный кокосовый пудинг с добавлением местного пальмового сахара джаггери, яиц и кардамона.
Суфийские традиции
Религиозная жизнь мавров тесно связана с суфийскими орденами Кадирия и Шазилия. Гробницы (зияраты) суфийских праведников в Берувеле и Галле до сих пор служат центрами паломничества, где проводятся ежегодные масштабные фестивали, напоминающие религиозные праздники Южной Индии.
Заложники двойственной идентичности
Исторический путь мавров на острове полон драматизма. В XVI–XVII веках они подверглись жестоким гонениям со стороны португальских колонизаторов, стремившихся монополизировать торговлю корицей и уничтожить ислам. Другим источником проблем стала их двойственная идентичность. В годы гражданской войны (1983–2009 гг.), когда тамилы пытались добиться независимости, община оказалась «меж двух огней»: тамильские сепаратисты требовали от них поддержки на основании общего языка, но мавры выбрали лояльность сингальскому правительству. Расплатой за этот выбор стали кровавые этнические чистки и массовое изгнание мусульман боевиками с севера острова. Даже в наши дни их положение остается шатким: возвращение ларакалла в Джафну и Маннар, где они исторически проживали, идет крайне медленно из-за земельных споров, а сама община периодически сталкивается со вспышками радикального сингальского национализма.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана