Мухсен Хассанин, выросший в Лондоне, оставил городскую жизнь, чтобы основать халяльную ферму в Южном Уэльсе, хотя о ведении сельского хозяйства знал только в теории, пишет Саман Джавед.
Среди холмов долины Уск на юго-востоке Уэльса, всего в нескольких милях от городка Понтипул раскинулась одна из немногих халяльных ферм Великобритании. Ее владелец Мухсен Хассанин, имеющий египетское происхождение, вырос в престижном лондонском районе Ислингтон, но по совету своего шейха убедил всю свою семью – жену, четверых детей, мать, брата и сестру – бросить город и переехать на ферму в 2015 году. На этот шаг мужчину вдохновило также желание вести сбалансированную жизнь в соответствии с исламскими традициями. Это стало кульминацией его многолетних исследований в области питания и пермакультуры – формы сельского хозяйства, которая направлена на рост устойчивых и самодостаточных экосистем. «Именно мой шейх навел нас на мысль о том, чтобы жить на земле. Существует исламский принцип, согласно которому мы являемся хранителями земли и несем ответственность за каждую букашку, каждый камень и дерево. Вот почему, хотя наша религия разрешает нам уничтожать вредителей, я не распыляю пестициды на ферме», – говорит он.
По данным издания Исламосфера, данные последней переписи показывают, что мусульманское население Великобритании в основном проживает в таких городах, как Бирмингем, Лондон и Манчестер, но составляет менее 1% в большинстве сельских районов, а ферм, принадлежащих мусульманам, в стране всего пять.
Сегодня трудно поверить, что девять лет назад Мухсен Хассанин когда-то мало знал о практических аспектах ведения сельского хозяйства. По его словам, самым важным навыком, который ему пришлось освоить, было умение пользоваться бензопилой, поскольку более половины его земель покрыты лесом. С момента своего переезда фермер посадил в этом районе 11 000 деревьев.
Ферма, которая получила название Harmony Farm, полностью халяльная, и большую часть своего дохода получает от туризма. Она особенно популярна среди мусульманских семей и принимает около 500 гостей в год. Хотя большинство посетителей из Великобритании, сюда приезжают и туристы из Пакистана, Кувейта и ОАЭ.
У гостей есть возможность остановиться в коттедже, палатке или разбить лагерь в лесу. Развлечения включают стрельбу из пневматической винтовки, метание топора и горный круиз на джипе. Мухсен Хассанин также предлагает курсы по забою животных. Его семья тоже участвует в бизнесе: жена Элиф проводит курсы по выпечке хлеба, а 11-летний сын Абдул Малик знакомит посетителей со своей коллекцией рептилий, показывая, как следует обращаться с ними.
Для Мухсена и Элиф, которые поженились в 2010 году и их детей ферма дала чувство свободы. «Дети проводят целые дни на улице, бродят по округе, лазают по деревьям», – рассказывает Элиф.
Мухсен Хассанин особый акцент делает на то, что его хозяйство самодостаточно. Дрова, мясо, яйца, овощи – все это его собственное. «Кое-что нам приходится покупать в супермаркете, но мы выращиваем столько, сколько можем», – говорит он. Это его принципиальная позиция, и, по его словам, она стала особо актуальной в связи с бойкотом мусульманами Великобритании определенных брендов в знак солидарности с палестинцами. «Я верю, что если выращивать продукты питания самостоятельно и создать самодостаточное хозяйство, бойкоты станут легкими. Вы в буквальном смысле голосуете вилкой и говорите: «Я не хочу быть частью системы». Люди думают, что революция – это выйти на улицу и поднять кулаки. Протесты важны, но настоящая революция – это изменение системы в корне», – заявляет мужчина.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
В мусульманском мире существует устойчивое выражение — «забан-е ширин-е фарси», что переводится как «сладкий персидский язык». На протяжении более чем тысячи лет этот язык оставался главным языком высокой культуры, дипломатии и утонченной поэзии на огромном пространстве от Балкан до границ Китая. Но что именно делает фарси одним из самых благозвучных и эстетически совершенных языков человечества? За его признанной красотой скрываются строгие лингвистические законы, уникальная графика и особый культурный код, передает Исламосфера.
Красота звучания персидского языка — это не субъективное впечатление, а результат его уникальной фонетической структуры. В отличие от славянских или германских языков, в фарси практически полностью отсутствуют сложные для слуха скопления согласных звуков внутри одного слога. Почти каждый слог строится по гармоничной формуле, где согласный звук мягко сменяется гласным, что делает речь плавной, непрерывной и текучей. Кроме того, хотя персидский язык использует арабскую графику и перенял часть арабской лексики, он относится к индоевропейской языковой семье. Из него полностью исключены резкие гортанные звуки, характерные для семитских языков, поэтому фарси звучит мягко и округло. Музыкальности добавляет и волнообразный ритм, ведь ударение в словах чаще всего падает на последний слог, из-за чего в живой речи иранцы не просто говорят, а словно слегка напевают.
Визуальное изящество персидского языка неотделимо от того, как он выглядит на бумаге или стенах древних мечетей. Чтобы передать мелодику фарси, персидские мастера каллиграфии вышли за рамки классических арабских канонов и создали собственный стиль — насталик. Его отличают длинные, плавные горизонтальные линии и округлые, каплевидные формы. В насталике нет жестких углов, строчки плавно перетекают одна в другую, напоминает полет птицы или изгибы шелковой нити. Текст, написанный на фарси, воспринимается глазом не как набор букв, а как единый изящный орнамент. Именно поэтому персидская каллиграфия сегодня признана самостоятельным видом изобразительного искусства и активно используется в мировом дизайне.
Главный секрет притягательности фарси заключается в том, что он изначально сформирован великой литературой. Это язык, на котором творили Руми, Хафиз, Саади, Низами и Омар Хайям. Удивительно, но структура фарси оказалась настолько устойчивой, что современные иранцы, таджики и афганцы без труда читают и понимают стихи тысячелетней давности без помощи словарей. Поэзия глубоко встроена в культурный код персоязычных народов, а декламация сложных поэтических произведений наизусть до сих пор является обязательной частью любого семейного праздника или национального торжества. Фарси буквально создан для метафор, аллегорий и тонкой игры смыслов.
Внутренняя красота фарси ярче всего проявляется в его повседневной лексике, где обычные бытовые фразы наполнены глубоким уважением и поэтичностью. Например, слово «джан», означающее душу или жизнь, иранцы регулярно добавляют к именам близких друзей или членов семьи, выражая высшую степень нежности и любви. Сама метафора тоски в персидском языке звучит невероятно трогательно: чтобы сказать «я скучаю по тебе», перс произнесет фразу, которая буквально переводится как «мое сердце сжалось без тебя». Сюда же относится и уникальная концепция таароф — сложная система словесной вежливости и гостеприимства, зашитая в структуру языка, которая учит ставить комфорт собеседника выше собственного через невероятно красивые речевые обороты.
Таким образом, обладая строгой внутренней лингвистической логикой, персидский язык остается одним из самых чувственных, благозвучных и визуально совершенных инструментов человеческого общения, продолжая вдохновлять исследователей и ценителей прекрасного по всему миру.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана