Сайт работает в тестовом режиме!
19 Октябрь, 2026   |   8 Джумада аль-уля, 1448

город Ташкент
Фаджр
05:20
Шурук
06:39
Зухр
12:08
Аср
15:53
Магриб
17:41
Иша
18:55
Bismillah
19 Октябрь, 2026, 8 Джумада аль-уля, 1448
Новости

На «Алтын минбаре» представили лучшие фильмы об исламе

07.09.2026   11291   18 min.
На «Алтын минбаре» представили лучшие фильмы об исламе

На протяжении существования кинофестиваля «Алтын минбар» в разные годы фильмами-открытиями становились картины, рассказывающие зрителю об истинном исламе, о тех людях, кто внёс неоценимый вклад в его становление и развитие, поднимающие актуальные темы, которые сегодня терзают мусульманский мир. И в год признания Казани в качестве культурной столицы исламского мира орг.комитет фестиваля организовал отдельную внеконкурсную номинацию, в рамках которой продемонстрировал лучшие фильмы об исламе. Рассказываем, какие картины были представлены и чему они учат своего зрителя, передает ИА IslamNews.

(2016 год)

«— Где вы ищите Бога? // — В разбитых сердцах»

Открыла показ картина иранского режиссёра Маджида Маджиди, который в этом году стал председателем жюри, «Мухаммад: Посланник Всевышнего». В 2016 году эта работа стала фильмом-открытием кинофестиваля.

Десять лет работы, 50 миллионов долларов бюджета, десятки тысяч статистов, воссозданные с исторической точностью Мекка и Медина, а главное — бережное отношение к священному образу, которое не позволило показать лицо Пророка (мир ему и благословение Всевышнего) ни на одну секунду. Всё это — фильм иранского режиссёра. Основной посыл картины — желание показать истинный ислам, миролюбие Пророка (мир ему и благословение Всевышнего), его стремление помочь каждому человеку. В эпоху, когда ислам всё чаще ошибочно отождествляют с терроризмом, эта миссия становится особенно важной — донести до людей подлинное лицо ислама.

Официальных исторических сведений о детских годах пророка Мухаммада (мир ему и благословение Всевышнего) сохранилось крайне мало. Но именно этот период стал основой для сценария, поскольку сам режиссёр хотел показать, что Мухаммад (мир ему и благословение Всевышнего) был пророком не только для людей, но «для всего бытия, вся природа радовалась его появлению, ведь он является милостью для миров».

Фильм «Мухаммад: Посланник Всевышнего»

Фильм показывает, как Мухаммад (мир ему и благословение Всевышнего) с ранних лет начинает совершать чудеса, являя собой истинного Божьего посланника. Его вера помогает разрушить идолов и увести народ от язычества, колдовства и магии. Даже злейшие враги восхищаются личностью юного Пророка (мир ему и благословение Всевышнего), а сама природа по воле Всевышнего оказывается на его стороне. Яркое тому подтверждение в фильме — нападение эфиопского племени на Каабу. Когда армия противника готовилась взять святыню приступом и уничтожить её жителей, в небе появились тысячи птиц. Они закружили над войском, подняв столб пыли, и стали бросать в противника кусочки глины, которые несли в клювах. Режиссёр задаётся вопросом: разве это не милость Всевышнего, проявленная по отношению к юному Мухаммаду (мир ему и благословение Всевышнего) и его роду?

Особое место в картине занимает драматическая линия личных потерь. Пророк (мир ему и благословение Всевышнего) так и не познал запаха своего отца, в младенчестве был отдан на воспитание кормилице Халиме, поскольку у его родной матери Амины не было молока. А едва вернувшись к ней, он потерял и её — их связь была настолько сильна, что после её смерти мальчик находился на грани жизни и смерти.

Одной из самых сильных по эмоциональному воздействию сцен можно назвать сцены расставания юного Пророка (мир ему и благословение Всевышнего) с матерью и её смерти. Не менее важный момент в фильме — процесс признания главами родов Единого Бога — Аллаха. Когда брат Абу Талиба достал свиток, все слова, как и предсказывал сам Абу Талиб, оказались съедены муравьями. Уцелела лишь одна фраза — «Именем Бога».

Мы знаем, что ислам строго запрещает изображать пророков, и здесь режиссёр нашёл решение, которое не нарушает этот запрет. В фильме лицо главного героя не показывается ни на долю секунды. Пророк (мир ему и благословение Всевышнего) появляется на экране лишь со спины или издалека, окружённый лучами света. Белые одежды, в которые он облачён на протяжении всей картины, служат одним из ярких признаков его избранности. К слову, фильм «Мухаммад — Посланник Всевышнего» стал лишь вторым в истории мирового кинематографа фильмом о Пророке (мир ему и благословение Всевышнего).

В фильме много массовых сцен, качественные спецэффекты, а музыкальное сопровождение усиливает драматизм. Образ Мухаммада (мир ему и благословение Всевышнего) на протяжении всей картины окружён белым сиянием, которое говорит о его избранности и великой миссии.

Картина открывается глубокой фразой, которая задаёт тон всей картине: «— Где вы ищете Бога? — В разбитых сердцах». Именно этот диалог становится лейтмотивом повествования, напоминая зрителю о том, что вера, милосердие и истинная духовность рождаются не в пышных ритуалах, а в смирении, сострадании и принятии боли другого. Именно таким — трогательным, человечным и одновременно возвышенным — предстаёт в фильме юный Мухаммад (мир ему и благословение Всевышнего), чья жизнь с самого начала была исполнена знамений и испытаний, но при этом всегда оставалась примером безусловной любви к людям и веры в Единого Бога.

(2017 год)

Каким должен быть настоящий проповедник?

Какими качествами сегодня должен обладать настоящий проповедник? Как быть, когда религию насильно встаскивают в политические игры, затмевая разум людей? Где проходит грань между истинным следованием пути и навязанной идеологией? Об этом и о том, насколько важна работа духовных лиц, то, как они ведут за собой умму, говорит фильм-открытие кинофестиваля в 2017 году, египетская картина «Наш проповедник» режиссёра Магди Ахмед Али.

В фильме словно набатом звучит фраза, произнесённая из уст главного героя шейха Хатема: «Христианство стало политикой, когда вышло из Иерусалима, Ислам стал политикой, когда умер Пророк (мир ему и благословение Всевышнего)». Каждый последующий момент в фильме становится ярким доказательством этого тезиса.

Картина «Наш проповедник» повествует об имаме, который в силу обстоятельств и желания властных структур оказывается в сетях взаимодействия политики и религии. Служит шейх Хатем в государственной мечети и очень быстро в силу своего красноречия и способности достучаться до каждого становится настоящей телевизионной звездой и получает собственную передачу, в рамках которой делает дагват и разъясняет египетской публике не только основы религии, но и поднимает непростые вопросы, волнующие современную молодёжь.

Популярность шейха растёт в геометрической прогрессии: его приглашают на званные ужины, сыграть в футбол с влиятельными людьми.

Однажды к нему за помощью обращается важный человек и просит вернуть юношу (Хассана) в лоно ислама, поскольку тот решил принять христианство. В отличие от многих других, главный герой в беседах с молодым человеком старается донести до него истину, заставить юношу думать, изучать духовные пути со всех сторон, а не следовать информации, полученной на непонятных интернет-сайтах.

С этого момента и начинаются проблемы не только у самого Шейха Хатема, но и у его друзей, семьи: вокруг близкого друга египетского проповедника усиливаются сплетни, в мечети, где работает шейх, начинают меняться порядки и приходить довольно жесткий, категоричный проповедник, а к самому шейху подсылают юную девушку, которая под видом набожной мусульманки пытается сбить проповедника с пути истинного, задавая ему неоднозначные вопросы и пытаясь пробудить самые низменные человеческие качества.

Несмотря на все бедствия и тяжесть отношений в семье (ссоры с женой, нахождение сына в коме), шейх делает единственно верный выбор. В последний раз выступая на ТВ, проповедник со слезами горечи и страдания комментирует кадры нападения мусульман друг на друга: «Не удивляйтесь, что нас называют террористами, когда мы сами воюем друг с другом, нападаем, убиваем наших братьев и сестер, обвиняя их в неверии и других грехах. Мне больно и стыдно видеть такое».

Интересна развязка линии с Хассаном, который, как оказалось, вовсе не ищет истины, а встал на путь терроризма. Он оставляет бомбу в коптской церкви, тем самым лишая жизни десятки тысяч прихожан. На место трагедии прибывает шейх. Здесь звучит, пожалуй, сама искренняя и тяжёлая проповедь имама, который говорит о том, что для существования безопасности нужен страх, а для появления решения — проблема.

«Наши артерии засорены, кровь в них застыла. Коррупция и бесполезные мысли заполнили умы нашей молодёжи. И то, что мы можем сделать, — сидеть и ждать очередного несчастья. Истязания, жестокость, поджоги, убийства, угнетение… У кого из нас в действительности болит сердце, а кто пришёл, чтобы просто выразить соболезнование? У кого из нас оно действительно сжимается от горя? Если наши сердца действительно болят друг за друга, нет никакой нужды в этих словах. Не будет вообще никаких слов. Мы будем смотреть в глубину наших сердец. Только слова, идущие от сердца, приведу нас к истинным словам Всевышнего. Только тогда мы прекратим кричать, чтобы наконец-то слушать и услышать друг друга», — эти пронизанные болью и стыдом за творящееся вокруг слова являются последними не только из уст шейха Хатема, но последними и во всей картине. Стыд шейха от всех этих событий сквозит не только в каждом слово, но и в его взгляде, в движениях руках, в катящихся по щекам слезах.

Но последнее, что видит зритель, — как в аэропорту проповедник встречает свою жену и очнувшегося от комы ребёнка…

(2018 год)

«Я никому и ни во что не верил. Но мне хотелось верить…»

В 2018 году фильмом-открытием «Алтын минбара» стала татарстанская картина, снятая по пьесе классика татарской литературы Туфана Миннуллина, «Мулла».

С первых минут на экране появляется главный герой Асфандияр, который отбывает наказание в колонии. Режиссёр сразу оговаривает важную деталь: мужчина попал в места лишения свободы незаслуженно, заплатив за свою честность и любовь к правде.

Предложение стать муллой мечети в татарской деревне он получает от родственника со стороны матери, богатого односельчанина, который помогает своей деревне и землякам (он провёл мост, обустроил дороги и построил единственную в округе мечеть). На первый взгляд зрителю кажется, что эта мечеть никому не нужна, но со временем это ощущение меняется и приходит понимание, что Асфандияр словно был послан Всевышним этим людям.

Показывая каждодневный труд главного героя, режиссёр даёт понять, с какими трудностями сталкивается Асфандияр, показывая стойкость дух и храня в сердце иман, оставаясь верным заветам Всевышнего, при этом пытаясь вернуть на путь ислама и своих новых соседей.

Яркий тому пример — Валиахмет, который сразу же проникся неприязнью к новому мулле. Ведь его бизнес и привычный уклад с появлением религиозного деятеля резко меняется. Но под влиянием старых друзей Валиахмет внимает совету муллы и встаёт на путь очищения души, отказываясь от вредных привычек. Примечательно, что первая проповедь, которую Асфандияр прочитал в новом статусе, была посвящена запретности алкоголя.

Отдельной сюжетной линией проходит история взаимоотношений с Налимой, будущей женой Асфандияра. Мулла не только даёт девушке для чтения Священный Коран, но и дважды спасает её честь и достоинство от посягательств.

Один из ключевых моментов фильма — разговор Асфандияра и Налимы о вере. Принеся мулле в мечеть ужин, Налима, спрятавшись за занавеской, задаёт ему вопрос, который звучит в сердце каждого ищущего: «По-настоящему ли ты веришь в Аллаха?» Ответ Асфандияра становится исповедью и одновременно проповедью: «Ты знаешь, мне никто раньше не задавал этого вопроса. Был период в моей жизни, когда я никому и ни во что не верил. Но мне хотелось верить. И один мой хороший знакомый посоветовал мне, когда что-то в жизни будет идти не так, читать молитву. И подарил мне чётки. Теперь и я хочу кому-нибудь помочь, но ведь без веры невозможно никого уберечь».

Именно эти слова звучат на протяжении всей картины, давая понять, что вера способна спасти, удержать от падения, дать надежду, далеко выходя за рамки простого ритуала.

Но не всё так безоблачно, как может показаться. Один из местных юношей, желая надругаться над девушкой, бросает вызов мулле. Но Асфандияр благородно отказывается от выяснения отношений силой, предлагая молодёжи поговорить в мечети, но получает в ответ лишь удар ножом в спину. Однако, несмотря на такую жестокость от людей, которых он призывает к миру и милости, Асфандияр не устаёт говорить о любви к Создателю.

Кровавая сцена сменяется приездом того самого богатого односельчанина, который в начале картины и позвал Асфандияра служить муллой. Он упрекает земляков в их образе жизни, в том, что они сотворили с человеком, несущим им свет ислама. В этот же момент, пока Асфандияр с тяжёлой травмой лежит без сознания, из мечети вдруг робкий детский голос читает азан. Это словно знак Всевышнего, что в людях прорастает зерно веры, пробивается любовь и тяга к их Создателю. Словно ответ на вопрос главного героя о том, что будет, если поверить — Всевышний тебя не оставит.

(2019 год)

«Термизи — это достояние, данное Аллахом мусульманам»

В 2019 году фильмом-открытием стала лента узбекского режиссёра Абдухалила Мигнарова «Имам Абу Исо Мухаммад Термизий», повествующая о детстве, юности и зрелости одного из выдающихся знатоков хадисов, прославленного мыслителя и автора книги хадисов «Ас Сунан». В основе сценария — реальные биографические события, бережно переосмысленные через призму художественного вымысла, но при этом сохраняющие дух и историческую достоверность.

Уже с первых кадров фильма зритель замечает, что юный Абу Исо отличался от сверстников феноменальной памятью. Он знал наизусть десятки тысяч хадисов пророка Мухаммада (мир ему и благословение Всевышнего) и мог цитировать уроки, которые преподаватель ещё только собирался дать классу. Это вызывало не только удивление, но и насмешки, а порой и злость учителя, который чувствовал себя уязвлённым.

Детство Термизи не было безоблачным: во время возвращения домой караваном отец будущего учёного тяжело заболел и умер в дороге, оставив семью без кормильца. Перед юношей встал мучительный выбор: продолжить обучение и провести большую часть жизни в странствиях или остаться с матерью и взять на себя заботу о ней. Естественно, мальчик склонялся ко второму варианту. Но на помощь его душевным смятениям пришёл первый учитель, который взял на себя все заботы о благополучии матери.

С этого момента начинается долгий путь — опасный, полный предательств и веры, признаний и клеветы. В разное время учителями Термизи были выдающиеся исламские богословы той эпохи. Он прошёл тысячи километров, впитывая знания от величайших умов того времени — от Басры до священных земель Мекки и Медины.

Он целых 20 лет собирал хадисы за пределами родины. Когда ему исполнилось 25 лет, отправился в Ирак, в город Басру, где брал уроки у выдающихся учёных тех краёв. Затем путь лежал в Шам (Сирию), а оттуда — в Хиджаз, священную землю Мекки и Медины. За эти 20 лет странствий и обучения Абу Исо Термизи запоминал и записывал все хадисы, которые доводилось слышать от учёных, активно участвовал в дебатах и научных диспутах, отстаивая свои позиции с юных лет и до глубокой старости.

Третье столетие хиджры известно как «золотой» век для науки хадисоведения. То было время повсеместного изучения хадисов, особенно в Мавераннахре. Среди устазов и учеников часто разгорались споры о том, что лучше — запоминать или записывать хадисы. Бытовало мнение, что запись на бумаге ведёт к ухудшению памяти, поскольку она бездействует, полагаясь на написанное. Но Термизи вступился за ученика перед своим устазом, заявив, что одного заучивания хадисов недостаточно. Это была не первая его победа в полемике.

В столь юном возрасте будущий хадисовед отличался благим нравом, в котором отсутствовало любое проявление тщеславия. На протяжении всей жизни он пронёс простую истину: познание наук — обязанность каждого мусульманина.

Повествование о личности Абу Исо Термизи был бы неполным без упоминания о том, с каким достоинством он выходил из козней, которые строились против него на протяжении всей жизни. Один из таких эпизодов нашёл яркое отражение в фильме. Бывший одноклассник, которого в картине зовут Джафарбек Мирзо, движимый завистью, нанимает людей, чтобы те напали на караван путников и лишили жизни Термизи. Но в момент истины, оказавшись лицом к лицу с главой нападавших, Абу Исо начинает повторять шахаду, желая умереть с именем Всевышнего на устах. Такая преданность религии и богобоязненность повергли нападавших в ступор и отвратили смерть от имама.

Но это далеко не все его испытания. Некоторое время спустя Термизи обманным путём запирают в доме со служанкой и зовут казыя, чтобы тот наказал «прелюбодея», скрывающегося под маской нравственности. Даже в этой ситуации, когда, казалось бы, нет посторонних глаз, герой демонстрирует свою набожность и чистоту: едва завидев женщину в доме, он уходит в другие апартаменты и начинает читать намаз. Именно за этим действием его и застают лицемерный хозяин дома, местные жители и казый, пришедшие на расправу. Но служанка, страшась не гнева хозяина, а гнева Всевышнего, свидетельствует правду. Эта ситуация разрешается благополучно: честь Абу Исо Термизи остаётся чиста, а служанке за её честность и неподкупность даруется свобода.

Особое место в жизни Термизи занимает сборник хадисов «Ас-Сунан». В этой работе Абу Исо Термизи после приведения текста хадиса перечисляет по именам всех передатчиков. Передаваемые хадисы могут подходить по смыслу друг к другу, а могут быть и противоположными. Независимо от этого Термизи упоминает имена передатчиков, если они имеют к данному разделу близкое или даже отдалённое отношение. Также автор многократно упоминает мнения учёных по разбираемым проблемам права, опираясь на убедительные доказательства, и разъясняет противоположные по смыслу хадисы. Отдельное внимание в сборнике уделено степени достоверности каждого хадиса, рассматривающегося с точки зрения правильности или слабости.

Для мусульман ат-Термизи сыграл особую роль, став первым человеком, кто разделил хадисы на три части и ввёл понятие «хадис-хасан» — «хороший хадис». Термизи считал важным не просто заучивать хадисы, переданные от Пророка (мир ему и благословение Всевышнего), но и понимать их текст, смысл и философию. Именно Термизи научил людей отличать достоверные и лживые хадисы.

Эти четыре ленты сходятся в одном: ислам для их героев — это внутреннее содержание и деятельная вера, которая не исчерпывается ритуалом. От чудесного спасения Каабы до ножа в спину деревенского муллы — каждый герой платит за свою веру высшую цену: риском, страданиями или годами изгнания. Но именно в этих испытаниях рождается подлинная духовность, о которой говорят все четыре фильма. Они не дают готовых ответов, но заставляют зрителя задуматься: а что я сам готов сделать ради своей веры? Кинофестиваль «Алтын минбар» напомнил, что хорошее кино об исламе — это всегда разговор о человечности, а не о догмах.

Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

 

Новости мира
Другие посты
Статьи

Научное наследие, ориентированное на будущее

19.10.2026   7829   10 min.
Научное наследие, ориентированное на будущее

История науки редко бывает лишь историей открытий. За именами учёных, названиями трудов и астрономическими таблицами стоят институты, образовательные практики, системы покровительства, языки научной коммуникации и, наконец, отношение общества к знаниям. Поэтому вопрос о научном наследии Центральной Азии сегодня уже не является вопросом только прошлого. Для современного Узбекистана он всё больше становится вопросом будущего, передает iccu.uz.

В последние годы в нашей стране формируется система государственной политики, в рамках которой историко-научное наследие, развитие образования и науки, человеческий капитал и инновации рассматриваются во взаимосвязи. Концепция развития науки до 2030 года предусматривает модернизацию научной инфраструктуры, подготовку молодых исследователей и усиление научно-инновационной деятельности. В свою очередь, Стратегия «Узбекистан – 2030» включает развитие человеческого потенциала, образования, науки и других сфер в систему долгосрочных и измеримых национальных целей.

С этой точки зрения особенно важным примером является Центр исламской цивилизации в Узбекистане. Созданный по инициативе Президента Республики Узбекистан Шавката Мирзиёева, этот центр функционирует как международный научно-просветительский центр, объединяющий современные цифровые технологии и научные исследования с культурным наследием доисламского и исламского периодов.

Таким образом, возникает принципиально новый вопрос: может ли историческое наследие быть не только объектом сохранения и источником национальной гордости, но и ресурсом для формирования культуры знаний и стратегии развития государства?

Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо выйти за рамки традиционных историй о «великих предках». Что именно мы должны черпать из научного наследия – конкретные знания, имена и открытия или более глубокую культуру создания, передачи и применения знаний?

Центральная Азия – пространство движения знаний

Одной из устойчивых ошибок в массовых представлениях о средневековой науке является восприятие её как совокупности отдельных национальных достижений. История интеллектуальной культуры Центральной Азии демонстрирует совершенно иную картину. Научный подъём невозможно объяснить формулой «появились гении». Для появления таких учёных, как Аль-Хорезми, Беруни, Ибн Сина и представители последующих поколений, была необходима среда, в которой знания могли перемещаться, переводиться, обсуждаться, подвергаться критике и передаваться следующим поколениям.

Исторический опыт Центральной Азии позволяет осмыслить, каким образом формируются социальные и институциональные условия для создания новых знаний. В прошлом этому способствовали научные центры, библиотеки, образовательные учреждения, международные связи и подготовка специалистов. Сегодня эти задачи сохраняют значение, хотя требуют новых форм и инструментов.

От исторической памяти – к культуре метода

Важно отметить, что само по себе знание о великих предках не создаёт учёных. Знать имя Улугбека – ещё не значит заниматься астрономией. Гордиться Ибн Синой – не значит читать научные статьи. Гордость за Беруни не гарантирует владения навыками критической работы с источниками. Поэтому важно перейти от поклонения результату к культуре метода.

Молодёжи недостаточно просто говорить: «Беруни был великим учёным». Необходимо объяснять, как именно он проводил свои исследования.

Недостаточно утверждать: «Улугбек построил обсерваторию» – важно помочь найти ответ на вопрос: «Зачем обществу нужна фундаментальная наука?» При таком подходе историческая память становится не конечной целью, связанной с гордостью, а инструментом, открывающим путь к интеллектуальной деятельности.

От великих имён – к культуре научного мышления

В общественном сознании научное наследие часто представлено через образы великих личностей. Аль-Хорезми связывают с математикой и алгоритмами, Ибн Сину – с медициной и философией, Беруни – с естественными науками и изучением культур, наследие Улугбека – с астрономией.

Однако для стратегического осмысления наследия этого недостаточно.

Обратимся к примеру Абу Райхана Беруни. Источники Encyclopaedia Iranica характеризуют его как великого энциклопедического учёного, работавшего в таких областях, как математика, астрономия, география, минералогия, фармакология, история и история религий. Важно и то, что в своей интеллектуальной деятельности он изучал не только арабскую научную традицию, но и греческую математико-астрономическую традицию.

Особенно показательно его отношение к Индии. Современные исследования свидетельствуют о том, что знания об индийской астрономии Беруни получал, в частности, через переводы текстов на санскрите на арабский язык.

С этой точки зрения для XXI века Беруни – это не только «великий учёный из Хорезма». Он демонстрирует определённую исследовательскую культуру. Беруни стремился изучать чужую культуру, опираясь на собственные интеллектуальные критерии, сопоставлять различные системы знаний, наблюдать, описывать, критически анализировать источники и применять междисциплинарный подход.

Улугбек и принцип, чрезвычайно важный для современности

Не менее значимым является пример Мирзо Улугбека. В Самарканде он построил обсерваторию, которая стала одним из наиболее известных научных сооружений в истории региона. Метрополитен-музей рассматривает её как яркое свидетельство интереса Улугбека к науке и астрономии.

Однако значение Улугбека заключается не только в самом здании или результатах наблюдений. Encyclopaedia Iranica отмечает, что перемещение учёных между различными научными центрами способствовало дальнейшему распространению знаний. Ярким подтверждением этого является Али Кушчи, который был связан с учёными Самаркандской обсерватории и после смерти Мирзо Улугбека продолжил научную деятельность в других интеллектуальных центрах – Тебризе и Стамбуле. В этом смысле Самаркандскую обсерваторию можно рассматривать как исторический пример научной школы, способной влиять на развитие знаний далеко за пределами одного города.

Такой подход переводит внимание от величия отдельных открытий к вопросам организации науки: кто создавал условия для работы учёных, как она финансировалась, где готовились специалисты, каким образом распространялись результаты исследований и что происходило с научной школой после изменения политической поддержки?

Именно эти вопросы лежат в основе идеи Президента Шавката Мирзиёева о создании Центра исламской цивилизации.

Официальная концепция Центра исламской цивилизации в Узбекистане предполагает не столько традиционный музейный принцип, сколько функцию пространства для научных исследований. Центр призван не только хранить историческое наследие, но и связывать прошлое, настоящее и будущее через изучение, интерпретацию и распространение знаний.

Традиционный музей в первую очередь отвечает на вопрос: «Что произошло?» Исследовательский центр ставит вопрос: «Как это произошло?» Образовательный центр спрашивает: «Чему это может нас научить?» А стратегический институт обращается к вопросу: «Как полученные знания могут изменить будущее?»

Центр исламской цивилизации стремится объединить эти четыре направления. Он выступает как многофункциональная система, объединяющая музей, библиотеку, хранилище рукописей, исследовательский центр, образовательную площадку, цифровую платформу и международный форум.

Такая многофункциональность соответствует современной модели экономики знаний, в которой сохранение, исследование, образование и распространение знаний рассматриваются как взаимосвязанные процессы.

В частности, в составе Центра имеется библиотека площадью более 3100 квадратных метров, рассчитанная почти на 300 учащихся и исследователей. В её фондах хранятся редкие издания, уникальные коллекции и большой электронный фонд.

Посетителю Центра предлагается не просто собрание отдельных экспонатов, а определённая логика исторического времени: цивилизация – знания – культурный подъём – современность – будущее.

Заключение

В XXI веке национальное достояние нельзя рассматривать лишь как совокупность памятников, рукописей и имён великих предков. Его подлинная ценность определяется тем, какое влияние оно оказывает сегодня и какие процессы запускает.

Если оно лишь пробуждает чувство гордости – это память. Если становится объектом научного исследования – оно превращается в знание. Если находит применение в образовании – становится частью человеческого капитала.

А если человеческий капитал создаёт новые знания, исторический опыт превращается в ресурс развития.

Поэтому современное обращение Узбекистана к научному прошлому следует рассматривать не как очередную кампанию по популяризации истории, а как более широкий процесс формирования связи между цивилизационной памятью и современной политикой в сфере знаний.

Центр исламской цивилизации особенно наглядно демонстрирует эту трансформацию. Его официальные задачи предусматривают соединение историко-культурного достояния с научными исследованиями, образованием, цифровыми технологиями и международным научным диалогом. Центр позиционируется как мост, связывающий прошлое с Новым Узбекистаном.

Однако конечный результат этой политики будет зависеть не от масштабов зданий или количества экспонатов. Он будет определяться формированием новой культуры отношения к знаниям – культуры, в которой исследователь-историк и будущий инженер, специалист по рукописям и разработчик искусственного интеллекта, историк и биотехнолог становятся участниками единого национального проекта.

Именно в этом смысле формула Третьего Ренессанса приобретает конкретное содержание. Его невозможно построить лишь через воспоминания о Первом и Втором Ренессансах. Невозможно и просто «повторить» Беруни, Улугбека или Ибн Сину. Однако можно создать общество, в котором высоко ценятся исследовательская деятельность, образование, интеллектуальная свобода, междисциплинарный подход и способность превращать знания в общественное благо.

Тогда перед политикой в сфере национального достояния встанет уже не вопрос: «Что оставили нам наши предки?»

Этот вопрос сменится гораздо более ответственным: «Что мы сделаем с тем, что они оставили, – и какое интеллектуальное наследие передадим поколениям, которые придут после нас?»

Именно в этой точке изучение прошлого превращается в стратегию будущего.

Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана

Новости Узбекистан