Лувр (Париж) и Смитсоновский институт (Вашингтон) представили совместную выставку «Из Лувра: шедевры исламского искусства», на которой в Национальном музее азиатского искусства в Вашингтоне экспонируются 26 ценных произведений из коллекции исламского искусства французского музея.
Как сообщает IQNA со ссылкой на "Arab News", на выставке, которая открылась в Национальном музее азиатского искусства Смитсоновского института и продлится до 18 января, представлены 26 художественных произведений из постоянной коллекции отдела исламского искусства Лувра.
Примечательно, что это первый случай, когда Лувр передает подобные произведения в аренду другому институту.
Саймон Ретиг, куратор отдела мирового исламского искусства в Национальном музее азиатского искусства Смитсоновского института и один из организаторов выставки, отметил, что сотрудничество между двумя институтами насчитывает не менее 120 лет — оно началось еще до строительства нынешнего здания Вашингтонского музея.
Экспонаты выставки были отобраны из более чем 18 000 произведений, входящих в исламскую коллекцию Лувра.
Произведения из Египта, Сирии, Ирана и Индии
Одним из центральных экспонатов является знаменитое блюдо, известное как «Таз крещения святого Людовика», которое относится к Египту или Сирии эпохи мамлюков (первая половина XIV века). Это изделие с гравированными узорами, украшенное золотом, серебром и эмалью, находится в отличном состоянии сохранности.
Другой значимый объект — чаша из нефрита с поэтической надписью на персидском языке, происходящая из Восточного Ирана или Афганистана, относящаяся к эпохе Тимуридов. Чаша изготовлена из нефрита жадеита и украшена золотыми вставками. По словам эксперта, форма чаши несет в себе явное влияние китайского искусства.
Также заслуживает внимания стеклянная чаша с изображением игроков в поло. Этот артефакт, относящийся к Сирии (около 1250 года, эпоха Айюбидов), выполнен из позолоченного и глазурованного стекла и был обнаружен в одной из церквей Италии.
В экспозицию также вошла тарелка с изображением павлина, созданная в османский период в городе Изник (Турция).
Бронзовый павлин и ювелирный кинжал
Еще одним выдающимся экспонатом является бронзовая фигурка павлина, являющаяся частью механизма (автоматона). Она была изготовлена в эпоху Омейядов, вероятно, в Кордове (Испания), и относится к началу XI века.
Среди других значимых предметов — кинжал с рукоятью в виде головы лошади. Изготовленный из нефрита, рубинов, изумрудов и золота, этот кинжал происходит из Индии. Тонкая работа над головой лошади позволяет рассмотреть мельчайшие детали гривы и облика животного. Предполагается, что кинжал был изготовлен для императора, принца или высокопоставленного придворного лица.
Также представлен портрет Фатх-Али-шаха Каджара — картина маслом на холсте, написанная в Иране в начале XX века и приписываемая художнику Мехр-Али.
Кроме того, в экспозиции представлена керамическая чаша из Шуша (Иран). Изготовленная из глины без глазури, она датируется примерно 600–800 годами нашей эры. Ретиг назвал этот предмет одним из важнейших в коллекции, отметив, что он демонстрирует, как сложность и изящество искусства не всегда зависят от дороговизны материалов, а простота может быть проявлением художественного совершенства.
Выставка не только знакомит с широким спектром исламского искусства, но и подчеркивает многолетнюю историю партнерства между Лувром и Смитсоновским институтом, объединяя шедевры из разных уголков исламского мира в одном пространстве.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
В 1885 году Казанский университет избрал своим членом человека, который не имел диплома о высшем образовании, никогда не преподавал в университете и не защищал диссертаций. Его звали Габделкаюм Габденнасыйр улы Насыйри — для истории он остался как Каюм Насыри. Поводом для избрания стали его труды по истории, археологии и этнографии татарского народа, передает IslamNews.
Каюм Насыри родился 14 февраля 1825 года в деревне Югары Шырдан (ныне Зеленодольский район Татарстана). В семье религиозность была неотделима от повседневной жизни. Первые знания он получил от отца — имама, затем учился в Казанском медресе. Казалось бы, обычная биография человека, которому была уготована судьба сельского муллы. Но Насыри выбрал другую дорогу — дорогу просвещения.
Учитель, который не переставал учиться
После окончания медресе Насыри занялся педагогикой: преподавал языки в различных учебных заведениях Казани. С 1879 года, когда ему было уже за пятьдесят, он полностью посвятил себя научной и исследовательской работе. И это не было отходом от религиозного служения — это было его продолжением, только на другом уровне.
Насыри писал труды по языкознанию, литературе, истории, педагогике, арифметике, геометрии, географии, ботанике, химии и даже медицине. Он составлял календари и словари. Такая широта интересов сегодня может показаться странной, но для эпохи просвещения это было естественно: учёный не делил знание на «религиозное» и «светское», он искал целостную картину мира.
Что он оставил после себя
Наиболее известные труды Насыри связаны с историей и этнографией татарского народа. В работах «Казан татарларының ышанулары һәм гореф-гадәтләре» («Верования и обычаи казанских татар»), «Татар этнографиясе материаллары» («Материалы татарской этнографии») и других он описал быт, обряды и традиции своих современников.
Особое место занимают его исследования истории татарских деревень. Насыри изучал Ачасыр, Бакырчы, Борнаш, Борындык, Югары Шырдан, Мамадыш, Мулла Иле, Рәсбуга и другие. Он описывал, когда и кем была основана деревня, откуда пошло её название, какие известные люди там жили. Эти материалы до сих пор используются историками и краеведами.
Отдельного упоминания заслуживают его статьи о великих учёных прошлого — аль-Фараби и Ибн Сине. Насыри видел в них пример того, как мусульманский учёный может быть одновременно богословом, философом, врачом и математиком.
Книга о воспитании
В труде «Китаб-әт-тәрбия» («Книга о воспитании») Насыри изложил свои педагогические взгляды. Одна из ключевых идей этой работы — важность общения с образованными людьми. Он писал: «Общение с людьми разума и учёными, доверительная беседа с ними оживляют сердца. А беседа с людьми знания и просвещения подобна нахождению рядом с продавцом благовоний: даже если он не даст тебе благовоний, их аромат всё равно проникнет в твоё дыхание». Эта метафора хорошо передаёт суть просветительского подхода Насыри.
Почему его наследие важно сегодня
Педагог и просветитель Анвар Хуҗиәхмәтов в книге «Мәгърифәт йолдызлыгы» («Звезда просвещения») писал: «С 60-х годов XIX века и на протяжении полувека Каюм Насыри был выдающимся представителем татарских просветителей. Он — учёный, посвятивший всю свою жизнь и талант служению народу. Своими исторически значимыми трудами по подъёму татарского народа в области знаний, по развитию его культуры этот учёный оказал огромное влияние на становление нашей культуры на демократической основе и на возникновение народного литературного языка».
Сам Насыри, вероятно, не думал о том, какое место займёт в истории. Он просто делал то, что считал нужным: учил, писал, исследовал. Но именно из такой повседневной работы складывается наследие.
Его труды не утратили актуальности. Они используются при изучении истории татарских деревень, в топонимике, в краеведении. А его подход — соединение веры и науки, уважение к традиции и открытость к новому — остаётся образцом для тех, кто сегодня работает в области исламского образования.
Каюм Насыри умер в 1902 году, но его книги сохранились. И это лучшая иллюстрация того, что просвещение — это не одномоментный акт, а долгий процесс, плоды которого видны лишь спустя десятилетия.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана