20 Сентябрь, 2026, 9 Раби ас-сани, 1448
20 Сентябрь, 2026, 9 Раби ас-сани, 1448
Путешественник, исламский учёный, золотодобытчик, эксперт в области сельского хозяйства, шейх – жизнь Балажа Михалфи, принявшего ислам в возрасте 28 лет, похожа на приключенческий роман.
Нашу жизнь иногда определяют счастливые, случайные встречи. Так было и с Балажем. По данным портала «Исламосфера», в 1975 году, когда он учился в Сельскохозяйственном университете Гёдёллё, в общежитии у него появился сосед по комнате из Судана, у которого он выучил арабский язык. Арабский язык открыл для него новый мир: мир ислама. Окончив университет и получив докторскую степень, Балаж Михалфи начал работать в странах Африки, полюбив этот континент на всю жизнь. С 1980 года два года он представлял компанию Agrobert в Ливии, а позже, с 1982 по 1986 год, работая директором водного сектора компании «Гидроэкспорт» в Египте, занимался строительством ирригационных систем и окончил университет аль-Азхар в Каире. В 1983 году Балаж Михалфи принял ислам, взяв себе новое имя – Абд ар-Рахман. Тогда же он начал работу по переводу Корана на венгерский язык. Великий шейх аль-Азхара, Джад аль-Хак Али Джад аль-Хак, назначил его шейхом в 1986 году, таким образом, Балаж Михалфи стал первым венгерским шейхом.
В 1988 году Балаж Михалфи был приглашен в Иран, где встретился с Имамом Хомейни. Эта встреча стала важной вехой в его жизни, поскольку Имам убедил его в единстве ислама. С тех пор венгерский шейх несколько раз посещал Кум и Мешхед, два оплота шиитского ислама, где познакомился с местными школами мысли и библиотеками. В 1992 году по заказу Ирана он перевел на венгерский язык «Нахдж аль-Балага», одно из выдающихся произведений исламской философии.
В 1988 году Балаж Михалфи основал Венгерскую исламскую общину в Будапеште, которую возглавлял до 1996 года. Одновременно он продолжал карьеру госслужащего – был советником министра иностранных дел Венгрии по вопросам, касающимся исламских стран (1989-1993). В 1989 году король Хасан II пригласил его в Марокко, где Балаж Михалфи прочитал лекцию по актуальным вопросам исламского учения.
Его собирались назначить на пост посла в Саудовской Аравии, он готовился к этому, но неожиданно тяжело заболел (рассеянный склероз), что прервало его дипломатические мечты и разрушило его брак. Не желая умереть в постели, он отправился в Боснию, где шла война, чтобы заниматься благотворительной деятельностью. Вернувшись в 1998 году на родину, Балаж Михалфи был советником президента и генерального директора Государственной приватизационной компании, секретарем Межминистерского объединенного комитета, от имени которого он вел переговоры в Нигерии, Алжире, Судане, Ираке, на Кубе и в Албании (1998-2002). Затем Балаж Михалфи стал генеральным директором компании «Баболнайская пищевая промышленность» (2002-2004).
Казалось бы, его карьера складывалась, жизнь удалась, но в 2004 году он почувствовал, что путь чиновника и политика, на котором трудно остаться «чистым», это не его.
Жажда приключений привела Балажа Михалфи в Африку где сначала он попытал счастья в Замбии, где хотел стать поставщиком оборудования и материалов для медных рудников, но предприятие провалилось. Он опускался все ниже и ниже, и в конце концов сам стал шахтером. Потом последовали добыча золота в Гане, алмазов в Конго. Копая руду на глубину 700 метров, мужчина поднимался на поверхность только раз в неделю. Условия были самыми дикими – чтобы сохранить найденные камни, некоторые проглатывали их. Поэтому можно было получить в живот нож от желающих выяснить, нет ли в нем драгоценностей. Наконец, Балаж Михалфи перебрался в Зимбабве, став таксистом. Но местные конкуренты не дали ему работать. Оставшись без средств к существованию, он пошел в мечеть, где начал читать проповеди и лекции за еду и жилье. Когда люди стали приходить специально, чтобы послушать его, у него появилась идея: Балаж Михалфи стал печь хлеб и раздавать его на своих выступлениях. Это стало основой движения BREAD (ХЛЕБ), ставившего целью расширение прав и возможностей чернокожего населения. Но защита истинных интересов африканцев до сих пор является преступлением, жестоко караемым. Хотя движение пыталось интегрироваться в существовавшую тогда правовую политическую оппозицию, среди тех, кто сочувствовал идеям BREAD, начались аресты, а сам венгерский шейх на два месяца попал в тюрьму по обвинению в терроризме. После освобождения в 2008 году он ненадолго вернулся домой, но после снова отправился в Африку, где занимался бизнесом и общественной деятельностью в Мали и на Мадагаскаре.
В конце концов в 2012 году Балаж Михалфи решил обосноваться на родине. В 2013-2014 годах шейх возглавлял отдел надзора за исламской законностью в организации Documentation and Certification GmbH (IIDC) в Вене, выдающей сертификаты халяль. С 2014 года по настоящее время он является президентом Европейского совета фетв по халяльным сделкам. Эта организация сертифицирует потребительские товары и финансовые операции в Центральной и Восточной Европе с точки зрения исламской законности (халяль-харам). Она также отвечает за разработку и надзор за европейской системой регулирования исламского банкинга.
Балаж Михалфи владеет арабским, английским, французским, сербохорватским языками. Понимает суахили, ндебеле и родственные племенные языки. Он стал первым мусульманином, который перевел Коран на венгерский язык. Были более ранние работы такого рода, но их авторы не исповедовали ислам. Первый перевод Балажа Михалфи, сделанный еще в молодости, был впервые опубликован в Катаре в 1990 году, затем в Пакистане в 1991 году. Но он не удовлетворял автора. Шейх рассказывает: «Я видел недостатки уже в первом переводе и решил, что если буду жить дальше, то обязательно сделаю новый перевод. Я сказал себе: «Тогда я знал арабский, а теперь знаю ислам»». После 30 лет исследований в 2017 году он опубликовал новый перевод Корана с комментариями на английском и венгерском языках объемом 2428 страниц, что является уникальным в своем роде, поскольку один и тот же человек никогда не переводил одно и то же священное писание дважды.
Также Балаж Михалфи является автором ряда статей и книг, в которых критикует глобализацию, колониализм и эксплуатацию Африки, отражая амбиции великих держав в Африке и рассказывая о злоупотреблениях со стороны солдат ООН, сделках с золотом и алмазами и незаконном бизнесе. Также у него есть труды, посвященные исламу.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
То, что отличает египетскую школу талявата от других направлений чтения Корана — в особенности от стилей, распространенных в странах Персидского залива, — это глубокая связь, которую египетские чтецы установили между принципами и учением талявата Священного Корана и глубоким пониманием музыкальных ладов (макамов).
Как сообщает IQNA, несмотря на то, что Египет является колыбелью искусства талявата в исламском мире, в современном медиапространстве наблюдается «постепенное забвение самобытных школ» и «разрыв между новым поколением чтецов и наследием предшественников». Сегодня некоторые коммерческие и поверхностные чтения вытеснили художественные и глубокие таляваты, а тонкие техники вакафа, ибтида, ляхна и таджвида — результат многовекового опыта египетских мастеров — не находят должного документирования и представления.
В серии репортажей IQNA стремится, заново осмысливая эволюцию этого искусства — от «старой школы» до появления «гениев декламации», одновременно анализируя текущую ситуацию и устанавливая мост между подлинными египетскими техниками и художественными потребностями современной коранической аудитории, чтобы искусство декламации вернулось из «просто имитационного ритуала» в «живой и динамичный поток». Это объясняется тем, что современные изысканные декламации берут свое начало в традиционной египетской школе, и понимание этого исторического процесса имеет важное значение для понимания подлинности декламации. Кроме того, в соответствии с принципами художественного моделирования, знакомство со стилями и новаторством египетских первопроходцев является лучшим примером для молодых декламаторов, позволяющим повысить технический и духовный уровень декламации.
Агентство Al-Mayadeen в репортаже на эту тему пишет: школа чтения Корана Египта — это величественная структура, созданная выдающимися чтецами на протяжении многих поколений. То, что отличает египетскую школу от других направлений — в особенности от стилей, набравших популярность в странах Персидского залива за последнее десятилетие благодаря социальным сетям и спутниковому телевидению, — это глубокая связь, которую египетские чтецы установили между принципами и учением чтения Священного Корана и точным пониманием музыкальных ладов.
Здесь нет ничего общего с пением или обучением игре на музыкальных инструментах. Речь идет скорее о способности чтеца понимать потенциал своего голоса и гортани и соотносить их со смыслом аятов Священного Корана — с благоговением, трепетом и надеждой на раскрытие, победу и райские обители во время чтения. Именно это великие мастера египетской школы таджвида постигли в совершенстве и в чем превзошли всех — будь то природным дарованием или благодаря усердному изучению.
Большинство великих египетских чтецов любили музыку и изучали ее профессионально. Например, шейх Мухаммад Рифат знал произведения Бетховена и Моцарта, а шейх Махмуд аль-Банна профессионально освоил музыкальные лады под руководством шейха Дарвиша аль-Харири — учителя музыки Мухаммада Абд аль-Ваххаба.
В свою очередь, Абд аль-Ваххаб и Умм Кульсум сами стремились к чтецам, чтобы постигнуть искусство пения и музыкальные лады, и поддерживали тесные связи с некоторыми из шейхов.
Имам аль-Хаким в своей книге «Псалмы Корана» (Мазамир аль-Коран) зафиксировал детали этой связи. Со слов сына шейха Мустафы Исмаила он приводит такой рассказ: «Однажды мой отец записывал в здании радио свое еженедельное чтение. Выходя из здания, он был удивлен приходом Умм Кульсум. Увидев его, она подошла к нему, чтобы посоветоваться о только что записанной песне — ей казалось, что в ней что-то не так. Когда мой отец выслушал ее, он указал ей на недочет в той песне».
Абд аль-Ваххаб, всякий раз посещая шейха Мухаммада Рифата, становился его учеником — или, по его собственным словам, «служителем шейха» — и навсегда остался слушателем и почитателем великих чтецов, таких как шейх Мустафа Исмаил и Абд аль-Басит Абд ас-Самад.
Таха Мухаммад Абд аль-Ваххаб — специалист по макамам и голосам, международный судья в Египте и арабском мире, обладатель докторской степени по кораническим ладам, наставник ряда выдающихся чтецов. Он учился у шейхов Мухаммада Рифата и Али Махмуда. Умм Кульсум обучалась у шейхов Абу аль-Ала Мухаммада и Закарии Ахмада — оба были по происхождению чтецами — а также у Усмана Хасана, «отца современной египетской музыки», шейха и чтеца, родившегося в 1800 году.
В этой связи шейх Мухаммад Мутавалли аш-Шаарави предлагает прекрасную классификацию школы талявата в Египте: «Тот, кто стремится к мастерству чтения, пусть слушает шейха аль-Хусари; тот, кто ищет чистоту голоса — шейха Абд аль-Басита; тот, кто ищет смирения (хушу) — аль-Миншави; тот, кто ищет искусства в чтении — шейха Мустафу Исмаила; а тот, кто хочет всего этого сразу, пусть слушает шейха Мухаммада Рифата, ибо он и есть музыкальная школа».
Шейх и мастер чтецов, Мухаммад Рифат, отличался сильным, выразительным и гибким голосом и мог легко декламировать стихи, используя соответствующие музыкальные позиции и манеру исполнения, создавая ощущение, будто он является воплощением коранических стихов.
Сафват Акашех, эксперт по музыкальным макамам, говорит: "Голос шейха Мухаммада Рифата близок к альту, одному из оперных вокальных диапазонов, и состоит из 18 тонов, иногда достигая 21 тона. Он гармонизировал эти тоны друг с другом в стиле музыкальных симфоний, и это очень хорошо видно в его декламации стихов из Корана".
Музыкальный критик Камаль аль-Наджми сказал о шейхе Мустафе Исмаиле: "У него был уникальный, всеобъемлющий и мощный голос, а его знание позиций не имело себе равных среди чтецов, включая шейха Рифата. Однако шейх Мустафа использовал свой голос и знания, чтобы продемонстрировать красоту и чудодейственную природу стихов». Поэтому неудивительно, что Умм Кульсум и Абдул Ваххаб слушали шейха Мустафу Исмаила, завязали с ним личную дружбу и в конечном итоге учились у него мастерству исполнения макамов.
Но голос шейха Абдул Басита Абдул Самада, со своей печалью и смирением, сияет в макаме Саба.
Благодаря силе его голоса и впечатляющему исполнению, покойный режиссер Мустафа Аккад использовал голос шейха Абдул Басита в своем знаменитом фильме «Мухаммад Расулуллах (с.а.с.)» в качестве голоса Билала аль-Хабаши, муэдзина Пророка. Этот азан был уникален благодаря впечатляющему качеству голоса Абдула Басита.
«Искусство «слушания» чтения Корана»
Помимо постижения секретов музыкальных макамов, которые великие мастера школы чтения Корана инстинктивно понимали и которые играли важную роль в мелодичном изображении смысла Священного Корана, шейх Махмуд Аль-Хусари предложил еще одно объяснение распространения египетской школы чтения Корана.
Далеко не предвзятый и не предвзятый по отношению к Египту, Аль-Хусари объясняет это отличие древним и унаследованным египетским обычаем, который, возможно, восходит ко временам фараонов, а именно уникальным обычаям и ритуалам празднования смерти, которые были изменены с приходом ислама в Египет. Так, во время «траурных церемоний» семья покойного прощалась со своим умершим близким, читая Коран, и эта церемония также распространялась на торжества. Потому что, по словам шейха Аль-Хусари, «кто посвятит себя чему-либо, тот преуспеет в этом».
В мире нет чтецов, которые могли бы достичь уровня египетских чтецов. Чтение на похоронах и свадьбах позволило этим чтецам отточить свое мастерство, сделав чтение Корана источником средств к существованию для египетских чтецов.
Что отличает Египет в этом отношении, делая его «столицей чтения Корана», а его чтецов — самыми влиятельными и известными, так это уникальный стиль исполнения. Так, среди зрителей мы видим, как некоторые люди встают, чтобы восхититься чтецом, и кричат или аплодируют в манере, характерной для аудитории чтения Корана в Египте.
Роль этих слушателей не ограничивается выражением своего «удовольствия» от голоса чтеца, но иногда они вмешиваются, чтобы поправить ход чтения. Это явление привлекло внимание американской исследовательницы Кристины Нельсон в её книге «Искусство чтения Корана», в которой она посвящает целую главу этому явлению в египетской жизни, утверждая, что оно «вышло за рамки истории слуха и стало частью ядра религиозного поклонения и частью духа культурных и социальных практик».
Стоит отметить, что Египет был одной из первых стран, начавших трансляцию Священного Корана через первую специализированную кораническую радиосеть, созданную в 1964 году. Шейх Махмуд Аль-Хусари первым записал весь Коран целиком в тертиле. Появление коранического радио способствовало славе людей с исключительными голосами и высоким уровнем мастерства и спасло египетскую школу чтения Корана от исчезновения.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Иман 
Молитва 
Голодание 
Закот 
Хадж 
Коран 
Уроки Ислама 
Контакт 