Итальянский шеф-повар Лукас Клементе из Брюсселя решил принять ислам после беседы с коллегой-мусульманином, который побудил его глубже изучить основные догмы и принципы этой религии.
Диалог о вере оказал на 35-летнего итальянца глубокое влияние и стал отправной точкой на пути отказа от атеизма и принятия ислама.
Уроженец Милана рассказал «Анадолу», что получил образование в сфере туризма и переехал в бельгийскую столицу по предложению о работе. Здесь он продолжил карьеру в ресторанной индустрии, где и произошла судьбоносная встреча с коллегой, повлиявшим на его духовный путь.
«Получил предложение от друга поработать барменом. Даже точно не знал, где находится Брюссель. Начал работать барменом в итальянском ресторане. Это классическая история для итальянцев, которые эмигрируют в другую страну. Я не говорил по-французски, никого не знал», - рассказал шеф-повар.
Он вспоминает, что ночью беседовал с сотрудником администрации отеля марокканского происхождения, обсуждая разные темы, включая религию. «В то время я не верил в Бога. Всю свою жизнь учился в христианских школах, но только потому, что там давали хорошее образование, а моя семья не была религиозной. Однажды мы с другом поспорили: он должен был доказать существование Бога, а я – его несуществование. Я изучал материалы, проводил исследования, искал аргументы, но в итоге понял, что мои доказательства очень слабые», – рассказал Клементе.
Этот интеллектуальный вызов подтолкнул его к еще более глубокому изучению. «Я снова начал читать священные книги и обнаружил в них множество убедительных доказательств существования Бога. Для атеиста это было немыслимо. Я решил, что должен изучить этот вопрос еще глубже, и, перечитывая снова, пришел к выводу, что существует сила, которая создала нас», - рассказал он.
В Священном Коране меня больше всего впечатлили именно научные объяснения
После того как Клементе убедился в существовании Бога, перед ним встал следующий вопрос: какая религия является истинной? Это привело его к изучению различных вероучений. «Я начал исследовать множество религий, начиная с буддизма. ислам я оставил напоследок. Однако, когда я углубился в изучение этой религии, я наткнулся на гораздо более веские доказательства и научные объяснения чудес, описанных в Коране. Они оказались настолько убедительными, что я не смог от них отказаться», - поделился Клементе. В конечном итоге он пришел к осознанию, что ислам - это истинный путь. «Слава Богу, я понял, что ислам - правильная религия», - заключил он.
«Сначала научные объяснения в Священном Коране произвели на меня самое сильное впечатление. Там упоминался даже эмбрион», - рассказал он.
Однако со временем его внимание привлек не только научный аспект Ислама, но и моральные качества последователей этой религии. «Я увидел, как ислам меняет людей. Они становятся более щедрыми, дружелюбными, сопереживающими в повседневной жизни. Это тоже оказало на меня огромное влияние», - отметил Клементе.
На его пути к принятию ислама было много незабываемых моментов. Один из них особенно глубоко запал ему в душу: «Однажды я услышал слова имама: «Ты думаешь, что часы на твоем запястье появились из ничего? Конечно, нет. Так как же ты можешь считать, что человек появился из ничего? Это не может быть случайностью. Есть Творец, который создал нас в совершенстве».
«В день, когда стал мусульманином, я почувствовал что-то в своем сердце»
Шеф-повар признался, что его изначальный подход к исламу как атеиста был весьма скептическим. Однако, начав практиковать его в повседневной жизни - совершая молитвы и размышляя - он почувствовал перемены внутри себя.
«Когда я молился, я начал ощущать разницу. В тот день, когда я стал мусульманином, я почувствовал что-то в своем сердце. Не могу это объяснить. Это можно только прочувствовать», - рассказал он.
Помимо внутреннего покоя, Клементе начал видеть необычные, но удивительно красивые сны. «Вы ощущаете спокойствие. Происходят необъяснимые вещи. Это и есть сама реальность», - отметил он. Клементе, принявший Ислам после долгих духовных поисков, поделился удивительным сном, который приснился ему вскоре после его обращения. «Я бежал наперегонки со своим другом-атеистом. Мы преодолевали препятствия, я перепрыгивал их и обходил все преграды. Когда мы достигли гор, я выиграл гонку», - рассказал Клементе.
Этот сон оставил на него глубокое впечатление и, по его словам, символизировал его собственный путь - путь поисков истины, преодоления сомнений и, в конце концов, достижения духовного спокойствия.
«Ислам - это лекарство от всех бед», - подчеркнул он, объясняя, что с момента принятия ислама во всех сферах его жизни произошли положительные изменения.
Одним из главных изменений стало отношение к деньгам и страхам, связанным с ними. «Я помню, что, когда не был верующим, я очень боялся потерять деньги. Я не мог рисковать, опасаясь, что не смогу вернуть вложенные средства», - признался Клементе.
Однако с принятием ислама его взгляды изменились.«Благодаря моральной, физической и духовной силе, которую я обрел, став верующим, у меня больше нет этого страха. Теперь я понимаю, что все исходит от Всевышнего. Ты пробуешь, если не получается - пробуешь что-то другое. Аллах дает все, что ты хочешь», - рассказал он.
Клементе женат на бельгийке марокканского происхождения и воспитывает 2-летнего сына Эймена. «Я бросил все свои вредные привычки, и моя семья была очень счастлива. Я перестал пить, курить, и моя способность концентрироваться значительно возросла», - поделился он.
Собеседник агентства признался, что раньше ему было сложно сосредоточиться на чем-то важном, он просто «наслаждался моментом». Однако теперь Клементе осознает, насколько сильно изменился его взгляд на жизнь.
«Мои друзья в Италии, которые сейчас моего возраста, до сих пор не имеют нормальной жизни. Им по 35 лет, но они все еще живут так, будто им по 20. Слава Всевышнего, я вижу разницу», - отметил он.
Приняв Ислам, Клементе не только обрел внутреннюю гармонию, но и построил успешную жизнь. «Я создал свой бизнес, я создал свою семью», - с гордостью заключил он.
Обращаясь к молодым людям, переживающим духовный кризис и находящимся в поиске истины, итальянский шеф-повар Лукас Клементе поделился своим осознанием ислама как источника гармонии и смысла. «Ислам - это решение всех их проблем. Это путь к лучшей жизни», - заявил он.
При этом он отметил, что трудно передать словами внутреннее измерение веры. «Я могу объяснить только то, что можно постичь с помощью логики. Но практика ислама дает человеку силу, сосредоточенность и цель», - подчеркнул Клементе.
Для него важным открытием стало осознание своего места в единой мусульманской умме. «Я - член уммы. Мы все являемся частью уммы пророка Мухаммада (мир ему и благословение). Я верю, что Всевышний наделил каждого из нас чем-то особенным, особым талантом, и мы должны использовать его во благо нашей уммы», — сказал он.
По его мнению, если каждый мусульманин будет вносить свой вклад в развитие общества, положение уммы значительно улучшится. «Если мы все будем делать это, положение мусульман станет намного лучше», - заключил Клементе.
Клементе поделился воспоминаниями о случайной встрече с другом детства, которая оказала глубокое влияние на его духовный путь. «Я вышел из мечети в Брюсселе и увидел знакомое лицо в марокканской национальной одежде. Он был похож на одного из моих школьных друзей», - рассказал шеф-повар.
Он вернулся домой и рассказал жене о встрече, но не мог и подумать, что эта встреча не будет последней. Через несколько месяцев он вновь увидел этого человека по дороге на занятия по арабскому языку. Клементе подошел к нему, и оказалось, что это был его старый друг из Италии, который также принял ислам. Он приехал в Брюссель как учитель и прошел свой собственный путь духовного становления.
Эта встреча стала важным шагом в его жизни, и, продолжая свой путь, Клементе отправился в Стамбул, чтобы провести Рамазан и начать новый бизнес.
«Это был лучший Рамазан в моей жизни», - отметил итальянец, добавив, что пригласил друга поехать с ним в Турцию. «Мы остались там вместе. Он начал работать учителем, женился на турчанке и поселился в Стамбуле. Это удивительная история», - добавил он.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Али Реза Сафа, турецкий переводчик Корана, в своей работе стремится максимально заменить традиционную терминологию арабскими эквивалентами на турецкие аналоги. Это вызвало протесты со стороны ряда ученых-богословов страны.
Как сообщает IQNA, в период Османского халифата процесс перевода Корана на турецкий язык столкнулся с застоем из-за религиозных фетв и законодательных запретов на перевод священного текста. Однако после распада халифата этот процесс начал стремительно развиваться.
За последние сто лет в Турции было опубликовано более 150 переводов Корана на турецкий язык. В связи с этим маловероятно, что новые работы могут содержать нечто принципиально новое. Тем не менее, ежегодно появляются новые переводы: как подробные издания с научными комментариями, подготовленные группами академиков, так и частные интерпретации текста.
Жалобы турецких ученых на «искажающий» перевод Корана
Одним из относительно недавних примеров является перевод под названием «Kur’an Gerçek» («Истинный Коран»), автором которого является Али Реза Сафа (Ali Rıza Safa).
Впервые опубликованный в 2014 году издательством İlker в Стамбуле, этот труд подвергся резкой критике. С тех пор вышло несколько изданий: одно — с подробным введением и комментариями (2014 и 2018 гг.), другое — только с самим текстом перевода (в различных редакциях, последняя из которых датируется 2021 годом). Все издания выпущены одним и тем же издателем, а название последних версий было изменено на «Kur’an-i Kerim Gerçek» («Истинный Священный Коран»).
Новые редакции также претерпели некоторые изменения в самом тексте. В 2016 году первый выпуск в городе Кайсери вызвал скандал. Группа местных мусульманских ученых подала жалобу в региональные власти, утверждая, что данное издание содержит искажения священного текста, и потребовала прекратить его распространение. Тем не менее, это не привело к юридическим последствиям для автора или запрету на распространение перевода. Однако возникает вопрос: что именно в этом переводе вызывает столько споров?
Во-первых, практически нет информации об академическом бэкграунде Али Резы Сафы. Он также публиковал книги на религиозные темы, например, «Истинная религия в свете истины» (Стамбул, 2021). Судя по всему, он не имеет связей с официальными научными кругами и институтами исламского богословия Турции. В Турции принято, что религиозные труды публикуют преимущественно выпускники факультетов теологии (Ilahiyat).
В изданиях отсутствует информация об авторе, однако на обложке содержится политически окрашенное утверждение: «Если бы не Мустафа Кемаль Ататюрк, турецкий народ не смог бы читать Коран на турецком языке». В предисловии к версии 2021 года имя Ататюрка упоминается дважды: сначала в посвящении великому деятелю истории Турции, а затем в тезисе автора о том, что именно Ататюрк сделал Коран доступным для чтения на турецком языке после «тысячелетнего запрета».
Это высказывание вызывает ряд вопросов. Безусловно, Ататюрк оказал влияние на процесс, так как современное понимание перевода Корана как самостоятельного текста (а не просто комментария) сформировалось именно в период национальных реформ Республики. Однако многие традиционные мусульманские ученые Турции связывают политику кемализма с секуляризацией и часто рассматривают попытки «тюркизации» ислама, предпринятые в ту эпоху, как нечто спорное, граничащее с ересью.
Перевод: духовный эквивалент или «деарабизация» Корана?
Если проанализировать лексику перевода, можно заметить признаки «секулярного кемализма». В то время как большинство современных турецких переводчиков используют термины, заимствованные из арабского (которые уже стали частью турецкого религиозного языка), Сафа стремится к их полной замене.
Например, при переводе первой суры Аль-Фатиха большинство переводчиков пишут: *«Hamd, âlemlerin Rabbi Allah’adır»* (Хвала Аллаху, Господу миров), сохраняя слово «Rab» (Господь). В то же время Сафа использует конструкцию «Evrenlerin Efendisi Allah’a övgüler olsun»* («Хвала да будет Аллаху, Владыке вселенных»). Здесь ключевым отличием является использование слова «Efendi» (Владыка/Господин) вместо традиционного для исламского контекста «Rab», что является попыткой полностью перестроить религиозный язык на светские турецкие рельсы.
Вместо этого Али Реза Сафа выбирает формулировку «Evrenlerin Efendisi Allah’a övgüler olsun». Здесь стоит отметить его необычный выбор для перевода слова «Rab» (Господь). В то время как почти все турецкие переводчики используют само слово «Rab» (которое также присутствует в турецком языке), Сафа выбирает слово «Efendi», которое носит более светский и обыденный оттенок обращения к уважаемому лицу.
Похожий путь ранее прокладывал Эдип Юксель (Edip Yüksel) — одна из неоднозначных фигур «реформистского ислама». Судя по всему, Али Реза Сафа в своей критике традиционализма следует по стопам Юкселя. В издании 2018 года, комментируя 79-й аят суры «Аль-Бакара», он отвергает концепцию «хадиса кудси» в мусульманской традиции, утверждая, что единственным откровением, полученным Пророком от Бога, является сам Коран.
В переводе религиозной терминологии автор продолжает придерживаться стратегии «локализации».
Например, в переводе 144-го аята суры «Аль-Бакара» он заменяет термин «Аль-Масджид аль-Харам» на «Kutsal yakarış evi» («Священный дом молитвы»).
Похоже, что для Али Резы Сафы эта «туркизация» текста — не только лингвистический вопрос, но и вопрос религиозной практики. В предисловии к изданию 2018 года он открыто высказывает мнение, что во время обязательных молитв (намазов) Коран следует читать на турецком языке, поскольку считает, что понимание смысла слов может «углубить духовность молитвы».
Таким образом, как отмечается в исследовании Байрама Кёсеоглу (Bayram Köseoğlu), опубликованном в 2021 году под названием «Являются ли переводы Корана тем же самым Кораном?», Сафа рассматривает перевод как «духовный эквивалент» арабского оригинала. Это объясняет и скандал, разразившийся вокруг его книги на книжной ярмарке в Кайсери в 2016 году.
Благодаря стратегии намеренной «деарабизации», данный перевод, безусловно, будет вызывать споры в традиционных религиозных кругах. Именно поэтому «Kur’an Gerçek» остается маргинальным трудом, хотя он представляет интерес как объект для изучения сложных процессов взаимодействия секуляризма и традиционализма в современной Турции.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана