05 Сентябрь, 2026, 23 Раби аль-авваль, 1448
05 Сентябрь, 2026, 23 Раби аль-авваль, 1448
Этот вопрос может показаться странным одним и даже неприятным другим. Однако истина, в которой я убедился за годы преподавания Сиры (жизнеописания Пророка), такова: меня неизменно поражает скудость знаний мусульман о своём Пророке — при том, что свидетельство веры «Свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха, и что Мухаммад — Посланник Аллаха» наполовину относится именно к нему, тогда как первая часть обращена к Господу, передает IslamNews.
Я всегда задавался вопросом: как может мусульманин на протяжении многих лет произносить молитвы и благословения в адрес Пророка Мухаммада (мир ему и благословение Аллаха), но при этом не стремиться узнать подробности его жизни, его нрав, слова, наставления и всё, что связано с различными сторонами его бытия? Причём речь идёт не о знакомстве с исторической личностью, а о следовании его примеру и подражании его пути, ведь Всевышний сказал:
«Воистину, в Посланнике Аллаха для вас — прекрасный пример для тех, кто надеется на Аллаха и на Последний день и часто поминает Аллаха» (сура «Аль-Ахзаб», аят 21).
Для мусульманина, желающего говорить о вероучении, призыв к вере и отклик на него уже заложены в жизнеописании Пророка. Что касается законоположений и предписаний, то именно его жизненный путь разъясняет, как эти нормы воплощаются в реальной жизни. В наше время, когда воспитание и нравственные ориентиры заметно ослабли, жизнеописание Пророка остаётся самым искренним и убедительным источником, предлагающим лучшие практические способы воспитания детей и построения здорового общества.
Особая значимость этого жизнеописания проявляется и в вопросах установления справедливого правления, утверждения предписанного Аллахом на земле и обеспечения равенства между людьми вне зависимости от их национальности, вероубеждений и различий. Поэтому жизнь Пророка (мир ему и благословение Аллаха) стала ключом к глубокому пониманию Корана и его практического воплощения, а также к осмыслению того, как божественное откровение формирует человеческую личность.
Ценность жизни Пророка Мухаммада (мир ему и благословение Аллаха) заключается не только в его личности, но и в тех решениях, которые его пример способен предложить современному человеку. Его благородный путь подобен светильнику, освещающему дорогу в тёмное время.
Является ли жизнеописание Пророка наукой?
Шейх Хазем Абу Исмаил говорил:
«Некоторые люди удивляются: является ли жизнеописание Пророка наукой или же это всего лишь повествование, начинающееся с его рождения — а может, и раньше — и заканчивающееся его смертью и переходом к Всевышнему? Я почти убеждён, что отставание мусульман в их приверженности исламу связано с тем, что они не воспринимают жизнеописание Пророка как науку, а считают его простым рассказом. Между тем это точная и глубокая наука: наука в своей передаче и проверке источников, в своём содержании и правовых выводах, а также в своей связи с другими исламскими дисциплинами, включая вероучение».
Ислам — это всеобъемлющая религия, регулирующая все стороны жизни и определяющая как формы поклонения, так и цели человеческого существования. Жизнеописание Пророка ясно показывает, что именно следует делать и каким образом этого достигать. Всё, что совершал Посланник Аллаха, стало для этой общины практическим примером пути возрождения, поклонения и исполнения воли Всевышнего.
Именно поэтому жизнеописание Пророка носит наставляющий характер: оно охватывает вероубеждения, законоположения, поклонение и нравственность, соединяя их в единую, целостную систему.
Пророк в представлениях мусульман
Верно, что на протяжении всего жизнеописания мы будем идти рядом с Посланником Аллаха (мир ему), однако прежде необходимо сделать важное пояснение о личности Пророка. Дело в том, что подавляющее большинство мусульманской общины в действительности не знает, кем был Посланник. Будем откровенны: многие из нас знают лишь отдельные эпизоды из истории — о том, как он собирал хворост, как был милосерден к детям и сострадателен к старшим. Но лишь немногие способны описать личность Посланника Аллаха целостно, так, будто ты видишь его перед собой.
Причина в том, что нас не приучали изучать и передавать образ Пророка как цельную личность. Нам предлагали лишь разрозненные фрагменты, произносимые по случаю: если речь заходила о милосердии — приводились примеры его милосердия, если об справедливости — вспоминались его поступки в справедливости, если о мужестве — упоминались проявления его храбрости, и так далее. Но понимание того, каким был Посланник Аллаха в своей полноте, словно намеренно осталось за пределами внимания мусульман.
Необходимо исправить это искажённое представление, при котором Пророку приписывают благонравие и высокие моральные качества, но при этом не знают очертаний его личности: каким он был, когда приходил и когда уходил, как поступал в разных ситуациях, каким был в состоянии гнева и в состоянии довольства, и во множестве иных жизненных обстоятельств.
Важность познания личности Пророка заключается в том, что оно приближает нас к его подлинному, цельному образу. Ведь каждая личность сочетает в себе противоположные стороны. Можно встретить человека, отличающегося крайней стыдливостью, но при этом лишённого решительности и смелости; более того, его стыдливость может причинять ему вред, побуждая молчать перед лицом порицаемого. Можно встретить и человека, который пылает гневом ради истины, не терпит попрания прав и восстаёт, чтобы восстановить справедливость, но, привыкнув к такому гневу, он уже не способен быть мягким, снисходительным и доброжелательным.
Поэтому ограничиваться разговором лишь об одном нравственном качестве — серьёзное упущение, если при этом не разъясняются качества, которые могут с ним соприкасаться или даже вступать в противоречие. Именно поэтому лишь немногие по-настоящему и с уверенностью знают личность Посланника Аллаха (мир ему и благословение Всевышнего).
Когда проповедник говорит в один раз о великодушии и милосердии Пророка (мир ему и благословение Аллаха), в другой — о его аскетизме, в третий — о его поклонении, а в четвёртый — о его храбрости, он допускает ошибку, оставляя людям самим попытаться соединить всё это воедино, не разъясняя, как эти качества сочетаются в одной личности. Люди не способны самостоятельно сложить из этих разрозненных черт цельное знание, ведущее к истине. В результате община теряет целостное представление о личности Пророка, а вместе с ним — и правильное следование и применение слов Всевышнего:
«Воистину, в Посланнике Аллаха для вас — прекрасный пример» (сура «Аль-Ахзаб», 21).
Ведь как можно следовать примеру, не зная его?
Нередко человек идёт в мечеть с улыбкой, приветствует людей, проявляет радушие и считает это следованием сунне «встречи с людьми». Но, возвращаясь домой, он раздражается, мрачнеет и оправдывает это «гневом ради истины». Будто бы в доме нет сунны общения с родными и родителями, и будто бы на улице или в мечети нет поводов для гнева при нарушении границ, установленных Аллахом.
Сколько сегодня мусульман действительно воплощают в себе нрав Посланника Аллаха? Повлияли ли пятничные проповеди и уроки на поведение людей? Осознают ли мусульмане, что многое из того, что они совершают, далеко от тех нравственных принципов, на которых Пророк (мир ему и благословение Аллаха) воспитывал свою общину, и что это отдаляет их от него, даже если они совершают молитву и соблюдают пост?
Можно ли считать истинным мусульманином того, кто не пропускает ни одной молитвы и всегда совершает её вовремя, — того, кем мог бы гордиться Посланник Аллаха Мухаммад (мир ему), если бы встретил его, — если при этом этот человек лжёт, обманывает в торговле, строительстве и купле-продаже, нарушает доверие, не возвращает людям их права, не гнушается присваивать чужое и в общении с людьми не проявляет благого нрава, оставаясь черствым и жестоким, считая такую суровость частью религии?
Сегодня мы как никогда нуждаемся в глубоком изучении жизнеописания Пророка Мухаммада (мир ему и благословение Аллаха), чтобы исправить наши представления о самом Пророке, пересмотреть наше понимание собственного предназначения в этой жизни и осознать нашу ответственность перед теми, кто живёт рядом с нами и среди нас.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Декан факультета изящных искусств Техасского университета в Тарлтоне (Tarleton State University), в своей книге исследовавший роль и влияние Хадиджы (мир ей), супруги Пророка ислама (с.а.с.), в становлении раннего ислама, заявил: "Именно Хадиджа (мир ей), а не его дядя Абу Талиб, сыграла более важную роль в поддержке и защите Пророка (с.а.с.)».
10-е число месяца Раби аль-авваль — это не просто дата в календаре, а точка отсчета одного из самых важных союзов в истории человечества. В этот день связь между Пророком (с.а.с.) и Хадиджей (мир ей) стала не просто браком, а стратегическим союзом, заложившим первые основы исламской цивилизации в суровых условиях Мекки.
Этот союз, в котором богатство и статус Хадиджи (мир ей) стали опорой для миссии Пророка (с.а.с.), позволил нести тяжкое бремя откровения в годы одиночества и изгнания ислама, становясь исцелением для сердец верующих.
Имран Икбал аль-Бадави, декан факультета изящных искусств Техасского университета в Тарлтоне, в своей книге *«Королевы и пророки: как знатные арабские женщины и святые мужи формировали язычество, христианство и ислам»*, бросает вызов традиционным нарративам о Хадидже (мир ей), представляя ее как ключевую фигуру в религиозных и культурных преобразованиях Аравии VI–VII веков.
В главе под названием «Хадиджа, Мухаммад и противостояние христианства и язычества» он описывает Хадиджу (мир ей) не просто как жену Пророка, а как могущественную аристократку Мекки, чье экономическое влияние и смелое противостояние патриархальным нормам сыграли решающую роль в формировании послания раннего ислама. Эта глава также исследует, как поддержка Хадиджи (мир ей) позволила Пророку (с.а.с.) противостоять господствующей в Мекке политеистической системе.
Ниже представлен перевод интервью Имрана Икбала аль-Бадави Международному кораническому информационному агентству (IQNA):
IQNA: В вашей книге Хадиджа (мир ей) представлена не просто как поддерживающая супруга, а как историческая фигура, изменившая ход событий. Как этот образ дополняет или оспаривает традиционные исламские нарративы о ее роли?
Представляя Хадиджу (мир ей) в таком ключе, я преследую две основные цели.
Во-первых, она принадлежит к древнему ряду знатных женщин, которые формировали историю, культуру и религию Аравии и Ближнего Востока. К ним относятся королевы, прорицательницы, воительницы, главы племен и другие выдающиеся личности. Некоторые из этих женщин были связаны с прототипами божественности, которые позже были использованы и переосмыслены авраамическими религиями.
Во-вторых, арабские источники, включая повествования сиры (жизнеописания), не отдают должного Хадидже (мир ей). В профессиональных и личных отношениях с Мухаммадом (с.а.с.), как до начала миссии, так и в начале пророческого периода, она была более доминирующим партнером. Кроме того, эти источники страдают от дисбаланса: они приуменьшают христианское и «правоверное» происхождение семьи Хадиджи (мир ей), одновременно идеализируя семью Мухаммада (с.а.с.), которая была языческой. Я убежден, что Хадиджа (мир ей) сыграла куда большую роль в защите Пророка, чем его дядя Абу Талиб.
IQNA: Учитывая, что ранние исламские источники представляют собой смесь биографий, агиографий (святых преданий) и устных рассказов, как вы при изучении таких фигур, как Хадиджа (мир ей), проводите границу между историческим фактом и интерпретативными слоями?
Чтобы поставить Хадиджу (мир ей) в центр повествования и при этом предложить более историчный взгляд, я учел несколько критериев. Моя книга разъясняет, что средневековые отчеты сиры и хадисов по сути больше связаны с формированием идентичности, чем с фиксацией исторических фактов.
В сообщениях о Хадидже (мир ей) много литературных приемов и противоречий, включая использование полемических доводов, преувеличений, анахронизмов, символизма и поздних вставок. Из-за нехватки документальных свидетельств о самой Хадидже (мир ей), мой портрет основан на существующих моделях поведения знатных арабских женщин той эпохи, о которой у нас имеются доказательства.
IQNA: Вы делаете акцент на экономическом и социальном могуществе Хадиджи (мир ей). Как ее статус помог Пророку в продвижении ислама в патриархальном обществе Мекки?
Бесспорно, это так. Согласно источникам, Абу Талиб, дядя Пророка, уже не был в состоянии поддерживать его и даже поощрял его искать работу в другом месте. Хадиджа (мир ей) спасла его от перспективы нищеты и нестабильности — особенно в то время, когда Мухаммад (с.а.с.) был молодым человеком, пережившим сиротство.
Она также была его лучшим спутником и, весьма вероятно, играла для него роль, близкую к материнской. Источники также показывают, что Хадиджа обладала смелым и решительным духом: она уверенно действовала в противостоянии с мужчинами Курайша. Одним из примеров такой конфронтации была ситуация с дядями Мухаммада, которые были против их брака, но она одержала верх в этом противостоянии.
IQNA: В этой версии повествования важное место занимает Варака ибн Науфаль. Как вы считаете, свидетельствует ли его роль о некоторой богословской преемственности между христианством и ранним исламом или же она носит преимущественно символический характер?
Исследованию связи между христианством поздней античности и возникновением ислама и Корана посвящено множество работ.
В Аравии обнаруживается всё больше эпиграфических и археологических свидетельств того, что христианство было широко распространено в этом регионе еще до появления ислама.
Даже в арабских источниках встречается множество признаков и упоминаний христианских персонажей, мест и символов в обществе эпохи Пророка Мухаммада (с.а.с.).
Однако трудно с уверенностью сказать, насколько сильно Варака повлиял на Мухаммада (с.а.с.). Этому вопросу посвящены отдельные исследования.
Вместе с тем сира Пророка ясно свидетельствует о присутствии христианских святых и духовных лиц в окружении Мухаммада (с.а.с.). Это вновь связывает данную тему с Хадиджей (мир ей), поскольку Варака ибн Науфаль был ее двоюродным братом.
IQNA: Вы помещаете свое повествование в более широкий контекст религиозных преобразований поздней античности. Как история Хадиджи (мир ей) отражает более масштабные изменения на Аравийском полуострове в вопросах власти, религиозных убеждений и гендерных ролей?
Как я показываю в своей книге, в Аравии существовала длительная и непрерывная традиция «знатных женщин» — женщин, обладавших широкими полномочиями и значительным влиянием в обществе.
Они могли самостоятельно править, участвовать в войнах и заниматься торговлей.
Я утверждаю, что завоевание римлянами этих территорий примерно в 106 году н. э., а также распространение христианства и иудаизма в III–IV веках усилили патриархальные модели поведения в Аравии, в том числе в военной сфере.
На протяжении всего периода, известного как поздняя античность, власть знатных арабских женщин постепенно ослабевала. Более того, они всё чаще передавали свои полномочия мужчинам, которым доверяли, особенно святым мужам и религиозным деятелям.
Три главных примера, которые я рассматриваю для демонстрации этого исторического процесса, — Зенобия, царица Пальмиры, умершая в 274 году н. э.; Мавия, царица танухов, умершая примерно в 425 году; и Хадиджа (мир ей), знатная женщина из племени Курайш, умершая в 619 году.
IQNA: Учитывая ваш большой интерес к переосмыслению роли женщин в истории религий, какой вывод, по вашему мнению, должны сделать читатели вашей книги, особенно мусульмане, из вашего нового взгляда на Хадиджу (мир ей)?
В заключительной части книги я представил многочисленные выводы и уроки, касающиеся чрезвычайно важной роли знатных арабских женщин в формировании истории.
Однако в отношении Хадиджи (мир ей) необходимо напомнить о нескольких важных моментах.
Во-первых, самые продолжительные близкие отношения и деловое партнерство основателя ислама были связаны именно с женщиной — Хадиджей (мир ей).
Люди забывают, что Мухаммад (с.а.с.) был ближе к Хадидже (мир ей), чем к Абу Талибу, Абу Бакру или Умару. Кроме того, значительную часть своей жизни он провел с ней — дольше, чем с Аишей или другими своими супругами.
И, наконец, что важнее всего, гендерные отношения в современном исламе не были чем-то неизбежным или заранее предопределенным. Где сегодня в исламе место традиции брака по образцу Хадиджи? Разумеется, шиитская брачная традиция в большей степени, чем суннитская, сохраняет сходство с этой древней моделью.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Иман 
Молитва 
Голодание 
Закот 
Хадж 
Коран 
Уроки Ислама 
Контакт 