Сайт работает в тестовом режиме!
01 Сентябрь, 2026   |   19 Раби аль-авваль, 1448

город Ташкент
Фаджр
04:26
Шурук
05:49
Зухр
12:23
Аср
17:01
Магриб
19:00
Иша
20:19
Bismillah
01 Сентябрь, 2026, 19 Раби аль-авваль, 1448

Аттар и суфизм: путь исчезновения и бессмертия

29.01.2025   11582   6 min.
Аттар и суфизм: путь исчезновения и бессмертия

Хотя Фарид ад-Дин Аттар (1145-1221) больше известен в мире как поэт, он был глубоким суфийским мыслителем, разработавшим свою философию.
По данным издания Исламосфера, точных сведений о жизни Фарид ад-Дина Аттара нет. Из его произведений можно понять, что в молодости он был аттаром (аптекарем, фармацевтом), а с другой стороны, изучал религиозные науки, приобретал суфийские знания и служил различным шейхам. Сам он сообщает, что прочитал много книг о пророках и святых и в течение тридцати девяти лет собирал стихи и рассказы, связанные с суфизмом.
Достоверно неизвестно, у кого Аттар проходил суфийское обучение и был ли мюридом какого-то шейха вообще. В предисловии к своему «Асрарнаме» поэт пишет, что духовно связан с Абу Саидом Абу-ль-Хайром (ум. 1049), которому он возносит обильные восхваления. Он также сообщает, что все, что обрел, получил благодаря его духовности. Также из произведений Аттара следует, что он был знаком со многими суфиями и шейхами своего времени, дружил с ними и прочитал их труды, подготовившись таким образом к преодолению стадий духовного развития, и в результате этих усилий достиг макама (стоянки) наставничества (иршад). 
В своих произведениях Аттар развивает концепцию вахдат аль-вуджуд (единства существования). Согласно ему, кажущаяся «множественность» (касрат) этого мира в извечном (азали) мире едина с сущностью Аллаха, а значит, разделения или множественности нет. Множественность существует лишь в этом мире и является лишь внешней видимостью. Другими словами, видимый мир подобен дыму, существование которого происходит от огня. На самом деле всё едино, и Единый есть всё. Познавшие суть мироздания суфии не видят во вселенной ничего, кроме Его Одного, они ныряют в море единения и горят в огне любви. Человек, несущий в себе божественную субстанцию (джаухар), может найти и увидеть Аллаха только после того, как снимет с себя завесы существования, ибо, по мнению Аттара, Всевышний всегда проявляется в разных проявлениях.
Вместе с этим, по мнению Аттара, мы, люди, включая пророков, не можем найти, понять и постичь Аллаха с помощью разума. Наш разум и мысль в стремлении понять Его подобны крошечной частице, пытающейся постичь суть всей вселенной, или капле росы, пытающейся плыть в огромном море. Есть только один способ обрести Аллаха – познать себя, очистить свой нафс (низменное «я»), победить похоть, забыть ее и исчезнуть в Его существовании. Другими словами, чтобы познать мир истины и единства, следует отказаться от разума, познания и пустословия, положить конец вопросам «как» и «почему» и даже любым вопросам вообще, и, считая себя несуществующим, избегать материального мира, гордыни знания, желаний, подобных детским, и страстей. Необходимо сгореть в огне любви и исчезнуть в абсолютном существовании, т.е. существовании Аллаха, потому что вне мира чувств реальность и любовь, неподвластные разуму, могут быть поняты только через состояния (халь) и вкушение (заук).

Как известно, в суфизме выделяют три этапа духовного пути: тарикат, марифат (познание) и хакикат (истина). Аттар выделят семь: таляб (желание), ашк (любовь), марифат (познание), истигна (довольство своим положением), таухид (единобожие), хайрат (изумление) и фана (пребывание в Боге). Чтобы достичь Истинного, исчезнуть в Его существовании и обрести бака (постоянное пребывание в Боге), необходимо преодолеть эти стадии под руководством совершенного наставника. Аттар придает большое значение фана, которая является последним уровнем и которая, по его мнению, состоит из истинного таухида (единобожия). Чтобы стать совершенным человеком, необходимо совершить духовное путешествие, сопряженное с бесчисленными трудностями. Первое условие этого пути – поиск (талаб). Вступив на этот путь, человек не должен бояться быть сожженным и уничтоженным в огне любви, необходимой для этого путешествия. Влюбленный жертвует своей жизнью, как мотылек в огне. Как описывается аллегорически в поэмах «Язык птиц» и «Мусибатнаме», практикующий суфий (салик) преодолевает долгий путь, окрыленный любовью, которая позволяет ему терпеть все невзгоды и страдания, чтобы полностью почувствовать божественную субстанцию внутри себя. Обойдя всю вселенную, то есть семь метафорических долин, полных бедствий и препятствий, он наконец находит в себе то, что ищет, и сам становится именно тем, что искал (Истиной). Иными словами, он видит, что Любимый есть не что иное, как влюбленный, и исчезает в Аллахе (т.е. обретает фана фи-Ллах) и находит Его в себе. Таким образом проявляется истинная суть изречения «Тот, кто познал себя, познал своего Господа».
Как можно видеть, Аттар детально разрабатывает доктрину вахдат аль-вуджуд (единства существования) и придает ей более глубокий смысл по сравнению со своими предшественниками. По его мнению, для тех, кто «исчез» в Истинном, смерти на самом деле не существует, ибо исчезновение в Нем приводит их к состоянию бака.
Идеи аль-Аттара находят отражение в его произведениях. Двустишия-маснави, составляющие большую часть его творчества, посвящены суфийским темам. В них можно найти описания понятий вкушение (заук), концепции вахдат аль-вуджуд, а также любви, необходимой для совершения духовного путешествия. 
Уникальная особенность Аттара заключается в том, что он прибегает к сравнениям и метафорам при рассмотрении вопросов суфизма, облекая их в рамки историй и рассказов и делая тему понятной даже для обычного человека. В этом и других приемах он стал образцом для подражания для последующих суфийских поэтов, таких как Руми Махмуд Шабистари, Саади, Хафиз, Джами.

Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

Статьи
Другие посты
Статьи

Как европейская наука перепутала передовую арабскую робототехнику с астральной магией

27.08.2026   9309   5 min.
Как европейская наука перепутала передовую арабскую робототехнику с астральной магией

В истории востоковедения немало курьезов, но этот случай уникален. Из-за трудностей перевода и культурных стереотипов европейские ученые XIX века совершили системную ошибку: они классифицировали передовую средневековую арабскую прикладную механику как раздел оккультных наук, посвященный созданию астрологических талисманов и астральной магии, передает Исламосфера.

Загадочный термин Ибн Халдуна

В 1377 году великий арабский философ и историк Ибн Халдун написал свой фундаментальный труд «Мукаддима» («Введение»). В нем он классифицировал все известные человечеству науки. В разделе геометрических и инженерных дисциплин ученый упомянул дисциплину под названием ’ильм ат-тамасиль аль-гариба ва-ль-хаякиль ан-надира, что переводится как «наука о диковинных фигурах и редких конструкциях». Поэтичное, но непривычное для европейского уха название породило в науке ошибку, растянувшуюся на столетия.

Корни заблуждения: от Средневековья к Новому времени

История путаницы началась еще в XII–XIII веках, когда в Европу через Испанию и Сицилию хлынули труды из исламского мира. Среди них, наряду с работами по математике и медицине, встречались оккультные книги, где фигурировали «статуи» и «фигуры» (тамасиль) для магических ритуалов.

Одновременно переводились и труды по механике. Описываемые там вещи казались европейцам невозможными: металлические хлопающие крыльями птицы, фигуры в виде людей, подающие воду для омовения, и другие чудеса. В арабских текстах внешние корпуса этих автоматов тоже назывались словом «тамасиль» (фигуры, образы). Уверовав, что имеют дело с мистикой, переводчики исказили и другой термин механики — аль-хаякиль «инженерные каркасы и крупные строительные механизмы». Его перевели как «храмы» или «астральные каркасы», окончательно уводя мысль в мистическую плоскость.

Миф закрепили ученые Нового времени. Когда барон де Слан в XIX веке переводил Ибн Халдуна на французский язык, он наследовал эту ошибочную терминологию. Ученый взял ключевое слово ат-тамасиль и перевел название науки буквально: «l’art de fabriquer des statues…» («искусство изготовления статуй»).

Само по себе слово «статуи» не несет мистики, но востоковеды истолковали его в мистическом контексте. Зная о строгом запрете на скульптуры в исламе, они решили: раз существует целая «наука о статуях», значит, речь идет не об искусстве, а о тайных ритуалах. В итоге востоковеды объявили эту дисциплину практической магией, изучающей «астральные образы» и талисманы, способные удерживать духовную энергию звезд. Сложнейшие гидравлические приборы инженеров Аль-Джазари и братьев Бану Муса официально списали в архивы оккультизма.

Роботы вместо магии: что скрывалось внутри

Пока европейские переводчики искали в текстах каббалистические формулы, арабские инженеры использовали строгую математику. Ибн Халдун прямо связывал науку о «диковинных фигурах» с «Книгой хитрых устройств», созданной еще в IX веке братьями Бану Муса в Багдаде.

Внутри этих механизмов не было никакой магии, а их движение обеспечивалось исключительно за счет законов физики. Сложные алгоритмы работы металлических птиц и человеческих фигур запускались с помощью гидравлики и пневматики через тонкие системы сообщающихся сосудов, поплавков и клапанов. Физическая подвижность элементов достигалась методами классической механики с использованием рычагов, противовесов и водяных колес. Главным же прорывом мусульманских инженеров стало создание основ автоматического управления, где механическая «память» устройств программировалась с помощью первых в мире распределительных валов. Ярким примером служили антропоморфные автоматы Исмаила аль-Джазари — те самые металлические слуги, которые самостоятельно подавали воду, мыло и полотенце для ритуального омовения.

Как развеялся миф

Долгое время в Европе арабские манускрипты переводили обычные филологи, которые отлично знали язык, но ничего не понимали в физике и механике. Научный прорыв произошел в XX веке, когда рукописи попали в руки немецкого физика Эйльхарда Видемана, который также обладал феноменальными лингвистическими способностями и самостоятельно выучил арабский язык. В соавторстве с инженером Францем Хаузером они доказали, что движение «оживших» фигур обеспечивалось исключительно законами гидродинамики и пневматики.

Окончательную точку в этой истории поставил британский инженер и историк науки Дональд Хилл, который исследовал оригинальные труды и чертежи самих арабских механиков — братьев Бану Муса и Аль-Джазари. Изучив эти рукописи сквозь призму технического образования, ученые сопоставили их с классификацией Ибн Халдуна. Мистический туман мгновенно рассеялся: исследователи поняли, что арабский мыслитель в своем трактате описывал не ритуалы, а сухой инженерный язык проектирования автоматических систем и термин ’ильм ат-тамасиль («наука о фигурах») на самом деле означал науку об автоматических приборах.

Заключение

Наука о диковинных фигурах и редких конструкциях представляет собой свидетельство высокого уровня развития инженерной мысли в исламском мире. Возвращение этого термина в его истинное, научно-техническое русло позволило по-новому взглянуть на интеллектуальное наследие средневекового Востока, где точный геометрический расчет служил основой для создания первых в истории человечества программируемых автоматов. А история названия этой дисциплины дает нам яркий пример того, как языковой барьер и культурные стереотипы могут превратить передовую науку своего времени в «запретное колдовство» в глазах людей несведущих.

Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

Новости мира