Продление эксперимента по исламскому банкингу в России логично, поскольку первые результаты показали, что данное направление актуально, интерес к нему имеется. По данным Islam-today, об этом заявила сертифицированный шариатский советник и аудитор (CSAA, AAOIFI), кандидат экономических наук Мадина Калимуллина, комментируя планы российских властей продлить эксперимент.
«У эксперимента, по сути, три варианта – закрытие (и признание неактуальным или неэффективным), продление или подведение итогов и принятие законодательства для всей территории страны). Второй вариант видится наиболее логичным, поскольку, с одной стороны – за год с небольшим видно, что направление актуально, интерес со стороны самых разных структур имеется, наблюдается постепенный рост; с другой стороны – пока еще нет понимания, на мой взгляд, каким должно быть эффективное регулирование для данной отрасли. Нет четкой определенности по перечню финансовых продуктов (и как они должны быть эффективно интегрированы в российское правовое поле и периметр регулирования), по видам участников рынка (пока наблюдается некоторый перекос в сторону кредитных организаций, однако не факт, что это единственно оптимальный субъект для исламского финансирования), по стандартам учета и отчетности. Постепенно видится интерес со стороны других регионов. Видится, что продление на три года – это разумное решение», – констатировала эксперт.
При этом Калимуллина отметила необходимость открытия на втором этапе эксперимента новых возможностей.
«Очень важно, чтобы во второй этап эксперимента мы вошли с некоторыми преимуществами на основе итогов первого этапа. Прежде всего я говорю о том, что необходимо сделать выводы и корректно выделить имеющиеся препятствия для развития рынка и с началом второго этапа их устранить. Хотелось бы видеть на втором этапе следующие новые возможности: распространение программ льготной поддержки ипотечных и иных программ на сделки партнерского финансирования; создание правовых условий для развития партнерского страхования; снятие неопределенности по сделкам доверительного управления денежными средствами; обеспечение возможности присоединения к эксперименту новых регионов», – отметила эксперт.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Индостан — уникальный регион, обладающий, возможно, самыми грандиозными и монументальными заброшенными столицами в истории человечества. Нигде в мире монархи не возводили столь масштабные исламские мегаполисы, которые затем за короткий исторический период превращались в города-призраки, передает Исламосфера.
Фатехпур-Сикри: четырнадцать лет величия
Фатехпур-Сикри («Город победы») был заложен в 1571 году императором Акбаром I на месте обители суфийского шейха Салима Чишти, который предсказал правителю рождение долгожданного наследника. Грандиозный город из красного песчаника совместил в себе исламские, персидские и индуистские архитектурные традиции, но пробыл столицей всего 14 лет. Он был построен на скалистом хребте, и местная гидросистема, завязанная на искусственное озеро, не выдержала потребностей огромного императорского двора. Вода иссякла. В 1585 году Акбар был вынужден перенести столицу в Лахор из-за военных кампаний, а оставшийся без надежного водоснабжения город стремительно опустел.
Манду: шедевр мусульманской гидроинженерии
Расположенный в штате Мадхья-Прадеш город-крепость Манду в XV–XVI веках являлся процветающей столицей Малавского султаната. Город был возведен на высоком плато, где полностью отсутствовали грунтовые воды. Чтобы выжить, мусульманские правители создали уникальную систему сбора дождевой воды: около 1200 взаимосвязанных каналов, цистерн и открытых водоемов. Знаменитый дворец Джахаз-Махал («Дворец-корабль») был построен между двух огромных искусственных озер и казался плывущим по воде. Город погиб в XVI веке, когда его захватили Великие Моголы и административный центр был перенесен в город Дхар.
Гауда: жертва эпидемии и блуждающей реки
Древний город Гауда (Гур) веками служил важнейшим экономическим и политическим центром, а в XIV–XVI веках являлся столицей независимого Бенгальского султаната. Это был один из самых густонаселенных мегаполисов средневековой Азии. Причиной его упадка стало двойное стихийное бедствие. В 1575 году мощная волна чумы (или неизвестной лихорадки) практически полностью выкосила население города и могольский гарнизон. Одновременно с этим река Ганг резко изменила свое русло, отойдя от городских стен на несколько километров. Гауда в один миг лишилась и главного торгового пути, и источников чистой питьевой воды. Джунгли Бенгалии поглотили руины за несколько десятилетий.
Багерхат: суфийский форпост на краю болот
Город мечетей Багерхат (на территории современного Бангладеш) возник в XV веке среди мангровых лесов Сундарбана. Его основал легендарный суфийский святой, полководец и наместник султаната Хан Джахан Али. Среди глухих болот вырос процветающий город с десятками мечетей. Чтобы защитить жителей от соленой морской воды, были вырыты огромные пресноводные резервуары (пожи). После смерти Хана Джахана Али в 1459 году централизованное управление ослабло. Наступление мангровых джунглей, тяжелый влажный климат дельты Ганга и регулярные циклоны привели к тому, что город потерял статус регионального центра и в конце концов был покинут.
От джунглей к наследию: как природа поглощала столицы, и чем они стали сегодня
Века заброшенные столицы стояли заброшенными. Фатехпур-Сикри утонул в пыли и песке, руины Гауды и Багерхата за считанные десятилетия исчезли под покровом джунглей. На плато Манду горные леса поглотили чаши древних гидросистем, превратив их в зеленые заросли. Очищать эти города начали в XIX–XX веках, в некоторых случаях археологам приходилось буквально отвоевывать каждый метр каменной кладки.
Сегодня эти древние города функционируют как уникальные памятники под открытым небом. Фатехпур-Сикри и Багерхат признаны объектами Всемирного наследия ЮНЕСКО. При этом они не превратились в безжизненные музейные экспозиции: например, в Багерхате и Фатехпур-Сикри некоторые мечети до сих пор остаются действующими, сюда приходят молиться верующие. В Манду и Багерхате открыты специализированные археологические музеи, где хранятся спасенные из земли артефакты, а полуразрушенная Гауда, разделенная границей Индии и Бангладеш, стоит прямо посреди крестьянских манговых садов и полей, напоминая о преходящем характере земной славы правителей.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана