Фильм «Во имя Бога» или «Бисмиллах» — это не просто историческое кинопроизведение, а живое свидетельство периода, когда Советский Союз, используя культурные инструменты, развернул масштабную идеологическую войну против религии и местных традиций в Азербайджане. Этот фильм показывает, как кино и искусство могут стать идеологическим оружием.
Как сообщает IQNA со ссылкой на веб-сайт "Общество и культура народов", немой фильм «Бисмиллах», снятый в 1925 году, в этом году отмечает столетие своего создания. Это произведение, выходящее за рамки исторического кинематографического опыта, стало важным инструментом на службе антирелигиозной политики и идеологической пропаганды Советского Союза в Азербайджане.
Этот фильм — яркая иллюстрация этапа, когда театр, литература и кино использовались в проекте секуляризации и ослабления института религии.
Немой фильм «Бисмиллах», который в этом году отмечает столетие своего создания, является не только поворотным моментом в истории азербайджанского кино, но и одним из самых ярких примеров использования Советским Союзом культурных и художественных инструментов для продвижения идеологических целей.
Этот 57-минутный фильм, снятый Аббасом Мирзашарифовым в 1925 году, находится на пересечении театра, пропаганды и зарождающегося кинематографа той эпохи. Основная тема фильма — критика религиозного фанатизма, демонстрация коллективного невежества и изображение негативного образа духовенства и религиозных традиций. Эти темы полностью соответствовали официальной политике Советского Союза по продвижению секуляризма и снижению влияния религии в мусульманских обществах.
Для советского руководства влияние религии в мусульманских общинах Кавказа, особенно в шиитской общине Азербайджана, было одним из главных препятствий для идеологического господства. Поэтому была реализована многоуровневая политика по ослаблению института религии и замене его «новым социалистическим сознанием».
На первом этапе, вместо прямых репрессий, советское правительство вступило на поле боя, создав широкое движение «пропаганды безбожия».
Были активизированы такие институты, как Союз безбожников, издавались антирелигиозные журналы и книги, а культурные инструменты, такие как театр и кино, были поставлены на службу идеологии.
Советское правительство привлекло часть выдающихся азербайджанских интеллектуалов и писателей для обслуживания своих пропагандистских целей.
Нариман Нариманов, видный политик и писатель, считал кино самым мощным пропагандистским инструментом для неграмотных людей. Фильм был заказан Комиссией по земельным делам и снимался в разных регионах страны, чтобы проникнуть в религиозные села и города.
В этом фильме духовенство изображается в негативном свете, религиозное невежество осуждается, а освобождение крестьян изображается с точки зрения «революционной справедливости». Использование реальных кадров церемонии Ашура в Баку, документальная съемка, игра местных актеров и театральный тон фильма сделали его идеологическое послание очень эффективным.
Пропагандистская политика Советского Союза в 1920-е годы в следующем десятилетии переросла в прямые репрессии.
Исторический парадокс той эпохи заключается в том, что Аббас Мирзашарифов, тот самый режиссер, который снял фильм «Бисмиллах» на службе советской пропаганды, сам стал жертвой этих репрессий. В 1938 году он был арестован по обвинению в шпионаже в пользу Ирана и после короткого судебного разбирательства был казнен.
В противовес этой политике такие личности, как Ахунд Мохаммад Пишнамаздаде, сыграли важную роль в защите религиозной идентичности общества.
Фильм «Бисмиллах» — это не просто историческое кинопроизведение, а живое свидетельство периода, когда Советский Союз, используя культурные инструменты, развернул масштабную идеологическую войну против религии и местных традиций в Азербайджане. Этот фильм показывает, как кино и искусство могут стать идеологическим оружием.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
В Мекке отметили 100 совершения намаза с одним имамом - без деления на несколько групп. Ровно сто лет назад в 1926 году король Абдель Азиз положил конец разделению на общины и восстановил единую молитву в Заповедной мечети. Ранее на протяжении многих веков в Большой мечети было четыре отдельных молельных зала, и представители каждой богословско-правовой школы молились по очереди со своим имамом.
Первыми молились шафииты, за ними — ханафиты, маликиты и ханбалиты. Это означало, что в Хараме одна и та же молитва повторялась несколько раз в день. Такая система сосуществования нескольких общин сохранялась сотни лет. Это началось примерно в V–VI веках по календарю хиджры и продолжалось при разных правителях вплоть до начала XX века, передает интернет-ресурс “Исламская столица”.
Путешественники и историки того времени описывали, как приверженцы каждого мазхаба собирались в своих макамах и молились отдельно. После встречи с учеными из Хиджаза и Неджда было решено объединить всех под началом одного имама. Отдельные молельные места были упразднены, и практика повторных джамаатов прекратилась.
С тех пор для каждой молитвы собирается только одна группа, а в Хараме больше нет отдельных секций.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана