Сайт работает в тестовом режиме!
08 Сентябрь, 2026   |   26 Раби аль-авваль, 1448

город Ташкент
Фаджр
04:35
Шурук
05:56
Зухр
12:21
Аср
16:52
Магриб
18:49
Иша
20:06
Bismillah
08 Сентябрь, 2026, 26 Раби аль-авваль, 1448
Новости

Как и когда принципы веры становятся правилами инвестиций

03.04.2025   8052   11 min.
Как и когда принципы веры становятся правилами инвестиций

В мире, где финансы ассоциируются с безудержной жаждой прибыли, исламский банкинг предлагает необычную альтернативу — систему, где деньги работают, не нарушая духовных принципов. Объем этого рынка стремительно растет и, по оценкам экспертов, к 2025 году достигнет уже $5 трлн, привлекая не только мусульман, но и тех, кто ищет более осознанные способы управления капиталом, передает IslamNews.
Деньги с чистой совестью
В основе исламских финансов лежит простая идея: прибыль не должна быть самоцелью. Этот подход уходит корнями в VII век, когда торговля на Ближнем Востоке строилась на доверии и справедливости. Современные исламские банки сохранили дух той эпохи, просто заменив верблюжьи караваны цифровыми транзакциями.
Кайрат Бермуканов, основатель IBF Trust, поясняет: «Само слово „халяль“ в исламе означает что-то разрешенное, что-то допустимое. Люди других конфессий привыкли к тому, что этот термин в жизни мы используем только в питании, но на деле вся повседневная жизнь людей моей веры тесно связана с этим принципом, в том числе экономика и финансы.»
Эти слова прекрасно объясняют суть исламских финансов. Это не просто банковская система — это философия, где деньги должны работать на благо общества, а не становиться самоцелью.
Историческая справка: Первый официальный исламский банк Dubai Islamic Bank был основан в 1975 году в ОАЭ. К концу XX века более 200 исламских финансовых учреждений действовали в 50 странах мира.
Исламские финансы строятся на трех принципах:
Запрет на ростовщичество (риба) — нельзя зарабатывать на процентах.
Отказ от чрезмерных рисков (гхарар) — сделки должны быть прозрачными.
Табу на «грешные» отрасли — алкоголь, азартные игры, табак.
Любопытный факт: табак стал предметом споров. Хотя в Коране о нем нет прямого запрета, многие исламские ученые признали его харамом из-за доказанного вреда. Так этика победила потенциальную прибыль.
Термины халяльных инвестиций
Главная сложность исламского инвестирования и банковской сферы в целом, это запрет на получение процента с капитала. Поэтому вместо кредитов и депозитов здесь свои инструменты:
Кард аль-хасан — беспроцентная ссуда. Клиент может взять деньги в долг, и возвратив, добровольно добавить «благодарность» (хиба), за то что банк ему помог. Это необязательно, формально можно вернуть ровно столько сколько и взял, но хиба добавляется всегда — потому что скорее всего, без подобной «благодарности» в следующий раз ссуду вы уже не получите.
Мурабаха — «исламская покупка в кредит»: банк покупает товар и перепродает вам с фиксированной наценкой.
Мудабара — аналог депозита: вы вкладываетесь в реальный проект и делите прибыль с банком.
Еще мусульмане платят закят (2,5% от накоплений) в помощь нуждающимся. Например, IBF Trust часть дохода направляет в благотворительный фонд.
Как работают исламские банки?
Главное отличие исламской системы — запрет на ростовщичество. Но это не значит, что банки как и их клиенты, здесь не зарабатывают. Они просто делают это иначе — меняют акценты и принцип работы, но в итоге вы получаете ровно то же самое что и хотели.
Например, вместо классического кредита вам могут предложить «мурабаху». Обычный кредит выглядит примерно так: вам нужна некая вещь, которую вы не можете купить прямо здесь и сейчас. Банк выдает вам деньги в долг под определенный процент, но не на руки, а отправляет продавцу, продавец же, передает вам товар. Грубо говоря товар покупаете в общем-то вы, на свои деньги, которые взяли в долг у банка. Банк отдает деньги и получает обратно деньги. Зарабатывает на деньгах, что в исламе запрещено.

Мурабаха дает то же самое для конечного потребителя — деньги продавцу и товар вам, но внутренняя кухня другая. Деньги в долг под процент вам уже не дают, банк сам покупает нужный вам товар (скажем, автомобиль или квартиру) на свои деньги. После чего просто перепродает его вам, с фиксированной наценкой, как любой другой торговец с той лишь разницей, что деньги ему можно отдавать частями. В общем-то банк уже зарабатывает не на деньгах, а на покупке и перепродаже товара. Такая прибыль, уже не считается «риба» (запретным ростовщичеством).
Другой популярный инструмент — «мудараба», замена классического депозита. Суть в общем-то та же самая — вы даете банку деньги и получаете с них доход, но внутренний принцип снова другой. Вы не получаете процент со своих денег как в классическом депозите, когда не участвуете никоим образом в деятельности и получаете доход просто с денег как таковых — дали деньги, получили деньги. Мудараба, это финансовая модель, в которой вы предоставляете средства менеджеру, для инвестирования в коммерческое предприятие. Инвестиции поступают исключительно от вас. Банк не берет у вас деньги, распоряжаясь ими как своими — он выступает грубо говоря в роли курьера и аналитика. Предлагает вам варианты для инвестиций, а потом передает вашу сумму в проект или проекты которые вы выбрали. Мудариб (банк) отвечает за управление и работу в проекте и соответственно берет за свои труды часть прибыли, остальное получаете вы.
Опять же на выходе все то же самое — вы дали деньги, получили доход, но вся суть во внутренней кухне. Вы не получили процент со своего вклада, вы стали временным партнером некоего проекта, помогли ему (своими деньгами), и за это получили часть его прибыли. Банк не получает процент за оборот денег, он получает «зарплату» за то что решает куда вам вложить деньги и выполняет все технические задачи.
Со стороны может показаться что никакой разницы нет и все это просто жонглирование словами, но для миллиарда человек на планете, эти нюансы имеют значение.
«Соблюдение указанных в шариате законов действительно важно для мусульман, — говорит Кайрат Бермуканов. — Например, в рамках работы нашего фонда IBF Trust мы открыли одноименный благотворительный фонд, в который перечисляем процент от прибыли, чтобы финансировать социальные проекты. Это тоже формат уплаты закят».
Инвестиционные принципы в исламской экономике
Как и банковское дело, инвестиционные программы выполняя в общем-то все те же задачи, работают по другим внутренним принципам. Принципы шариата не исключают возможность капитальных вложений в финансовые инструменты или участие в бизнес-проектах. Основное требование — отдавать предпочтение реальному сектору экономики, направленному на общественное благо.
В исламской финансовой системе существует специальный термин для обозначения долговых обязательств — «сукук», что переводится как «соглашение» или «облигация». Эти ценные бумаги обеспечены материальной базой (например, коммерческой недвижимостью), а их владельцы получают долю в соответствующем активе.
Как правило, сукук характеризуются стабильной динамикой котировок. Как и классические облигации, они имеют фиксированные параметры, включая срок погашения. Это позволяет инвестору заранее знать размер и время получения дохода. Такие характеристики особенно привлекательны для осторожных участников рынка капитала, включая непосредственно не связанных с исламской культурой.
«Мы применяем весь спектр современных методов управления капиталом для достижения высокой прибыльности, включая допустимые с точки зрения шариата рисковые активы,» — делится Кайрат Бермуканов. «Но одно условие остается неизменным: мы исключаем любое сотрудничество с предприятиями, чья деятельность наносит ущерб людям или окружающей среде.»
Особенно показательным примером технологического прогресса в области этических инвестиций является использование распределенного реестра блокчейн. Данная технология служит инструментом обеспечения открытости операций и контроля за соответствием инвестиций установленным стандартам.

Блокчейн активно применяется для формирования цифровых характеристик различных товаров, в том числе сертификатов соответствия халяльным требованиям. Все звенья производственной цепочки (производитель, транспортная компания, розничный продавец) заносят данные в распределенный реестр, а конечный потребитель может проверить информацию через QR-метку. Поскольку записанные в блокчейн сведения невозможно изменить или удалить, такие сертификаты гарантируют, например, что изделие произведено без эксплуатации детского труда и только из сертифицированных компонентов. Аналогичный подход действует и в сфере услуг, включая финансовую: блокчейн дает возможность проследить целевое использование инвестиционных средств.
Инвестиции, соответствующие принципам халяль, набирают популярность не только среди последователей ислама, но и среди тех, кто ищет социально ответственные финансовые решения. Многие аспекты исламских финансов совпадают с концепцией ESG (экологические, социальные и управленческие факторы), которая становится все более значимой для инвесторов, уделяющих внимание экологии и социальной ответственности.
Рост интереса к исламским финансовым продуктам в Европе подтверждается увеличением числа специализированных кредитных организаций и внедрением инструментов этичного инвестирования. Например, в Германии начал работу первый банк, работающий по исламским принципам — KT Bank AG, являющийся частью кувейтско-турецкой финансовой группы Kuveyt Türk Bank, а Московская Биржа запустила расчет Исламского инвестиционного индекса и Индекса полной доходности исламских инвестиций.
Этичное инвестирование представляет собой не просто набор религиозных предписаний, а гибкую финансовую модель, основанную на справедливости, моральных принципах и устойчивом развитии. Это яркий пример того, как исторические традиции успешно интегрируются с современными условиями, взаимно обогащая друг друга.

Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

Новости мира
Другие посты
Статьи

Как Египет стал «столицей чтения Корана»

08.09.2026   1465   10 min.
Как Египет стал «столицей чтения Корана»

То, что отличает египетскую школу талявата от других направлений чтения Корана — в особенности от стилей, распространенных в странах Персидского залива, — это глубокая связь, которую египетские чтецы установили между принципами и учением талявата Священного Корана и глубоким пониманием музыкальных ладов (макамов).

Как сообщает IQNA, несмотря на то, что Египет является колыбелью искусства талявата в исламском мире, в современном медиапространстве наблюдается «постепенное забвение самобытных школ» и «разрыв между новым поколением чтецов и наследием предшественников». Сегодня некоторые коммерческие и поверхностные чтения вытеснили художественные и глубокие таляваты, а тонкие техники вакафа, ибтида, ляхна и таджвида — результат многовекового опыта египетских мастеров — не находят должного документирования и представления.

В серии репортажей IQNA стремится, заново осмысливая эволюцию этого искусства — от «старой школы» до появления «гениев декламации», одновременно анализируя текущую ситуацию и устанавливая мост между подлинными египетскими техниками и художественными потребностями современной коранической аудитории, чтобы искусство декламации вернулось из «просто имитационного ритуала» в «живой и динамичный поток». Это объясняется тем, что современные изысканные декламации берут свое начало в традиционной египетской школе, и понимание этого исторического процесса имеет важное значение для понимания подлинности декламации. Кроме того, в соответствии с принципами художественного моделирования, знакомство со стилями и новаторством египетских первопроходцев является лучшим примером для молодых декламаторов, позволяющим повысить технический и духовный уровень декламации.

Агентство Al-Mayadeen в репортаже на эту тему пишет: школа чтения Корана Египта — это величественная структура, созданная выдающимися чтецами на протяжении многих поколений. То, что отличает египетскую школу от других направлений — в особенности от стилей, набравших популярность в странах Персидского залива за последнее десятилетие благодаря социальным сетям и спутниковому телевидению, — это глубокая связь, которую египетские чтецы установили между принципами и учением чтения Священного Корана и точным пониманием музыкальных ладов.

Здесь нет ничего общего с пением или обучением игре на музыкальных инструментах. Речь идет скорее о способности чтеца понимать потенциал своего голоса и гортани и соотносить их со смыслом аятов Священного Корана — с благоговением, трепетом и надеждой на раскрытие, победу и райские обители во время чтения. Именно это великие мастера египетской школы таджвида постигли в совершенстве и в чем превзошли всех — будь то природным дарованием или благодаря усердному изучению.

Большинство великих египетских чтецов любили музыку и изучали ее профессионально. Например, шейх Мухаммад Рифат знал произведения Бетховена и Моцарта, а шейх Махмуд аль-Банна профессионально освоил музыкальные лады под руководством шейха Дарвиша аль-Харири — учителя музыки Мухаммада Абд аль-Ваххаба.

В свою очередь, Абд аль-Ваххаб и Умм Кульсум сами стремились к чтецам, чтобы постигнуть искусство пения и музыкальные лады, и поддерживали тесные связи с некоторыми из шейхов.

Имам аль-Хаким в своей книге «Псалмы Корана» (Мазамир аль-Коран) зафиксировал детали этой связи. Со слов сына шейха Мустафы Исмаила он приводит такой рассказ: «Однажды мой отец записывал в здании радио свое еженедельное чтение. Выходя из здания, он был удивлен приходом Умм Кульсум. Увидев его, она подошла к нему, чтобы посоветоваться о только что записанной песне — ей казалось, что в ней что-то не так. Когда мой отец выслушал ее, он указал ей на недочет в той песне».

Абд аль-Ваххаб, всякий раз посещая шейха Мухаммада Рифата, становился его учеником — или, по его собственным словам, «служителем шейха» — и навсегда остался слушателем и почитателем великих чтецов, таких как шейх Мустафа Исмаил и Абд аль-Басит Абд ас-Самад.

Таха Мухаммад Абд аль-Ваххаб — специалист по макамам и голосам, международный судья в Египте и арабском мире, обладатель докторской степени по кораническим ладам, наставник ряда выдающихся чтецов. Он учился у шейхов Мухаммада Рифата и Али Махмуда. Умм Кульсум обучалась у шейхов Абу аль-Ала Мухаммада и Закарии Ахмада — оба были по происхождению чтецами — а также у Усмана Хасана, «отца современной египетской музыки», шейха и чтеца, родившегося в 1800 году.

В этой связи шейх Мухаммад Мутавалли аш-Шаарави предлагает прекрасную классификацию школы талявата в Египте: «Тот, кто стремится к мастерству чтения, пусть слушает шейха аль-Хусари; тот, кто ищет чистоту голоса — шейха Абд аль-Басита; тот, кто ищет смирения (хушу) — аль-Миншави; тот, кто ищет искусства в чтении — шейха Мустафу Исмаила; а тот, кто хочет всего этого сразу, пусть слушает шейха Мухаммада Рифата, ибо он и есть музыкальная школа».

Шейх и мастер чтецов, Мухаммад Рифат, отличался сильным, выразительным и гибким голосом и мог легко декламировать стихи, используя соответствующие музыкальные позиции и манеру исполнения, создавая ощущение, будто он является воплощением коранических стихов.

Сафват Акашех, эксперт по музыкальным макамам, говорит: "Голос шейха Мухаммада Рифата близок к альту, одному из оперных вокальных диапазонов, и состоит из 18 тонов, иногда достигая 21 тона. Он гармонизировал эти тоны друг с другом в стиле музыкальных симфоний, и это очень хорошо видно в его декламации стихов из Корана".

Музыкальный критик Камаль аль-Наджми сказал о шейхе Мустафе Исмаиле: "У него был уникальный, всеобъемлющий и мощный голос, а его знание позиций не имело себе равных среди чтецов, включая шейха Рифата. Однако шейх Мустафа использовал свой голос и знания, чтобы продемонстрировать красоту и чудодейственную природу стихов». Поэтому неудивительно, что Умм Кульсум и Абдул Ваххаб слушали шейха Мустафу Исмаила, завязали с ним личную дружбу и в конечном итоге учились у него мастерству исполнения макамов.

Но голос шейха Абдул Басита Абдул Самада, со своей печалью и смирением, сияет в макаме Саба.

Благодаря силе его голоса и впечатляющему исполнению, покойный режиссер Мустафа Аккад использовал голос шейха Абдул Басита в своем знаменитом фильме «Мухаммад Расулуллах (с.а.с.)» в качестве голоса Билала аль-Хабаши, муэдзина Пророка. Этот азан был уникален благодаря впечатляющему качеству голоса Абдула Басита.

«Искусство «слушания» чтения Корана»

Помимо постижения секретов музыкальных макамов, которые великие мастера школы чтения Корана инстинктивно понимали и которые играли важную роль в мелодичном изображении смысла Священного Корана, шейх Махмуд Аль-Хусари предложил еще одно объяснение распространения египетской школы чтения Корана.

Далеко не предвзятый и не предвзятый по отношению к Египту, Аль-Хусари объясняет это отличие древним и унаследованным египетским обычаем, который, возможно, восходит ко временам фараонов, а именно уникальным обычаям и ритуалам празднования смерти, которые были изменены с приходом ислама в Египет. Так, во время «траурных церемоний» семья покойного прощалась со своим умершим близким, читая Коран, и эта церемония также распространялась на торжества. Потому что, по словам шейха Аль-Хусари, «кто посвятит себя чему-либо, тот преуспеет в этом».

В мире нет чтецов, которые могли бы достичь уровня египетских чтецов. Чтение на похоронах и свадьбах позволило этим чтецам отточить свое мастерство, сделав чтение Корана источником средств к существованию для египетских чтецов.

Что отличает Египет в этом отношении, делая его «столицей чтения Корана», а его чтецов — самыми влиятельными и известными, так это уникальный стиль исполнения. Так, среди зрителей мы видим, как некоторые люди встают, чтобы восхититься чтецом, и кричат ​​или аплодируют в манере, характерной для аудитории чтения Корана в Египте.

Роль этих слушателей не ограничивается выражением своего «удовольствия» от голоса чтеца, но иногда они вмешиваются, чтобы поправить ход чтения. Это явление привлекло внимание американской исследовательницы Кристины Нельсон в её книге «Искусство чтения Корана», в которой она посвящает целую главу этому явлению в египетской жизни, утверждая, что оно «вышло за рамки истории слуха и стало частью ядра религиозного поклонения и частью духа культурных и социальных практик».

Стоит отметить, что Египет был одной из первых стран, начавших трансляцию Священного Корана через первую специализированную кораническую радиосеть, созданную в 1964 году. Шейх Махмуд Аль-Хусари первым записал весь Коран целиком в тертиле. Появление коранического радио способствовало славе людей с исключительными голосами и высоким уровнем мастерства и спасло египетскую школу чтения Корана от исчезновения.

Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

Новости мира