26 Сентябрь, 2026, 15 Раби ас-сани, 1448
26 Сентябрь, 2026, 15 Раби ас-сани, 1448
Дахбид - пригородный район и древний поселок Самарканда, который стал известен мусульманскому миру после академий знаменитого шейха Абу Юсуфа Хамадани в махалле «Хушруд» (сейчас под ним подразумевают поселок Хишрав) и Ходжи Ахрара в селении Ходжа Кафшир - третьем по счету центром суфизма. Дахбид стал центром суфийского течения Накшбандия при жизни Махдуми Аъзама – видного шейха, который избрал для своего постоянного места жительства Дахбид.
Дахбид был знаменит и до шейхов. Он относился к древнему пригородному району Ним–Сугуд, что в переводе означает «Половина Согдианы». Главным поселением в этом районе при темуридах считалось село Офаринкент. Впоследствии по названию этого большого села или городка район назвали Офаринкентский туман.
Автор книги по истории Самарканда «Кандия» пишет, что Офаринкент построил самаркандский царь Гурек. Гурек был царём Согда и при правлении арабских наместников. Туман Офаринкент сохранил своё название и во время правления шейбанидов.
По Вяткину, при разделении Мавераннахра в 1512 году, после знаменитой битвы при Кули Малик, когда Бабур был вынужден оставить Самарканд, средняя часть долины реки Зеравшана – Миянкал (Ним–Сугуд и Сугуди Калонские туманы), а также Нурата достались в удел одному из победителей узбекских султанов - Джанибек–султану и его сыновьям. Джанибек стал жить в Кармине, а своего сына Искандар–султана назначил правителем Офаринкентского тумана. Он правил этим районом до смерти своего отца в 1529 году.
При правлении аштарханидов Офаринкент продолжал служить поместьем хакима или бека, но затем он уступил свою роль Дахбиду. В. Вяткин пишет: «Оба эти селения в числе немногих долинных кишлаков сохранили таджикское население, а первый (Офаринкент), кроме того, арабское. Современное село Кумушкент существовало уже при последних чингизидах… Здесь находились мазары Али-ота, тюркского шейха из последователей Ахмада Яссави и других чтимых и доныне лиц. Впоследствии здесь же похоронен был Касимовский царевич Шигай. Селение Ванг, название которого сохранилось до настоящего времени, упоминается при темуридах. Оно лежит между Кумушкентом и Яны–курганом. В одной окружной меж землями селения Ванга находились земли селений Арала и Срикучи и большого селения – Ваидж». По Вяткину Ваидж находился на месте современного Лаиша.
Реку Кухак (во время темуридов называли Дарёи Сафид) сейчас называют Акдарья. В. Вяткин в «Материалах к исторической географии Самаркандского вилаята» (1905 г.) далее пишет: «В эпоху шейбанидов в Офаринкентском тумане в первый раз встречаются названия селения Дахбида. Известность оно получило с того времени, когда сюда переселился из кишлака Касана, находящегося в Фергане, известный шейх Махдуми Аъзам. Похоронен он был в Дахбиде. При его мазаре впоследствии известный строитель самаркандских медресе Тилля–кари и Ширдара Ялангтуш Бахадур основал обширную ханаку. Существующее же здесь медресе, построенное из жжёного кирпича и состоящее из 34 худжр с мечетью и дарс–хоной, основана была гораздо позже, при первых мангитах. Уже при шейбанидах Дахбид был окружён стеной с несколькими воротами в ней, из которых известны были ворота мазара Джук». Автор здесь же упоминает и Кампир–девор, под которым подразумевается старая оборонительная стена. По Вяткину Дахбид и его окрестности очень древний и густонаселённый район.
Один из исследователей истории Дахбида и дахбидских шейхов Комилхон Каттаев в своей книге «Махдум Аъзами и Дахбид» (Самарканд, 1994) пишет, что появление Дахбида связано с переселением из Касана Ферганской долины шейха Ахмада Джалаладдина Касани (1462–1542) (то есть Махдум Аъзама) по приглашению шайбанида Джанибека Султана в Миянкал. Это события произошло приблизительно в 1515–28 годы. Только в ХIХ веке в Дахбиде проживало 1 206 семей. Так как количество мечетей было 45, то нетрудно посчитать, количество населения, так как при одной мечети бывает от 100 до 500 молящихся.
Дахбид не один раз переживал трагические дни. По свидетельству журналистов, побывавших во многих районах Таджикистана, людей чьи прадеды или прапрадеды были родом из Дахбида, можно встретить всюду. А все население Пандж-ширской долины Афганистана считает родину своих предков Дахбид. Из таджикских поэтов покойный Лоик Шерали утверждал, что его прадед в Пенджикент переселился из Дахбида, а поэтесса Фарзона считает своими предками дахбидских шейхов. Дахбидцы переселились и в город Самарканд.
Потомки шейха живут и ныне в Дахбиде, в других районах и городах Узбекистана и Таджикистана. Один из потомков Комилхон Каттаев в Самарканде создал «Фонд Махдуми Аъзама Дахбеди», занимается популяризацией его наследия.
Гузар Дахбеди, начиная от универмага на Регистане, растянулся до Соборной мечети Амира Темура - известной в народе мечети «Биби–ханим». Академик Академии наук Таджикистана Раджаб Амонов рассказывал мне, что дахбидские переселенцы в долине Пандж-шир Афганистана имели при себе халат пророка Мухаммеда.
То, что дахбидцы были нетерпимы к несправедливости и гнету, непокорны, горды и не перед кем не склоняли головы, известно всем. Но до сих пор остается неизвестным, с кем они воевали и почему дахбидские повстанцы несколько раз были вынуждены покинуть Дахбид и разбрестись по белому свету.
Во время правления аштарханидов и мангытов, вплоть до завоевания Россией Самарканда, в борьбе за власть в Самарканде и Бухаре было так много восстаний и междоусобных войн, что диву даешься, как удалось народу выжить в этой бойне. А Дахбид как пригородный район, подчинённый Самарканду, был участником всех этих кровавых событий.
Когда по приказу царя началась мобилизация нерусского коренного населения Туркестана на Первую мировую войну, в некоторых городах и районах этого края в 1916 г. начались восстания. Конечно, Дахбид с его традициями и опытом к различным восстаниям, не мог остаться в стороне.
В «Истории Самарканда» записано, что в Самаркандском уезде наиболее крупное восстание произошло в Дахбидской волости. Несмотря на запрещение сходок, 7 июля 1916 года на базарной площади в селении Дахбид стала собираться огромная масса народа, часть которой была вооружена палками. Во главе восставших стоял Усман Абдурасул - представитель демократической интеллигенции. Повстанцы напали на мирзу (секретаря) волостного управителя Кабулова, а затем и на самого волостного. Во время стычки мирза несколько раз ранил Абдурасулева. Тогда повстанцы бросились на Кабулова и убили его. Волостной управитель пытался бежать, но был тяжело ранен одним из восставших.
Для подавления восстания в Дахбид была послана воинская команда, которая арестовала 30 повстанцев. Более 10 дней солдаты находились в селении для «устрашения публики».
Благодаря Махдуми Аъзаму Дахбеди и его потомкам, возглавлявших суфийское течение накшбандия, суфизм в Самарканде и по всей Центральной Азии продолжил жить и развивался. Распространился и на Восточный Туркестан. Потомок Мейха Хидоятулла Офокходжа в 1682 году пришёл к власти в Восточном Туркестане. Его потомки 78 лет правили этой страной. В 1760 году китайский император захватил Восточный Туркестан и положил конец правлению дахбидских ходжей. Много добрых дел было сделано по наставлению дахбидских шейхов. По требованию внука Махдуми Аъзама Ходжа Хошима самаркандский правитель Ялангтуш за счёт полученного богатства в походах на Хорасан, Афганистан и Иран построил медресе Ширдор и Тилля–кори. А в Дахбиде построил медресе, две мечети, хонако с мраморным мавзолеем (Дахма) дахбидских шейхов. На портале хонако написано:
«Дахбид не десять верб,
а источник света,
Каждый купол хонаки -
это священная гора Тур.
Каждая чинара его райское
дерево – туби,
И место явления сердец влюбленных».
Под словом «влюбленные» подразумевали суфиев. Дахбид в переводе с таджикского языка означает десять верб. Это свое названия получил после того, когда великий шейх Махдуми Аъзам посадил тут десять верб и приступил к учению. Махдуми Аъзам Дахбиди написал 33 сочинения, из них некоторые переведены на узбекский язык и опубликованы.
Наряду с суфийскими рисоля, написал сочинение о дыне – «Биттих». Дахбитские дыни – особый сорт, который самаркандцы ценят не меньше других знаменитых сортов.
В прошлом, когда в огородах поспевали дыни, в день «Праздника дыни» самаркандцы стремились на поле в сторону Дахбида. В этот день дехкане угощали дынями горожан бесплатно. А люди заодно посещали гробницу автора «Рисоля о дыне» и читали молитву за упокой его души.
Не возродить ли нам этот светлый и сладкий праздник?
Автор: Адаш ИСТАД, «Самаркандский вестник».
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Его имя долгие годы было под идеологическим запретом, а книги, изданные миллионными тиражами, продолжали жить в народе. Ахметхади (Хади) Максуди – фигура уникальная: реформатор системы образования, миссионер знаний и создатель азбуки, научившей читать не одно поколение тюркских народов, энциклопедист; старший брат политического и общественного деятеля Садри Максуди. Он остался в истории как человек, сумевший соединить требования современности с незыблемыми основами веры, передает milliard.tatar.
Будущий педагог родился 28 сентября 1868 г. в деревне Ташсу Казанского уезда (ныне Высокогорский район Татарстана) в семье муллы. Получив образование в медресе «Касыймия» при Апанаевской мечети Казани, он хорошо знал традиционную систему обучения и видел, с какими трудностями сталкивались ученики (в частности, долгой зубрёжкой). Это подтолкнуло его к разработке собственных, более прогрессивных подходов. В 1893 г. Исмаил Гаспринский пригласил молодого талантливого учителя работать в бахчисарайское медресе «Зинжерли». Вернувшись в Казань в 1896 г., Максуди продолжил педагогическую деятельность, сдавал экзамены в Татарской учительской школе, а в 1903–1905 гг. был вольнослушателем Казанского университета.
Важной частью его просветительской миссии стала газета «Йолдыз» («Звезда»), которую он издавал и редактировал с 15 января 1906 г. по 30 мая 1918 г. «Йолдыз» была второй татарской газетой в Казани после «Казан мөхбире». На её страницах он последовательно продвигал идеи джадидского просвещения, реформы образования и культурной автономии мусульман России, избегая при этом резкой политической риторики и межгрупповых конфликтов. Газета стала площадкой для обсуждения насущных вопросов тюрко-мусульманских общин и полигоном для внедрения языковых новшеств. Её тираж доходил до 8 тысяч экземпляров, а география распространения охватывала Поволжье, Урал, Сибирь, города Средней Азии – Ташкент, Самарканд, Семипалатинск, Петропавловск, а также Петербург, Смоленск, Тамбов, Екатеринослав и другие крупные центры.
Методика Ахметхади Максуди, воплощённая в букваре «Мугаллим эввель» («Первый учитель», 1892), заключалась в том, он дополнил арабскую графику, которой пользовались татары, шестью новыми знаками. Это нужно было, чтобы точнее передавать гласные татарского языка (о, ө, ә, а также различать ы/е и и/й), которых не было в классическом арабском. В результате написание стало ближе к произношению и резко упростило обучение чтению и письму на тюркских языках. Системный подход педагога, сочетавший звуковой и слоговой методы с наглядностью (иллюстративностью), обеспечил учебникам колоссальную востребованность изданий Максуди: азбука переиздавалась более 30 раз и превысила миллион экземпляров, а идеи легли в основу «яңа имля» (новой орфографии) 1920 г. В букваре даны отдельные слова, предложения и короткие рассказы на темы: части тела, орудия труда, домашняя утварь, животный мир, одежда, посуда, пища; приведены татарские личные имена, антонимы и синонимы.
Продолжением этой системы стал «Мугаллим сани» («Второй учитель», середина 1890-х гг.), где Максуди последовательно выстроил переход от освоения арабской графики к правильному чтению Корана: в книге системно изложены правила таджвида и особенности произношения, а продуманная последовательность материала от простых элементов к сложным текстам позволяла ученикам быстро переходить к осмысленному чтению священных текстов на арабском языке. Пособия стали основным инструментом обучения не только для татар, но и для башкир, казахов, узбеков, кыргызов.
У казахов учебники Максуди активно применялись в джадидских медресе и новометодных школах начала XX в.: педагоги брали за основу методику «Мугаллима» и адаптировали её под особенности казахского произношения. В Узбекистане буквари Максуди использовали как базовые пособия в регионах с сильным влиянием татарской просветительской традиции. Единая методика позволяла учителям из разных народов быстро находить общий язык, а ученикам – осваивать арабскую графику и родной язык по одной системе. Современники отмечали, что благодаря введённым обозначениям гласных ученики уже через несколько занятий могли читать простые слова – при традиционных методах на это уходили месяцы.
В 1910 г. увидели свет учебники Максуди «Төрки сарыфы» («Морфология татарского языка»), «Төрки имля кагыйдәләре» («Правила орфографии татарского языка»), «Төрки нәхүе» («Синтаксис татарского языка»), в которых он стремился унифицировать правила грамматики и правописания. Он также является автором учебника арабского языка «ад-Дурус аш-шифахийя» («Уроки словесности», 1898), выдержавшего несколько изданий; им до сих пор пользуются шакирды медресе.
Максуди издал первый татарский стенной календарь «Таквими дивари» (1898), учебные пособия по русскому и французскому языкам (1911–1913), а также начал выпуск труда «Фәнни камус» («Научный словарь»), масштабного толкового словаря терминов. В 1927–1928 гг. были изданы четыре части первого тома «Фәнни камус» (всего – 2300 терминов) из запланированных четырёх томов. На обложке четвёртой части анонсировался скорый выход второго тома, который должен был включать термины по биологии, анатомии, медицине, праву и политике. Однако продолжение важного энциклопедического труда не состоялось: переход татарской письменности на латиницу, нарастающее идеологическое давление и репрессии 1930 х гг., а также ухудшение здоровья Ахмедхади Максуди в совокупности сделали выпуск последующих томов невозможным.
Следует отметить еще тот факт, что Максуди основал в 1906 г. первую в Казани татарскую публичную библиотеку «Кутупхана-и исламия», которой заведовал до 1923 г.
«Гыйбадат Исламия» («Исламские богослужения») – школьный учебник, в доступной форме объясняющий пять столпов веры, правила омовения, намаза, поста и другие аспекты шариата. Написанный простым языком, он стал настольной книгой для миллионов мусульман и не утратил актуальности. Его ценили как образец ясного, практичного изложения основ религии, понятного даже тем, кто только начинает свой путь в исламе.
При этом реформы Максуди не сразу нашли поддержку: некоторые богословы скептически относились к модификации алфавита, считая это нарушением традиции. Однако со временем практическая польза его подходов перевесила теоретические возражения.
В последние годы жизни Ахметхади Максуди сосредоточился на философии и логике. Отправной точкой этой линии творчества стал его учебник на арабском языке «Мизани аль-афкяр» («Точность суждений», 1903). В 1930-е годы он подготовил к изданию на русском языке философскую работу, но публикация не состоялась из-за политических гонений. Рукопись включала несколько частей: «Восточная (тюрко-татарская) логика» (с разделами о предмете и основных категориях логики), «Восточная мусульманская логика», «Тюрко-арабская философия», «Конспект восточной философии», «Квинтэссенция восточной философии» и «Философская терминология». Таким образом, философско‑логическое наследие Максуди отражает стремление соединить традиции тюрко‑татарской мысли с общеисламской интеллектуальной культурой и остаётся ценным источником для изучения истории восточной философии.
Судьба Ахметхади Максуди сложилась трагично. В 1932 г. его арестовали по ложному обвинению в руководстве «Всесоюзной социалистической фашистской партией»; в 1933 г. приговорили к трём годам ссылки и выслали в Вятку, где он продолжил научную работу – написал и перевёл на русский язык книгу «Восточная философия». В 1938 г. Максуди арестовали вновь: по делу о «КРО „Идель-Урал“», но в 1939 г. дело прекратили (формально из-за ухудшения здоровья, фактически – за отсутствием состава преступления). Освободившись больным и измученным, он прожил ещё два года и скончался 28 июня 1941 г. Похоронен на Ново-Татарском кладбище в Казани – недалеко от могилы Г.Тукая. Официально его реабилитировали лишь посмертно, в 1995 г.
Наследие Максуди продолжает жить: его учебники переиздают, на их основе создают современные обучающие программы и цифровые курсы. В Татарстане регулярно выпускают новые издания «Мугаллим сани» и «Гыйбадат Исламия» – они предназначены как для медресе, так и для широкой аудитории, включая семейное обучение. В Дагестане фокус сместился на академическую часть наследия: в 2021–2022 гг. при Исламском университете им. Абу ль-Хасана аль-Ашари в Хасавюрте издали «Мизан аль-Афкар» («Весы мыслей») – классический труд Максуди по логике, востребованный в исламских учебных центрах. Кроме того, фрагменты и методические принципы Максуди включают в учебные комплексы в Башкортостане и ряде мусульманских центров Северного Кавказа, где сохраняется запрос на понятные пособия, выстроенные по принципу «от простого к сложному».
Преподаватели медресе подчёркивают, что именно системность и простота подачи материала делают труды Максуди незаменимыми: «Мугаллим сани» позволяет за короткое время научить человека читать Коран, а «Гыйбадат Исламия» остаётся одним из лучших пособий для освоения ритуальной практики без излишней академичности.
Следует подчеркнуть, наследие Ахметхади Максуди – не просто книги: это мост между традициями и современностью, позволивший сохранить язык веры и знания о ней в сложные периоды истории. Миллионные тиражи, широкое признание в тюркском мире, использование учебников по сей день свидетельствуют о масштабном феноменальном вкладе Максуди в мусульманское и тюрко-татарское просвещение. При этом за кажущейся простотой его пособий стоит продуманная педагогическая система, актуальная и спустя более чем столетие.
Источники и литература
Айнутдинов Р.А. Максудов Ахметхади // Татарская энциклопедия. Казань, 2008. Т. 4. С. 34–35.
Ахмадхади Максуди: как дагестанцы возрождают наследие татарского учёного [Электронный ресурс]. URL: https://milliard.tatar/news/axmadxadi-maksudi-kak-dagestancy-vozrozdayut-nasledie-tatarskogo-ucenogo-1430 (дата обращения: 18.07.26).
Максуди А.Х. Гыйбадат Исламия. Казань: Хузур, 2025. 176 с.
Максуди А.Х. Мугаллим Сани (Второй учитель). Казань: Хузур, 2026. 48 с.
Максуди А.Х. Мизан аль‑Афкар (Весы мыслей). Хасавюрт: Издательство Исламского университета им. Абу ль‑Хасана аль‑Ашари, 2022. 370 с.
Марданов Р.Ф. Джадидизм и реформа образования у татар. Казань, 2002. 184 с.
Научное наследие и общественная деятельность братьев Максуди... Материалы Международной научной конференции, приуроченной к 150-летию Ахметхади Максуди и 140-летию Садри Максуди (Казань, 7 декабря 2018 г.). Отв. ред. М.Р. Гайнанова. Казань: Ин-т истории им. Ш. Марджани АН РТ, 2019. 415 с.
Рахимов С. «Я ближе всех был связан с И.Гаспринским» (Ахмед-Хади Максуди) // Гасырлар авазы – Эхо веков. 1995, № 5. С.177–195.
Сабирзянов Г. «Фәнни камус» А. Н. Максудова // Гасырлар авазы – Эхо веков. 2002. № 1/2. С. 136-141.
Автор: Фирдаус Калимуллина, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Института татарской энциклопедии и регионоведения им.М.Хасанова АН РТ
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Иман 
Молитва 
Голодание 
Закот 
Хадж 
Коран 
Уроки Ислама 
Контакт 