Образовательные инициативы Узбекистана в Турции и Саудовской Аравии: Центр исламской цивилизации на международной трибуне
Группа узбекских учёных во главе с директором Центра исламской цивилизации Фирдавсом Абдухаликовым посетила Турцию и Саудовскую Аравию, где приняла участие в ряде конференций, «круглых столов», презентаций и выставок и провела плодотворные переговоры, сообщает корреспондент ИА «Дунё».
В состав делегации вошли директор Государственного музея истории Узбекистана Жаннат Исмаилова, заместитель директора Национального агентства «УзАрхив» Шерзод Содиков и старший научный сотрудник агентства Насриддин Мирзаев.
Центральным событием поездки в Турцию стал международный симпозиум, посвящённый 100-летию Управления национальных дворцов этой страны, прошедший в Стамбуле. В нём приняли участие более 50 докладчиков и около 300 участников из 37 стран, которые обсудили современные подходы к музейному делу и сохранению культурного наследия.
На открытии транслировалось видео-обращение Президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана. Участников приветствовали вице-президент Джевдет Йылмаз, директор Национальных дворцов Турции Ясин Йылдыз и другие официальные лица. Было подчёркнуто, что передача дворцов Османской империи в государственную собственность в 1925 году по инициативе Мустафы Кемаля Ататюрка стала основой формирования системы национальных дворцов.
Узбекские ученые выступили на форуме с докладами о сохранении и широкой популяризации культурного наследия в нашей стране.
В частности, в своем докладе Фирдавс Абдухаликов рассказал о миссии Центра исламской цивилизации, концепции музейных экспозиций и международных научных исследованиях, проводимых в рамках крупного авторского и образовательного проекта Президента Узбекистана Шавката Мирзиёева.
– Центр исламской цивилизации в Узбекистане создан по инициативе Президента Шавката Мирзиёева. Главная цель Центра – изучение исламского просвещения и доведение наследия предков до нынешних поколений и мировой общественности. Музейные экспозиции Центра сформированы на основе современных требований, обогащены научными исследованиями и инновационными проектами. «Кроме того, экспозиции центра создаются совместно с местными и зарубежными специалистами, а образ наших великих предков воплощается в жизнь в музее с помощью искусственного интеллекта, — отметил Фирдавс Абдухоликов.
На конференции был показан видеоролик о деятельности Центра. В нем представлена информация о развитии Центра за последние годы, его научных исследованиях и музейных экспонатах, а также проектах, реализуемых совместно с местными и зарубежными экспертами.
– По инициативе Президента в Узбекистане проводится значительная работа по демонстрации весомого вклада узбекского народа в мировую историю и культуру. Поэтому изучение опыта зарубежных стран играет важную роль. В этом смысле наш визит в Турцию стал запоминающимся и полезным. Внимательно ознакомившись с экспонатами культурного наследия Узбекистана в турецких музеях и библиотеках, мы ещё больше убедились в тесной взаимосвязи культуры, истории и судеб двух народов, – отметила Жаннат Исмаилова, директор Государственного музея истории Узбекистана.
В рамках визита состоялась встреча с главой Центра исследования исламской истории, искусства и культуры (IRCICA) Махмудом Эролом Кылычем. Он отметил, что Узбекистан занимает лидирующие позиции среди 57 стран по сохранению исламской культуры и наследия, а Центр, как крупный мегапроект, реализуемый по инициативе Президента, имеет большое значение для всего исламского мира. Также было объявлено, что IRCICA готовит специальную книгу-альбом о духовно-образовательных реформах в Узбекистане. Он отражает фундаментальные изменения последних лет, совместную деятельность и будущие проекты.
Важной частью визита стало знакомство делегации с фондом редких рукописей библиотеки Сулеймания. По словам председателя Отдела турецких рукописей Джошкина Йылмаза, здесь в современных условиях хранится более 200 тысяч рукописей, большинство из которых относится к историческому наследию Узбекистана. Узбекские и турецкие специалисты на протяжении многих лет плодотворно сотрудничают в области изучения и популяризации рукописей.
После визита в Турцию директор Центра Фирдавс Абдухаликов по приглашению Генерального секретаря Всемирной исламской лиги совершил рабочую поездку в Мекку (Саудовская Аравия).
Здесь руководитель Центра принял участие в презентации новой электронной платформы MWL, запущенной Лигой. Цель платформы – оцифровка исламского наследия, укрепление научного сотрудничества и представление мировой аудитории источников и исследований по исламской цивилизации. В презентации приняли участие представители многих международных научных и религиозных организаций.
Фирдавс Абдухаликов также встретился с генеральным секретарем Всемирной исламской лиги Абдулкаримом аль-Иссой. В ходе переговоров обсуждались такие направления, как двустороннее сотрудничество между Центром исламской цивилизации в Узбекистане и Лигой, совместные исследования, оцифровка источников, организация международных конференций и выставок, а также обмен опытом между специалистами.
В завершение встречи стороны выразили готовность расширять стратегическое сотрудничество и выводить взаимовыгодные проекты на новый уровень.
Проведенные в Турции и Саудовской Аравии встречи позволили раскрыть значение Центра исламской цивилизации на международной арене. Встречи в Стамбуле предоставили возможность укрепить научно-практическое сотрудничество, создать совместные проекты и обменяться информацией, а запуск электронной платформы MWL в Мекке ознаменовал новый этап на пути к оцифровке исламского наследия и глобальной научной интеграции.
Оба визита закрепили стратегические шаги Узбекистана в области образовательной дипломатии, научного сотрудничества и популяризации наследия исламской цивилизации в мире.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Американский исследователь: Определяющая роль Хадиджы (мир ей) в истории ислама
Декан факультета изящных искусств Техасского университета в Тарлтоне (Tarleton State University), в своей книге исследовавший роль и влияние Хадиджы (мир ей), супруги Пророка ислама (с.а.с.), в становлении раннего ислама, заявил: "Именно Хадиджа (мир ей), а не его дядя Абу Талиб, сыграла более важную роль в поддержке и защите Пророка (с.а.с.)».
10-е число месяца Раби аль-авваль — это не просто дата в календаре, а точка отсчета одного из самых важных союзов в истории человечества. В этот день связь между Пророком (с.а.с.) и Хадиджей (мир ей) стала не просто браком, а стратегическим союзом, заложившим первые основы исламской цивилизации в суровых условиях Мекки.
Этот союз, в котором богатство и статус Хадиджи (мир ей) стали опорой для миссии Пророка (с.а.с.), позволил нести тяжкое бремя откровения в годы одиночества и изгнания ислама, становясь исцелением для сердец верующих.
Имран Икбал аль-Бадави, декан факультета изящных искусств Техасского университета в Тарлтоне, в своей книге *«Королевы и пророки: как знатные арабские женщины и святые мужи формировали язычество, христианство и ислам»*, бросает вызов традиционным нарративам о Хадидже (мир ей), представляя ее как ключевую фигуру в религиозных и культурных преобразованиях Аравии VI–VII веков.
В главе под названием «Хадиджа, Мухаммад и противостояние христианства и язычества» он описывает Хадиджу (мир ей) не просто как жену Пророка, а как могущественную аристократку Мекки, чье экономическое влияние и смелое противостояние патриархальным нормам сыграли решающую роль в формировании послания раннего ислама. Эта глава также исследует, как поддержка Хадиджи (мир ей) позволила Пророку (с.а.с.) противостоять господствующей в Мекке политеистической системе.
Ниже представлен перевод интервью Имрана Икбала аль-Бадави Международному кораническому информационному агентству (IQNA):
IQNA: В вашей книге Хадиджа (мир ей) представлена не просто как поддерживающая супруга, а как историческая фигура, изменившая ход событий. Как этот образ дополняет или оспаривает традиционные исламские нарративы о ее роли?
Представляя Хадиджу (мир ей) в таком ключе, я преследую две основные цели.
Во-первых, она принадлежит к древнему ряду знатных женщин, которые формировали историю, культуру и религию Аравии и Ближнего Востока. К ним относятся королевы, прорицательницы, воительницы, главы племен и другие выдающиеся личности. Некоторые из этих женщин были связаны с прототипами божественности, которые позже были использованы и переосмыслены авраамическими религиями.
Во-вторых, арабские источники, включая повествования сиры (жизнеописания), не отдают должного Хадидже (мир ей). В профессиональных и личных отношениях с Мухаммадом (с.а.с.), как до начала миссии, так и в начале пророческого периода, она была более доминирующим партнером. Кроме того, эти источники страдают от дисбаланса: они приуменьшают христианское и «правоверное» происхождение семьи Хадиджи (мир ей), одновременно идеализируя семью Мухаммада (с.а.с.), которая была языческой. Я убежден, что Хадиджа (мир ей) сыграла куда большую роль в защите Пророка, чем его дядя Абу Талиб.
IQNA: Учитывая, что ранние исламские источники представляют собой смесь биографий, агиографий (святых преданий) и устных рассказов, как вы при изучении таких фигур, как Хадиджа (мир ей), проводите границу между историческим фактом и интерпретативными слоями?
Чтобы поставить Хадиджу (мир ей) в центр повествования и при этом предложить более историчный взгляд, я учел несколько критериев. Моя книга разъясняет, что средневековые отчеты сиры и хадисов по сути больше связаны с формированием идентичности, чем с фиксацией исторических фактов.
В сообщениях о Хадидже (мир ей) много литературных приемов и противоречий, включая использование полемических доводов, преувеличений, анахронизмов, символизма и поздних вставок. Из-за нехватки документальных свидетельств о самой Хадидже (мир ей), мой портрет основан на существующих моделях поведения знатных арабских женщин той эпохи, о которой у нас имеются доказательства.
IQNA: Вы делаете акцент на экономическом и социальном могуществе Хадиджи (мир ей). Как ее статус помог Пророку в продвижении ислама в патриархальном обществе Мекки?
Бесспорно, это так. Согласно источникам, Абу Талиб, дядя Пророка, уже не был в состоянии поддерживать его и даже поощрял его искать работу в другом месте. Хадиджа (мир ей) спасла его от перспективы нищеты и нестабильности — особенно в то время, когда Мухаммад (с.а.с.) был молодым человеком, пережившим сиротство.
Она также была его лучшим спутником и, весьма вероятно, играла для него роль, близкую к материнской. Источники также показывают, что Хадиджа обладала смелым и решительным духом: она уверенно действовала в противостоянии с мужчинами Курайша. Одним из примеров такой конфронтации была ситуация с дядями Мухаммада, которые были против их брака, но она одержала верх в этом противостоянии.
IQNA: В этой версии повествования важное место занимает Варака ибн Науфаль. Как вы считаете, свидетельствует ли его роль о некоторой богословской преемственности между христианством и ранним исламом или же она носит преимущественно символический характер?
Исследованию связи между христианством поздней античности и возникновением ислама и Корана посвящено множество работ.
В Аравии обнаруживается всё больше эпиграфических и археологических свидетельств того, что христианство было широко распространено в этом регионе еще до появления ислама.
Даже в арабских источниках встречается множество признаков и упоминаний христианских персонажей, мест и символов в обществе эпохи Пророка Мухаммада (с.а.с.).
Однако трудно с уверенностью сказать, насколько сильно Варака повлиял на Мухаммада (с.а.с.). Этому вопросу посвящены отдельные исследования.
Вместе с тем сира Пророка ясно свидетельствует о присутствии христианских святых и духовных лиц в окружении Мухаммада (с.а.с.). Это вновь связывает данную тему с Хадиджей (мир ей), поскольку Варака ибн Науфаль был ее двоюродным братом.
IQNA: Вы помещаете свое повествование в более широкий контекст религиозных преобразований поздней античности. Как история Хадиджи (мир ей) отражает более масштабные изменения на Аравийском полуострове в вопросах власти, религиозных убеждений и гендерных ролей?
Как я показываю в своей книге, в Аравии существовала длительная и непрерывная традиция «знатных женщин» — женщин, обладавших широкими полномочиями и значительным влиянием в обществе.
Они могли самостоятельно править, участвовать в войнах и заниматься торговлей.
Я утверждаю, что завоевание римлянами этих территорий примерно в 106 году н. э., а также распространение христианства и иудаизма в III–IV веках усилили патриархальные модели поведения в Аравии, в том числе в военной сфере.
На протяжении всего периода, известного как поздняя античность, власть знатных арабских женщин постепенно ослабевала. Более того, они всё чаще передавали свои полномочия мужчинам, которым доверяли, особенно святым мужам и религиозным деятелям.
Три главных примера, которые я рассматриваю для демонстрации этого исторического процесса, — Зенобия, царица Пальмиры, умершая в 274 году н. э.; Мавия, царица танухов, умершая примерно в 425 году; и Хадиджа (мир ей), знатная женщина из племени Курайш, умершая в 619 году.
IQNA: Учитывая ваш большой интерес к переосмыслению роли женщин в истории религий, какой вывод, по вашему мнению, должны сделать читатели вашей книги, особенно мусульмане, из вашего нового взгляда на Хадиджу (мир ей)?
В заключительной части книги я представил многочисленные выводы и уроки, касающиеся чрезвычайно важной роли знатных арабских женщин в формировании истории.
Однако в отношении Хадиджи (мир ей) необходимо напомнить о нескольких важных моментах.
Во-первых, самые продолжительные близкие отношения и деловое партнерство основателя ислама были связаны именно с женщиной — Хадиджей (мир ей).
Люди забывают, что Мухаммад (с.а.с.) был ближе к Хадидже (мир ей), чем к Абу Талибу, Абу Бакру или Умару. Кроме того, значительную часть своей жизни он провел с ней — дольше, чем с Аишей или другими своими супругами.
И, наконец, что важнее всего, гендерные отношения в современном исламе не были чем-то неизбежным или заранее предопределенным. Где сегодня в исламе место традиции брака по образцу Хадиджи? Разумеется, шиитская брачная традиция в большей степени, чем суннитская, сохраняет сходство с этой древней моделью.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана