Никита Дуррани — афганка, родившаяся в Герате и начавшая пытаться писать Коран, несмотря на ограничения.
Как сообщает IQNA со ссылкой на "Shafaq News", в углу афганского города Герат, внутри исторической цитадели, известной как «Ихтияруддин», группа женщин погружается в свои произведения искусства.
Вокруг них расположены образцы их изысканной и красивой керамики, а у входа в это пространство установлена табличка с названием выставки «Хатинзар» (Глиняное золото).
Название выставки отражает тот факт, что эти молодые женщины, несмотря на ограничения, наложенные правительством Талибана, пытаются превратить глину в золото с помощью своих ремесел.
В центре этой группы сидит молодая женщина, которая выглядит иначе, чем другие, и у неё больше забот. Перед ним лежали страницы с написанными аятами Корана, а рядом — десятки больших страниц и каллиграфических инструментов на столе.
Никита Дуррани родился и получил образование в Герате. «Я занимаюсь каллиграфией и пишу Коран от руки с переводом на пушту», — сказал он.
Дуррани уже закончил писать различные части Корана на больших листах бумаги и посвящает этому несколько часов каждый день.
Гератская женщина добавила: "Раньше мы писали Коран вместе, а теперь я делаю это одна с пуштуанским переводом, и это моё самое большое желание в жизни".
Он отмечает, что арабская каллиграфия имеет глубокие корни в Герате, что вдохновило его на изучение этого искусства много лет назад.
Дуррани говорит: "Десять лет назад, когда мне было всего 15 лет, я выучил почерк Корана. Моим учителем был Мир Вали Ахмад, известный каллиграф из Герата, который научил меня этому навыку".
Ссылаясь на коллекцию керамики, представленную на выставке «Хатинзар», Никита говорит: "Мы экспортируем эти изделия в Соединённые Штаты, Европу и различные страны мира. "Это не просто бизнес, это послание, что это работы, созданные афганскими женщинами".
Искусство каллиграфии в Герате существует более тысячи лет и процветает с эпохи Тимуридов, и до сих пор остаётся одним из глубоко укоренившихся искусств города, сохранившимся рядом искусных каллиграфов. Ассоциация каллиграфов Герата служит местом встречи этих художников и пространством для поощрения новых поколений изучать это искусство.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Жизнь и творчество азербайджанского суфийского мыслителя XV века Сеида Яхьи Бакуви на протяжении веков привлекали внимание исследователей. Богатое художественно-философское наследие Сеида Яхьи Бакуви, видного представителя ордена Халватия, изучалось рядом ученых и исследователей в Азербайджане и Турции, передает islam.az.
Об этом в интервью АЗЕРТАДЖ сказала ведущий научный сотрудник Института литературы имени Низами Гянджеви НАНА, доктор философии по филологии, доцент Захра Аллахвердиева. Ученый отметила, что Сеид Яхья Бакуви является одним из представителей сформировавшейся и развивавшейся в городах Ширван и Баку с IX по XII века богатой литературно-философской среды, которая достигла нового этапа с появлением концепции Хальватия в XV веке.
«Сейид Яхья Бакуви, родившийся в Шамахы примерно в конце XIV века, жил в Баку с 1420 года и провел здесь большую часть своей жизни. Политическая, экономическая, литературная и философская среда Баку приобрела большую известность в XI-XII веках, во время правления Ширваншахов. Положение Баку, развивавшегося как столица Ширваншахов, отражено в исторических источниках и поэзии того периода. В XV веке литературная среда Баку сохраняла свои национально-духовные, философские ценности, величие», — подчеркнула З.Аллахвердиева.
Собеседница агентства отметила, что в произведении «Хадийятуль-ихван» Мехмета Назми Эфенди, жившего в XVII веке, сообщается, что Сеид Яхья Бакуви долгое время проповедовал в Баку идеи хальватийского тариката, воспитывал мюридов и скончался здесь. «Деятельность Сеида Яхьи Бакуви, связанная с Баку, свидетельствует о тесной связи его иршадской традиции и научно-философских встреч с интеллектуальной средой города. С этой точки зрения Баку можно рассматривать не только как место, где он жил, но и как важную культурную среду, в которой формировались его творчество и духовно-философское наследие», — добавила ученый. Она подчеркнула, что такие произведения Сеида Яхьи Бакуви, как «Шифауль-асрар» («Исцеление тайн»), «Асрарут-талибин» («Тайны ищущих»), «Маназилюль-ашикин» («Возможности влюбленных»), «Кашфуль-гулуб» («Раскрытие сердец»), «Румузуль-ишарат» («Символы знаков»), «Макаримуль-ахлаг» («Благородство нравов») и другие, являются ценными образцами азербайджанской религиозно-философской литературы. «В творчестве Сейида Яхьи Бакуви важное место занимают и художественные образцы. Особое значение в эпической традиции азербайджанской поэзии имеет его произведение «Гисейи-Мансур», посвященное Халладжу Мансуру. В нем привлекают особенности народного языка, высокие художественные средства выражения и символы», — отметила З.Аллахвердиева.
Она подчеркнула, что ярким примером является также отрывок из произведения «Гисейи-Мансур», где описывается забивание камнями Халладжа Мансура. По словам ученого, использованное в произведении выражение «йекренг» имеет символическое значение и выражает идею единства человека с Богом. Захра Аллахвердиева подчеркнула, что творческое наследие Сеида Яхьи Бакуви составляет одно из важных направлений в истории азербайджанской философской и литературной мысли: «Его труды – это богатые и ценные страницы истории нашей религиозно-философской мысли, которые еще не были полностью изучены. Более широкое изучение этого наследия может позволить глубже исследовать место Сеида Яхьи Бакуви в истории азербайджанской и восточной философской мысли в целом».
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана