04 Ноябрь, 2026, 24 Джумада аль-уля, 1448
04 Ноябрь, 2026, 24 Джумада аль-уля, 1448
Хургронье был не просто ученым-исследователем, но и человеком, чья жизнь напоминала шпионский роман, разрываемый между верой и обманом, оставившим неизгладимый след в истории исламских и западных исследований.
Как сообщает IQNA со ссылкой на "Аль-Джазиру", в девятнадцатом веке в голландской семье, чья история была связана с бегством и бесчестием, родился ребенок. Его звали Кристиан Снук Хургронье, и это имя быстро стало самым скандальным в истории голландского востоковедения.
Кристиан Снук Хургронье родился в 1857 году в Аустерхауте, Южная Голландия, и начал свое университетское образование в Лейденском университете в 1874 году, изучая теологию. Он получил докторскую степень в 1880 году, защитив диссертацию на тему «Обряды и праздники Мекки», и вскоре, в 1881 году, начал работать преподавателем в Образовательном институте колониальной службы Нидерландов, где и зародился его интерес к исламским и арабским культурам.
Хургронье свободно владел арабским языком, что впоследствии позволило ему выполнить беспрецедентную в западной истории миссию. Как востоковед, он отправился в Мекку и Медину под видом мусульманина, чтобы изучить жизнь мусульман изнутри.
С юности он интересовался не только теологией и арабским языком, но и был очарован миром ислама, настолько, что впоследствии под псевдонимом Абдул Гаффар аль-Ляйдени (от названия голландского города Лейден) отправился в самое сердце Мекки. Там он жил среди паломников, тайно фотографировал Каабу и скрывал свою личность. Это приключение больше напоминало шпионский роман, чем жизнь ученого-исследователя.
«Абдул Гаффар»: шпионаж в Мекке
28 августа 1884 года Снук, 27-летний голландец, прибыл в Джидду для выполнения двойной миссии: академических исследований и шпионажа для правительства Нидерландов. Его миссия заключалась в наблюдении за индонезийскими паломниками и изучении их связей с учеными Мекки, из страха, что они могут возглавить антиколониальные восстания.
Чтобы обойти строгие религиозные ограничения, Хургронье выбрал для себя арабское имя «Абдул-Гаффар». Он пошел еще дальше и выбрал себе раба, как это делали богатые паломники того времени, чтобы никто не сомневался в его искренности.
Он также с чрезвычайной тщательностью изучил исламские ритуалы и обычаи и завоевал доверие правителя Османа-паши, местных судей и ученых. 21 января 1885 года ему было разрешено войти в Мекку, где он провел семь месяцев, участвуя в молитвах и ритуалах жителей этого города и встречаясь с учеными, муфтиями и обычными людьми.
Кристиан носил с собой 4-килограммовую камеру, с помощью которой фотографировал Каабу, Масджид аль-Харам и части города. Он также сделал первую аудиозапись чтения Корана, относящуюся к «Суре ад-Духа», изнутри Масджид аль-Харам и отправил эти редкие документы в библиотеку Лейденского университета, и таким образом эти документы стали беспрецедентным источником информации об обществе, архитектуре и религиозных обрядах Мекки.
Он был настолько искусен в перевоплощении, что многие чувствовали, что он один из них. Но за этим научным лицом правда оставалась неизменной; человек, носивший имя «Абдул-Гаффар», был не раскаявшимся паломником, а востоковедом-шпионом, который все наблюдал и записывал. Мекка, в которую он когда-то вошел, не вошла в его сердце так, как вошла в его информационные записные книжки.
Дар аль-Ислам против Дар аль-Харб
Хургронье изучал отношения между мусульманами и колониализмом, сосредоточившись на вопросе Дар аль-Ислама и Дар аль-Харба. Он считал, что такие земли, как Британская Индия и Голландская Ост-Индия, теоретически находятся в сфере Дар аль-Ислама, но управляются немусульманами.
Его взгляды отличались от взглядов Уильяма Хантера, поскольку он считал восстание мусульман в Индии религиозно нелегитимным. Однако Хургронье полагал, что фетвы и исламские законы нельзя так упрощать с политической точки зрения, и мусульмане могут действовать в зависимости от политических условий и своей способности к сопротивлению.
Хургронье говорит: "Все земли за пределами границ Дар аль-Ислама полностью являются Дар аль-Харбом и становятся Дар аль-Исламом, как только позволяют обстоятельства. Настоящие идолопоклонники должны обратиться в ислам, но те, кто выбирает религии, признанные в исламском праве, обязаны признать исламское правление."
Роль Хургрунье в колониальной политике
После Мекки Хургрунье стал советником голландского правительства в Голландской Ост-Индии и сыграл центральную роль в Ачехской войне (1914-1973 гг.). Он использовал свои знания об исламской культуре, чтобы завоевать расположение местной элиты и уменьшить вооруженное сопротивление, делая упор на организованный шпионаж и контроль над элитой, а не на прямые насильственные репрессии.
Затем он вернулся в Нидерланды, чтобы занять профессорскую должность в Лейденском университете, где преподавал арабский язык, ачехский язык и исламское образование. Он продолжал публиковать свои исследования, которые сделали его видным авторитетом в исламских и арабских исследованиях во всем мире.
Кристиан родился в церковной семье, запятнанной скандалом. Его отец, священник, сбежал с дочерью другого священника, оставив свою беременную жену. Кристиан вырос в тени греха и стыда, но интересовался знаниями.
Сначала он изучал теологию, затем увлекся арабским языком и исламом и настолько погрузился в них, как будто искал альтернативную идентичность.
Его похороны сопровождались поразительным противоречием. Он был похоронен по исламским обрядам, в простой могиле и без присутствия жены и дочери.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Факихи, жившие в Бухаре много веков назад и сочетавшие принципы справедливости с научным знанием, вошли в историю под названием «аль-Кудат ас-Саб‘а», то есть «Семь кади». Их жизнь и научное наследие являются одним из важных источников для понимания того, как формировалось правовое мышление в Мавераннахре. Их научная цепь, в свою очередь, показывает тесную взаимосвязь таких древних центров знаний, как Бухара, Уструшана, Самарканд и Фергана.
В истории существуют города, название которых неразрывно связано с определёнными направлениями науки и знаний. Бухара – один из таких городов. На протяжении веков здесь развивались хадисоведение, тафсир, фикх, калам, суфизм и другие науки. Одновременно формировалась богатая интеллектуальная традиция, направленная на обеспечение справедливости в обществе, разрешение споров и регулирование правовых отношений.
Среди ярких представителей этой школы следует особо отметить факихов, известных под названием «аль-Кудат ас-Саб‘а» – «Семь кади».
В исламской цивилизации институт кадия был не просто административной должностью, а одним из важных общественных институтов, служивших обеспечению справедливости и правопорядка. Кади выполнял ответственные функции по рассмотрению споров, вынесению решений на основе норм шариата и защите законных интересов людей.
С распространением ислама в Центральной Азии этот институт также постепенно совершенствовался. Бухара же стала одним из основных центров развития ханафитского фикха.
В источниках целый ряд факихов, живших в Бухаре и пользовавшихся уважением среди народа благодаря своим глубоким знаниям, благочестию, честности и приверженности справедливости, упоминается под названием «Семь кади».
Речь идёт не о семи кадиях, живших одновременно, а о цепи учёных, которые в разные периоды занимались фикхом и судебной деятельностью и оставили после себя богатое научное наследие. То обстоятельство, что их могилы находятся в историческом комплексе «Чор-Бакр» в Бухаре, ещё более повышает историческое значение этого места.
По этой причине комплекс также известен в народе под названием «Мазарат аль-Кудат ас-Саб‘а» – «Мавзолеи семи кади».
Одной из наиболее примечательных особенностей истории «Семи кади» является то, что во главе этой цепи стоит имя великого факиха Абу Джафара аль-Уструшани, происходившего из региона Уструшаны.
Его полное имя – Абу Джафар Мухаммад ибн Амр (Умар) ибн Сулейман аш-Шу‘аби аль-Уструшани. Точная дата рождения учёного неизвестна. В источниках годом его смерти указываются 400/1010 или 404/1013 годы.
Абу Джафар аль-Уструшани получил начальное образование на своей родине, в Уструшане. Позднее он прибыл в Бухару, где занимался судебной деятельностью и стал одним из выдающихся факихов своего времени.
В его научном становлении важную роль сыграли взаимные связи таких крупных центров знаний, как Уструшана, Бухара и Багдад. Первым наставником учёного был его дядя Лукман ибн Шу‘айб ибн Сулейман аль-Уструшани.
Позднее он обучался у известного бухарского факиха Абу Бакра Мухаммада ибн Фадля аль-Камари аль-Бухари, а также у великого багдадского ханафитского учёного Абу Бакра Ахмада ибн Али ар-Рази аль-Джассаса.
Уже сама цепь учителей одного учёного показывает, насколько широко в то время были налажены обмен знаниями и интеллектуальные связи между Мавераннахром и исламским миром.
Научное наследие Абу Джафара аль-Уструшани также весьма значительно. Ему приписываются такие труды по фикху, как «аль-Джами‘ аль-Кабир», «аз-Зиядат» и «Кифаят аш-Ша‘би».
Особое значение имеет «Кифаят аш-Ша‘би», считающийся одним из важных источников для изучения развития ханафитского фикха в Мавераннахре. Рукописные копии этого произведения, хранящиеся в Институте востоковедения имени Абу Райхана Беруни Академии наук Республики Узбекистан, также свидетельствуют о его научной ценности.
Ещё один известный представитель цепи «Семи кади» – Абу Зайд ад-Дабуси. Его полное имя – Абу Зайд Убайдуллах ибн Умар ибн Иса ад-Дабуси.
Учёный родился в селении Дабусия, расположенном между Бухарой и Самаркандом, и в эпоху Караханидов занимал должность кади. Поэтому в источниках он также упоминается под именем «Кади Зайд».
Одной из особенностей научной деятельности ад-Дабуси, сделавшей его знаменитым, было систематическое изучение различий между правовыми взглядами в рамках направления «‘ильм аль-хилаф» – науки о разногласиях в правовых вопросах.
С точки зрения современного правоведения особенно интересны принципы сопоставления различных правовых позиций, анализа их аргументации и формирования обоснованного вывода по конкретному вопросу.
Особое значение в этом отношении имеет труд учёного «Та’сис ан-Назар». В нём внимание уделяется теоретическому анализу вопросов фикха и сопоставлению различных правовых позиций.
Абу Зайд ад-Дабуси умер в 430/1039 году и был похоронен в мавзолее «Кудат ас-Саб‘а».
Другие учёные, упоминаемые в составе «Семи кади», также оставили заметный след в развитии правового мышления Мавераннахра.
Особое место среди них занимает Абу Ибрахим Исмаил ибн Мухаммад ибн Абдуллах аль-Мустамли аль-Бухари. Этот учёный, живший в 358/968–434/1043 годах, глубоко знал науки фикха и суфизма. Его труд «Шарх ат-Та‘арруф» считается одной из важных частей его научного наследия.
Бади‘ ад-Дин Ахмад ибн Умар аль-Бухари жил в XII веке и известен своим произведением «Фатава Бади‘ ад-Дин».
Захир ад-Дин Мухаммад ибн Ахмад аль-Бухари занимал должности кади и мухтасиба Бухары. Учёный умер в 619/1222 году. Ему принадлежат такие труды, как «аль-Фаваид аз-Захирийя» и «аль-Фатава аз-Захирийя».
Ахмад ибн Амр ибн Муса аль-Бухари также упоминается как один из учёных, занимавших должность кади в Самарканде и Бухаре.
В качестве седьмого представителя цепи встречается имя аз-Завзани. Однако поскольку под этим нисба были известны несколько учёных, вопрос о том, кто именно входил в состав «Семи кади», требует дополнительного источниковедческого исследования.
Это свидетельствует о том, что данная тема всё ещё имеет аспекты, которые недостаточно изучены.
Интересно, что в исторических источниках встречаются различные сведения и о количестве учёных, входивших в состав «Семи кади».
В труде Му‘ина аль-Фукара «Тарих-и Муллазаде» приводятся сведения о кладбище «Семи кади» Бухары и учёных, похороненных там.
В более поздних исследованиях этот список был расширен, и в научный оборот также вошло понятие «Кудат Тис‘а» – «Девять кади».
Арабский исследователь Субхи Джамиль аль-Хайят, опираясь на труд Шаха Валиуллаха ад-Дихляви «аль-Инсаф», также относит к числу великих правоведов Бухары таких учёных, как Абу-ль-Юср аль-Баздави, Фахр аль-Ислам аль-Баздави, Абу-ль-Ма‘али Ахмад аль-Баздави и Кази-хан Узгенди.
Каждый из них внёс значительный вклад в развитие фикха и усуль аль-фикха в Мавераннахре.
Таким образом, термин «Семь кади» может выступать не столько как строго закрытый список, сколько как понятие, обозначающее историческую традицию, сформировавшуюся в правовой и научной среде Бухары.
Изучение истории «Семи кади» открывает ещё одну важную истину: в Средние века наука и знания не ограничивались рамками одного города или региона.
Уструшана, Бухара, Самарканд, Дабусия и Фергана образовывали единое взаимосвязанное научно-культурное пространство.
Абу Джафар аль-Уструшани, получив образование в Уструшане и продолжив деятельность в Бухаре; Абу Зайд ад-Дабуси, происходивший из Дабусии и получивший известность в научной среде Бухары; связь с этой цепью таких учёных, как Баздави и Кази-хан Узгенди, – всё это яркие примеры интеллектуальной мобильности того времени.
В этом смысле феномен «Семи кади» рассказывает не только о самой Бухаре. Он показывает, каким образом формировалось и развивалось правовое мышление во всём Мавераннахре.
В эпоху Первого Ренессанса и последующие столетия в Мавераннахре были достигнуты выдающиеся результаты в различных областях науки и знаний. В рамках этого процесса фикх и правовое мышление также сформировали прочную научную основу.
Цепь «Семи кади» является одним из важных проявлений этого процесса.
В жизни и трудах этих учёных важное место занимали вопросы справедливости, правопорядка, регулирования отношений между людьми и разрешения споров на основе научного знания.
Поэтому изучение наследия «Семи кади» – это не только исследование биографий исторических личностей. Через это наследие можно понять, каким образом в Центральной Азии формировались научные основы правовой культуры и представлений о справедливости.
Сегодня большое значение имеют глубокое изучение рукописей, связанных с этими учёными, восстановление их цепей «учитель – ученик», сравнительный анализ сведений из различных источников и широкое представление их научного наследия общественности.
Ведь «Семь кади» Бухары – это история не одной эпохи и не одного города. Это яркое выражение многовековой традиции справедливости, науки и правового мышления, сформировавшейся в Мавераннахре.
Автор: Муслим Атаев, доктор исторических наук (DSc), iccu.uz
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Иман 
Молитва 
Голодание 
Закот 
Хадж 
Коран 
Уроки Ислама 
Контакт 