Одним из благ, которым Аллах наделил умму Пророка Мухаммада саллаллаху алайхи васаллам, является то, что все поклонения, совершенные ими, он привязал непосредственно к Себе. Каким бы высоким положением ни обладал человек, не будь на то воля Аллаха, он не может вмешаться и по своему усмотрению определить обязательным (фардом) какое-нибудь время для исполнения конкретного ибадата. Для того чтобы намаз стал фардом требуется наступление времени, когда этот намаз исполняется. Наступление определенного времени намаза — связанно с солнцем, а наступление месяца — с новолунием. Начало поста Рамадана связано с обнаружением новолуния. Когда обнаруживается хилал — новолуние, пост становится ваджибом.
Передается от Абдуллаха ибн Умара радияллаху анху.
«Пророк саллаллаху алайхи васаллам, говоря о Рамадане, сказал:
— Не поститесь, пока не увидите хилал (народившийся месяц), не завершайте пост, пока не увидите его. Если он не виден вам, ведите счет». Передал Имам Бухари.
Месяцы состоят из 29 или из 30 дней.
Передается от Абдуллаха ибн Умара радияллаху анху:
«Пророк саллаллаху алайхи васаллам сказал:
— В этом месяце (в этом году) двадцать девять ночей. Поэтому, не поститесь, пока не увидите его (месяц). Если он вам не обнаружится, доведите счет (дней Шаъбана) до тридцати». Передал Имам Бухари.
Передается от Ибн Умара радияллаху анху:
«Пророк саллаллаху алайхи васаллам сказал:
— Мы — уммий-сообщество (не умеющие писать и читать), не пишем, и не считаем. Месяц бывает иногда таким, а иногда таким». То есть иногда бывает двадцать девять дней, а иногда — тридцать дней». Передал Имам Бухари.
Уммий — не умеющий писать и читать, словно новорожденный. Посланник Аллаха саллаллаху алайхи васаллам здесь сказал исходя из состояния арабов того времени, когда большинство из них были необразованными, не умели читать и писать, вести счет на основе наук о небосводе. Поэтому он учит определять время и сроки богослужения самым удобным способом.
Стало быть, месяц состоит иногда из 29, иногда из 30 дней. Поэтому для точного определения первого дня месяца Рамадан нужно увидеть народившийся месяц Раджаба и Шаъбана, после начать считать дни. Если народившийся хилал Рамадана по некоторым причинам (например, из-за облачности) не виден, тогда, по повелению Пророка саллаллаху алайхи васаллам, месяц Шаъбан считается тридцатидневным.
Если люди даже станут поститься в Рамадан 29 дней, Аллах полностью воздаст им за их поклонения, ибо деяния зависят от намерений. Мусульмане повинуются только Аллаху, будь Рамадан 29 дней или 30. В этом же смысле Пророк саллаллаху алайхи васаллам говорил и про месяц Зулхиджжа.
Передается от Абу Бакра радияллаху анху:
«Пророк саллаллаху алайхи васаллам сказал:
— Два месяца с праздниками (ийдами) — Рамадан и Зулхиджжа (одновременно) не могут быть неполными». Передал Имам Бухари.
О значении данного хадиса улемы говорили следующее: эти два месяца в один и тот же год не могут быть неполными, то есть двадцати девятидневным каждый. Если один них будет состоять из 29 дней, то второй будет состоять из 30 дней.
К данному хадису от праведных предков (салафус салихун) приводятся два наиболее известных комментария, которые приводятся в большинстве ривайатов, переданных Бухари. Смысл первого из них состоит в том, что эти два месяца не уступают друг другу тем, что они одинаково особенны. Второй комментарий заключается в том, что в одном и том же году эти два месяца одновременно не могут быть неполными (то есть 29-ти дневными).
Некоторые понимали смысл этого хадиса так: «Рамадан и Зулхиджжа никогда не бывают тридцатидневными». Но их слова были опровергнуты. Для их опровержения достаточно следующих слов Пророка: «Поститесь, увидев хилал, и увидев его, завершайте пост».
Источник: islam.uz
Индостан — уникальный регион, обладающий, возможно, самыми грандиозными и монументальными заброшенными столицами в истории человечества. Нигде в мире монархи не возводили столь масштабные исламские мегаполисы, которые затем за короткий исторический период превращались в города-призраки, передает Исламосфера.
Фатехпур-Сикри: четырнадцать лет величия
Фатехпур-Сикри («Город победы») был заложен в 1571 году императором Акбаром I на месте обители суфийского шейха Салима Чишти, который предсказал правителю рождение долгожданного наследника. Грандиозный город из красного песчаника совместил в себе исламские, персидские и индуистские архитектурные традиции, но пробыл столицей всего 14 лет. Он был построен на скалистом хребте, и местная гидросистема, завязанная на искусственное озеро, не выдержала потребностей огромного императорского двора. Вода иссякла. В 1585 году Акбар был вынужден перенести столицу в Лахор из-за военных кампаний, а оставшийся без надежного водоснабжения город стремительно опустел.
Манду: шедевр мусульманской гидроинженерии
Расположенный в штате Мадхья-Прадеш город-крепость Манду в XV–XVI веках являлся процветающей столицей Малавского султаната. Город был возведен на высоком плато, где полностью отсутствовали грунтовые воды. Чтобы выжить, мусульманские правители создали уникальную систему сбора дождевой воды: около 1200 взаимосвязанных каналов, цистерн и открытых водоемов. Знаменитый дворец Джахаз-Махал («Дворец-корабль») был построен между двух огромных искусственных озер и казался плывущим по воде. Город погиб в XVI веке, когда его захватили Великие Моголы и административный центр был перенесен в город Дхар.
Гауда: жертва эпидемии и блуждающей реки
Древний город Гауда (Гур) веками служил важнейшим экономическим и политическим центром, а в XIV–XVI веках являлся столицей независимого Бенгальского султаната. Это был один из самых густонаселенных мегаполисов средневековой Азии. Причиной его упадка стало двойное стихийное бедствие. В 1575 году мощная волна чумы (или неизвестной лихорадки) практически полностью выкосила население города и могольский гарнизон. Одновременно с этим река Ганг резко изменила свое русло, отойдя от городских стен на несколько километров. Гауда в один миг лишилась и главного торгового пути, и источников чистой питьевой воды. Джунгли Бенгалии поглотили руины за несколько десятилетий.
Багерхат: суфийский форпост на краю болот
Город мечетей Багерхат (на территории современного Бангладеш) возник в XV веке среди мангровых лесов Сундарбана. Его основал легендарный суфийский святой, полководец и наместник султаната Хан Джахан Али. Среди глухих болот вырос процветающий город с десятками мечетей. Чтобы защитить жителей от соленой морской воды, были вырыты огромные пресноводные резервуары (пожи). После смерти Хана Джахана Али в 1459 году централизованное управление ослабло. Наступление мангровых джунглей, тяжелый влажный климат дельты Ганга и регулярные циклоны привели к тому, что город потерял статус регионального центра и в конце концов был покинут.
От джунглей к наследию: как природа поглощала столицы, и чем они стали сегодня
Века заброшенные столицы стояли заброшенными. Фатехпур-Сикри утонул в пыли и песке, руины Гауды и Багерхата за считанные десятилетия исчезли под покровом джунглей. На плато Манду горные леса поглотили чаши древних гидросистем, превратив их в зеленые заросли. Очищать эти города начали в XIX–XX веках, в некоторых случаях археологам приходилось буквально отвоевывать каждый метр каменной кладки.
Сегодня эти древние города функционируют как уникальные памятники под открытым небом. Фатехпур-Сикри и Багерхат признаны объектами Всемирного наследия ЮНЕСКО. При этом они не превратились в безжизненные музейные экспозиции: например, в Багерхате и Фатехпур-Сикри некоторые мечети до сих пор остаются действующими, сюда приходят молиться верующие. В Манду и Багерхате открыты специализированные археологические музеи, где хранятся спасенные из земли артефакты, а полуразрушенная Гауда, разделенная границей Индии и Бангладеш, стоит прямо посреди крестьянских манговых садов и полей, напоминая о преходящем характере земной славы правителей.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана