17 Сентябрь, 2026, 6 Раби ас-сани, 1448
17 Сентябрь, 2026, 6 Раби ас-сани, 1448
Абу Хамид аль-Газали (1058–1111) — один из самых влиятельных мыслителей в истории ислама. В его позднем творчестве особое место занимают кашф (озарение) и ирфан (интуитивное, сердечное познание). Чтобы понять, как он сам выстраивал отношение между этими понятиями и явным смыслом Откровения, необходимо рассмотреть его эпистемологию в её целостности.
Что такое батин у аль-Газали
По данным IslamNews, аль-Газали никогда не утверждал, что у Корана существует «скрытый смысл», заменяющий или отменяющий явный. Он не искал второго, тайного Писания под первым. Речь шла о другом — о глубине постижения. Один и тот же аят может быть понят на уровне рассудка, но может быть пережит сердцем.
Аль-Газали сравнивает знание, полученное из книг, со знанием дороги по карте, а знание через ирфан — с личным прохождением этого пути. Карта обязательна: никто не отменяет Коран и Сунну. Различие не в содержании информации, а в способе её присутствия в человеке — становится ли она теоретической уверенностью или лично пережитой реальностью.
Кашф и накль: нет противоречия
Аль-Газали не разрывал знание на две отделённые друг от друга области. Для него не существовало выбора между «верой по книге» и «знанием через озарение». В своей автобиографии «Аль-Мункыз мин ад-даляль» («Избавляющий от заблуждения») он описывает духовный кризис: рациональные доказательства казались ему убедительными, но не давали внутренней уверенности (якын). И только после очищения сердца ему открылся «свет, который Аллах бросает в сердце».
Это не замена накля (Откровения) на кашф, а обретение накля внутри себя — превращение знания, принятого на веру, в знание, пережитое как непосредственная реальность.
Отсутствие закрытой иерархии
Аль-Газали не создавал эзотерической иерархии и не утверждал, что знание доступно лишь избранным наставникам. Путь, который он описывает, открыт каждому, кто искренне ищет истину и очищает душу в рамках Шариата. Аль-Газали был суфием (в западной терминологии — мистиком), а не эзотериком: он не прятал смыслы и не отделял «посвящённых» от остальных — он утверждал, что вера должна становиться личным переживанием, а не только знанием, переданным от других.
В суфийской традиции, которую аль-Газали во многом систематизировал, путь к Богу описывается через последовательные этапы — «стоянки» (макам), которых достигает ищущий, и сменяющие друг друга духовные «состояния» (халь).
Важно понимать, что само по себе сердечное переживание божественной реальности не было чуждо Пророку, да благословит его Аллах и приветствует, и его сподвижникам. Напротив, у них оно присутствовало в полной мере — но без сложной терминологии, без формального описания «стоянок» и «состояний», без институциональных форм. Это был живой, естественный плод их веры и следования Откровению.
Что остаётся неизменным
Несмотря на всё значение кашфа и ирфана, аль-Газали никогда не отменял значимости внешнего. Шариат, Коран, Сунна — всё это остаётся для него высшим критерием. Кашф не может противоречить тому, что ясно сказано в Откровении. Если озарение входит в конфликт с явным смыслом Корана, значит, это ложное озарение. Таким образом, ирфан у аль-Газали — это не альтернатива наклю, а его внутреннее подтверждение и углубление.
Именно здесь можно увидеть и источник критического отношения к институционализированным формам духовности. Те, кто апеллирует к опыту первых поколений (салафов), как правило, возражают не против самой духовности и искренности, а против того, что переживание веры начинает систематизироваться, обрастать специальной терминологией, формальными практиками и социальными институтами — тарикатами, обителями, иерархией наставников, иногда переходящей в батинию (эзотеризм). С их точки зрения, сподвижники жили этим опытом, но не превращали его в институциональные формы внутри ислама, и в этом для них — высший образец.
Напряжённость между опытом и формой
Аль-Газали — это приверженец тасаввуфа, мыслитель, который вернул в исламскую традицию живое, сердечное измерение веры, не порывая с внешним смыслом Откровения. Он напоминал, что истина не может оставаться только на бумаге — она должна быть пережита. Но пережита в точных рамках того, что передано через пророка Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует.
При этом неизбежным следствием его систематизации стало появление терминологии и институтов, которые — при всех их исторических заслугах — вызывают вопросы у тех, кто ищет вернуть ту первозданную простоту, которая была у первых поколений мусульман. Именно эта напряжённость — между живым опытом и его институциональным оформлением — остаётся в исламской мысли до сих пор.
Институализация — это неизбежный компромисс между живым переживанием веры и необходимостью его сохранения и передачи: она позволяет сохранить и передать духовное наследие, но одновременно несёт риск формализации, когда внешнее начинает преобладать над внутренним. Ценность институтов в конечном счёте определяется тем, удаётся ли им сохранить живое ядро — стремление к искренности (ихсан) и личному переживанию веры.
И важно помнить: сам аль-Газали не ставил перед собой задачи создавать братства или управлять ими — его призванием было оживление веры в сердцах, а систематизация и терминология были для него лишь средством описания пути, а не самоцелью. Его труды стали одним из тех духовных и теоретических фундаментов, на которых оформились и распространились классические суфийские братства (тарикаты), достигшие расцвета уже после него.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Ведущие средства массовой информации Иордании опубликовали интервью посла Узбекистана Нодиржона Тургунова, посвящённое 35-летию независимости нашей страны, сообщает ИА «Дунё».
Интервью было опубликовано Иорданским национальным информационным агентством (Petra), газетой “Al Rai”, а также новостными агентствами “Hala”, “Roya News”, “Jafra News”, “AlAnbat News”, “Johina News”, “Nabzal Balad”, “Al Qubba News” и Федерацией арабских информационных агентств “Fana News”.
В интервью посол отметил, что отношения между Узбекистаном и Иорданией развиваются динамично и охватывают широкий спектр направлений. При этом особо подчёркивается, что двустороннее взаимодействие строится на основе взаимного уважения, доверия и исторической близости двух народов.
В публикации отмечается особое значение государственного визита Короля Иордании в Узбекистан в 2025 году. Состоявшиеся в ходе визита переговоры с Президентом Узбекистана Шавкатом Мирзиёевым стали важной вехой в развитии двусторонних отношений.
Посол особо акцентировал внимание на том, что на данном этапе основным приоритетом является обеспечение практической реализации достигнутых на высшем уровне договоренностей. В этой связи в последнее время состоялся ряд визитов делегаций высокого уровня.
Говоря о политическом взаимодействии, посол отметил, что Узбекистан и Иордания поддерживают регулярный политический диалог, проводят консультации по представляющим взаимный интерес вопросам и взаимодействуют в рамках Организации Объединённых Наций, Организации исламского сотрудничества и других международных площадок.
Значительное внимание в интервью уделено развитию торгово-экономического сотрудничества. Посол сообщил, что объем двусторонней торговли в 2025 году почти удвоился по сравнению с предыдущим годом.
Посол также отметил важное значение первого заседания Межправительственной комиссии между Узбекистаном и Иорданией, состоявшегося в апреле 2026 года. В ходе встречи стороны договорились активизировать контакты между деловыми кругами, организовывать совместные выставки и запустить деятельность Делового совета.
В публикации подчёркивается, что участие Иордании в Ташкентском международном инвестиционном форуме стало дополнительной возможностью для укрепления прямых контактов между компаниями двух стран и обсуждения конкретных инвестиционных проектов.
Отдельное внимание в интервью уделено развитию транспортного сообщения. Посол приветствовал запуск прямых авиарейсов между Амманом и Ташкентом, отметив, что авиакомпания «Royal Jordanian» с 1 июля текущего года начала выполнять регулярные рейсы между столицами двух государств два раза в неделю.
Важным шагом в укреплении гуманитарных и туристических связей названо также введение взаимного безвизового режима для граждан Узбекистана и Иордании. По словам посла, это создаёт дополнительные условия для развития туризма, деловых контактов и прямых связей между народами двух стран.
Говоря о туристическом потенциале, посол подчеркнул, что Узбекистан располагает такими всемирно известными историческими городами, как Самарканд, Бухара и Хива, в то время как Иордания предлагает уникальные туристические, религиозные и исторические достопримечательности, включая Амман, Петру и Вади-Рам.
В качестве перспективных направлений дальнейшего сотрудничества были обозначены фармацевтика, здравоохранение, сельское хозяйство, промышленная кооперация, цифровизация, инвестиции, логистика, туризм, образование, культура, научные исследования и взаимодействие в сфере исламского наследия.
Посол особо акцентировал внимание на гуманитарное измерение узбекско-иорданских отношений. В частности, в интервью отмечается, что 8 июля 2026 года Главное управление Иордании по вопросам фетв и Центр фетв Управления мусульман Узбекистана подписали меморандум о сотрудничестве. Документ предусматривает взаимодействие в сфере фетв, академических исследований, исламской юриспруденции, а также обмен опытом по современным религиозным вопросам.
В публикации также подчёркивается возможность разработки совместных туристических программ в формате «Умра плюс», предполагающих сочетание паломничества с посещением исторических и культурных объектов двух стран. Особую актуальность данное направление приобретает в условиях наличия прямого авиасообщения и взаимного безвизового режима.
Говоря об образовательном сотрудничестве, посол отметил, что граждане Узбекистана обучаются в высших учебных заведениях Иордании, в том числе во Всемирном университете исламских наук и образования в Аммане. При этом стороны работают над дальнейшим расширением академических обменов, включая обмен студентами и преподавателями.
Рассказывая о социально-экономическом развитии Узбекистана, посол отметил, что Стратегия «Узбекистан — 2030» отражает долгосрочное видение страны по формированию современной, конкурентоспособной и социально ориентированной экономики.
В интервью приводятся ключевые экономические показатели Узбекистана. Отмечается, что впервые валовой внутренний продукт страны превысил 145 млрд долларов, объём экспорта достиг 33,4 млрд долларов, а привлечённые иностранные инвестиции составили 43,1 млрд долларов. При этом уровень бедности снизился до 5,8 процента.
Посол также подчеркнул, что в текущем году Узбекистан отмечает 35-летие государственной независимости. По его словам, последние годы стали периодом масштабных реформ в экономике, государственном управлении, судебной системе, образовании, здравоохранении и социальной защите. Одновременно усилилась открытость страны, расширились международные связи и улучшился инвестиционный климат.
В заключение интервью посол обозначил основные приоритеты Узбекистана на следующем этапе развития. Среди них — повышение качества и устойчивости экономического роста, производительности труда, развитие инноваций и технологий, расширение несырьевого экспорта, развитие зелёной энергетики, рациональное использование водных ресурсов и дальнейшее развитие человеческого капитала.
Как подчёркивается в интервью, данные процессы открывают новые возможности для международных партнёров Узбекистана, в том числе для Иордании, в реализации инвестиционных и технологических проектов. При этом Стратегия «Узбекистан — 2030» призвана способствовать укреплению роли Узбекистана как надёжного экономического партнёра и важного связующего звена между Центральной Азией и различными регионами мира.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Иман 
Молитва 
Голодание 
Закот 
Хадж 
Коран 
Уроки Ислама 
Контакт 