17 апреля 2026 года в Казанской Ратуше открылась выставка «Искусство ислама», представляющая коллекцию Музейного комплекса г. Казани. Индуса Мингазова, ученый секретарь музея, специально для «Миллиард.Татар» сделала обзор экспозиции.
«Среди них четыре Корана – это семейные реликвии купцов-промышленников Аитовых»
На древней земле Татарстана, в государстве Волжская Булгария 21 мая 922 года официально был принят ислам, и она становится частью мусульманского мира. С этого времени начинается и тысячелетняя история исламского искусства.
Выставка «Искусство ислама включает в себя более 200 предметов, связанных с исламской культурой, с историей, традицией и повседневной жизнью татарского народа – это археологические находки, книги, рукописи, памятники древнего прикладного искусства, произведения современного изобразительного и декоративно-прикладного искусства.
Особо хочется остановиться на книжных раритетах выставки, так как одна из характерных черт мусульманской культуры – это исключительная любовь к книге.
Коран – главная священная книга мусульман, памятник мировой литературы, принадлежит к культурному наследию всего человечества.
На выставке представлена подборка Коранов из собрания нашего музея: рукописные и печатные, миниатюрные и большие по формату, мемориальные – каждый со своей историей. Среди них четыре Корана – это семейные реликвии купцов-промышленников Аитовых: два рукописных – 1888 года и второй половины XIX века; печатные – 1872 года – в кораннице с гравировкой, другой в 1875 году был издан в Кашмире (Индия).
«Два Корана принадлежали известному богослову Ишмухамету Динмухаметову»
Они стали украшением не одной выставки, экспонировались в Государственном музее Востока в Москве и Объединенных Арабских Эмиратах.
Два Корана принадлежали известному богослову Ишмухамету Динмухаметову, который в течение 43 лет был имамом мечети и мударисом медресе Тюнтярь Малмыжского уезда Казанской губернии. Они сохранились у младшей дочери хазрата Латифы из его богатейшей библиотеки, которая была разорена, а сам он в 1919 году расстрелян. «Дарю этот Коран на вечную память моему сыну Жавдату, дабы берег он эту святыню, постигая ее высший смысл и истину. Твоя мама.1972 год, 13 сентября». Такая надпись сделана на большом Коране, изданном в Турции в 1893 году. К нему имеется изящный футляр, изготовленный собственноручно Л.Динмухаметовой.
Второй Коран – литография, XIX век, в миниатюрной кораннице в виде броши.
Обе реликвии по завещанию матери в 1992 году были переданы Жавдатом Айдаровым в Музей национальной культуры (Ж.Айдаров – заслуженный деятель искусств Татарстана, участник первого исполнения Седьмой (Ленинградской) симфонии Шостаковича в блокадном городе 9 августа 1942 года).
В фондах Музейного комплекса всего насчитывается более 20 Коранов и фонд продолжает пополняться.
Как и на исламском Востоке у татар существовал культ книги, ее чтили в народе наравне с хлебом как духовную пищу, она была символом образованности, открывающей путь к истине и знаниям.
«Джиханнаме» Челеби переписана Ш.Марджани и его учениками»
Среди книжных раритетов выставки – рукописные книги, переписанные в Казани:
- Мухаммад Шариф аль-Бухари. Китаб аль-хакания. На персидском языке. Переписчик Бикаш бине Ишмухаммад Казани. 1693г.
- К.Челеби. Джиханнаме. Константинополь, 1732г. Переписана Ш.Марджани и его учениками. Середина XIX в.
Большой интерес представляют личные коллекции ученых-просветителей, богословов Ш.Марджани и Р.Фахретдинова, переданные в музей их внуками и правнуками.
В витрине с левой стороны зала посетители увидят:
- фотопортрет Ш.Марджани в старинной раме;
- молитвенный коврик-намазлык для жениха и невесты;
- дорожный кумган XIX в;
- концы полотенец;
- чайную пару и другие реликвии, полученные от правнучек Ш.Марджани Р.Иманаевой и С.Мустафиной.
В витрине справа – коллекция Р.Фахретдинова от дочери Асмы и внука Арслана Шараф: чернильный прибор, настольные часы, карманные часы фирмы «Мойзер» (Швейцария), портмоне и семейные фотографии.
«Платье жены Ризы Фахретдинова, сшитое из ткани, привезенной из Мекки»
Еще одна реликвия, связанная с исламской культурой – платье жены Р.Фахретдинова, сшитое из ткани, привезенной из Мекки, где он в 1926 году возглавлял делегацию из СССР во Всемирном мусульманском конгрессе.
Среди выдающихся исторических раритетов выставки:
- Парсуна с портретом последней казанской царицы Сююмбеки с сыном Утямыш-Гиреем неизвестного мастера XVIII века. Следует отметить, что самый древний сохранившийся вариант находится в нашем музее;
- Казан-котел XV века – редкостная находка со дна озера Кабан, которую посчастливилось обнаружить выпускнику татарской гимназии №1 Рамилю Насыбуллину в 2002 году;
- Сосуд для святой воды из источника Зям-Зям из города Мекки из хаджа, который поступил в Музей от Диляры Юсуфовны Аитовой, хранительницы семейных реликвий Аитовых.
«Это старинная родословная, заполненная арабской вязью, сохранилась у представительницы рода Утямышевых»
Фамилия Аитовых входит в элитную родословную, которая объединяет собой более 20 знатных татарских фамилий: Галеевы, Алкины, Юнусовы, Тенишевы, Утямышевы и другие, которые внесли значительный вклад в дело просвещения и культуры татарского народа и установления торгово-экономических связей России с мусульманскими странами.
Это старинная родословная, заполненная арабской вязью, сохранилась у представительницы рода Утямышевых, кандидата педагогических наук Кадыровой Фариды Михайловны, которая в могучем фамильном древе Утямышевых составляет 17 поколение.
На открытии выставки «Искусство ислама» Ф.Кадырова рассказала, что ее прапрадед Габдулла Утямышев – основатель текстильной мануфактуры, малмыжской первой гильдии купец, крупный благотворитель, построил по всей России около 150 мечетей, в том числе в 1791 году в родной деревне Маскара и казанскую «Иске таш» (ул.М.Гафури, 34а). Она преподнесла в дар Музейному комплексу расшифрованную копию родословной в переводе на русский язык, а так же тарелку фабрики Кузнецова из сервиза Фатымы Утямышевой.
Таким образом, планомерная работа с потомками знаменитых татарских династий продолжается и приносит свои плоды.
«Шамаили, выполненные в различных техниках – от традиционной каллиграфии на стекле до печатной графики»
Выставка «Искусство ислама» разворачивает перед посетителями картину живой, непрерывно развивающейся традиции: это и феномен татарского народного искусства – шамаили, вид настенного украшения, представляющего собой каллиграфически исполненные изображения с изречениями из Корана, молитвами, обрамленные сложным орнаментом. Шамаиль сочетал в себе сакральную функцию (оберег, напоминание о вере) и эстетическую, являясь важнейшим элементом убранства татарского дома. В экспозиции представлены шамаили, выполненные в различных техниках – от традиционной каллиграфии на стекле до печатной графики.
Подлинным украшением являются разделы выставки, посвященные произведениям современного декоративно-прикладного искусства татарского народа – футляры для Корана, тканые и вышитые полотенца, молитвенные коврики, калфаки и тюбетейки, красочные национальные костюмы, выполненные искусными руками мастеров и мастериц.
«Калаларга – баш кала…»
К образу исторической Казани в своем творчестве обращаются и современные казанские художники.
Н.Хазиахметов в своей серии акварелей «Казань – город белокаменный» воссоздает образ ханской Казани в период ее расцвета, той Казани, которая вызывала восторженное изумление самых просвещенных европейцев и не случайно появились строки татарской народной песни, посвященные Казани той эпохи:
Казан каласы – таш кала,
Калаларга – баш кала…
Художники Ф.Халиков, Р.Хузин, Р.Загидуллин, И.Зарипов и О.Хабибуллин – каждый из них предлагает свою версию и свое видение образа Казани. Это та же «Светозарная Казань» сквозь века, о которой писал еще наш великий Тукай. Они актуальны и поныне.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Шри-Ланка, являясь одним из крупнейших островов Индийского океана, отличается поразительным этническим и религиозным разнообразием. Большинство ее населения представлено сингалами, исповедующими буддизм, и тамилами, преимущественно индуистами. Третью по численности населения группу составляют ланкийские мавры (самоназвание — ларакалла), на долю которых приходится около 9,3% жителей страны. Обладая уникальным этногенезом, этот народ на протяжении веков балансировал между южноазиатскими традициями и исламской верой, передает Исламосфера.
Происхождение и формирование этноса
Формирование общины ларакалла началось в VIII–XV веках. Арабские и персидские купцы активно осваивали торговые пути Индийского океана, используя Шри-Ланку как ключевой перевалочный пункт. Оседая в прибрежных городах, они вступали в браки с местными сингалками и тамилками. В этногенезе ланкийских мавров также участвовали мусульманские торговые касты из Южной Индии, такие как маппила и мараккар, прибывшие позже.
Островной исламский синкретизм
Оказавшись в изоляции от арабского мира, потомки ближневосточных купцов не ассимилировались, а создали свою уникальную культуру. Они продолжили занятия торговлей, монополизировав рынок пряностей.
Несмотря на арабские корни, родным языком ларакалла стал тамильский. Однако их диалект специфичен: он насыщен арабской, персидской и сингальской лексикой. До середины XX века они использовали уникальную письменность арви — записывали тамильские слова арабской графикой. Сегодня этот язык находится на грани исчезновения.
Матриархальные традиции
Также вразрез с классическими патриархальными традициями Ближнего Востока, мавры восточного побережья переняли у местных тамилов матрилинейный уклад. Каждый член общины от рождения принадлежит к клану матери, имущество и дома наследуются дочерьми, а после свадьбы муж обязательно переходит жить в дом жены.
Одежда и кулинария
В одежде и быту у ларакалла наблюдается синтез исламских и южноазиатских традиций. Мужской костюм состоит из традиционного южноазиатского саронга, который обязательно дополняется мусульманской шапочкой (топи) или узорчатой феской. Женщины носят классическое индийское сари, но драпируют его особым способом: свободный край ткани не перебрасывается через плечо, а оборачивается вокруг головы на манер хиджаба.
Кухня мавров знаменита на весь остров. Известнейшими блюдами являются цейлонский бирьяни (пряный рис с мясом по старинным рецептам арабских моряков) и десерт ватталаппам — нежный кокосовый пудинг с добавлением местного пальмового сахара джаггери, яиц и кардамона.
Суфийские традиции
Религиозная жизнь мавров тесно связана с суфийскими орденами Кадирия и Шазилия. Гробницы (зияраты) суфийских праведников в Берувеле и Галле до сих пор служат центрами паломничества, где проводятся ежегодные масштабные фестивали, напоминающие религиозные праздники Южной Индии.
Заложники двойственной идентичности
Исторический путь мавров на острове полон драматизма. В XVI–XVII веках они подверглись жестоким гонениям со стороны португальских колонизаторов, стремившихся монополизировать торговлю корицей и уничтожить ислам. Другим источником проблем стала их двойственная идентичность. В годы гражданской войны (1983–2009 гг.), когда тамилы пытались добиться независимости, община оказалась «меж двух огней»: тамильские сепаратисты требовали от них поддержки на основании общего языка, но мавры выбрали лояльность сингальскому правительству. Расплатой за этот выбор стали кровавые этнические чистки и массовое изгнание мусульман боевиками с севера острова. Даже в наши дни их положение остается шатким: возвращение ларакалла в Джафну и Маннар, где они исторически проживали, идет крайне медленно из-за земельных споров, а сама община периодически сталкивается со вспышками радикального сингальского национализма.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана