Сайт работает в тестовом режиме!
21 Август, 2026   |   8 Раби аль-авваль, 1448

город Ташкент
Фаджр
04:12
Шурук
05:38
Зухр
12:26
Аср
17:14
Магриб
19:18
Иша
20:39
Bismillah
21 Август, 2026, 8 Раби аль-авваль, 1448
Статьи

Библиотека Ариф-бея в Медине: от османского вакфа до цифрового архива

04.08.2026   9975   6 min.
Библиотека Ариф-бея в Медине: от османского вакфа до цифрового архива

Библиотека Ариф-бея — одна из старейших благотворительных библиотек на Аравийском полуострове. Она была основана в 1854 году в Медине Ахмедом Арифом Хикметом, выдающимся деятелем Османской империи, занимавшим высокие судебные и религиозные должности. Библиотека считается «жемчужиной» Медины, так как многие ее рукописи уникальны и существуют в единственном экземпляре, передает Исламосфера.

В середине XIX столетия культурный ландшафт Медины пополнился крупным научно-образовательным центром. К югу от Мечети Пророка, на месте исторического дома Хасана ибн Зейда, открыла свои двери библиотека, ставшая вехой в интеллектуальной жизни Хиджаза. Её основателем выступил шейх уль-ислам Османской империи Ахмед Ариф Хикмет-бей эфенди (1786–1859). Обладая глубокими познаниями в исламских науках и значительным состоянием, Ариф-бей посвятил жизнь коллекционированию редких письменных памятников. Будучи верховным судьёй (кадием) в Иерусалиме (аль-Кудс), Египте, Медине и Мекке, он лично осматривал и отбирал редкие списки на книжных рынках и в частных собраниях мусульманского мира. В 1853–1854 годы собранная им коллекция рукописей была размещена в специально построенном здании, получив официальный статус благотворительного фонда – вакфа.

Тот факт, что здание библиотеки не было приспособлено из существующих построек, а изначально проектировалось и возводилось с нуля как специализированное книгохранилище, отражает то значение, которое Ахмед Ариф Хикмет-бей придавал этому институту. Для реализации проекта основатель выкупил участок земли в непосредственной близости от Мечети Пророка, а инженерное решение купольного зала преследовало цель обеспечить климатические условия для сохранности пергамента и бумаги. Здание было возведено как автономный объект в стиле классической османской архитектуры. Квадратное в плане сооружение из тёсаного камня венчал массивный купол, обеспечивавший естественную циркуляцию воздуха и защиту фондов от экстремальных температур и низкой влажности воздуха, характерных для Аравии. Центральный зал освещался высокими арочными окнами. Внутри располагались встроенные шкафы, изготовленные из твердых пород древесины, где манускрипты хранились согласно тематической классификации.

Для удобства посетителей и учащихся медресе, приходивших в библиотеку в поисках редких книг, зал был оборудован местами для чтения. Условия вакфнаме (устава вакфа) Ариф-бека строго регламентировали порядок работы: книги предназначались для бесплатного изучения на месте, выносить их за пределы стен библиотеки запрещалось, чтобы гарантировать сохранность списков. Финансирование содержания здания и жалования библиотекарю велось из доходов от специально выделенных основателем объектов недвижимости.

Специфика собрания заключалась в его полилингвальной структуре и междисциплинарном характере. Документы фонда охватывали хронологический период с X по XX века. Основной фонд распределялся по трем ключевым языкам исламской цивилизации: арабскому, персидскому и османскому (старотурецкому). Арабский сегмент включал фундаментальные труды по кораническому тафсиру, хадисоведению, фикху ханафитского мазхаба и арабской филологии. Персидская часть состояла из основных сочинений суфийских авторов и классической литературы, причем некоторые списки Ариф Хикмет-бей, будучи каллиграфом, переписал лично. Османские рукописи были представлены официальными документами, историческими хрониками и трактатами по географии.

Исторический реестр коллекции включал 4 389 оригинальных рукописных томов, 7 875 книг ранней печати, а также 632 тематических сборника, объединявших 3 838 самостоятельных трактатов. Некоторые из них поистине уникальны. В их числе — трактат «Аль-Ава’иль» («Книга первооснов») Абу Хиляля аль-Аскари, датированный 1004 годом и посвященный зарождению исторических и лингвистических понятий. Искусство каллиграфии и оформления книги иллюстрирует список Корана XI века, выполненный андалусским шрифтом на позолоченном пергаменте из страусиной кожи. Еще одним уникальным образцом является «Тафсир» (толкование Корана) 922 года, записанный на тонком пергаменте из кожи газели. Манускрипт представляет собой один из самых ранних дошедших до нас образцов трудов такого рода в мире. Также в библиотеке хранится историко-биографическая рукопись Джалал ад-дина ас-Суйути «Аль-Мухадарат» («Лекции»), написанная непосредственно рукой автора, что придает списку высокую текстологическую и материальную ценность.

Страницы многих манускриптов были украшены изысканной вязью, золотой иллюминацией и миниатюрами работы мастеров Стамбула, Исфахана и Каира. Впоследствии фонд расширялся за счет сопутствующих вакфов, среди которых были коллекции Салиха аль-Ихмими (232 книги) и Эрдогана Джафера Асада (169 книг).

Библиотека не раз сталкивалась с серьезными проблемами, которые едва не привели к утрате большей части ее рукописного наследия. Во время Первой мировой войны часть ее фондов была перевезена в Стамбул, а часть утрачена из-за краж и небрежного хранения. В последующие десятилетия количество рукописей сократилось с 20 000 до 5000, приведя к невосполнимой утрате исламского наследия, хранившегося в этой древней библиотеке.

В XX веке, в ходе масштабных урбанистических преобразований и расширения территории, окружающей Мечеть Пророка, оригинальное историческое здание библиотеки было демонтировано. Архитектурный объект прекратил существование, однако его функциональное назначение и материальное наследие удалось сохранить. Министерство по делам ислама, призыва и наставления Саудовской Аравии осуществило консолидацию исторических книгохранилищ Медины. Весь фонд библиотеки Ариф Хикмета был перенесен в специально созданный комплекс — Библиотеку короля Абдул-Азиза в Медине. Там коллекция шейхуль-ислама обрела статус автономного именного фонда. В настоящее время рукописи прошли полный цикл реставрации, оцифрованы и каталогизированы, обеспечивая международному академическому сообществу доступ к наследию османского библиофила. Познакомиться с их электронными копиями можно в официальном Цифровом репозитории Комплекса вакфных библиотек имени короля Абдул-Азиза по адресу https://kawla.gov.sa/home.

Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

Новости мира
Другие посты
Статьи

Какой должна быть образовательная модель у мусульман

17.08.2026   7132   5 min.
Какой должна быть образовательная модель у мусульман

Мы живем в эпоху, когда доступ к знаниям стал практически безграничным. Но почему тогда все чаще возникает ощущение, что образованность человека не растет вместе с объемом доступной ему информации? И что происходит со школой, если ученик сегодня может узнать практически все, что угодно, не выходя из дома?

По данным IslamNews, чем больше читаешь современные исследования об образовании, тем отчетливее проступает одна тревожная закономерность: образование, знания, образованность и мировоззрение все меньше являются синонимами.

Диплом еще не означает образованности. Большой объем информации не означает знаний. А умение быстро найти ответ в интернете вовсе не означает понимания.

Причем особенно заметен этот парадокс среди молодежи — поколения, которое принято считать самым информированным за всю историю.

Информации много. Знаний — не обязательно

Современный молодой человек практически никогда не остается один на один с недостатком информации. В его смартфоне — книги, лекции, энциклопедии, научные статьи, документальные фильмы, образовательные курсы и ответы на практически любой вопрос. Но проблема современной молодежи заключается уже не в отсутствии информации. Проблема заключается в том, что информация не превращается автоматически в знание.

Можно знать сотни фактов и не понимать исторического процесса. Можно посмотреть десятки лекций по философии и не иметь целостного представления о философской мысли или прочитать множество публикаций о религии и при этом не обладать системными религиозными знаниями. Человек оказывается информированным, но не обязательно образованным. Особенно это заметно в гуманитарной сфере — истории, философии, литературе, культуре и религии.

Интернет дал человеку беспрецедентный доступ к информации. Но вместе с этим он поставил перед ним новую задачу — научиться отличать знание от информационного шума. И, возможно, именно этому школа сегодня должна учить в первую очередь.

Поколения меняются — а что происходит со знаниями?

Не менее интересен вопрос о различиях между поколениями.

Что сегодня представляет собой человек сорока лет и чем отличается от него человек шестидесяти лет? Как формировалось мировоззрение этих людей? Какие знания они получили в школе и университете? Что они читают сегодня? Как относятся к самообразованию?

Подобные исследования проводятся в Европе, США, странах Ближнего Востока и Северной Африки. В России систематических исследований такого рода значительно меньше. Но уже сам факт существования подобного направления заставляет задуматься.

Поколения отличаются не только возрастом. Они формировались в принципиально разных информационных мирах.

Человек, которому сегодня около 60 лет, получал образование в эпоху, когда книга была главным источником систематического знания, а учитель и университет обладали гораздо большей информационной монополией. Сорокалетний уже застал начало цифровой революции. А сегодняшние подростки вообще родились в мире смартфонов и интернета. Но означает ли это, что новое поколение знает больше? Не обязательно. Оно получает больше информации. Но информация и знание — не одно и то же.

Что хотят передать своим детям религиозные общины?

Особенно интересна эта проблема в религиозных общинах.

Католики, протестанты, иудеи и представители других религиозных традиций в разных странах давно обсуждают один и тот же вопрос: каким должно быть образование ребенка из религиозной семьи?

Что поставить на первое место — религиозное или светское образование?

Дать ребенку сначала полноценную религиозную подготовку, а затем отправить его в светскую систему?

Или, наоборот, сначала обеспечить современное светское образование, а религиозные знания оставить на более поздний возраст?

Или попытаться объединить оба направления с самого начала?

На первый взгляд это вопрос исключительно об образовательной программе. На самом деле речь идет о гораздо большем. Речь идет о будущем общины.

Потому что каждая религиозная община, сознательно или нет, отвечает на вопрос: каким она хочет видеть следующее поколение?

Какими знаниями оно должно обладать? Какие ценности разделять? Как относиться к религии? Как строить отношения с окружающим обществом? Как сочетать религиозную идентичность с современным образованием?

Интересно, что у многих западных религиозных общин подобные вопросы обсуждаются системно. Формируются образовательные стратегии, определяются приоритетные дисциплины, создаются школы и образовательные программы. А вот исследований, посвященных аналогичным процессам в мусульманских общинах, значительно меньше.

Исследователи нередко говорят о закрытости мусульманских общин. Но проблема не только в этом.

Мусульмане сами слишком мало исследуют собственное образование. Много говорится о воспитании детей, о религии, о школе, о кризисе молодежи. Но гораздо реже пытаемся системно ответить на вопрос: какой именно должна быть образовательная модель мусульманской семьи и общины в XXI веке?

Что делать мусульманам?

Для мусульманских общин этот вопрос имеет еще одно измерение.

Нельзя просто выбрать между «светским» и «религиозным» образованием и считать проблему решенной. Вопрос гораздо глубже.

Нужно определить, какого человека мы хотим воспитать:

- Человека, который знает много, но не понимает смысла своих знаний?

- Человека, который имеет диплом, но не умеет самостоятельно мыслить?

- Человека, который прекрасно владеет современными технологиями, но ничего не знает о собственной истории, культуре и религии?

 - Или человека, способного одновременно быть современным профессионалом, самостоятельно мыслящей личностью и носителем глубоких духовных и нравственных ориентиров?

Если мы выбираем последний вариант, придется серьезно пересмотреть сам подход к образованию. Недостаточно просто добавить в школьное расписание несколько уроков религии.

Недостаточно дать ребенку учебник или отправить его в мечеть на выходных.

Необходимо создать целостную образовательную среду, в которой знания, мировоззрение, нравственность и профессиональное образование не противоречат друг другу, а дополняют друг друга.

Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

Новости мира