Путешествие японского дизайнера одежды Кобаяши Каори в Малайзию в 2017 году оказалось для нее роковым и полностью изменило жизнь девушки, сообщает Nippon.com. Кобаяши была очарована палитрой ярких оттенков и оригинальным покроем одежды малайских мусульманок. Раньше модельер воспринимала хиджаб как скромную религиозную одежду, но во время поездки убедилась, что это не только дань религии, но неотразимый национальный колорит, который имеет так много общего с традиционными японскими кимоно, передает IslamNews.
Вернувшись в Японию, девушка решила попробовать шить хиджабы самостоятельно. Для этого она взяла доставшийся ей от бабушки шелк для кимоно. "Это был путь проб и ошибок", - вспоминает она. Кобаяши экспериментировала с материалами, комбинируя шелк с шифоном, и пытаясь создать нечто подходящее для влажного жаркого климата. Спустя девять месяцев усилий появился первый в Японии бренд мусульманской одежды Xiaxia Hijab Japan, в продукции которого сочетается традиционная японская эстетика и нормы ислама.
По мере интереса к исламской моде Каори стала интересоваться и самим исламом. Она знакомилась с мусульманами со всего мира, узнавала об их культуре и национальной одежде, черпая вдохновение от разнообразия и красоты их традиций.
Бренд быстро привлек внимание туристов-мусульман, особенно после того, как дизайнер выложила свои работы в соцсети. В 2023 году Кобаяши открыла первый магазин в Токио, в котором не было отбоя от клиенток. Сейчас у девушки несколько магазинов во всех туристических местах Японии, она создает модели, учитывающие предпочтения туристов из разных стран.
Из-за большого спроса часть производства пришлось отдать на аутсорсинг. Кобаяши лично занимается созданием каждой модели, находя вдохновение в винтажных кимоно.
"Истинная красота не знает границ", - говорит модельер, подчеркивая, что своим творчеством она стремится построить мосты и взаимное уважение между культурами.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
В мусульманском мире существует устойчивое выражение — «забан-е ширин-е фарси», что переводится как «сладкий персидский язык». На протяжении более чем тысячи лет этот язык оставался главным языком высокой культуры, дипломатии и утонченной поэзии на огромном пространстве от Балкан до границ Китая. Но что именно делает фарси одним из самых благозвучных и эстетически совершенных языков человечества? За его признанной красотой скрываются строгие лингвистические законы, уникальная графика и особый культурный код, передает Исламосфера.
Красота звучания персидского языка — это не субъективное впечатление, а результат его уникальной фонетической структуры. В отличие от славянских или германских языков, в фарси практически полностью отсутствуют сложные для слуха скопления согласных звуков внутри одного слога. Почти каждый слог строится по гармоничной формуле, где согласный звук мягко сменяется гласным, что делает речь плавной, непрерывной и текучей. Кроме того, хотя персидский язык использует арабскую графику и перенял часть арабской лексики, он относится к индоевропейской языковой семье. Из него полностью исключены резкие гортанные звуки, характерные для семитских языков, поэтому фарси звучит мягко и округло. Музыкальности добавляет и волнообразный ритм, ведь ударение в словах чаще всего падает на последний слог, из-за чего в живой речи иранцы не просто говорят, а словно слегка напевают.
Визуальное изящество персидского языка неотделимо от того, как он выглядит на бумаге или стенах древних мечетей. Чтобы передать мелодику фарси, персидские мастера каллиграфии вышли за рамки классических арабских канонов и создали собственный стиль — насталик. Его отличают длинные, плавные горизонтальные линии и округлые, каплевидные формы. В насталике нет жестких углов, строчки плавно перетекают одна в другую, напоминает полет птицы или изгибы шелковой нити. Текст, написанный на фарси, воспринимается глазом не как набор букв, а как единый изящный орнамент. Именно поэтому персидская каллиграфия сегодня признана самостоятельным видом изобразительного искусства и активно используется в мировом дизайне.
Главный секрет притягательности фарси заключается в том, что он изначально сформирован великой литературой. Это язык, на котором творили Руми, Хафиз, Саади, Низами и Омар Хайям. Удивительно, но структура фарси оказалась настолько устойчивой, что современные иранцы, таджики и афганцы без труда читают и понимают стихи тысячелетней давности без помощи словарей. Поэзия глубоко встроена в культурный код персоязычных народов, а декламация сложных поэтических произведений наизусть до сих пор является обязательной частью любого семейного праздника или национального торжества. Фарси буквально создан для метафор, аллегорий и тонкой игры смыслов.
Внутренняя красота фарси ярче всего проявляется в его повседневной лексике, где обычные бытовые фразы наполнены глубоким уважением и поэтичностью. Например, слово «джан», означающее душу или жизнь, иранцы регулярно добавляют к именам близких друзей или членов семьи, выражая высшую степень нежности и любви. Сама метафора тоски в персидском языке звучит невероятно трогательно: чтобы сказать «я скучаю по тебе», перс произнесет фразу, которая буквально переводится как «мое сердце сжалось без тебя». Сюда же относится и уникальная концепция таароф — сложная система словесной вежливости и гостеприимства, зашитая в структуру языка, которая учит ставить комфорт собеседника выше собственного через невероятно красивые речевые обороты.
Таким образом, обладая строгой внутренней лингвистической логикой, персидский язык остается одним из самых чувственных, благозвучных и визуально совершенных инструментов человеческого общения, продолжая вдохновлять исследователей и ценителей прекрасного по всему миру.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана