Неоплатонизм представляет собой идеалистическое направление античной философии, соединяющее и систематизирующее элементы философии Платона, Аристотеля и восточных учений.
Как сообщает портал «Исламосфера», основателем неоплатонизма считается Плотин (ок. 204/205–270) – ученик Аммония Саккаса. Главный труд Плотина – «Эннеады», собранные его учеником Порфирием. Плотин, по сути, свёл свою философию к трём основным темам: Бог/Eдиное, Разум (Нус) и душа. Единое представляет собой Абсолют, Источник всего. Оно не является существом, Единое выше бытия, его нельзя описать, но можно пережить. Мир порождается в результате эманации (излияния) Единого, которая осуществляется в три этапа: сначала появляется ум, затем душа, а на последнем этапе – материя. Цель человека – восхождение души. Душа спустилась в материю, забыв своё божественное происхождение. Задача философа и мистика – вернуться к Истоку через размышление, добродетельную жизнь, интуитивное созерцание и мистическое слияние с Единым.
Неоплатонизм в исламскую мысль проник, главным образом, через труд, известный в исламском мире как «Усулуджийа Аристу» («Теология Аристотеля») и представляющий собой пересказ на арабском языке глав IV–VI «Эннеад» Плотина. Книга была создана сирийским переводчиком Ибн Наимой аль-Химси по заказу знаменитого арабского философа аль-Кинди, который лично отредактировал ее.
«Усулуджйа Аристу» ошибочно приписывался Аристотелю. В целом, в арабских источниках нет упоминаний имени Плотина и информации о его личности. Ибн ан-Надим приводит имя «Флутинус» в главе «Философы-натуралисты» своего «Аль-Фихриста», но не даёт никаких объяснений по его поводу. По мнению ряда исследователей, аш-Шейх аль-Юнани («Греческий шейх»), упоминаемый в ряде арабских источников, это Плотин. Однако личность этого мыслителя, его имя, эпоха, в которой он жил, и его философия остаются неясными для исламских авторов.
Другие труды, способствовавшие проникновению в исламскую мысль идей неоплатонизма, это «Китаб аль-изах фи-ль-хайри аль-махз ли-Аристуталис» неизвестного автора и «Рисаля фи-ль-ильми аль-илахи», содержащий пятую часть «Эннеад» Плотина. Но первая из этих работ ошибочно приписывалась Аристотелю, а вторая – аль-Фараби. Таким образом, в исламском мире идеи Плотина воспринимались как аристотелевские. Поскольку концепция эманации в перечисленных трудах в контексте взаимоотношений Бога и бытия, а также подход к вопросам разума и души противоречат взглядам Аристотеля, изложенным в его работах «Метафизика» и «О душе», то исламские философы предпринимали попытки примирить их.
Уже у аль-Кинди, считающегося первым исламским философом, можно заметить влияние неоплатоников. Но неоплатонические концепция иерархии Вселенной и теория эманаций, получившая название судур, были интегрированы в исламскую метафизику бытия благодаря аль-Фараби и Ибн Сине. Аль-Фараби при этом по праву считается отцом-основателем мусульманского неоплатонизма, а Ибн Сина – величайшим мусульманским философом-неоплатоником. Широко опираясь на неоплатонизм, аль-Фараби объединил птолемеевское понимание вселенной с теорией космических Умов, а Ибн Сина стал пионером в разработке и распространении неоплатонической теории эманации.
Сильное влияние неоплатонизма мы видим также, с одной стороны, у исмаилитского богослова Хамид ад-Дина аль-Кирмани, а с другой стороны, у Шихаб ад-Дина Яхьи ас-Сухраварди и Мухйи ад-Дина ибн Араби. Аль-Кирмани использует разработанную аль-Фараби концепцию Бога и десяти Умов в своей собственной неоплатонической иерархии судур. Сухраварди, известный как Шейх аль-Ишрак («Мастер Озарения»), создал необычайно сложную неоплатоническую иерархию светов (нур), в которой Аллах и другие существующие оцениваются в терминах света. Бог есть Свет светов. От Него эманирует первый свет, от первого света – второй и т.д. В отличие от Сухраварди, Ибн Араби адаптирует неоплатоническую терминологию для обоснования своей концепции Единства Бытия (вахдат аль-вуджуд). Но он не применяет систему эманаций Платона и Фараби. Для описания его идей более точным был бы термин таджалийат (проявления).
Неоплатонизм также нашел свое отражение в трудах Ихван ас-Сафа.
Наибольшее влияние он оказал на теологию исмаилитской школы мысли, одной из трёх основных ветвей шиизма. Исмаилизм приобрел политическое влияние с приходом Фатимидов к власти в Северной Африке и Египте в X–XII веках. Университет аль-Азхар была оплотом исмаилитской (и, следовательно, неоплатонической) мысли вплоть до завоевания Египта Айюбидами.
Вместе с этим не все мусульманские мыслители воспринимали идеи неоплатоников. Часть из них противодействовала проникновению этих идей и выступала с их критикой. В этом отношении примечателен спор, развернувшийся между двумя выдающимися мыслителями исламского мира – Абу Хамидом аль-Газали и Ибн Рушдом.
В своём труде «Тахафут аль-фаласифа» («Опровержение философов») аль-Газали критиковал как неоплатонизм, так и Аристотеля. Он оспаривал представление о вечности Вселенной и пытался доказать математическую нелогичность взглядов неоплатоников. По его мнению, им не удалось доказать единство Всевышнего. Ученый также критиковал неоплатоников по другим фундаментальным и конкретным вопросам, таким как знание Аллаха и Его неизменность, обрушившись на Фараби и Ибн Сину.
Отвечая аль-Газали, Ибн Рушд создал свой «Тахафут ат-тахафут» («Опровержение опровержения»). При этом сам автор не принимал идеи неоплатоников, а только защищал философию как форму мышления, не являющуюся еретической. Ибн Рушд показывал, насколько Фараби и Ибн Сина отошли от подлинной аристотелевской философской доктрины, а иногда и критиковал их.
Смерть Ибн Рушда в 1198 году ознаменовала приближающийся конец великих споров о неоплатонизме в исламской мысли.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
То, что отличает египетскую школу талявата от других направлений чтения Корана — в особенности от стилей, распространенных в странах Персидского залива, — это глубокая связь, которую египетские чтецы установили между принципами и учением талявата Священного Корана и глубоким пониманием музыкальных ладов (макамов).
Как сообщает IQNA, несмотря на то, что Египет является колыбелью искусства талявата в исламском мире, в современном медиапространстве наблюдается «постепенное забвение самобытных школ» и «разрыв между новым поколением чтецов и наследием предшественников». Сегодня некоторые коммерческие и поверхностные чтения вытеснили художественные и глубокие таляваты, а тонкие техники вакафа, ибтида, ляхна и таджвида — результат многовекового опыта египетских мастеров — не находят должного документирования и представления.
В серии репортажей IQNA стремится, заново осмысливая эволюцию этого искусства — от «старой школы» до появления «гениев декламации», одновременно анализируя текущую ситуацию и устанавливая мост между подлинными египетскими техниками и художественными потребностями современной коранической аудитории, чтобы искусство декламации вернулось из «просто имитационного ритуала» в «живой и динамичный поток». Это объясняется тем, что современные изысканные декламации берут свое начало в традиционной египетской школе, и понимание этого исторического процесса имеет важное значение для понимания подлинности декламации. Кроме того, в соответствии с принципами художественного моделирования, знакомство со стилями и новаторством египетских первопроходцев является лучшим примером для молодых декламаторов, позволяющим повысить технический и духовный уровень декламации.
Агентство Al-Mayadeen в репортаже на эту тему пишет: школа чтения Корана Египта — это величественная структура, созданная выдающимися чтецами на протяжении многих поколений. То, что отличает египетскую школу от других направлений — в особенности от стилей, набравших популярность в странах Персидского залива за последнее десятилетие благодаря социальным сетям и спутниковому телевидению, — это глубокая связь, которую египетские чтецы установили между принципами и учением чтения Священного Корана и точным пониманием музыкальных ладов.
Здесь нет ничего общего с пением или обучением игре на музыкальных инструментах. Речь идет скорее о способности чтеца понимать потенциал своего голоса и гортани и соотносить их со смыслом аятов Священного Корана — с благоговением, трепетом и надеждой на раскрытие, победу и райские обители во время чтения. Именно это великие мастера египетской школы таджвида постигли в совершенстве и в чем превзошли всех — будь то природным дарованием или благодаря усердному изучению.
Большинство великих египетских чтецов любили музыку и изучали ее профессионально. Например, шейх Мухаммад Рифат знал произведения Бетховена и Моцарта, а шейх Махмуд аль-Банна профессионально освоил музыкальные лады под руководством шейха Дарвиша аль-Харири — учителя музыки Мухаммада Абд аль-Ваххаба.
В свою очередь, Абд аль-Ваххаб и Умм Кульсум сами стремились к чтецам, чтобы постигнуть искусство пения и музыкальные лады, и поддерживали тесные связи с некоторыми из шейхов.
Имам аль-Хаким в своей книге «Псалмы Корана» (Мазамир аль-Коран) зафиксировал детали этой связи. Со слов сына шейха Мустафы Исмаила он приводит такой рассказ: «Однажды мой отец записывал в здании радио свое еженедельное чтение. Выходя из здания, он был удивлен приходом Умм Кульсум. Увидев его, она подошла к нему, чтобы посоветоваться о только что записанной песне — ей казалось, что в ней что-то не так. Когда мой отец выслушал ее, он указал ей на недочет в той песне».
Абд аль-Ваххаб, всякий раз посещая шейха Мухаммада Рифата, становился его учеником — или, по его собственным словам, «служителем шейха» — и навсегда остался слушателем и почитателем великих чтецов, таких как шейх Мустафа Исмаил и Абд аль-Басит Абд ас-Самад.
Таха Мухаммад Абд аль-Ваххаб — специалист по макамам и голосам, международный судья в Египте и арабском мире, обладатель докторской степени по кораническим ладам, наставник ряда выдающихся чтецов. Он учился у шейхов Мухаммада Рифата и Али Махмуда. Умм Кульсум обучалась у шейхов Абу аль-Ала Мухаммада и Закарии Ахмада — оба были по происхождению чтецами — а также у Усмана Хасана, «отца современной египетской музыки», шейха и чтеца, родившегося в 1800 году.
В этой связи шейх Мухаммад Мутавалли аш-Шаарави предлагает прекрасную классификацию школы талявата в Египте: «Тот, кто стремится к мастерству чтения, пусть слушает шейха аль-Хусари; тот, кто ищет чистоту голоса — шейха Абд аль-Басита; тот, кто ищет смирения (хушу) — аль-Миншави; тот, кто ищет искусства в чтении — шейха Мустафу Исмаила; а тот, кто хочет всего этого сразу, пусть слушает шейха Мухаммада Рифата, ибо он и есть музыкальная школа».
Шейх и мастер чтецов, Мухаммад Рифат, отличался сильным, выразительным и гибким голосом и мог легко декламировать стихи, используя соответствующие музыкальные позиции и манеру исполнения, создавая ощущение, будто он является воплощением коранических стихов.
Сафват Акашех, эксперт по музыкальным макамам, говорит: "Голос шейха Мухаммада Рифата близок к альту, одному из оперных вокальных диапазонов, и состоит из 18 тонов, иногда достигая 21 тона. Он гармонизировал эти тоны друг с другом в стиле музыкальных симфоний, и это очень хорошо видно в его декламации стихов из Корана".
Музыкальный критик Камаль аль-Наджми сказал о шейхе Мустафе Исмаиле: "У него был уникальный, всеобъемлющий и мощный голос, а его знание позиций не имело себе равных среди чтецов, включая шейха Рифата. Однако шейх Мустафа использовал свой голос и знания, чтобы продемонстрировать красоту и чудодейственную природу стихов». Поэтому неудивительно, что Умм Кульсум и Абдул Ваххаб слушали шейха Мустафу Исмаила, завязали с ним личную дружбу и в конечном итоге учились у него мастерству исполнения макамов.
Но голос шейха Абдул Басита Абдул Самада, со своей печалью и смирением, сияет в макаме Саба.
Благодаря силе его голоса и впечатляющему исполнению, покойный режиссер Мустафа Аккад использовал голос шейха Абдул Басита в своем знаменитом фильме «Мухаммад Расулуллах (с.а.с.)» в качестве голоса Билала аль-Хабаши, муэдзина Пророка. Этот азан был уникален благодаря впечатляющему качеству голоса Абдула Басита.
«Искусство «слушания» чтения Корана»
Помимо постижения секретов музыкальных макамов, которые великие мастера школы чтения Корана инстинктивно понимали и которые играли важную роль в мелодичном изображении смысла Священного Корана, шейх Махмуд Аль-Хусари предложил еще одно объяснение распространения египетской школы чтения Корана.
Далеко не предвзятый и не предвзятый по отношению к Египту, Аль-Хусари объясняет это отличие древним и унаследованным египетским обычаем, который, возможно, восходит ко временам фараонов, а именно уникальным обычаям и ритуалам празднования смерти, которые были изменены с приходом ислама в Египет. Так, во время «траурных церемоний» семья покойного прощалась со своим умершим близким, читая Коран, и эта церемония также распространялась на торжества. Потому что, по словам шейха Аль-Хусари, «кто посвятит себя чему-либо, тот преуспеет в этом».
В мире нет чтецов, которые могли бы достичь уровня египетских чтецов. Чтение на похоронах и свадьбах позволило этим чтецам отточить свое мастерство, сделав чтение Корана источником средств к существованию для египетских чтецов.
Что отличает Египет в этом отношении, делая его «столицей чтения Корана», а его чтецов — самыми влиятельными и известными, так это уникальный стиль исполнения. Так, среди зрителей мы видим, как некоторые люди встают, чтобы восхититься чтецом, и кричат или аплодируют в манере, характерной для аудитории чтения Корана в Египте.
Роль этих слушателей не ограничивается выражением своего «удовольствия» от голоса чтеца, но иногда они вмешиваются, чтобы поправить ход чтения. Это явление привлекло внимание американской исследовательницы Кристины Нельсон в её книге «Искусство чтения Корана», в которой она посвящает целую главу этому явлению в египетской жизни, утверждая, что оно «вышло за рамки истории слуха и стало частью ядра религиозного поклонения и частью духа культурных и социальных практик».
Стоит отметить, что Египет был одной из первых стран, начавших трансляцию Священного Корана через первую специализированную кораническую радиосеть, созданную в 1964 году. Шейх Махмуд Аль-Хусари первым записал весь Коран целиком в тертиле. Появление коранического радио способствовало славе людей с исключительными голосами и высоким уровнем мастерства и спасло египетскую школу чтения Корана от исчезновения.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана