27 Сентябрь, 2026, 16 Раби ас-сани, 1448
27 Сентябрь, 2026, 16 Раби ас-сани, 1448
Хургронье был не просто ученым-исследователем, но и человеком, чья жизнь напоминала шпионский роман, разрываемый между верой и обманом, оставившим неизгладимый след в истории исламских и западных исследований.
Как сообщает IQNA со ссылкой на "Аль-Джазиру", в девятнадцатом веке в голландской семье, чья история была связана с бегством и бесчестием, родился ребенок. Его звали Кристиан Снук Хургронье, и это имя быстро стало самым скандальным в истории голландского востоковедения.
Кристиан Снук Хургронье родился в 1857 году в Аустерхауте, Южная Голландия, и начал свое университетское образование в Лейденском университете в 1874 году, изучая теологию. Он получил докторскую степень в 1880 году, защитив диссертацию на тему «Обряды и праздники Мекки», и вскоре, в 1881 году, начал работать преподавателем в Образовательном институте колониальной службы Нидерландов, где и зародился его интерес к исламским и арабским культурам.
Хургронье свободно владел арабским языком, что впоследствии позволило ему выполнить беспрецедентную в западной истории миссию. Как востоковед, он отправился в Мекку и Медину под видом мусульманина, чтобы изучить жизнь мусульман изнутри.
С юности он интересовался не только теологией и арабским языком, но и был очарован миром ислама, настолько, что впоследствии под псевдонимом Абдул Гаффар аль-Ляйдени (от названия голландского города Лейден) отправился в самое сердце Мекки. Там он жил среди паломников, тайно фотографировал Каабу и скрывал свою личность. Это приключение больше напоминало шпионский роман, чем жизнь ученого-исследователя.
«Абдул Гаффар»: шпионаж в Мекке
28 августа 1884 года Снук, 27-летний голландец, прибыл в Джидду для выполнения двойной миссии: академических исследований и шпионажа для правительства Нидерландов. Его миссия заключалась в наблюдении за индонезийскими паломниками и изучении их связей с учеными Мекки, из страха, что они могут возглавить антиколониальные восстания.
Чтобы обойти строгие религиозные ограничения, Хургронье выбрал для себя арабское имя «Абдул-Гаффар». Он пошел еще дальше и выбрал себе раба, как это делали богатые паломники того времени, чтобы никто не сомневался в его искренности.
Он также с чрезвычайной тщательностью изучил исламские ритуалы и обычаи и завоевал доверие правителя Османа-паши, местных судей и ученых. 21 января 1885 года ему было разрешено войти в Мекку, где он провел семь месяцев, участвуя в молитвах и ритуалах жителей этого города и встречаясь с учеными, муфтиями и обычными людьми.
Кристиан носил с собой 4-килограммовую камеру, с помощью которой фотографировал Каабу, Масджид аль-Харам и части города. Он также сделал первую аудиозапись чтения Корана, относящуюся к «Суре ад-Духа», изнутри Масджид аль-Харам и отправил эти редкие документы в библиотеку Лейденского университета, и таким образом эти документы стали беспрецедентным источником информации об обществе, архитектуре и религиозных обрядах Мекки.
Он был настолько искусен в перевоплощении, что многие чувствовали, что он один из них. Но за этим научным лицом правда оставалась неизменной; человек, носивший имя «Абдул-Гаффар», был не раскаявшимся паломником, а востоковедом-шпионом, который все наблюдал и записывал. Мекка, в которую он когда-то вошел, не вошла в его сердце так, как вошла в его информационные записные книжки.
Дар аль-Ислам против Дар аль-Харб
Хургронье изучал отношения между мусульманами и колониализмом, сосредоточившись на вопросе Дар аль-Ислама и Дар аль-Харба. Он считал, что такие земли, как Британская Индия и Голландская Ост-Индия, теоретически находятся в сфере Дар аль-Ислама, но управляются немусульманами.
Его взгляды отличались от взглядов Уильяма Хантера, поскольку он считал восстание мусульман в Индии религиозно нелегитимным. Однако Хургронье полагал, что фетвы и исламские законы нельзя так упрощать с политической точки зрения, и мусульмане могут действовать в зависимости от политических условий и своей способности к сопротивлению.
Хургронье говорит: "Все земли за пределами границ Дар аль-Ислама полностью являются Дар аль-Харбом и становятся Дар аль-Исламом, как только позволяют обстоятельства. Настоящие идолопоклонники должны обратиться в ислам, но те, кто выбирает религии, признанные в исламском праве, обязаны признать исламское правление."
Роль Хургрунье в колониальной политике
После Мекки Хургрунье стал советником голландского правительства в Голландской Ост-Индии и сыграл центральную роль в Ачехской войне (1914-1973 гг.). Он использовал свои знания об исламской культуре, чтобы завоевать расположение местной элиты и уменьшить вооруженное сопротивление, делая упор на организованный шпионаж и контроль над элитой, а не на прямые насильственные репрессии.
Затем он вернулся в Нидерланды, чтобы занять профессорскую должность в Лейденском университете, где преподавал арабский язык, ачехский язык и исламское образование. Он продолжал публиковать свои исследования, которые сделали его видным авторитетом в исламских и арабских исследованиях во всем мире.
Кристиан родился в церковной семье, запятнанной скандалом. Его отец, священник, сбежал с дочерью другого священника, оставив свою беременную жену. Кристиан вырос в тени греха и стыда, но интересовался знаниями.
Сначала он изучал теологию, затем увлекся арабским языком и исламом и настолько погрузился в них, как будто искал альтернативную идентичность.
Его похороны сопровождались поразительным противоречием. Он был похоронен по исламским обрядам, в простой могиле и без присутствия жены и дочери.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Есть события, которые принято называть историческими — и большей частью это звучит как дежурный комплимент. Но бывают случаи, когда это определение точно соответствует действительности, peterburg-news.ru. Судите сами:
9 июля 2026 года участники Первого международного форума по исламской цивилизации подписали коллективное Обращение на имя Президента Узбекистана Шавката Мирзиёева. Под этим документом поставили подписи руководители авторитетных международных организаций, министры, муфтии, выдающиеся учёные, а также представители университетов, научно-исследовательских институтов, библиотек, музеев и культурных учреждений более чем пятидесяти стран. То есть это совсем не конференция узкого круга специалистов. Это — консенсус мирового интеллектуального сообщества.
Участники не стали скромничать в оценках. В Обращении прямо сказано, что Первый международный форум по исламской цивилизации «вышел за рамки традиционного международного научного мероприятия» и «стал знаковым событием исключительной важности».
Форум проходил четыре дня — и всё это время, как отмечают его участники, «под пристальным вниманием мирового сообщества». Площадками для проведения были выбраны три исторических города Узбекистана: Ташкент, Самарканд и Термез — и это решение было отнюдь не случайным. По мнению подписантов, именно на этой земле «на протяжении многих веков процветали великие центры знаний и создавались фундаментальные труды», внёсшие вклад в богословие, философию, медицину, математику и астрономию. Идеи, изменившие ход мировой цивилизации, рождались здесь — и отсюда расходились по всему миру.
Девиз Форума — «Мир, толерантность и просвещение». Три слова, за которыми стоит вполне конкретная позиция: наследие исламской цивилизации есть неотъемлемая часть общечеловеческого достояния, и относиться к нему следует именно так — бережно, серьёзно и без идеологических искажений.
Чтобы понять масштаб произошедшего, нужно вернуться почти на десятилетие назад.
В сентябре 2017 года, выступая на 72-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН, Шавкат Мирзиёев выдвинул инициативу о создании Центра исламской цивилизации в Узбекистане. Участники Форума называют эту инициативу «одной из наиболее значимых международных гуманитарных инициатив последнего десятилетия» и «поворотным моментом» в осмыслении культурного наследия региона.
Прошло почти девять лет. И сегодня то, что начиналось как идея, произнесённая с трибуны ООН, превратилось в работающую институциональную реальность. Центр исламской цивилизации в Узбекистане, по оценке участников Форума, превращается «не только в научно-образовательное учреждение мирового уровня, но и в авторитетную международную площадку», объединяющую государства, организации, учёных, университеты, библиотеки и музеи.
Это редкий случай, когда декларация на высоком уровне действительно обрастает плотью.
В Обращении перечислен целый ряд учреждений, созданных или обновлённых в Узбекистане в рамках этой политики. Вот они:
• Центр исламской цивилизации в Узбекистане
• Обновлённый мемориальный комплекс имама аль-Бухари
• Международный научно-исследовательский центр имени имама аль-Бухари
• Международный научно-исследовательский центр имени имама аль-Матуриди
• Международный научно-исследовательский центр имени имама ат-Тирмизи
• Международная исламская академия Узбекистана
• Ташкентский исламский институт имени имама аль-Бухари
За каждым наименованием— инфраструктура, кадры, исследовательские программы. Участники Форума расценивают всё это как «убедительное свидетельство последовательной государственной политики», направленной на сохранение исторической памяти и развитие фундаментальной науки.
Было бы ошибкой воспринимать всё происходящее лишь как культурный или религиоведческий проект. Участники Форума формулируют задачу значительно шире.
В Обращении прямо говорится: в различных частях мира «предпринимаются попытки исказить гуманистическую сущность ислама, противопоставить культуры и цивилизации друг другу, умалить огромный вклад мусульманских учёных в развитие мировой науки и культуры». И именно на этом фоне узбекская инициатива была названа «конструктивным путём, основанным на просвещении, научном познании и уважении к исторической правде».
Иными словами, речь идёт о том, что можно назвать мягкой силой в самом точном смысле этого понятия: не противостояние, а знание. Не пропаганда, а наука. Не конфронтация цивилизаций, а их диалог.
«Именно через знание, историческую память и объединение интеллектуального потенциала народов укрепляется взаимное доверие между государствами, повышается эффективность противодействия экстремизму, радикализму и нетерпимости», — говорится в документе.
Форум принял два итоговых документа: Декларацию и Дорожную карту по сохранению, изучению и развитию исламской цивилизации. Оба документа получили «полную поддержку» подписантов Обращения.
Но, пожалуй, самое важное — это то, что было анонсировано на будущее. Участники Форума заявили о намерении выдвинуть инициативу о создании Всемирного альянса исламской цивилизации. Его задачи очерчены достаточно конкретно: координация совместных исследовательских программ, подготовка специалистов, расширение академического обмена, международные издательские инициативы, сохранение культурного наследия.
Всё это вписывается в концепцию, которую в Обращении называют Третьим Ренессансом — идеей интеллектуального и духовного возрождения, которая, по замыслу её авторов, должна стать ответом на вызовы нынешней эпохи.
Насколько эта идея реализуема — покажет время. Но то, что за ней стоит реальная институциональная работа, а не просто красивые слова, — это уже факт.
Узбекистан — страна с трёхтысячелетней историей цивилизации. Так говорится в финале Обращения. И это не преувеличение: Самарканд, Ташкент, Термез — города, чьи имена вписаны в историю мировой науки задолго до того, как большинство европейских университетов было основано.
То, что именно отсюда в 2026 году прозвучал призыв к объединению мирового интеллектуального сообщества вокруг наследия исламской цивилизации, — логично. Возможно, даже закономерно.
Другой вопрос — воспримет ли мир этот призыв всерьёз. Судя по подписям под Обращением — представителей пятидесяти с лишним стран — первый шаг уже сделан.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Иман 
Молитва 
Голодание 
Закот 
Хадж 
Коран 
Уроки Ислама 
Контакт 