21 июля 1896 года при активном участии областного статистического комитета и непосредственно Василия Вяткина был официально учрежден Музей самаркандского статистического комитета, который позже стал именоваться Самаркандским музеем. С первых дней музей по очереди возглавляли члены статкомитета Ю. Якубовский, М. Вирский и сам В. Вяткин, который много сделал для его развития, будучи в должности директора музея с 1902 по 1911 годы и с 1923 по 1932 годы.
Как передает “Самаркандский вестник”, В. Вяткин пополнил коллекции Самаркандского музея за счет артефактов, собранных в результате археологических раскопок на Афрасиабе и других памятниках. Пополнение музейных коллекций, которые изначально располагались в небольшом помещении церковного здания, потребовало строительства для музея отдельного здания. Эта проблема, возникшая в 1901 году, была решена в 1911 году, строительством специального зданияе для музея (ныне Информационно-ресурсный центр имени А. Р. Беруни).
Благодаря руководству музея и работе по сохранению памятников Самарканда, их научному оформлению, В. Вяткин при поддержке В. Бартольда был назначен наблюдателем памятников Самарканда. За вклад в развитие отрасли в 1903 г. В. Вяткин был избран членом-корреспондентом Русского комитета.
Одним из величайших открытий В. Вяткина за время его пребывания на посту директора Самаркандского музея стало обнаружение обсерватории Улугбека. В 1910 году Русское археологическое общество наградило В. Вяткина золотой медалью имени востоковеда, академика В. Розена.
Василий Лаврентьевич умер 26 июня 1932 года. В знак признания научных заслуг В. Вяткина его похоронив на площади Регистан в Самарканде. Позже, 29 декабря 1934 года, его могилу перенесли на холм вблизи обсерватории Улугбека.
После смерти В. Вяткина в 1933 году богатая коллекция, собранная им при жизни, была передана в Самаркандский музей. Часть коллекции Вяткина отправлена в Государственный Эрмитаж.
Следует отметить, что большую часть своих исследований В. Вяткин не публиковал. После смерти Вяткина его личный архив был перевезен в Сурхандарьинский окружной музей в Термезе в январе 1936 года по инициативе директора музея Г. Парфенова с согласия жены Вяткина Елизаветы Афанасьевны. В сентябре 1947 года, по инициативе директора Республиканского музея узбекской народной культуры М. Юсупова (Самаркандский музей - М.Ю.) и с согласия Елизаветы Афанасьевны архив В. Вяткина был доставлен в Самарканд.
Сегодня рукопись двухтомного труда В. Вяткина «Памятники архитектуры Самарканда» хранится в Самаркандском музее. В настоящее время сотрудники Самаркандского государственного музея-заповедника завершают подготовку рукописи к публикации.
В настоящий момент мы хотим опубликовать рукопись поэтапно в газете «Самаркандский вестник». Следует отметить, что рукопись была создана в первой половине прошлого века. Формулировки и названия в ней могут немного отличаться от настоящего времени.
Из биографии В. Вяткина
Василий Лаврентьевич Вяткин родился 30 августа 1869 года в казачьей семье Семиречья. Окончил в 1894 году педагогическую семинарию в Ташкенте.
По окончании учебы В. Вяткина отправили в Самарканд. Сначала он работал учителем, а вскоре был назначен в областную администрацию переводчиком (позже - делопроизводителем). Страсть Вяткина к научному краеведению связала его с Самаркандским отделением Туркестанского статистического комитета, созданного в 1875 году, и вскоре он был избран членом этого комитета и стал его библиотекарем. В дальнейшем деятельность В. Вяткина в Самаркандском областном статистическом комитете была связана с созданным при нем музеем.
«Памятники архитектуры Самарканда».
ПРЕДИСЛОВИЕ.
Издавна широкую популярность Самарканда, как в мусульманском мире, так и на западе, сделали его памятники былой архитектуры, значительная часть которых, сооруженная здесь с конца монгольского владычества, дошла до нашего времени в той или иной степени сохранности. В последнее время у нас среди специалистов и широких масс начинает возрастать интерес к монументальному мусульманскому зодчеству Средней Азии и, в частности Самарканда.
Интерес к этим памятникам совершенно понятен. Ибо помимо глубокого внимания, которого заслуживает мусульманское искусство, в частности архитектура, само по себе, как своеобразное проявление народного гения. Для русских, например, бывших под влиянием восточных культур еще до образования русской государственности и испытавших это влияние, в особенности после нашествия монгол, оно важно потому, что не прошло бесследно для русского искусства. Кроме того, в настоящее время, в период искания новых архитектурных форм в строительстве, приемов техники и строительных материалов в применении к местным условиям интерес этот может иметь и практическое значение.
Мусульманское искусство в архитектуре давно перестало развиваться, постепенно умирало и дошло до окончательной своей гибели. Географические пределы его, как, главным образом, имевшего церковный характер, расширялись в зависимости от распространения ислама. Но так как Средняя Азия на протяжении, по крайней мере, двенадцати веков была приобщена к исламу, то в той или иной степени она испытывала влияние мусульманской культуры, можно сказать с момента возникновения ее, пережила блестящий период апогея, период увядания и окончательного упадка. На протяжении этого времени было создано немалое количество выдающихся архитектурных сооружений, в периоды, когда Средняя Азия, благодаря войнам и экономическому подъему господствующих классов, жила интенсивной жизнью верхов общества. Многие из них погибли и только некоторые известны по упоминаниям у мусульманских авторов.
Наличность сколько-нибудь сохранившихся памятников архитектуры Средней Азии указывает на то, что памятники сохранились здесь неравномерно по территории и по времени. Важно, что по времени из более древних памятников не сохранились наиболее ценные (например, в Бухаре), которые могли бы дать нужный материал историку искусства. Вообще существенные пробелы в живых памятниках лишают исследователя возможности проследить в Средней Азии эволюцию развития архитектурных форм и декоративных украшений. Из того, что в той или иной степени сохранилось в архитектуре, относится исключительно к сооружениям, которые не были подвергнуты разрушению и испытывали заботу охраны, благодаря священному своему значению, покровительству религии, это - мазары, мечети и мадрасы. Но вместе с тем не дошло до нас многое такое, что представляет глубокий интерес для изучения местной архитектуры - это памятники светского строительства. Если много звеньев выпало в архитектуре церковного характера, то в светской остались только обрывки. Между тем из истории известно, что были великолепные дворцы, большие базары, караван-сараи и т.п.
При обследовании памятников архитектурного зодчества и художественных их украшений возникает вопрос о принадлежности этого искусства той или иной народности и о степени влияния на него других народностей, если таковое было. Уже давно отжило мнение относительно арабского происхождения мусульманской архитектуры, основанное на том, что она составляла часть общей культуры, развивавшейся из арабских элементов. Затем совершенно основательно выдвинуто было мнение, что архитектура эта имеет прочную базу в персидской традиции. Однако в последнее время среди народов тюркского корня в Средней Азии, давнишних завоевателей и владетелей, возбуждаются вопросы о степени участия их в мусульманской архитектуре и орнаментике, причем не только в смысле физического исполнения, но и внесения тюркских элементов. Признавая важным для истории и справедливым с национальной точки зрения выяснение этого вопроса, следует сказать, что задача эта весьма сложна, потребует привлечения обширного сравнительного материала и пока не может быть серьезно разрешена.
Но это лишь один из интересных вопросов, встающих перед обследователем наряду с другими, не поддающимися удовлетворительному разрешению. И пока памятники архитектуры Средней Азии не только достаточно не изучены, но даже не все выявлены, делать какие-либо выводы и заключения по ряду этих вопросов, пожалуй, было бы поспешно. Но вместе с тем удовлетворить научное любопытство людей, интересующихся памятниками старины Средней Азии из широких слоев, дав им описание общего характера в пределах современных наших знаний, более чем своевременно. Располагая материалом в большей степени по Самарканду, чем по памятникам других местностей Средней Азии, и принимая во внимание справедливый наибольший интерес общественных масс именно к самаркандским древностям, я решился напечатать предлагаемую работу.
В. Л. Вяткин, г. Самарканд. 1930 г.
Подготовил к печати главный хранитель Самаркандского государственного музея-заповедника Махмудхон ЮНУСОВ.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
25 августа в Ташкенте состоялась официальная церемония открытия Международного медиафорума «Исламская цивилизация: новый взгляд — новые открытия», организованного по инициативе Президента Узбекистана Шавката Мирзиёева.
Церемония прошла в Гранд-конференц-зале Центра исламской цивилизации в Узбекистане. Участникам мероприятия был показан специальный фильм «Взгляд мировой общественности на Центр исламской цивилизации».
С приветственным словом выступил пресс-секретарь Президента Узбекистана, глава Департамента коммуникаций Администрации Президента Шерзод Асадов. Обращение советника Президента Узбекистана Музаффара Комилова к участникам форума зачитал ответственный сотрудник Администрации Президента Рахматулла Арзиев.
В приветственных выступлениях была выражена благодарность зарубежным гостям и представителям медиасообщества за участие в форуме. Отмечалось значение мероприятия как площадки для профессионального диалога, международного сотрудничества и продвижения историко-культурного наследия Узбекистана.
Одним из ключевых событий церемонии стал специальный доклад генерального директора и главного редактора Euronews Клауса Штрунца «Новая близость: объединяя Европу и Центральную Азию через культуру, медиа и идеи — Центр исламской цивилизации в глобальном информационном пространстве».
Штрунц отметил важность продвижения исторического, научного, духовного и культурного наследия исламской цивилизации среди мировой аудитории с помощью современных медиаформатов, а также укрепления информационного обмена между Европой и Центральной Азией.
По его словам, медиа должны не только обеспечивать обмен информацией между разными странами и обществами, но и создавать новые пространства для диалога.
«Медиа могут и должны строить мосты для обмена мнениями и новостями. В этом и заключается суть медиакоммуникаций — в строительстве мостов. И сегодня здесь, на древнем Шелковом пути, именно это происходит ради нашего будущего», — сказал Клаус Штрунц.
Глава Euronews сравнил дальнейшее сближение информационных пространств Европы и Центральной Азии с традициями исторического Шелкового пути. По его словам, современные медиасвязи между регионами способны открывать новые возможности для экономического, культурного и общественного сотрудничества.
«Как когда-то по Шелковому пути двигались потоки информации, так и сегодня мы должны общаться друг с другом и понимать язык друг друга. Это нечто большее, чем просто технический процесс. Это новая форма реального сотрудничества, новое информационное пространство, которое станет движущей силой будущего экономического развития», — отметил он.
Клаус Штрунц также обратил внимание на высокую долю молодежи в населении Узбекистана, назвав это большим потенциалом для будущего страны. Он предложил развивать совместные медийные и культурные проекты, объединяющие молодых людей из разных государств.
По его мнению, представители молодежи из сфер спорта, науки, образования и культуры могли бы обмениваться опытом, участвовать в съемках документальных фильмов и реализовывать совместные инициативы, формируя новые связи между странами и регионами.
«Это должно выражаться не только в красивых речах, но и в конкретных и практических проектах», — сказал генеральный директор Euronews.
Штрунц подчеркнул, что инновации в медиасфере должны служить сохранению наследия прошлого и совместному созданию будущего.
«Самое важное — медиа всегда должны быть движущей силой инноваций. Но эти инновации должны служить той замечательной цели, о которой я сегодня услышал: развивать инновации в медиа, сохраняя прошлое в наших сердцах и создавая будущее», — сказал он.
Глава Euronews связал участие в форуме с ответственностью медиа перед обществом. По его словам, журналистика и медиадеятельность — это не только бизнес или профессия, но и важная миссия по сближению разных обществ.
«Мы гордимся тем, что участвуем в этом необычном мероприятии в качестве медиапартнера. Для нас это не просто бизнес и не просто профессия. Это наш долг и наше призвание», — заявил Клаус Штрунц.
Таким образом, в ходе церемонии открытия особое внимание было уделено современным задачам медиа, развитию международного информационного сотрудничества, представлению культурного наследия мировой аудитории в новых форматах и созданию новых информационных мостов между различными регионами.
Директор Центра исламской цивилизации в Узбекистане, председатель правления WOSCU Фирдавс Абдухаликов выступил со специальным докладом «Центр исламской цивилизации — культурно-просветительская медиаплатформа нового типа».
Абдухаликов представил концепцию Центра как современной международной площадки, объединяющей историческое наследие, науку, музейное дело и новые медиа. Он рассказал о том, как наследие исламской цивилизации получает новое воплощение в документальных фильмах, телевизионных проектах, цифровых реконструкциях, мультимедийных и иммерсивных экспозициях, а также издательских инициативах.
Особое внимание было уделено международным медиапроектам Центра, сотрудничеству с ведущими мировыми СМИ, а также использованию искусственного интеллекта и цифровых технологий для изучения и популяризации исторического наследия.
Участникам церемонии также показали презентационный ролик о Центре исламской цивилизации.
В Международном медиафоруме принимают участие около 300 представителей медиа- и экспертного сообщества из 50 стран. Среди них — руководители и представители международных телеканалов и информационных агентств, журналисты, издатели, кинематографисты, ученые, исследователи и специалисты в области цифровых технологий.
iccu.uz