«Халид Эрен» и 40 лет службы в области исламской и коранической культуры и искусства
Исследования Халида Эрена подтверждают, что между различными версиями Корана нет никаких различий, и некоторые упоминаемые различия часто объясняются ошибками писцов Корана.
По сообщению IQNA, в ранние века хиджры с момента первых халифов Аббасидов началось широкое движение по переводу. Делегации отправились в Рим, Индию, Иран, Китай, Мерв и Балх для сбора древних греческих книг и рукописей. Центры перевода были созданы во многих известных городах, таких как Джундий-шапур и Багдад, и они занимались переводом греческих документов. Интересно, что в это же время, особенно в школе Имама Садика(мир ему) и Имама Бакра(мир ему), без какой-либо религиозной нетерпимости исламские, еврейские и христианские ученые обсуждали развитие науки вместе.
Следующий важный момент, который можно увидеть в движении перевода, - это старания и усилия переводчиков каждого народа перевести свои произведения на арабский язык. Это означало, что каждый из различных народов стремился быстрее продвигать свои идеи и мнения среди мусульман. Это соревнование способствовало ускорению переводов в исламском обществе.
Еще стоит упомянуть, что греческие, сирийские, индийские и иранские тексты переводились переводчиками, которые не только владели этим языком, но иногда также занимались критическим анализом источников и даже их исправлением.
В этом контексте телеканал «Аль-Джазира» провел интервью с «Халидом Эреном», выдающимся турецким переводчиком и активным специалистом в области изучения Корана.
Халид Эрен, турецкий переводчик и директор Центра исследования истории, искусства и исламской культуры (IRCICA), является одной из выдающихся личностей, которая сыграла большую роль в поддержке культуры и укреплении диалога между цивилизациями Ближнего Востока и Центральной Азии, особенно между арабским и турецким языками.
Эрен руководил многими программами в области изучения Корана, истории и исламской цивилизации, а также отношений между цивилизациями и архивирования и документирования рукописей.
Он также является основателем и членом более 15 учреждений и культурных и научных ассоциаций в ряде стран мира.
Эрен владеет несколькими живыми языками мира, включая английский, арабский и греческий, а также может общаться на персидском и славянском языках.
Коранические инициативы Халида Эрена
Этот турецкий переводчик рассказал о своих коранических работах: "в последние годы мы начали проект по изучению древнейших манускриптов мира. Например, в музеях «Топкапы» в Стамбуле, в Каире и в Йемене есть экземпляры Корана, о которых полностью не проведено исследование."
Он добавляет: "есть и другие экземпляры Корана в мечети Аль-Хусейна(мир ему) в Каире и библиотеке Зейнабия. Также в Йемене хранятся экземпляры, приписываемые имам Али ибн Аби Талибу. Я также посетил мечеть Джамаа в большом Сане и нашел там манускрипты."
Халид Эрен говорит: "мы, мусульмане, верим, что Священный Коран пришел к нам именно таким, как был ниспослан, потому что Всевышний Аллах говорит: «Воистину, Мы ниспослали память (Коран), и Мы, поистине, её Хранители»: без сомнения, Мы постепенно ниспослали этот Коран и, безусловно, будем хранить его (Хиджр/9). После смерти Посланника Аллаха(С.А.С) мусульмане собрали Коран и во времена Усмана ибн Аффана подготовили копии Корана и распространили их по таким городам, как Куфa, Басра, Медина и Мекка."
Он уточнил: "наши исследования подтверждают, что между различными версиями Корана нет никакой разницы, и некоторые отличия, которые иногда упоминаются, связаны с ошибками писцов Корана."
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
Спорные попытки «локализации» турецкого перевода Корана
Али Реза Сафа, турецкий переводчик Корана, в своей работе стремится максимально заменить традиционную терминологию арабскими эквивалентами на турецкие аналоги. Это вызвало протесты со стороны ряда ученых-богословов страны.
Как сообщает IQNA, в период Османского халифата процесс перевода Корана на турецкий язык столкнулся с застоем из-за религиозных фетв и законодательных запретов на перевод священного текста. Однако после распада халифата этот процесс начал стремительно развиваться.
За последние сто лет в Турции было опубликовано более 150 переводов Корана на турецкий язык. В связи с этим маловероятно, что новые работы могут содержать нечто принципиально новое. Тем не менее, ежегодно появляются новые переводы: как подробные издания с научными комментариями, подготовленные группами академиков, так и частные интерпретации текста.
Жалобы турецких ученых на «искажающий» перевод Корана
Одним из относительно недавних примеров является перевод под названием «Kur’an Gerçek» («Истинный Коран»), автором которого является Али Реза Сафа (Ali Rıza Safa).
Впервые опубликованный в 2014 году издательством İlker в Стамбуле, этот труд подвергся резкой критике. С тех пор вышло несколько изданий: одно — с подробным введением и комментариями (2014 и 2018 гг.), другое — только с самим текстом перевода (в различных редакциях, последняя из которых датируется 2021 годом). Все издания выпущены одним и тем же издателем, а название последних версий было изменено на «Kur’an-i Kerim Gerçek» («Истинный Священный Коран»).
Новые редакции также претерпели некоторые изменения в самом тексте. В 2016 году первый выпуск в городе Кайсери вызвал скандал. Группа местных мусульманских ученых подала жалобу в региональные власти, утверждая, что данное издание содержит искажения священного текста, и потребовала прекратить его распространение. Тем не менее, это не привело к юридическим последствиям для автора или запрету на распространение перевода. Однако возникает вопрос: что именно в этом переводе вызывает столько споров?
Во-первых, практически нет информации об академическом бэкграунде Али Резы Сафы. Он также публиковал книги на религиозные темы, например, «Истинная религия в свете истины» (Стамбул, 2021). Судя по всему, он не имеет связей с официальными научными кругами и институтами исламского богословия Турции. В Турции принято, что религиозные труды публикуют преимущественно выпускники факультетов теологии (Ilahiyat).
В изданиях отсутствует информация об авторе, однако на обложке содержится политически окрашенное утверждение: «Если бы не Мустафа Кемаль Ататюрк, турецкий народ не смог бы читать Коран на турецком языке». В предисловии к версии 2021 года имя Ататюрка упоминается дважды: сначала в посвящении великому деятелю истории Турции, а затем в тезисе автора о том, что именно Ататюрк сделал Коран доступным для чтения на турецком языке после «тысячелетнего запрета».
Это высказывание вызывает ряд вопросов. Безусловно, Ататюрк оказал влияние на процесс, так как современное понимание перевода Корана как самостоятельного текста (а не просто комментария) сформировалось именно в период национальных реформ Республики. Однако многие традиционные мусульманские ученые Турции связывают политику кемализма с секуляризацией и часто рассматривают попытки «тюркизации» ислама, предпринятые в ту эпоху, как нечто спорное, граничащее с ересью.
Перевод: духовный эквивалент или «деарабизация» Корана?
Если проанализировать лексику перевода, можно заметить признаки «секулярного кемализма». В то время как большинство современных турецких переводчиков используют термины, заимствованные из арабского (которые уже стали частью турецкого религиозного языка), Сафа стремится к их полной замене.
Например, при переводе первой суры Аль-Фатиха большинство переводчиков пишут: *«Hamd, âlemlerin Rabbi Allah’adır»* (Хвала Аллаху, Господу миров), сохраняя слово «Rab» (Господь). В то же время Сафа использует конструкцию «Evrenlerin Efendisi Allah’a övgüler olsun»* («Хвала да будет Аллаху, Владыке вселенных»). Здесь ключевым отличием является использование слова «Efendi» (Владыка/Господин) вместо традиционного для исламского контекста «Rab», что является попыткой полностью перестроить религиозный язык на светские турецкие рельсы.
Вместо этого Али Реза Сафа выбирает формулировку «Evrenlerin Efendisi Allah’a övgüler olsun». Здесь стоит отметить его необычный выбор для перевода слова «Rab» (Господь). В то время как почти все турецкие переводчики используют само слово «Rab» (которое также присутствует в турецком языке), Сафа выбирает слово «Efendi», которое носит более светский и обыденный оттенок обращения к уважаемому лицу.
Похожий путь ранее прокладывал Эдип Юксель (Edip Yüksel) — одна из неоднозначных фигур «реформистского ислама». Судя по всему, Али Реза Сафа в своей критике традиционализма следует по стопам Юкселя. В издании 2018 года, комментируя 79-й аят суры «Аль-Бакара», он отвергает концепцию «хадиса кудси» в мусульманской традиции, утверждая, что единственным откровением, полученным Пророком от Бога, является сам Коран.
В переводе религиозной терминологии автор продолжает придерживаться стратегии «локализации».
Например, в переводе 144-го аята суры «Аль-Бакара» он заменяет термин «Аль-Масджид аль-Харам» на «Kutsal yakarış evi» («Священный дом молитвы»).
Похоже, что для Али Резы Сафы эта «туркизация» текста — не только лингвистический вопрос, но и вопрос религиозной практики. В предисловии к изданию 2018 года он открыто высказывает мнение, что во время обязательных молитв (намазов) Коран следует читать на турецком языке, поскольку считает, что понимание смысла слов может «углубить духовность молитвы».
Таким образом, как отмечается в исследовании Байрама Кёсеоглу (Bayram Köseoğlu), опубликованном в 2021 году под названием «Являются ли переводы Корана тем же самым Кораном?», Сафа рассматривает перевод как «духовный эквивалент» арабского оригинала. Это объясняет и скандал, разразившийся вокруг его книги на книжной ярмарке в Кайсери в 2016 году.
Благодаря стратегии намеренной «деарабизации», данный перевод, безусловно, будет вызывать споры в традиционных религиозных кругах. Именно поэтому «Kur’an Gerçek» остается маргинальным трудом, хотя он представляет интерес как объект для изучения сложных процессов взаимодействия секуляризма и традиционализма в современной Турции.
Пресс-служба Управления мусульман Узбекистана
