От Самарканда до Санкт-Петербурга: исторические связи, объединившие мусульманский мир в XIX веке, получили новое прочтение
История порой превращает города, разделенные тысячами километров, в единое духовное и культурное пространство. Бухара, Самарканд, Баку и Санкт-Петербург – яркий тому пример. Сегодня научные, культурные, благотворительные и дипломатические связи, сформировавшиеся между ними в конце XIX – начале XX века, представлены в новом контексте в экспозиции «Эпоха ханств» Центра исламской цивилизации в Узбекистане, передает iccu.uz.
Три ключевых экспоната: материалы об истории Санкт-Петербургской Соборной мечети, государственный орден Бухарского эмирата и экспозиция, посвященная выдающемуся азербайджанскому промышленнику и меценату Гаджи Зейналабдину Тагиеву, – представлены как взаимосвязанные элементы многогранного сотрудничества между Центральной Азией, Кавказом и Россией. Такой подход помогает воспринимать историю не через призму государственных границ, а как единый цивилизационный процесс.
Как архитектура Самарканда отразилась на севере
Соборная мечеть с голубым куполом, расположенная в центре Санкт-Петербурга, считается одним из самых известных памятников мусульманской архитектуры России. Ее архитектурный облик создавался под влиянием зодчества эпохи Тимуридов в Самарканде. Особенно заметно это в главном куполе, вдохновленном архитектурой мавзолея Амира Темура.
До начала XX века в столице Российской империи не существовало достойной соборной мечети для многочисленной мусульманской общины. Хотя сбор средств на строительство уже начался, собранных пожертвований не хватало даже на приобретение земельного участка.
В этот момент инициативу поддержал эмир Бухары Саид Абдулахад-хан, который выделил личные средства на покупку земли под строительство мечети.
3 февраля 1910 года первый камень в ее основание был заложен при его участии. Эмир не успел увидеть завершение строительства, однако начатое им дело было успешно доведено до конца.
В 1913 году в церемонии открытия мечети приняли участие последний эмир Бухары Саид Алим-хан и хан Хивы Асфандияр-хан. Это событие вошло в историю как одна из важнейших дипломатических встреч правителей Центральной Азии на территории Российской империи.
В советский период мечеть была закрыта и десятилетиями не использовалась по своему назначению. Лишь в 1974 году ее вернули мусульманской общине. Сегодня она является одним из исторических символов Санкт-Петербурга.
Как бакинское меценатство связано с Центральной Азией
Еще один важный раздел экспозиции посвящен деятельности выдающегося азербайджанского предпринимателя и благотворителя Гаджи Зейналабдина Тагиева.
Разбогатев благодаря нефтяной промышленности, Тагиев направлял значительную часть своих средств на развитие образования, науки, печати и общественных инициатив. На его средства были открыты первая мусульманская женская гимназия на Кавказе, многочисленные школы, издательства и социальные учреждения.
При этом его деятельность далеко выходила за пределы Кавказа.
Исторические источники свидетельствуют о тесных связях Тагиева с Бухарским эмиратом. Он регулярно встречался с эмиром Саидом Абдулахад-ханом, а позднее – с Саидом Алим-ханом. В центре этих контактов находились вопросы торговли, экономического сотрудничества, культурного обмена и благотворительности.
Во время визитов в Баку бухарские эмиры останавливались именно в резиденции Тагиева. До наших дней в Национальном музее истории Азербайджана сохраняются подарки, преподнесенные правителями Бухары.
Общение Тагиева с представителями узбекского джадидизма – Махмудходжой Бехбуди, Чулпаном, Хаджи Абдулазизом Абдурасуловым и другими просветителями – свидетельствует о том, что Центральную Азию и Кавказ объединяли тесные культурные, интеллектуальные и просветительские связи.
Международное сотрудничество, начавшееся со строительства одной мечети
История Санкт-Петербургской Соборной мечети выходит далеко за рамки архитектурного памятника.
Она отражает сотрудничество двух выдающихся меценатов – эмира Бухары Саида Абдулахад-хана и знаменитого азербайджанского благотворителя Гаджи Зейналабдина Тагиева, которых объединила общая благородная цель.
Этот пример показывает, что на рубеже XIX–XX веков мусульманские общины объединяли прежде всего общие духовные ценности, а не государственные границы.
Государственный орден как символ доверия
Еще одним важным свидетельством этих отношений стал государственный орден Бухарского эмирата, представленный в экспозиции.
Согласно историческим источникам, эмир Саид Абдулахад-хан наградил Гаджи Зейналабдина Тагиева одной из высших государственных наград эмирата за вклад в развитие мусульманского общества, благотворительную деятельность и укрепление дружественных отношений с Бухарой.
Орден в форме сияющей звезды символизирует государственность, взаимное доверие и уважение. Именно поэтому он экспонируется рядом с материалами, посвященными Тагиеву.
История в современном прочтении
Вахидхон Мухитдинов, младший научный сотрудник отдела зиярат-туризма Центра исламской цивилизации в Узбекистане:
«Экспозиция «Эпоха ханств» в музее Центра исламской цивилизации в Узбекистане представляет собой научную концепцию, позволяющую по-новому взглянуть на место Центральной Азии в истории Евразии.
Сегодня, когда особое значение приобретают вопросы общего культурного наследия, диалога цивилизаций и исторической памяти, эта экспозиция раскрывает исторические связи между Бухарой, Самаркандом, Баку и Санкт-Петербургом, показывая исламскую цивилизацию как единое интеллектуальное и культурное пространство, не ограниченное государственными границами.
Каждый представленный здесь экспонат рассказывает об истории науки, благотворительности, дипломатии и гуманизма, напоминая о том, как общечеловеческие ценности на протяжении веков объединяли разные народы.
В этом смысле экспозиция Центра исламской цивилизации в Узбекистане выходит за рамки сохранения исторического наследия и становится частью современного глобального диалога».
С 7 по 11 июля текущего года в Ташкенте, Самарканде и Термезе пройдет I Международный форум исламской цивилизации, который объединит около 300 зарубежных гостей, ученых, богословов и представителей международных организаций более чем из 40 стран. В программе форума предусмотрена презентация подобных проектов, раскрывающих богатое историко-культурное наследие исламской цивилизации. Главная цель форума – донести до мирового сообщества подлинную сущность ислама, основанную на идеалах мира, толерантности, науки, просвещения и гуманизма. Этой задаче будут посвящены научные дискуссии, международные выставки, презентации уникальных рукописей и культурно-просветительские мероприятия.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Парадокс глобального рынка халяль: как немусульманские страны стали главными поставщиками продовольствия для исламского мира
Современная архитектура мировой халяль-индустрии устроена парадоксальным образом. Более 80% глобального рынка продукции, соответствующей нормам шариата, сегодня контролируют государства, где мусульмане составляют конфессиональное меньшинство, передает Исламосфера.
Растущий потребительский спрос со стороны пятидесяти семи стран Организации исламского сотрудничества и многочисленных мусульманских общин по всему миру удовлетворяется не внутренним производством исламского региона, а мощным агропромышленным сектором Западного полушария, Азии и Океании. Это смещение производственных центров обусловлено исключительно прагматическими факторами, среди которых ключевую роль играют жесткие технологические стандарты, развитая транспортная логистика и высокая степень автоматизации систем сертификации.
Абсолютным лидером в поставках халяльного протеина на мировой рынок выступает Бразилия. Ее доминирование опирается на синергию гигантских специализированных промышленных комплексов и авторитетных местных сертификационных центров, таких как FAMBRAS Halal и CDIAL Halal. Бразильские экспортеры смогли первыми перестроить логистические цепочки и процессы убоя под требования ближневосточных импортеров, что обеспечило южноамериканской птице и говядине статус основного продукта в ретейле стран Персидского залива.
Второе место по объемам экспорта прочно удерживает Индия, которая специализируется на поставках замороженной бескостной буйволятины и курятины. Ее пример наглядно иллюстрирует жесткое разделение внутренней идеологии и внешней экономической прагматики. Несмотря на то, что правящие круги Индии проводят жесткую националистическую политику внутри страны, затрагивающую права местного мусульманского меньшинства, на внешнем рынке Нью-Дели подходит к халяль-индустрии как к стратегическому коммерческому проекту. Индийский агробизнес действует под жестким контролем государственной системы соответствия India Conformity Assessment Scheme (I-CAS) – Halal, систематизирующей потоки сырья для азиатского и арабского рынков. Похожая система действует в Австралии, являющейся крупнейшим поставщиком живого скота и охлажденного красного мяса премиального сегмента. Здесь за соблюдением стандартов следит Департамент сельского хозяйства, рыболовства и лесного хозяйства, который координирует работу профильных исламских советов страны и гарантирует прозрачность всей цепочки поставок от пастбища до порта отправления.
США и Таиланд демонстрируют иную модель лидерства, сфокусированную на технологической сложности. Американские производители поставляют на исламский рынок преимущественно высокотехнологичные пищевые ингредиенты, зерновые культуры и сою, используя маркировку халяль как дополнительный маркер качества и биобезопасности. Таиланд, реализующий государственную стратегию «Кухня мира», сделал ставку на глубокую промышленную переработку. В королевстве производят готовые халяльные блюда, соусы, морепродукты и кондитерские изделия. При этом безупречность рецептуры контролирует Научно-исследовательский центр халяль при Университете Чулалонгкорна, специалисты которого проводят высокоточные лабораторные анализы на отсутствие следов ДНК свинины.
На этом фоне Российская Федерация демонстрирует стремительную интеграцию в глобальные исламские экономические цепочки. Благодаря последовательному наращиванию объемов производства и диверсификации поставок, страна вошла в пятерку ведущих мировых экспортеров халяльной продукции в государства Организации исламского сотрудничества. Основу российского экспорта составляет мясо птицы, кондитерские изделия, растительные масла и зерно, причем ключевыми покупателями выступают Саудовская Аравия, Объединенные Арабские Эмираты и Иран. Институциональным фундаментом для этого рывка стала деятельность Роскачества, чей специализированный орган по сертификации планомерно проходит международную аккредитацию в регулирующих структурах Ближнего Востока и Юго-Восточной Азии, открывая отечественным аграриям прямой доступ к исламскому потребителю.
Коммерческий успех этих государств объясняется тем, что для транснациональных холдингов сертификат халяль стал не просто религиозным допуском, а органичной частью общей системы менеджмента качества, наряду с HACCP и стандартами ISO. Крупные латифундии и непрерывная холодовая цепь от завода до портовых терминалов позволяют немусульманским экспортерам удерживать низкую себестоимость единицы товара.
Свою роль играет и политика государства, которое рассматривает халяль как высокодоходный сектор несырьевого экспорта. Поддержка властями соответствующей индустрии в немусульманских странах носит стратегический характер и направлена на снятие административных и логистических барьеров. Правительства ведущих стран-экспортеров активно финансируют научные лаборатории, субсидируют участие бизнеса в международных выставках и создают специализированные промышленные кластеры, гарантирующие разделение потоков чистой продукции от запрещенных компонентов. Ключевым инструментом выступает экономическая дипломатия: профильные министерства напрямую заключают соглашения о взаимном признании национальных стандартов с регуляторами исламского мира, превращая сертификацию халяль из сугубо конфессионального требования в эффективный драйвер национального несырьевого экспорта.
Подводя итог, можно констатировать, что современный рынок халяльной продукции давно перерос рамки исключительно религиозной ниши и трансформировался в высокотехнологичный сектор глобальной экономики. Доминирование немусульманских государств на этом поле демонстрирует, что в условиях жесткой рыночной конкуренции решающее значение имеют не конфессиональная идентичность производителей, а глубина промышленной переработки, развитая логистика и системная государственная поддержка экспорта. Для таких игроков, как Бразилия, Индия, Россия, интеграция стандартов халяль в национальные системы контроля качества стала эффективным инструментом расширения внешнеторговых связей. В долгосрочной перспективе лидерство на этом динамично развивающемся рынке сохранят те государства, которые смогут обеспечить максимальную прозрачность цепочек поставок и безупречное соответствие как строгим санитарным нормам, так и высоким этико-правовым требованиям исламского мира.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана