Индонезийским туроператорам представлены паломнические объекты Узбекистана
В индонезийском городе Бандунг – административном центре провинции Западная Ява – состоялось мероприятие на тему «Презентация туристического потенциала Узбекистана», сообщает ИА «Дунё».
В нем приняли участие представители туристической отрасли Западной Явы, руководители организаций хаджа и умры, представители религиозных общин, местные предприниматели, а также представители средств массовой информации.
В рамках мероприятия была проведена презентация, посвящённая богатому историко-культурному наследию Узбекистана, потенциалу паломнического туризма, а также масштабным реформам, реализуемым в туристической сфере в последние годы.
Участникам рассказали о роли таких городов, как Самарканд, Бухара, Хива и Термез, в развитии мировой цивилизации и исламской культуры, святых местах, расположенных на территории страны, наследии великих учёных, а также о мерах по развитию паломнического и культурного туризма. Кроме того, была представлена информация о современной туристической инфраструктуре Узбекистана, сети отелей, соответствующих международным стандартам, транспортно-логистических возможностях и созданных удобствах для иностранных гостей.
Также участникам были продемонстрированы специальные видеоролики, посвящённые комплексу Имама аль-Бухари и деятельности Центра исламской цивилизации Узбекистана. Видеоматериалы вызвали большой интерес у присутствующих и позволили получить наглядное представление о масштабных инициативах Узбекистана в сфере исламской науки, духовного наследия и просвещения.
Заместитель председателя Ассоциации организаций хаджа и умры провинции Западная Ява Саифул Ризал в своём выступлении отметил, что сотрудничество между Узбекистаном и Индонезией в сфере паломнического туризма обладает огромным потенциалом.
По его словам, Узбекистан является одним из важнейших центров исламской цивилизации, а наследие таких великих учёных, как Имам аль-Бухари, Имам ат-Термизи и Бахауддин Накшбанд, служит источником исламских знаний и просвещения для индонезийских мусульман. Он подчеркнул, что в Индонезии растёт число граждан, желающих совершить паломнические поездки в святые места и исторические города Узбекистана.
По его мнению, запуск прямых авиарейсов между двумя странами позволит вывести сотрудничество в туристической сфере на новый уровень. Это создаст удобства для паломников и туристов, укрепит культурно-гуманитарные связи между Узбекистаном и Индонезией, значительно увеличит объёмы туристического обмена и создаст прочную основу для развития совместных туристических продуктов.
Председатель Ассоциации организаторов умры и хаджа Западной Явы Доди Сетиаван отметил важную роль крупных туроператоров, действующих в провинции, в развитии сотрудничества с Узбекистаном в туристической сфере.
По его словам, Западная Ява является одним из крупнейших рынков паломнического туризма в Индонезии, а местные туристические компании ежегодно организуют зарубежные поездки сотен тысяч граждан. В частности, одна из крупнейших компаний Бандунга - «DAGO Travel» - ежегодно направляет в Узбекистан более 500 индонезийских туристов и паломников.
Он отметил, что направление Узбекистана, включающее священные и исторические города Самарканд, Бухару и Термез, имеет большой потенциал для рынка Западной Явы. Местные туроператоры заинтересованы в включении этого направления в свои туристические продукты. По его мнению, расширение прямого сотрудничества между туристическими организациями и частным сектором двух стран, разработка совместных турпакетов и увеличение возможностей авиасообщения позволит многократно увеличить туристический обмен.
В завершение презентации была организована открытая дискуссия с участниками. В ходе сессии вопросов и ответов рассказали о порядке организации паломнических и культурных поездок в Узбекистан, визовом режиме, туристических маршрутах, возможностях авиасообщения, гостиничной инфраструктуре, а также механизмах сотрудничества для туроператоров.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Как европейская наука перепутала передовую арабскую робототехнику с астральной магией
В истории востоковедения немало курьезов, но этот случай уникален. Из-за трудностей перевода и культурных стереотипов европейские ученые XIX века совершили системную ошибку: они классифицировали передовую средневековую арабскую прикладную механику как раздел оккультных наук, посвященный созданию астрологических талисманов и астральной магии, передает Исламосфера.
Загадочный термин Ибн Халдуна
В 1377 году великий арабский философ и историк Ибн Халдун написал свой фундаментальный труд «Мукаддима» («Введение»). В нем он классифицировал все известные человечеству науки. В разделе геометрических и инженерных дисциплин ученый упомянул дисциплину под названием ’ильм ат-тамасиль аль-гариба ва-ль-хаякиль ан-надира, что переводится как «наука о диковинных фигурах и редких конструкциях». Поэтичное, но непривычное для европейского уха название породило в науке ошибку, растянувшуюся на столетия.
Корни заблуждения: от Средневековья к Новому времени
История путаницы началась еще в XII–XIII веках, когда в Европу через Испанию и Сицилию хлынули труды из исламского мира. Среди них, наряду с работами по математике и медицине, встречались оккультные книги, где фигурировали «статуи» и «фигуры» (тамасиль) для магических ритуалов.
Одновременно переводились и труды по механике. Описываемые там вещи казались европейцам невозможными: металлические хлопающие крыльями птицы, фигуры в виде людей, подающие воду для омовения, и другие чудеса. В арабских текстах внешние корпуса этих автоматов тоже назывались словом «тамасиль» (фигуры, образы). Уверовав, что имеют дело с мистикой, переводчики исказили и другой термин механики — аль-хаякиль «инженерные каркасы и крупные строительные механизмы». Его перевели как «храмы» или «астральные каркасы», окончательно уводя мысль в мистическую плоскость.
Миф закрепили ученые Нового времени. Когда барон де Слан в XIX веке переводил Ибн Халдуна на французский язык, он наследовал эту ошибочную терминологию. Ученый взял ключевое слово ат-тамасиль и перевел название науки буквально: «l’art de fabriquer des statues…» («искусство изготовления статуй»).
Само по себе слово «статуи» не несет мистики, но востоковеды истолковали его в мистическом контексте. Зная о строгом запрете на скульптуры в исламе, они решили: раз существует целая «наука о статуях», значит, речь идет не об искусстве, а о тайных ритуалах. В итоге востоковеды объявили эту дисциплину практической магией, изучающей «астральные образы» и талисманы, способные удерживать духовную энергию звезд. Сложнейшие гидравлические приборы инженеров Аль-Джазари и братьев Бану Муса официально списали в архивы оккультизма.
Роботы вместо магии: что скрывалось внутри
Пока европейские переводчики искали в текстах каббалистические формулы, арабские инженеры использовали строгую математику. Ибн Халдун прямо связывал науку о «диковинных фигурах» с «Книгой хитрых устройств», созданной еще в IX веке братьями Бану Муса в Багдаде.
Внутри этих механизмов не было никакой магии, а их движение обеспечивалось исключительно за счет законов физики. Сложные алгоритмы работы металлических птиц и человеческих фигур запускались с помощью гидравлики и пневматики через тонкие системы сообщающихся сосудов, поплавков и клапанов. Физическая подвижность элементов достигалась методами классической механики с использованием рычагов, противовесов и водяных колес. Главным же прорывом мусульманских инженеров стало создание основ автоматического управления, где механическая «память» устройств программировалась с помощью первых в мире распределительных валов. Ярким примером служили антропоморфные автоматы Исмаила аль-Джазари — те самые металлические слуги, которые самостоятельно подавали воду, мыло и полотенце для ритуального омовения.
Как развеялся миф
Долгое время в Европе арабские манускрипты переводили обычные филологи, которые отлично знали язык, но ничего не понимали в физике и механике. Научный прорыв произошел в XX веке, когда рукописи попали в руки немецкого физика Эйльхарда Видемана, который также обладал феноменальными лингвистическими способностями и самостоятельно выучил арабский язык. В соавторстве с инженером Францем Хаузером они доказали, что движение «оживших» фигур обеспечивалось исключительно законами гидродинамики и пневматики.
Окончательную точку в этой истории поставил британский инженер и историк науки Дональд Хилл, который исследовал оригинальные труды и чертежи самих арабских механиков — братьев Бану Муса и Аль-Джазари. Изучив эти рукописи сквозь призму технического образования, ученые сопоставили их с классификацией Ибн Халдуна. Мистический туман мгновенно рассеялся: исследователи поняли, что арабский мыслитель в своем трактате описывал не ритуалы, а сухой инженерный язык проектирования автоматических систем и термин ’ильм ат-тамасиль («наука о фигурах») на самом деле означал науку об автоматических приборах.
Заключение
Наука о диковинных фигурах и редких конструкциях представляет собой свидетельство высокого уровня развития инженерной мысли в исламском мире. Возвращение этого термина в его истинное, научно-техническое русло позволило по-новому взглянуть на интеллектуальное наследие средневекового Востока, где точный геометрический расчет служил основой для создания первых в истории человечества программируемых автоматов. А история названия этой дисциплины дает нам яркий пример того, как языковой барьер и культурные стереотипы могут превратить передовую науку своего времени в «запретное колдовство» в глазах людей несведущих.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
