Жизнь и творчество азербайджанского суфийского мыслителя XV века Сеида Яхьи Бакуви на протяжении веков привлекали внимание исследователей. Богатое художественно-философское наследие Сеида Яхьи Бакуви, видного представителя ордена Халватия, изучалось рядом ученых и исследователей в Азербайджане и Турции, передает islam.az.
Об этом в интервью АЗЕРТАДЖ сказала ведущий научный сотрудник Института литературы имени Низами Гянджеви НАНА, доктор философии по филологии, доцент Захра Аллахвердиева. Ученый отметила, что Сеид Яхья Бакуви является одним из представителей сформировавшейся и развивавшейся в городах Ширван и Баку с IX по XII века богатой литературно-философской среды, которая достигла нового этапа с появлением концепции Хальватия в XV веке.
«Сейид Яхья Бакуви, родившийся в Шамахы примерно в конце XIV века, жил в Баку с 1420 года и провел здесь большую часть своей жизни. Политическая, экономическая, литературная и философская среда Баку приобрела большую известность в XI-XII веках, во время правления Ширваншахов. Положение Баку, развивавшегося как столица Ширваншахов, отражено в исторических источниках и поэзии того периода. В XV веке литературная среда Баку сохраняла свои национально-духовные, философские ценности, величие», — подчеркнула З.Аллахвердиева.
Собеседница агентства отметила, что в произведении «Хадийятуль-ихван» Мехмета Назми Эфенди, жившего в XVII веке, сообщается, что Сеид Яхья Бакуви долгое время проповедовал в Баку идеи хальватийского тариката, воспитывал мюридов и скончался здесь. «Деятельность Сеида Яхьи Бакуви, связанная с Баку, свидетельствует о тесной связи его иршадской традиции и научно-философских встреч с интеллектуальной средой города. С этой точки зрения Баку можно рассматривать не только как место, где он жил, но и как важную культурную среду, в которой формировались его творчество и духовно-философское наследие», — добавила ученый. Она подчеркнула, что такие произведения Сеида Яхьи Бакуви, как «Шифауль-асрар» («Исцеление тайн»), «Асрарут-талибин» («Тайны ищущих»), «Маназилюль-ашикин» («Возможности влюбленных»), «Кашфуль-гулуб» («Раскрытие сердец»), «Румузуль-ишарат» («Символы знаков»), «Макаримуль-ахлаг» («Благородство нравов») и другие, являются ценными образцами азербайджанской религиозно-философской литературы. «В творчестве Сейида Яхьи Бакуви важное место занимают и художественные образцы. Особое значение в эпической традиции азербайджанской поэзии имеет его произведение «Гисейи-Мансур», посвященное Халладжу Мансуру. В нем привлекают особенности народного языка, высокие художественные средства выражения и символы», — отметила З.Аллахвердиева.
Она подчеркнула, что ярким примером является также отрывок из произведения «Гисейи-Мансур», где описывается забивание камнями Халладжа Мансура. По словам ученого, использованное в произведении выражение «йекренг» имеет символическое значение и выражает идею единства человека с Богом. Захра Аллахвердиева подчеркнула, что творческое наследие Сеида Яхьи Бакуви составляет одно из важных направлений в истории азербайджанской философской и литературной мысли: «Его труды – это богатые и ценные страницы истории нашей религиозно-философской мысли, которые еще не были полностью изучены. Более широкое изучение этого наследия может позволить глубже исследовать место Сеида Яхьи Бакуви в истории азербайджанской и восточной философской мысли в целом».
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Перевод Корана на болгарский язык, выполненный профессором Софийского университета, спустя более двух десятилетий после первых попыток, стал одной из основ исламских исследований в Восточной Европе. Научный путь этого ученого, пролегавший через университеты Багдада, Каира и Москвы, в конечном итоге привел к глубокой связи между востоковедением и исламской верой.
Как сообщает IQNA со ссылкой на "Ар-Рая", болгарский язык является родным для как минимум восьми миллионов человек (включая более полумиллиона мусульман) и играет весьма примечательную роль в истории перевода Корана на Балканах. Поскольку Балканы издавна являются местом пересечения славянских культур с турецким влиянием, «болгаризация» Корана имела не только религиозное значение, но и влияла на националистический и политический дискурс региона.
Большинство мусульман Болгарии (которых в местном диалекте называют «турками») проживают на юге страны и по-прежнему используют турецкий язык как основной для общения и религиозных проповедей. В то же время «помаки» (болгароязычные мусульмане, проживающие в Болгарии, северо-восточной Греции и преимущественно в северо-западной Турции), «рома» (цыгане) и другие этнические группы в основном используют болгарский язык. По этой причине первые переводы Корана на болгарский язык, выполненные христианскими миссионерами в первой половине XX века на основе европейских переводов с немецкого, французского и английского языков, воспринимались местными тюркоязычными мусульманами как вызов их идентичности.
Это напряжение сохраняется до сих пор, и борьба за языковые права является важным вопросом для тюркоязычного населения страны. Именно в этом контексте в период с 1986 по 1989 годы был осуществлен первый перевод Корана на болгарский язык мусульманином Мухаммедом Шамсэддином, который в 1991 году был издан частным образом неформальным издателем-любителем. Позже, в 1993 году, был опубликован тафсир (толкователь), подготовленный комитетом под руководством муфтия Надима Гандзева, ограниченным тиражом.
Глубокое знание Цветана Теофанова в исламской культуре
Следующим переводом Корана на болгарский язык стала работа выдающегося болгарского исследователя арабских и исламских исследований Цветана Теофанова под названием «Prevod na Sveshtenia Koran» (Перевод Священного Корана), которая и является предметом данного репортажа.
Цветан Теофанов — профессор Софийского университета, чья деятельность в области арабских исследований в Болгарии ведется с начала 1960-х годов и занимает особое место.
Он является ученым, глубоко изучившим Коран, а также арабскую литературу и поэзию эпохи Аббасидов, преподавал и занимал административные посты в университетах своей страны. Он выступал с лекциями в ряде западных университетов, включая Оксфорд, и за эти годы опубликовал труды, посвященные арабскому литературному наследию.
Свой научный путь Теофанов начал в Софийском университете, после чего отправился в университеты Багдада и Каира. Его докторская диссертация (защищенная в 1987 году в Московском государственном университете) была посвящена творчеству Абу аль-Атахии, знаменитого поэта раннего ислама, а его завершающая работа для получения звания профессора (2001 г.) была посвящена классической арабской поэзии. В 1992 году Теофанов возглавил Центр восточной культуры и языков в Софийском университете.
Помимо перевода Корана, он известен своими монографиями и исследованиями по средневековому Ближнему Востоку, а также своими поэтическими произведениями. Кроме того, он, по всей видимости, является единственным болгарским исследователем, переведшим сборник хадисов — книгу «Рияд ас-Салихин» имама ан-Навави.
Приняв ислам в 1998 году в процессе перевода Корана на болгарский язык, он в том же году был избран руководителем кафедры при Высшем исламском институте Софии. В настоящее время он является членом Американского общества востоковедов и Британского общества ближневосточных исследований.
Этот исследователь и переводчик Корана, по просьбе болгарского издательства, в 1987 году впервые перевел концепции Священного Корана на болгарский язык. Однако, по его собственным словам, стремясь к изменениям в личных и общих обстоятельствах, Теофанов вновь взялся за перевод Священного Корана, и спустя 10 лет представил первый болгарский текст смыслов Корана, переведенный непосредственно с арабского оригинала.
Впервые это издание было опубликовано в 1997 году при поддержке саудовского фонда «Ат-Тайиба», а в 1999 году вышел его второй исправленный тираж. С тех пор этот перевод переиздавался по меньшей мере пять раз различными болгарскими издательствами, Управлением муфтия Болгарии и, наконец, Турецким управлением по делам религии (Диянет).
«Официальный» статус этого перевода принес ему огромную популярность, и сегодня он легко доступен не только в мечетях и библиотеках, но также на множестве веб-сайтов и в мобильных приложениях. Принятие Теофановым ислама после завершения работы над переводом также способствовало росту его известности и авторитета среди мусульманских и не мусульманских читателей.
Рассказывая о том, что побудило его взяться за перевод Священного Корана, и было ли это личным любопытством или просто предложением болгарского издательства, переводчик отметил: "Изначально я не планировал переводить Священный Коран, пока одно из болгарских издательств не пригласило меня заняться этим благородным трудом. Не думая о тех трудностях, с которыми придется столкнуться, я с легкостью принял это предложение. Я был удивлен этим предложением, поскольку коммунистические власти Болгарии в то время запрещали последователям любых религий — будь то христиане, иудеи или мусульмане — отправлять свои религиозные обряды".
Современный язык в сочетании с научной точностью
Во введении к своему переводу Корана Цветан Теофанов знакомит болгарских читателей с важнейшими кораническими понятиями, а также приводит краткую биографию Пророка ислама (с.а.с.) и историю раннего периода ислама. Кроме того, он затрагивает актуальные и дискуссионные темы современности, такие как религиозная толерантность в исламе, джихад и взаимосвязь между исламом и наукой.
Сам перевод отражает богатый научный и академический опыт его автора. По своему стилю он до некоторой степени перекликается с известным своей предельной точностью к оригиналу русским переводом Крачковского, однако представляет собой весьма удачный «грамматический перевод», лишенный сухого букваризма или вольных пересказов (парафраз).
При выборе лексики для перевода аятов была проявлена большая точность, а все пояснения и комментарии заключены в квадратные скобки. Перевод выполнен на современный болгарский язык, что позволило переводчику избежать использования устаревших и архаичных слов; он сохранил лишь небольшое число оригинальных арабских терминов, благодаря чему текст стал легко понятным как для мусульманской, так и для светской аудитории.
Любые дополнительные разъяснения оформлены в виде сносок к переводу. Они написаны простым языком и опираются на общепринятые суннитские тафсиры. Хотя в тексте книги не упоминаются классические толкователи по именам, в некоторых интервью Теофанов признавался, что использовал суннитские тафсиры, такие как труды ат-Табари, Ибн Касира и Сайида Кутба, а при объяснении «асбаб ан-нузуль» (причин и обстоятельств ниспослания аятов) опирался главным образом на «Сахих» аль-Бухари.
Перевод, подходящий как для широкого круга читателей, так и для специалистов
При столкновении с догматическими и вероучительными аятами он обычно дает буквальный перевод, но дополняет его пояснениями в соответствии с учением суннитов. Тот же подход применяется и к ряду аятов, касающихся религиозной практики и социальных вопросов: Цветан Теофанов разъясняет их сквозь призму суннитских взглядов, в том числе правовой статус отмены временного брака (мута) в примечании к 24-му аяту суры «Ан-Ниса». В целом его подход позволил создать труд, который одинаково хорошо подходит как для сплошного чтения, так и для цитирования в академических, религиозных или популярных работах.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана