В областном Центре педагогического мастерства прошла республиканская научно-практическая конференция, посвященная 150-летию Махмудходжи Бехбуди, а на курсах повышения квалификации кадров органов самоуправления граждан при администрации региона состоялся «круглый стол» с участием ученых, творческих людей, студентов и представителей СМИ.
Сначала участники научно-практической конференции возложили цветы к подножию памятника великому просветителю, установленного во дворе центра. Выступившие на конференции, а затем на курсах отметили огромное внимание, которое наше государство уделяет изучению бесценного наследия М. Бехбуди.
– Одной из заслуг Бехбуди является то, что он открывал школы за свой счет, издавал учебники, тем самым вкладывая средства в образование народа, - отметил заслуженный журналист Узбекистана, главный редактор объединенной редакции областных газет «Зарафшон» и «Самаркандский вестник» Фармон Тошев. - Самое главное, что именно в Самарканде, в сотрудничестве с интеллигенцией, был заложен первый камень в фундамент национальной прессы. В редакцию приезжали работать творческие люди из разных регионов Средней Азии. Издание, выходившее под многими названиями, такими как «Хуррият» и «Голос бедных», в настоящее время функционирует под названием «Зарафшон». Я очень горжусь тем, что работаю в газете, где работал замечательный педагог. В музее, организованном нашей редакцией, экспонируются газеты, издававшиеся в то время. Здесь также имеются экспозиции, посвященные деятельности Бехбуди.
Бехбуди прожил всего 44 года. Несмотря на то, что большую часть своей жизни он провел под давлением и угрозами, ему удалось позаботиться о судьбе будущих поколений. Он работал издателем, театральным критиком, писателем, муфтием, оставив неизгладимый след во всех социально значимых сферах.
Творческое наследие Бехбуди включает в себя более 200 научных и публицистических статей, шесть учебников, книгу «Путевые воспоминания», «Завещание», пьесу «Падаркуш». В ходе конференции было отмечено значение трудов великого просветителя, его многогранное творчество.
Безграмотнось - главная трагедия народа
В ходе «круглого стола» напомнили, что, в соответствии с Постановлением Главы нашего государства в октябре 2025 года в Самаркандском государственном университете им. Ш. Рашидова будет организована международная научно-практическая конференция на тему «Актуальные вопросы изучения наследия Махмудходжи Бехбуди и движения джадидов», а в ноябре - в Государственном академическом большом театре Узбекистана им. А. Навои - пройдет торжественный литературно-художественный вечер, посвященный памяти М. Бехбуди.
- Драма «Падаркуш» («Убийца отца») М. Бехбуди - первый образец нашей национальной драматургии, открывшая светлый путь молодым творцам ХХ века, - считает доцент СамГУ Дилафруз Рахматова. - Создание этой постановки оказало влияние на драмы «Легко ли быть юристом?» Авлони, «Несчастный жених» Кодири, «Старая школа, новая школа» Хаджи Муина, «Ядовитая жизнь» Хамзы. «Именно невоспитанность и невежество сделали нас бездомными, бездетными и безродными. Бездомность, нищета, рабство, бедность, лишения и унижения - все это плоды и последствия невежества и неграмотности”. Благодаря этому высказыванию Бехбуди, мы понимаем, что человек, народ, добившийся прогресса в мире, может достичь совершенства только посредством знаний.
Ради свободы народа
Политические взгляды Махмудходжи Бехбуди были известны далеко за пределами страны.
- Его девиз «Права не даются, а завоевываются» призывал преданных своему делу людей быть активными, - говорит заслуженный журналист Узбекистана, автор романа “Джадид”, писатель Нусрат Рахмат. - В начале прошлого века этот просвещенный человек сумел создать концепцию образования Туркестанского края и представить ее самому императору. Кроме того, Бехбуди стал одним из лидеров движения «Туркестанская автономия». Он подчеркивал, что готов отдать свою жизнь, если это необходимо, ради свободы народа. В центре его внимания всегда было развитие образования. Например, в таких статьях, как «Адрес», «Воспоминания о путешествии» и «Слово сарта неизвестно» Бехбуди резко критиковал консервативное реакционное духовенство, невежество в образовании, культуре, быту и религиозном сознании, чрезмерную помпезность на свадьбах и национальных обрядах. По этой причине просветитель вызывал неприязнь у чиновников, имущих и части духовенства того времени.
Н. Рахмат вспоминал, как восстанавливали славное имя Бехбуди, устанавливали ему памятник.
- К нашему счастью, в то время председателем республиканской комиссии по топонимике стал глава правительства Шавкат Мирзиёев, - говорит Н. Рахмат. – И наше обращение, которое отклоняли внизу, дошло до этого человека, и он дал нам разрешение воздвигнуть памятник М. Бехбуди. После чего мы отвезли несколько фотографий просветителя известному скульптору в Самарканде. Спустя 3-4 месяца наш заказ был искусно выполнен скульптором Эргашхоном Каххоровым. Но встала еще одна проблема: где и как установить памятник. В то время почти все чиновники боялись слова «новый».
После бурного обсуждения авторы проекта пришли к выводу, что памятник следует установить рядом с Самаркандским областным институтом повышения квалификации и переподготовки педагогических кадров, которому тогда присвоили имя великого просветителя. Ведь М. Бехбуди был не только писателем и драматургом, но и первым министром народного просвещения республики. Тогдашний директор института Азиз Аминов для установки памятника выделил место в центре двора учреждения.
Таким образом, в мае 2006 года здесь состоялось торжественное открытие первого памятника великому просветителю. В нем приняли участие потомки Бехбуди, ученые, писатели и поэты, родственники и молодежь.
Следует отметить, что до недавнего времени этот монумент считался единственным памятником Бехбуди.
Мы гордимся…
- Бехбуди поддерживал и поощрял всех талантливых творческих людей в редакции и вокруг себя в целом, кроме того, он призвал интеллектуалов мусульманских стран поддерживать друг друга, - рассказывает потомок просветителя Шохрух Бехбуди. - Его эссе «Письмо моим казахским братьям» стало настоящим призывом к действию для региона того времени. Он также резко раскритиковал ту категорию людей, которые не стремятся к знаниям и не отказываются от помпезных свадеб и развлечений. Мы, его потомки, по праву гордимся нашим прадедом. Нас особенно радует внимание, уделяемое Главой нашего государства изучению жизни джадидов и их бесценного наследия, которое они оставили после себя. Особенно важными событиями в жизни страны в последние годы стали открытие в его честь памятника на Аллее литераторов в Ташкенте, создание дома-музея в Самарканде, учреждение премии имени Махмудходжи Бехбуди в области драматургии.
Напомним, что соответствующим Указом Президента Республики Узбекистан Шавката Мирзиёева Махмудходжа Бехбуди награжден орденом «Буюк хизматлари учун». Его произведения включены в учебники и учебные пособия, его именем названы улицы и школы.
Автор: Ёрмамат РУСТАМОВ, “Самаркандский вестник”.
Для справки
Махмудходжа Бехбуди родился 19 января 1875 года в Самарканде в семье муфтия. Начальное образование он получил у своего дяди, затем продолжил обучение в старометодной начальной школе и медресе.
Он свободно говорил на арабском, персидском, русском и других языках. Бехбуди исполнял обязанности мирзы и казия, а также был муфтием в Джамбае. В 1900 году М. Бехбуди отправляется в паломничество в Мекку. В 1903–1904 годах он посетил Москву, Петербург, Казань и Уфу. В 1914 году просветитель совершил поездку в Турцию, Египет и другие арабские страны.
Он обладал как религиозными, так и светскими знаниями. У него были три сына и дочь, которые после гибели отца и начала гонений на джадидов испытывали немало лишений.
После того как Бехбуди был объявлен врагом народа, семья вынужденно покинула свой дом, расположенный в Самарканде по улице Некрасова, 47, и переехала в Душанбе. Масудхан Бехбуди сменил фамилию и работал переводчиком в Душанбе, издавал школьные учебники. Рано умерла дочь Махмудходжи Парвина (ее второе имя Сураёхон), преждевременно потерявшая двоих детей. Второй сын, Максудхан, умер от болезни в 1932 году в возрасте 21 года. Третий сын Махмудходжи - Матлюбхан, в 1942 году ушел на фронт и пропал без вести.
В настоящее время потомки М. Бехбуди проживают в махалле «Кошхауз» в Самарканде.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
То, что отличает египетскую школу талявата от других направлений чтения Корана — в особенности от стилей, распространенных в странах Персидского залива, — это глубокая связь, которую египетские чтецы установили между принципами и учением талявата Священного Корана и глубоким пониманием музыкальных ладов (макамов).
Как сообщает IQNA, несмотря на то, что Египет является колыбелью искусства талявата в исламском мире, в современном медиапространстве наблюдается «постепенное забвение самобытных школ» и «разрыв между новым поколением чтецов и наследием предшественников». Сегодня некоторые коммерческие и поверхностные чтения вытеснили художественные и глубокие таляваты, а тонкие техники вакафа, ибтида, ляхна и таджвида — результат многовекового опыта египетских мастеров — не находят должного документирования и представления.
В серии репортажей IQNA стремится, заново осмысливая эволюцию этого искусства — от «старой школы» до появления «гениев декламации», одновременно анализируя текущую ситуацию и устанавливая мост между подлинными египетскими техниками и художественными потребностями современной коранической аудитории, чтобы искусство декламации вернулось из «просто имитационного ритуала» в «живой и динамичный поток». Это объясняется тем, что современные изысканные декламации берут свое начало в традиционной египетской школе, и понимание этого исторического процесса имеет важное значение для понимания подлинности декламации. Кроме того, в соответствии с принципами художественного моделирования, знакомство со стилями и новаторством египетских первопроходцев является лучшим примером для молодых декламаторов, позволяющим повысить технический и духовный уровень декламации.
Агентство Al-Mayadeen в репортаже на эту тему пишет: школа чтения Корана Египта — это величественная структура, созданная выдающимися чтецами на протяжении многих поколений. То, что отличает египетскую школу от других направлений — в особенности от стилей, набравших популярность в странах Персидского залива за последнее десятилетие благодаря социальным сетям и спутниковому телевидению, — это глубокая связь, которую египетские чтецы установили между принципами и учением чтения Священного Корана и точным пониманием музыкальных ладов.
Здесь нет ничего общего с пением или обучением игре на музыкальных инструментах. Речь идет скорее о способности чтеца понимать потенциал своего голоса и гортани и соотносить их со смыслом аятов Священного Корана — с благоговением, трепетом и надеждой на раскрытие, победу и райские обители во время чтения. Именно это великие мастера египетской школы таджвида постигли в совершенстве и в чем превзошли всех — будь то природным дарованием или благодаря усердному изучению.
Большинство великих египетских чтецов любили музыку и изучали ее профессионально. Например, шейх Мухаммад Рифат знал произведения Бетховена и Моцарта, а шейх Махмуд аль-Банна профессионально освоил музыкальные лады под руководством шейха Дарвиша аль-Харири — учителя музыки Мухаммада Абд аль-Ваххаба.
В свою очередь, Абд аль-Ваххаб и Умм Кульсум сами стремились к чтецам, чтобы постигнуть искусство пения и музыкальные лады, и поддерживали тесные связи с некоторыми из шейхов.
Имам аль-Хаким в своей книге «Псалмы Корана» (Мазамир аль-Коран) зафиксировал детали этой связи. Со слов сына шейха Мустафы Исмаила он приводит такой рассказ: «Однажды мой отец записывал в здании радио свое еженедельное чтение. Выходя из здания, он был удивлен приходом Умм Кульсум. Увидев его, она подошла к нему, чтобы посоветоваться о только что записанной песне — ей казалось, что в ней что-то не так. Когда мой отец выслушал ее, он указал ей на недочет в той песне».
Абд аль-Ваххаб, всякий раз посещая шейха Мухаммада Рифата, становился его учеником — или, по его собственным словам, «служителем шейха» — и навсегда остался слушателем и почитателем великих чтецов, таких как шейх Мустафа Исмаил и Абд аль-Басит Абд ас-Самад.
Таха Мухаммад Абд аль-Ваххаб — специалист по макамам и голосам, международный судья в Египте и арабском мире, обладатель докторской степени по кораническим ладам, наставник ряда выдающихся чтецов. Он учился у шейхов Мухаммада Рифата и Али Махмуда. Умм Кульсум обучалась у шейхов Абу аль-Ала Мухаммада и Закарии Ахмада — оба были по происхождению чтецами — а также у Усмана Хасана, «отца современной египетской музыки», шейха и чтеца, родившегося в 1800 году.
В этой связи шейх Мухаммад Мутавалли аш-Шаарави предлагает прекрасную классификацию школы талявата в Египте: «Тот, кто стремится к мастерству чтения, пусть слушает шейха аль-Хусари; тот, кто ищет чистоту голоса — шейха Абд аль-Басита; тот, кто ищет смирения (хушу) — аль-Миншави; тот, кто ищет искусства в чтении — шейха Мустафу Исмаила; а тот, кто хочет всего этого сразу, пусть слушает шейха Мухаммада Рифата, ибо он и есть музыкальная школа».
Шейх и мастер чтецов, Мухаммад Рифат, отличался сильным, выразительным и гибким голосом и мог легко декламировать стихи, используя соответствующие музыкальные позиции и манеру исполнения, создавая ощущение, будто он является воплощением коранических стихов.
Сафват Акашех, эксперт по музыкальным макамам, говорит: "Голос шейха Мухаммада Рифата близок к альту, одному из оперных вокальных диапазонов, и состоит из 18 тонов, иногда достигая 21 тона. Он гармонизировал эти тоны друг с другом в стиле музыкальных симфоний, и это очень хорошо видно в его декламации стихов из Корана".
Музыкальный критик Камаль аль-Наджми сказал о шейхе Мустафе Исмаиле: "У него был уникальный, всеобъемлющий и мощный голос, а его знание позиций не имело себе равных среди чтецов, включая шейха Рифата. Однако шейх Мустафа использовал свой голос и знания, чтобы продемонстрировать красоту и чудодейственную природу стихов». Поэтому неудивительно, что Умм Кульсум и Абдул Ваххаб слушали шейха Мустафу Исмаила, завязали с ним личную дружбу и в конечном итоге учились у него мастерству исполнения макамов.
Но голос шейха Абдул Басита Абдул Самада, со своей печалью и смирением, сияет в макаме Саба.
Благодаря силе его голоса и впечатляющему исполнению, покойный режиссер Мустафа Аккад использовал голос шейха Абдул Басита в своем знаменитом фильме «Мухаммад Расулуллах (с.а.с.)» в качестве голоса Билала аль-Хабаши, муэдзина Пророка. Этот азан был уникален благодаря впечатляющему качеству голоса Абдула Басита.
«Искусство «слушания» чтения Корана»
Помимо постижения секретов музыкальных макамов, которые великие мастера школы чтения Корана инстинктивно понимали и которые играли важную роль в мелодичном изображении смысла Священного Корана, шейх Махмуд Аль-Хусари предложил еще одно объяснение распространения египетской школы чтения Корана.
Далеко не предвзятый и не предвзятый по отношению к Египту, Аль-Хусари объясняет это отличие древним и унаследованным египетским обычаем, который, возможно, восходит ко временам фараонов, а именно уникальным обычаям и ритуалам празднования смерти, которые были изменены с приходом ислама в Египет. Так, во время «траурных церемоний» семья покойного прощалась со своим умершим близким, читая Коран, и эта церемония также распространялась на торжества. Потому что, по словам шейха Аль-Хусари, «кто посвятит себя чему-либо, тот преуспеет в этом».
В мире нет чтецов, которые могли бы достичь уровня египетских чтецов. Чтение на похоронах и свадьбах позволило этим чтецам отточить свое мастерство, сделав чтение Корана источником средств к существованию для египетских чтецов.
Что отличает Египет в этом отношении, делая его «столицей чтения Корана», а его чтецов — самыми влиятельными и известными, так это уникальный стиль исполнения. Так, среди зрителей мы видим, как некоторые люди встают, чтобы восхититься чтецом, и кричат или аплодируют в манере, характерной для аудитории чтения Корана в Египте.
Роль этих слушателей не ограничивается выражением своего «удовольствия» от голоса чтеца, но иногда они вмешиваются, чтобы поправить ход чтения. Это явление привлекло внимание американской исследовательницы Кристины Нельсон в её книге «Искусство чтения Корана», в которой она посвящает целую главу этому явлению в египетской жизни, утверждая, что оно «вышло за рамки истории слуха и стало частью ядра религиозного поклонения и частью духа культурных и социальных практик».
Стоит отметить, что Египет был одной из первых стран, начавших трансляцию Священного Корана через первую специализированную кораническую радиосеть, созданную в 1964 году. Шейх Махмуд Аль-Хусари первым записал весь Коран целиком в тертиле. Появление коранического радио способствовало славе людей с исключительными голосами и высоким уровнем мастерства и спасло египетскую школу чтения Корана от исчезновения.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана